Измена. Ухожу к ней

ГЛАВА 39

Марина

Медленно бреду домой, каждый шаг отдается тупой болью в пояснице. Беременность в сорок три — то еще испытание. А тут еще эти проблемы...

Что делать? В голове карусель мыслей, и ни одной толковой. Очень сложно принять верное решение. С одной стороны, хочется плюнуть и подать на развод, в суд! А с другой… Если разобрать нашу ситуацию досконально, взяв во внимание опыт друзей и знакомых.

И тут я взглянула на ситуацию под другим углом! И реально задумалась.

Развод? Легко сказать. Ярослав может отделаться малой кровью — будет закидывать алименты и порхать на свободе. Для него деньги не проблема, особенно сейчас, когда дела в бизнесе налаживаются. Когда он вливает в любовниц щедрые суммы, не жалея средств!

А эта... эта дрянь только этого и ждет! Выскочит за него замуж, начнет на имущество претендовать. Еще и детей нарожает — молодая же, сможет.

Останавливаюсь перевести дух, опираюсь о дерево. Перед глазами встает самый страшный сценарий: делим трешку, а Ярослав назло приводит туда Илону. Ведь может — доля-то его! И что тогда? Жить под одной крышей с любовницей мужа?

Вспоминается история подруги Вики. У нее отец такое устроил — после развода притащил в их четырехкомнатную свою новую жену, с которой Викиной маме изменял. Превратили квартиру в филиал ада — скандалы, драки, истерики. Стены ходили ходуном от криков.

Вздрагиваю от этих мыслей. Нет, если бы мне было меньше сорока и детей поменьше — другой разговор. А сейчас? С четырьмя детьми, один из которых еще даже не родился?

Получается, развод в моей ситуации, это подарок Ярославу. Он-то будет жить как хочет — из квартиры его не выгонишь, если упрется и откажется продавать свою долю. Для принудительной продажи нужны веские причины — избиение, угрозы. А измена...

Горько усмехаюсь. Все эти сказки про то, как можно отсудить имущество за неверность — это из американских фильмов. У нас закон простой: все, что нажито в браке — делится пополам. Неважно, кто кому изменял и кто как себя вел.

Надо было брачный договор составлять. Но кто о таком думает в двадцать лет, когда кажется — любовь на века?

И ведь самое обидное — Ярослав не дурак, прекрасно знает законы. Будет тянуть с продажей квартиры, измотает меня судами. А я что? С огромным животом по юристам бегать? Потом с новорожденным по судам мотаться?

Перехожу дорогу, придерживая живот.

"Нет уж," — думаю со злостью. — "Не дождешься, милый! Не будет тебе легкого развода."

Вспоминаю его сегодняшний вид — в старых джинсах, без бороды, на ржавом "Жигуле". Комедию ломал, прощения просил. А сам небось уже и квартиру своей кошечке присмотрел, и новую жизнь распланировал.

Останавливаюсь у скамейки — ноги гудят. В парке играют дети, молодые мамочки с колясками. Смотрю на них и думаю — была же и я такой. Двадцать лет назад, с маленьким Дениской. Счастливая, влюбленная, уверенная в муже.

А теперь что? В сорок три снова рожать, одной тянуть четверых, пока бывший муж будет новую семью строить?

"Я не изменял!" — вспоминаю его слова. И тут же — сцена в квартире: он в трусах, она в этом дурацком костюме кошки. "Моральный отпуск", "перезагрузка" — как красиво звучит! А по сути — банальная измена, как у всех.

Нет, развод сейчас — это билет в один конец. В нищету, в бесконечную беготню по судам, в коммуналку с любовницей под боком. Да еще и беременной!

От этой мысли к горлу подкатывает тошнота. Или это токсикоз? Уже и не разберешь — где нервы, где беременность...

Усмехаюсь горько — кто в молодости о брачном договоре думает? Когда "любовь до неба" и веришь, что это навсегда! Когда каждое утро просыпаешься счастливая, когда весь мир в его глазах. Какие тут договоры?

А сейчас? Если разделим трешку пополам — что я смогу купить на свою долю по нынешним ценам? Даже на приличную двушку не хватит. И как там жить с четырьмя детьми? В тесноте, в духоте, в вечном бардаке?

Дети — они ведь не совместно нажитое имущество, их пополам не разделишь! Это тебе не мебель по списку...

Сажусь на лавочку, поглаживая живот. И что получается в итоге? Я в новой маленькой квартире с четырьмя детьми тащу все на себе, а он живет отдельно — такой красивый, свободный, с молодой любовницей?

Да, алименты будут неплохие — 50% с четырех детей. Только вот официальный доход он всегда может скрыть. А если женится на своей кошечке? Тогда права на его имущество будут не только у моих детей, но и у этой шлюхи с ее потомством.

Нет, в моем возрасте развод — это не выход. Можно жить раздельно, но официально не разводиться — из-за экономической стороны и вопросов наследства.

"Поэтому, дорогой мой," — думаю с мрачным удовлетворением, — "не хочешь развода — это и отлично!"

Я просто теперь буду действовать твоими же методами. Если устану — тоже возьму "моральный отпуск". В конце концов, право на "перезагрузку" теперь есть и у меня.

Встаю, расправляю плечи. Ну что ж, не повезло мне с мужем. Но это жизнь. Буду пользоваться его "функциями" отца, пока младшие не подрастут.

Но меня как женщину он потерял. Навсегда.

А ведь как хотела дочку... Верила, что это сблизит нас, вернет ту нежность, что была в молодости. Размечталась, дура! Теперь и знать не хочу, кто там в конверте — мальчик или девочка.

Медленно бреду к дому мамы. В памяти всплывает лицо Ярослава — растерянное, без привычной бороды. Как мальчишка на первом свидании. И эти его "старания" — Жигули, старые джинсы... Думал, растрогает?

Как же! Насмотрелась я на эти мужские фокусы. Сначала наворотят дел, а потом "прости-прости, больше не буду". И ведь многие женщины верят, прощают. А через месяц — по новой.

"Я не изменял!" — передразниваю его мысленно. Конечно, не изменял. Просто "морально отдыхал" в обнимку с молоденькой девочкой. И квартиру ей сдал по доброте душевной. И деньгами помогает из человеколюбия.

Останавливаюсь перевести дух — спина совсем разболелась. В такие моменты особенно остро чувствую свой возраст. В двадцать пять беременность — как прогулка. А сейчас каждый день — испытание.

Думаю о детях. Денис уже все понимает — видела, как смотрит на отца. Саша делает вид, что ничего не происходит. А Кирюша... Он просто скучает по папе.

И тут новая мысль обжигает — а ведь Ярослав может потребовать определить место жительства детей! По закону имеет право. Скажет — мол, у него большая квартира, хороший доход...

От этой мысли становится дурно. Нет, только не это! Пусть живет как хочет, пусть крутит свои романы — но детей я не отдам!

"Спокойно, Марина, — приказываю себе. — Думай головой, а не эмоциями."