Измена. Ухожу к ней

ГЛАВА 58

Марина

После ухода Ярослава я расплакалась.

Как он посмел явиться сюда? В такой момент? Когда я только родила, когда так уязвима...

Швы после кесарева ныли, каждое движение отдавалось болью. Но физическая боль была ничто по сравнению с душевной.

Его помятый вид, эти жалкие оправдания, попытки разжалобить... Неужели он думает, что я такая дура? Что прощу предательство только потому, что он приковылял на костылях? Или только потому, что не спал с этой шлюшкой?

Хотя… Просто не успел.

Если ещё правду говорит! Всё же на словах…

Телефон тренькнул — пришло сообщение в семейный чат. Мальчики прислали фотографию: все трое держат самодельный плакат "Поздравляем с сестрёнкой!"

Буквы кривоватые, зато сколько старания!

"Мамочка, мы так по тебе скучаем! Когда вас выпишут?" "Как наша принцесса?" "А можно мы приедем?"

Я улыбнулась сквозь слёзы. Мои мальчики, мои защитники...

Телефон снова загудел — входящий видеозвонок от Саши. Я быстро вытерла глаза, поправила волосы.

— Мам! — экран заполнило родное веснушчатое лицо. — Как ты? Мы так волновались!

— Всё хорошо, солнышко. Немного болит живот, но это нормально.

— А сестрёнка? Покажи её! — это уже Кирюша оттеснил брата, прижался к экрану. — Она красивая?

— Она пока в специальном боксе, малыш. Врачи за ней наблюдают.

— Но с ней всё в порядке? — Денис появился в кадре, серьёзный не по годам. — Тебе что-нибудь нужно? Я могу приехать!

— Не надо, родной. Бабушка обо всём позаботится.

— Я уже купила всё розовое! — мама помахала с заднего плана. — Такие платьица есть, такие пинетки!

— Мам, — Денис понизил голос, отойдя в сторону. — Папа приезжал?

Я замерла. Что ответить? Как объяснить всю сложность ситуации?

— Да, заходил ненадолго. Ему нельзя долго быть на ногах — у него всё-таки сотрясение.

— Понятно, — сын нахмурился. — Знаешь, мам... Ты не переживай. Мы справимся. Я помогу с малышкой.

Комок подкатил к горлу. Просто до слёз! Как это трогательно.

— Дай мне! Дай телефон! — Кирюша снова вклинился в кадр. — Мам, а как мы её назовём? У меня есть идея!

— Какая?

— Давай Эльзой! Как в "Холодном сердце"!

Я рассмеялась впервые за день:

— Нет уж, давай что-нибудь попроще.

— Тогда Василиса! Как в сказке про лягушку!

— Маша! — это Саша голдит. — А можно мы нарисуем ей картину? На стену в детской?

— Конечно, родные.

— А я стихи сочинил! — Кирюша подпрыгивал от нетерпения. — Про сестрёнку! Хочешь послушать?

Они наперебой делились планами — кто будет гулять с малышкой, кто будет читать ей сказки. Спорили о имени, придумывали, какие игрушки купить.

Глядя на их счастливые лица, я понимала — справлюсь. Должна справиться. У меня есть ради кого жить, ради кого бороться.

Но что делать с Ярославом? Как быть дальше?

Развод? Но сейчас, с четырьмя детьми... А угрозы от бандитов? А долги?

Мысли путались. Голова кружилась то ли от усталости, то ли от обезболивающих.

Хватит уже! Ведь это его проблемы, пусть сам разгребает, но подальше от нас.

— Мамочка, ты чего такая грустная? — Кирюша прильнул к экрану.

— Просто устала, зайчик. После операции нужно отдыхать.

— Тогда мы пойдём! — Денис решительно взял инициативу в свои руки. — Отдыхай, мам. Мы тебя очень любим!

— И сестрёнку любим! — закричал Кирюша.

— Мы скоро приедем, — пообещал Саша. — Принесу твой любимый виноград. Фрукты и булочки! Как ты любишь.

Экран погас. А я лежала, глядя в потолок, и думала — какое же это счастье, когда есть такая поддержка. Когда есть ради кого жить.

Может, оно и к лучшему, что всё так вышло с Ярославом? Может, пришло время начать новую жизнь? Жизнь, в которой главное — мои дети, а не вечные метания между прощением и обидой?

За окном стемнело. Где-то в другом конце отделения заплакал младенец. Скоро принесут мою дочку — первый раз кормить. Интересно, какая она? На кого похожа?

"Господи, — подумала я, закрывая глаза, — дай мне сил. Дай мудрости принять правильное решение. Ради них — ради всех моих детей..."

*** Вечер медленно опускался на город. В палате было тихо, только за окном шелестели листья тополей да где-то вдалеке слышались приглушённые голоса медсестёр. Я лежала, прислушиваясь к каждому звуку в коридоре — когда же, ну когда принесут мою малышку?

Дверь тихонько скрипнула. На пороге появилась пожилая нянечка с белоснежным свёртком на руках. Её доброе морщинистое лицо светилось улыбкой:

— А вот и мы! Встречайте вашу красавицу!

Я моментально забыла про боль в швах, про усталость после операции. Приподнялась на локтях, протягивая руки:

— Можно?

— Конечно, мамочка! — она бережно передала мне драгоценный свёрток. — Только осторожно, она только уснула.

Маленькое тёплое тельце в моих руках... Такое лёгкое, такое хрупкое. Я боялась дышать, рассматривая крошечное личико. Пушистые тёмные ресницы, чуть вздёрнутый носик, пухлые губки бантиком. Во сне она слегка морщила лобик, словно решала какую-то важную задачу.

И вдруг она зевнула — по-кошачьи сладко, смешно вытянув крохотный язычок.

— Ну разве она не прелесть? — нянечка поправила уголок пелёнки.

— Боже, она действительно чудо... — я не могла оторвать взгляд от дочки. — Такая маленькая... Я боюсь её сломать.

— Не бойтесь, они крепче, чем кажутся. Очень хорошая девочка, спокойная. И показатели отличные — дышит сама, кушает хорошо. Где-то недельку ещё понаблюдаем, и если всё будет в порядке, врач отпустит домой.

Я осторожно коснулась пальцем бархатистой щёчки. Дочка поморщилась, но не проснулась. Такая идеальная, такая совершенная — каждый пальчик, каждая чёрточка.

И вдруг с потрясающей ясностью я поняла — это самое главное в жизни. Не деньги, не статус, не мужчины. Эта крошка в моих руках, это маленькое чудо, которое я, оказывается, ждала всю жизнь.

Сколько лет я мечтала о дочке? После каждых родов надеялась — может, в этот раз? И вот она здесь, моя долгожданная девочка. Моя принцесса.

Все тревоги последних дней отступили. Предательство Ярослава, угрозы бандитов — всё это казалось таким мелким, незначительным по сравнению с этим моментом.

В моей жизни есть всё, что нужно для счастья — мои мальчики, такие заботливые и любящие, мама, готовая поддержать в любую минуту, и теперь эта крошка.

Большая, дружная семья — разве не об этом я мечтала?

— А имя уже придумали? — голос нянечки вывел меня из задумчивости.

Я посмотрела на спящую дочку. За эти месяцы я перебрала сотни имён, но сейчас, глядя на её ангельское личико, вдруг поняла — она может быть только...

— Лиза, — произнесла я. — Елизавета.

— Прекрасное имя! — одобрила нянечка. — Царское.

— Лизонька, — прошептала я, целуя бархатистую макушку. — Моя маленькая Лиза…

Что-то так сильно ёкает внутри, что на несколько секунд не могу вдохнуть. Вспоминаю сон… Сон, который приснился мне в день когда я узнала о беременности и сомневалась — рожать или нет.

И я вспомнила эту крошечку… Эту малышку, которая бежала ко мне, улыбаясь! “Мамочка, я уже иду… Дождись меня!”

Слёзы опять полились по щекам, а ведь она и правда — копия девочки из сна, только миниатюрная. Чудеса, да и только.

Как же я счастлива, что не смотря ни на что не прервала беременность.

Дочка вздохнула во сне, крепче прижимаясь к моей груди. Такая родная, словно всегда была частью меня. Словно именно её я ждала все эти годы.

Вечерние лучи солнца золотили её тёмные волосики, придавая им рыжеватый оттенок. За окном пел соловей — я никогда раньше не слышала соловьёв в городе. Но сегодня был особенный вечер.

Вечер, когда моя жизнь изменилась навсегда. Когда все сомнения и страхи отступили перед простой и ясной истиной — я справлюсь. Ради них, ради моих детей, я готова свернуть горы.

А Ярослав... Что ж, он получит то, что заслуживает.