Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка

ГЛАВА 22

Утро оказалось ужасным.

За окном лило как из ведра, сезон дождей был в самом разгаре. Зеленый мох на северной стороне главного корпуса академии уже покраснел. А это означало, что через несколько дней стоило ожидать начала обильных снегопадов, которые для этой части империи были привычным явлением. Зима здесь начиналась рано, щедро рассыпалась метелями и лютовала морозами.

С первым снегом каждый год в академии устраивались игры на звание лучшего студента на потоке. Программа разрабатывалась специальным отделом министерства магии и держалась в строгой секретности, чтобы максимально уравнять шансы на победу для каждого адепта.

За неделю до начала соревнований магкурьер доставлял письмо с заданиями и чертежи локаций ректору, с ними выделялась и квота магии на постройку всего необходимого.

Участвовали желающие со всех курсов, а те, кто выигрывал, получали щедрую стипендию от заведения, доступ к запретной секции библиотеки академии на год и возможность пройти двухнедельную практику в любом отделе министерства магии.

Мне в свое время даже отборочный тур не удалось пройти, из-за блокираторов магии не хватило силы. А вот Лейв каждый раз был в числе ежегодных победителей.

— Может, хватит прятаться от мира за своими зельями и огромной кружкой бормотухи? — спросила меня Гела.

Она недавно вернулась с занятий в комнату, которую мы вот уже три дня делили на двоих. Подруга покончила с военной карьерой и решила попробовать себя в роли преподавателя по защите от темных искусств, в академии как раз была вакансия.

— Это не бормотуха, а кофе, и ты прекрасно об этом знаешь.

— Хоть бы медовухи добавила или рома, — скривилась горгулья, отхлебнув из моей чашки. — А так совсем не понимаю, что ты находишь в этой горечи.

— Не понимаешь, но все равно постоянно цедишь, — хмыкнула я.

— Ищу истину, — развела руками Гела. — Но она, как обычно, мне не очень-то поддается. Ну так что, долго еще продлится твое добровольное заключение?

— Никакое это не заключение. Мне действительно нужно было побыть наедине, подумать…

— Это ты можешь Клауфу лапшу на уши вешать. Главный целитель с твоих рук готов есть за редкие зелья, что ты ему поставляешь, вот и выписал больничный, — хмыкнула горгулья. — Нет у тебя ни пупырчатки, ни другой хвори, только меланхолия проявилась.

— У меня просто важный заказ, я не могу сейчас отвлекаться, — буркнула я, отвернувшись к котелку.

Там кипел антидот, который я пыталась сварить для Лейва. Только вот зелье никак не хотело получаться, превращалось в грязную жижу в самом финале. А ведь я все делала правильно, как в книге написано, но медового оттенка добиться пока не могла.

Доа как раз умчался за новыми ингредиентами. Их должны были оставить мне в лавке зелий академгородка.

— У тебя просто приступ трусости, — постановила подруга, запрыгнув на подлокотник кресла и заложив ногу на ногу. — И он непозволительно долго затянулся.

— Что? Это неправда! — Моя попытка возмутиться не произвела на горгулью абсолютно никакого эффекта. Гела лишь брови выгнула, а под ее проницательным взглядом мне сделалось не по себе.

— Иначе ты бы давно встретилась с Лейвом лицом к лицу, а не пряталась в своей комнате, — как всегда, резко выложила правду горгулья. — Три дня уже избегаешь нашего рогатого ректора, скоро, вспомни мое слово, он возьмет эту комнату штурмом.

— Гела!

— И я ему даже помогу, чтобы перестать наблюдать твою кислую мину, — поставила меня в известность она. — Пусть он не оригинален в подарках, но нужно отдать должное старой доброй классике: сладости, украшения, косметика…

Подруга указала в угол возле шкафов, куда я сваливала подарки Ранна. Коробочки все поступали и поступали по магпочте, словно дракон решил задарить меня за все десять прошедших лет сразу.

— Я люблю зелья и артефакты, — поморщилась я.

— Он просто еще не разобрался в твоих вкусах. Но могло быть хуже, — сказала Гела. — Поверь мне. Вот мне однажды пытались дарить редкие кристаллы, мол, мои глаза сияли так же, как и они.

— Романтично.

— Ага. Особенно было романтично, когда у меня проявилась аллергия. Я неделю проходила с красным носом и крупными высыпаниями по всему телу. А ведь они еще и неимоверно зудели! Представляешь?

— Пф-ф!

— Как вспомню, так вздрогну, — передернулась подруга. — Так что лучше классика ухаживаний, Ива, чем глупый, но оригинальный подход.

Я рассмеялась, согласившись с утверждением подруги. Экзотика, от которой начинается почесуха, не очень-то поднимает настроение.

— Ты мне так и не рассказала, отчего решила вернуться в академию? — спросила я Гелу.

— Задумала перевести стрелки на меня? — прищурилась подруга.

— Не уходи от ответа. Ты же просишь быть откровенной, я жду того же.

— Я просто поняла, что набрала достаточно опыта, чтобы начать нести его в массы, — выдвинула версию горгулья, ничуть меня не убедив. — Обожаю просвещать молодняк.

— Да у тебя от первого же часа с адептами начинается нервный тик.

— Это просто мои нервы еще не привыкли к шумным тупым наглым существам.

— Твоей группе.

— Именно, — прищелкнула пальцами Гела. — Но я научусь, не переживай. Стерпится, как говорится.

— Не верю, что ты вот так вот променяла любимую работу на преподавание здесь.

— Мне просто надоела военная служба.

— Да ты о ней с детства грезила!

— Ладно, — шумно выдохнула подруга. — Ты меня дожала. Мы с командиром не сошлись во мнениях, и я решила освободить место для кого-то более гибкого, а сама попытать счастья где-то еще. Вопроса где даже не возникло, ведь ты писала, что преподаешь в нашей альма-матер, вот и я хочу попробовать. Вдруг получится?

Последний вопрос в ответе не нуждался. Мы ненадолго замолчали, разговор сам по себе сошел на нет, пока я не попыталась удовлетворить собственное любопытство.

— Мелисса уехала?

— Ее гадкое демоничество пожелало продлить свой визит, — закатила глаза Гела и откусила сочное зеленое яблоко. — С тобой вместе мы ее быстрее выкурим из академии. Я одна не успеваю за всем следить.

— Можно подумать, — фыркнула я.

— Да-да, представь себе. У меня еще план на ближайший месяц не готов, я не со всеми новыми преподавателями познакомилась, и вообще! Вместе дружить против кого-то веселее, ты же помнишь? — подмигнула мне она. — Моя последняя вылазка в страну удовольствий заняла не более десяти минут, а ты два месяца наслаждалась. Силен мужик — дала бы ты ему, Ива…

— Перестань! — вспыхнула я, немного жалея, что успела все-все рассказать Гелате. Теперь она не забывала меня подкалывать для поддержки тонуса.

— …хотя бы возможность объясниться, — завершила она и красноречиво поиграла бровями. — А не то, о чем ты успела подумать, испорченная ведьма. Хотя то самое тоже можешь урвать.

— Он женат! — возмутилась я.

— Чисто здоровья для, — едва ли не пропела Гела.

— Он меня предал и…

— И? — спросила подруга. В ее тоне явно прозвучало «не аргумент». — Ну и чего ты опять замолкла и ушла в себя? Может, правда заболела? Я тебя не узнаю, задумчивая вся такая стала, прямо жуть берет.

— У меня проблемы, — выпалила я и приспустила платье с плеча. А чтобы Гела могла оценить весь масштаб бедствия, я еще и передом повернулась.

— Святое дерьмо! — выругалась горгулья. — Скажи, что мне просто попалось галлюциногенное яблоко, Ива.

— С яблоком все в порядке, у меня действительно формируется кристалл ангмы, — едва не плача призналась я. — Наша связь с Лейвом завершена. Моя магия перенаправляется к нему. Теперь я буду от него зависима и не смогу противиться его воле, если он…

— Забудь все, что я сказала тебе до этого момента, — скомандовала горгулья. — В бездну подарки! Начинаем разрабатывать план по убийству дракона.

Я прыснула кофе.

Гела утерлась и даже боевой дух совершенно не растеряла.

— Давай так: ты отвлекаешь, а я наношу смертельный удар. — Она рубанула воздух ребром ладони.

От ее руки заискрило синей магией.

— О!

— Я это умею, не переживай. Осечек не будет, — тут же заверила меня она. — И судя по тому, как частенько новый ректор протаптывает дорожку к нашей комнате в надежде увидеть тебя, с отвлечением тоже никаких проблем не предвидится.

— А Мелисса? — спросила я.

Не то чтобы я всерьез собиралась убивать Лейва, но после предложения горгульи мозг уже заработал в этом направлении, просчитывал риски и возможности.

— Пф-ф! — фыркнула Гела. — Я удалю этот рогатый прыщ на теле академии одной левой. Хочешь?

Буль-буль!

На поверхности зелья в котелке появились огромные пузыри. Как только они лопнули, медовый цвет опять поменялся на землистый. И приподнявшееся было настроение у меня опять упало…

— Заманчиво, но кровопролитием проблему не решить, — расстроилась я.

Антидот словно издевался надо мной, а ведь он был мне жизненно необходим.

Меня совершенно не радовало знание, что все чувства Ранна ко мне основаны на неправильном приворотном зелье. Теперь мне яснее виделись мотивы дракона, почему он вдруг воспылал ко мне неожиданной страстью после стольких лет разлуки.

Увидел. Унюхал. Приворотное зелье сработало, вот и понеслось.

Зачем его драгоценной супруге понадобилось привораживать Лейва, оставалось для меня загадкой, но сути дела не меняло. Я не хотела чувств Ранна.

Точнее, хотела, хоть и продолжала себе лгать, но точно не фальшивых, магических и неправильных. Все во мне противилось этому, а мысли бежали по кругу, атаковали совесть и навевали тоску.

Именно поэтому я придумала себе несуществующую болезнь, отказалась на несколько дней от занятий и обязанностей проректора. Только бы избежать встреч с Лейвом и обсуждений всего происходящего.

Трусливо?

Обычно ведьмы встречают неприятности с гордо поднятой головой, ничего не боятся, не пасуют перед трудностями, но… Я ведь не совсем правильная ведьма. Точнее, совсем неправильная. Так, половинка на четвертинку. Какими по своей сути были элементали, я не знала, поэтому по привычке пыталась подстроиться под ведьм, с которыми выросла.

После нашей близости с Ранном возле источника во мне что-то неуловимо изменилось. То ли надломилось, то ли стала раскрываться новая грань моей личности — я еще не разобралась.

Только вот больше не хотелось размахивать кулаками, мстить, огрызаться направо и налево. Мне нужна была эта пауза наедине с собой, чтобы решить, куда двигаться дальше.

Паузу я взяла, а ориентир так и не нашелся, оставив меня блуждать в темноте и тыкаться в закрытые двери, словно слепой котенок.

— Кровь? Кто сказал о крови, Ива? Я сделаю все чисто, я профессионал, — заявила Гела.

— А как же «чисто здоровья для»? — передразнила ее я.

— Для поправки здоровья можем взять другого. У тебя разве кандидатов мало? — склонила голову набок подруга.

— Не так чтобы очередь выстраивалась… — скривилась я.

— Ты такой красавицей стала, что лично я бы точно не устояла, будь мужчиной, — решила успокоить меня Гелата. — Жаль, или к счастью, я не мужчина. Поэтому обязуюсь подобрать тебе подходящего.

— Ик!

Горгулья в роли свахи меня не прельщала.

— И для здоровья, и чтобы побаловать себя вечерок-другой, а может, и дольше, — уже стала строить планы она.

— Может, не надо? — робко попыталась возразить я. — Как-то же раньше я жила без таких приключений на свои булочки…

— Вот и я удивляюсь, как ты еще жива осталась, после стольких лет одиночества?

— Ик! А Лейв…

— Лучше остаться без сладкого, чем быть в зависимости от мужчины, — резко перебила меня подруга. — Он же еще не знает, что у тебя формируется кристалл?

— И не узнает, — поджала губы я. — Вот сделаю антидот и сразу избавлюсь от этого дракона.

— Если твой план не сработает, то предлагаю вернуться к моему. Нет дракона — нет проблемы.

— Попридержи пока свои радикальные настроения, Гела. Наша академия обойдется без лишних трупов.

— А есть квота на трупы? — загорелась новой идеей горгулья. — Ты мне огласи заветную циферку, будь добра. А то я боюсь впросак попасть, если начну свои порядки наводить в альма-матер.

— Гела!

— Ладно-ладно, — поморщилась она. — Я буду самая настоящая паинька, преподающая защиту от темных искусств.

Девушка состроила невинно-умилительную мордашку, отчего меня разобрал смех.

— Но за побочный ущерб на своих занятиях ответственности нести не буду, сразу предупреждаю.

— Гела! — выпучила глаза я. — Безопасность студентов…

— …дело рук самих студентов, — закончила за меня горгулья. — Я всегда это знала.

— …важнее всего, — не сошлись мы во мнениях.

— Ну да, ну да, — отмахнулась она от моего тяжелого взгляда. — Следуя твоей философии, и проблема с Лейвом сама рассосется.

— Ранн улетит со своей демоницей королевских кровей и тут же обо мне позабудет, — была уверена как никогда я. — А я заживу по-старому: привычно и спокойно без…

— Без?

— …всяких рогатых гадов, — сказала я и… расплакалась.

— Эй? Ты чего? — растерялась Гелата.

— Соринка в глаз попала, — протянула я, позволяя горгулье заключить меня в объятия. — А ты чего?

— Твоя соринка заразной оказалась, — всхлипнула подруга.

Мы засмеялись сквозь слезы, и тут в дверь постучали.

— Ты кого-то ждешь? — удивилась Гела.

— Если это Ранн, то меня нет, — сразу предупредила ее я, вытирая слезы. Плакать расхотелось, как и встречаться с драконом.

— Ага, вся в свое зелье вышла, — подмигнула мне горгулья и отправилась открывать. — Так и запишем.

Не то чтобы я преисполнилась вдруг трусости, но спряталась в шкафу. Чисто на всякий случай.

Через какое-то время дверца скрипнула и ко мне заглянула улыбчивая Гела.

— Выходи.

— Не Лейв? — Даже для самой себя мой вопрос прозвучал с нотками разочарования.

— Лучше! — выдала она и потянула меня за руку. — Вот!

— Что вот? — не поняла я, глядя на мрачного дознавателя, который уже принюхивался к содержимому моего котелка.

— Чисто здоровья для! Я нашла отличного кандидата, — просияла подруга. — Высок, плечист, красив как бог…

Услышав такие характеристики, Стефан даже позабыл про зелье. Он поставил ноги на ширину плеч, выпятил грудь колесом, выдвинул подбородок вперед — принял самую эффектную позу.

— Настоящий образчик мужественности! — закончила она, ткнув в дознавателя пальцем. — Ну?

— Все так, все так, — пробормотала я. — Любоваться можешь, а трогать не надо.

— Не поняла, — прищурилась Гела.

Мужчина тут же напрягся. Но его предупреждающий взгляд меня не остановил, язык уже развязался.

— Паулм совершенно бесполезен в этом плане, — вздохнула я. — Так что можешь не строить далекоидущих планов, подруга.

— Да?

— Ничего не может, — развела руками я.

Горгулья сразу скисла, Стефан тоже сдулся и стал метать глазами молнии. Все они были предназначены мне, отчего я даже обрадовалась, что оборотни не умеют умерщвлять взглядом.

— Надо же, как обманчива бывает внешность… — почесала макушку она. — Я вам сочувствую, что ли. И нам заодно. А ведь план был хорош…

— Лучше подруге посочувствуйте, — прорычал Паулм. — Я лично с превеликим удовольствием откушу ей голову, даже официального суда дожидаться не стану.

Можно было держать язык за зубами и не дразнить зверя, но мне надоели эти игры вокруг да около, стоило раз и навсегда закрыть вопрос с оборотнем.

— Не нервничайте так, любезный, — проворковала Гела, обходя злого Стефана по кругу. — Все болезни от нервов. Оно вам надо?

— Р-р-р!

— В вашем случае это, конечно, не так страшно, все ужасное уже произошло, но тоже неприятно, — постановила она.

— Р-р-р! — бесновался Паулм, клацая челюстью.

— И не стоит здесь демонстрировать, насколько профессионально хорош ваш зубной врач, — ткнула пальчиком в грудь Стефана горгулья. — Иначе мы тоже будем вынуждены выпятить напоказ наши таланты в откусывании голов. Я, знаете ли, в этом деле поднаторела уже. А Ива прекрасно крутит хвосты. Хотите, ваш завяжем хитроумным узлом?

— Вы мне угрожаете? — не столько разозлился, сколько опешил оборотень. — Так открыто?

— А вы? — подбоченилась моя подруга. — Знаете, господин Паулм, девушки вообще очень чуткие существа. Поэтому будьте осторожны с действиями, если не хотите получить противодействие в ответ.

— Я свое уже получил, — поджал губы он. — Хуже быть точно не может.

— Как знать, как знать, — кокетливо протянула Гелата. — Рискнете проверить?

Оборотень потемнел лицом. Рычать он перестал, а буравить меня смертельным взглядом — нет.

— Риск — удел глупцов, — процедил он и отошел на безопасное расстояние от моей боевой подруги. Видимо, опасался, что та приведет угрозу в действие. — На моей стороне закон. Ива Ади, вы обвиняетесь в незаконном изготовлении и распространении запретных зелий. Поэтому предстанете перед императорским судом. Собирайтесь.

— Что, прямо сейчас? — ничуть не испугалась я. — А как же сытный обед на дорожку?

— Поедите досыта перед казнью, императорская милость распространяется и на заключенных, — сказал он. — Раз уж вы признали собственную вину, Мастер…

Я сложила руки на груди. Издевательства над мужчиной не приравнивались к признанию.

— Погодите, а как же доказательства? — вклинилась Гела. — Без них ваши угрозы смотрятся просто смешно.

— Поверьте, теперь у меня их предостаточно. Слепок аур совпал, и частички магии идентичны, я вышел на нескольких ваших заказчиков здесь. К тому же ваш фамильяр, Ива…

— Отвечает сам за себя, — перебила его горгулья. — Ива никуда не пойдет, господин Паулм. И раз уж вы такой поборник закона, то должны знать: Ива может воспользоваться помощью защитника. Поэтому я сейчас отправлю письмо своему дядюшке и…

— Хватит, — резко обратила внимание на себя я. — Мне это жутко надоело, Стефан.

Оборотень насторожился.

— Неужели?

— Гела, будь добра, оставь нас с господином дознавателем наедине, — попросила я, но подруга даже не шелохнулась. — Гела?

— Ценность доброты сильно переоценивают, Ива, — сказала она. — У меня этой гадости точно нет.

— Пожалуйста, — нажала голосом я. — Что тебе стоит прислушаться ко мне?

— Я не доверяю мужчинам, особенно тем, кого держали на голодном пайке. У них все дурное проявляется из-за того, что неудовлетворенность на мозг давит, — сложила руки на груди горгулья.

— Р-р-р… — ощерился Стефан, не сдержав демонстрации своего отношения к сложившейся ситуации.

— Видишь? — победно вскинула палец моя подруга. — Я права.

— Господин Паулм заинтересован в моем здравии и благополучии не меньше твоего, Гела, — улыбнулась я. — Не так ли, Стефан?

— С чего бы это? — синхронно удивились дознаватель и горгулья.

— С того, что только я могу помочь с вашей маленькой проблемкой. Вы же этого добиваетесь?

— Большой, — поправил меня Паулм.

— Что?

— Большой проблемой, — выдавил из себя оборотень, покраснев.

Гела расхохоталась.

— Ах, эта вечная полемика насчет важности размера, — выдала она. — Ладно, оставлю вас, кукусики. Но учтите, Стефан: если с головы моей подруги упадет хоть один волосок, то ваши чаяния никогда не сбудутся. И мериться будет нечем, так как я откручу вам все столь важное и дорогое под самый корень. Уяснили?

Горгулья сделала выпад, сжала в ладони воздух, крутанула рукой и резко дернула ее вниз. Паулм громко сглотнул, провожая девушку взглядом.

— Горячая штучка, — сказал он, едва за Гелатой захлопнулась дверь.

— Дерзайте, — пожала плечами я. — Кто знает, может, именно вы сможете сделать из хищницы настоящую домашнюю кошечку?

— Увольте, — сразу же отказался мужчина. — Я еще жить хочу. Долго, сыто, счастливо и… полноценно.

Я подошла к шкафу с зельями и взяла флакон с экспериментальным антидотом, который варила для Паулма до того, как мы с Лейвом нашли магический источник. Субстанция настоялась и изменила цвет, отчего я трезво рассудила, что она готова к употреблению. Насчет безопасности ничего сказать не могла, но Стефан таким и не интересовался…

— За «долго, сыто и счастливо» ответственности нести не могу, но полноценность попытаюсь вернуть, — сказала я.

— Неужели? Я могу расценивать ваш порыв как признание в злодеяниях против меня… — склонил голову набок оборотень, — и против закона империи?

— Контролировать ваши мысли я не могу, вы вольны думать, анализировать и расценивать события так, как пожелаете. Но подумайте о другом, господин Паулм. — Я сделала эффектную паузу, во время которой Стефан жадно подался вперед. — Что для вас важнее: месть или личное благополучие?

Я покрутила в руках флакончик. У оборотня загорелись глаза.

— Вы же хотите вернуть утраченное, Паулм?

— Это шантаж? — понизил голос он.

— Это взаимовыгодная сделка, господин дознаватель, — поправила его я. — Вы наконец получите то, чего так хотите.

— А вы, Ива? — прищурился оборотень.

— Да, Стефан?

Мужчина постоянно возвращался взглядом к флакону в моих руках. Он явно его хотел, но сомневался и не доверял мне.

— Что потребуете взамен? — напряженно спросил Паулм. — Мою душу, состояние или, может, первенца?