Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка

ЭПИЛОГ

— Магистр, может быть, уже отмените свое наказание? — Попилькус глядел на меня таким жалобным взглядом, что впору было дрогнуть и проявить милосердие.

Я держалась исключительно на природной вредности ведьминской натуры и понимании, что мой поступок для первокурсников сейчас послужит отличным вкладом в их правильное будущее. Поэтому и не велась на все стенания и уговоры рыжего Паулма. А он ведь старался…

На магию Попилькуса, Милс, Биля и Ваарвы я наложила хитрые ограничители. Студенты теперь могли магичить только во время занятий, под присмотром преподавателей. В свободное от учебы время их магия блокировалась моим заклинанием.

Их сила свободно текла по энергетическим каналам, подпитывала тело и срабатывала только по мере крайней необходимости — в случае угрозы жизни или здоровью. Для бытовых заклинаний и другого баловства магия не откликалась.

К тому же на Попилькуса, Милс, Биля и Ваарву я возложила обязательства по трудотерапии. Они занимались уборкой кабинетов, хозяйственных помещений, загона с магическими тварями и территории вокруг академии.

Таким образом я планировала научить четверку выскочек использовать свои силы с умом и нести ответственность за каждое заклинание, которое они сотворили.

Снять такие ограничения я намеревалась к началу второго курса, обговорив с родителями студентов возможность продолжить «воспитание» их чад на каникулах. Но, глядя, как некоторые из четверки довольно сложно принимают справедливое наказание, обдумывала вариант продлить его на более длительный срок. В индивидуальном порядке.

Я собиралась пристально следить за жизнью этой четверки. Все же мы в ответе за тех, кого наказали…

— Нет, — строго ответила я студенту.

— Но, магистр, — опять заныл младший Паулм, — сжальтесь же!

— Если ты устал, то выбор, который я вам благородно предоставила, все еще в силе.

Ведьмочка хмыкнула, отложив кисточку в сторону.

Сегодня они красили заборчики вокруг надгробий и склепов на кладбище.

— Наказание или отчисление? — нахмурился Паулм. — Не кажется ли вам, магистр, что это несколько несправедливо? Всего-то одна малюсенькая оплошность…

— Которая едва не привела к настоящей катастрофе, Попилькус, — напомнила ему я. — Вот чтобы ты не забывал об этом и никогда подобного больше не вытворял, приучайся к жизни без магии. Вам полезно будет прочувствовать, каково это.

— Очкарику точно полезно, я уверен, — пробасил Биль. — Он эту кашу заварил, а нас-то за что?

— За компанию, — хохотнула Ваарва.

— Друг познается в беде, — философски заметил Доа. — Вот и воспитывайтесь с этой рыжей бедой вместе, чтобы всем неповадно было.

— В академии не только улучшилась успеваемость, но и показатели примерного поведения студентов резко возросли, — поделилась наблюдениями преподавателей я. — Ваш пример вдохновляет!

— Ха, — кисло выдал Попилькус. — Скорее, порождает кошмары. Магистр, ну не будьте же столь кровожадной, дайте послабление!

Он и договорить не успел, как получил подзатыльник от феечки.

— Не забывайся, — негодующе прошипела Милс. — Ты говоришь с императрицей. Можешь вместо наказания и головы лишиться.

— Коронация еще не состоялась, — поправила девушку я. — Так что технически я все еще преподаватель академии.

Чему и радовалась, пока выпадала такая возможность. Честно говоря, я жутко боялась, что не справлюсь с возложенной на меня ответственностью и не оправдаю надежды народа. Поэтому наслаждалась отсрочкой.

— Я верю в тебя, — не уставал твердить мне Лейв. — У тебя все обязательно получится.

— У нас, — поправляла я супруга.

Впереди нас еще ждала официальная церемония перед лицом общественности и празднование, но мы уже успели заключить брак в маленьком храме при академии. Тихо, тайно, разделяя общее счастье только на двоих.

Лейву не пришлось избавляться от печати самостоятельно, со смертью Крафа и Мелиссы все обязательства были с него сняты.

Дракон рассказал мне, что послужило истинной причиной его действий в прошлом. Но я и так его простила, еще до того, как дождалась должных объяснений.

— Месяцем раньше, месяцем позже, разве есть какая-то разница? — не согласилась Милс. — А вот некоторым манеры все же не помешает подтянуть. Я займусь этим.

И Попилькус получил тычок от феечки.

— Ай! За что? — обиделся первокурсник.

— Для профилактики, — фыркнула она.

Оставив студентов на попечение Доа и призраков, я вернулась в свою комнату. Без Гелы здесь было непривычно, но я понимала, что подруге сейчас точно не до меня.

Они с Асом готовились к свадьбе. Горгулья хотела пышный праздник, а боевой маг потакал каждому ее желанию, особенно после того, как узнал о скором пополнении их союза…

До конца учебного года парочка решила остаться преподавать в АМС. Дальше они не загадывали. Гела признавалась в одном — что больше военной службой не горела и не хотела, чтобы ее супруг тоже этим занимался. Ранн подумывал помочь Вииторгу устроиться в главное военное ведомство, тогда тот сможет поменять полевую работу на должность в министерстве.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мракусу прочили роль дядюшки ребенка Гелаты и Аса. После совместной борьбы против демонов и тхатри эта троица неожиданно крепко подружилась.

В империи то тут, то там все еще вспыхивали восстания несогласных с переменами приспешников свергнутого императора. Их удачно гасили энтузиасты-революционеры во главе с Ранном, Вельфетом и моей бабушкой.

Было приятно, что многие в прошлом нестабильные маги, которым я помогла стабилизировать силу, теперь выступали на моей стороне. Но не только они поддержали меня как наследницу рода истинных правителей. Оказалось, очень много магов устали от демонского гнета и были готовы к переменам.

К тому же ситуация с нантами страшила и мучила почти всех. Не было семей, кого не коснулась бы эта беда.

Как только взойду на трон, помимо прочего я собиралась плотно заняться этой ситуацией и попытаться вернуть нантам их магию. Пусть не сразу, но сдаваться я была не готова. Новых нантов точно не будет, а тех, кто пострадал от угнетения демонов, я постараюсь вернуть к полноценной жизни.

Нестабильная магия не являлась тем абсолютным злом, которым много лет пугали народ демоны. С ней вполне по силам было справиться каждому магу, принявшему свою суть. Мне только предстояло помочь своему народу это сделать, но я не собиралась взваливать все только на свои плечи. Так и перегореть недолго, а у меня на жизнь слишком далеко идущие планы, чтобы так рисковать.

Я хотела задействовать всех, кого когда-то научила контролировать собственную магию, как и тех, кто учил меня. Пусть несут знания в массы.

Впрочем, Арранский и так всегда этим занимался. Он проговорился, что с удовольствием вернется на пост ректора, когда все беспорядки закончатся и мы с Лейвом официально станем правителями империи.

— А как же ваш отпуск? — при случае напомнила Вельфету я.

— Отдохну на том свете, — отмахнулся этот истинный трудоголик.

Я до сих пор недоумевала, как ему удалось договориться с туманниками — монстрами из легенд.

— Какие же они монстры? У них сохранилась душа, Ива, — ответил мне Арранский. — Они такие же маги, как и мы с тобой, только магии в них намного больше, и она течет в них вместо крови. Поэтому и их сущность отражается на внешности.

Я вспомнила, что у каждого туманника были какие-то звериные черты.

— Страшные снаружи — добрые внутри? — хмыкнула я.

— Как-то так, — развел руками Вельфет.

Самым безопасным местом для меня оставалась АМС. После нападения демонов здесь установили такую защиту, что и мошка без разрешения пробраться не смогла бы.

Академия потихоньку восстанавливалась.

Сильнее всего было повреждено многострадальное кладбище, надсмотрщик которого теперь заикался и заимел нервный тик от переживаний, состояние остальной академии оказалось не столь плачевным. Поэтому студентов и преподавателей не стали распускать по домам, учеба продолжилась своим чередом.

Для Арны мы провели обряд по всем обычаям: предали тело огню, прах — земле, а душу — богам. И на кладбище, которое преподавательница так отстаивала на протяжении жизни, построили для нее отдельный склеп, а рядом возвели статую, точь-в-точь госпожа Арна Карнелиевна Ввранг при жизни.

Не знаю, порадовали ли ее подобные почести, но поступить с ней как с предательницей я не смогла. Хотя она и подвергла опасности всех нас, подложив артефакт вызова тхатри в локацию. Как ей это удалось, оставалось загадкой. Но я была уверена, что Арна и сама не понимала, что за вещицу подсунула к дереву и какую глупость совершила, освободив Мелиссу.

Все же в моей памяти о магичке оставалось много хорошего, потому я рискнула сохранить ее доброе имя. Студентам и преподавателям была скормлена легенда, что Арна погибла в пылу боя, защищая академию. Правду знало ограниченное количество лиц, которые пообещали не распространяться на этот счет, и я им верила.

За своими мыслями я не услышала, как открылся портал и из него появился мой супруг. Хотя тут же почувствовала его приближение. Благодаря нашей связи, которая только крепла с каждым днем, мы стали острее воспринимать друг друга.

— Скучаешь? — обнял он меня со спины.

— Без тебя всегда, — улыбнулась я, повернувшись и подставляя губы для поцелуя.

У Лейва было много дел, но он всегда неизменно возвращался ночевать сюда. Ко мне. Супруг объяснял это тем, что вдали от меня к нему даже сон не шел, все какие-то кошмары мучили. Но я-то хорошо знала, что Ранн просто тяжело переносил разлуку со мной, как и я с ним. Мы слишком много времени уже потеряли друг без друга, теперь собирались не упускать ни одной секунды.

— Это хорошо, — довольно отозвался дракон после поцелуя. — Тогда у меня для тебя еще одна новость. В выходные родители пригласили нас на званый ужин. Не строй больше никаких планов.

— С удовольствием навещу их, — кивнула я. — Какой повод для ужина?

У меня сложились отличные отношения с Луизой и Лонгреном. С драконицей мы еще в первую встречу нашли общий язык, а отец Ранна оказался таким душкой, что я просто не могла устоять перед его обаянием.

— Стефан намерен свататься, — скривился Лейв, точно съел что-то жутко противное.

— И ты этому не рад?

Пусть их отношения со Стефаном стали менее холодными после битвы, но Ранн все еще яростно защищал сестру от всего. И от оборотня, который оказался истинной парой Лейсанны, в том числе.

— Лейка еще слишком юна для брака! — тут же набычился супруг.

— После помолвки не обязательно сразу проводить официальную церемонию бракосочетания. Я уверена, Паулм и сам не против подождать, когда Лейка станет более взрослой.

— Раньше он ее вообще не замечал, называл мелюзгой и смеялся над тем, как девчонка слюни пускает, — фыркнул Лейв. — А теперь пылинки сдувает и надышаться не может. Лицемер.

— Ты к нему несправедлив, дорогой, — погладила я супруга по плечу. — И сам прекрасно знаешь, что истинность нельзя почувствовать, пока один из пары дитя.

На что Ранн лишь недовольно засопел.

— Я знаю, но все равно…

— Ты не привык делить сестру с кем-то еще, — улыбнулась я. — Но рано или поздно это произошло бы. Согласись, Паулм не самая ужасная кандидатура на роль супруга. Лейсанна будет с ним счастлива.

— До того как он получит Лейку, Стефану еще придется пройти испытание нашей семьей, — поиграл бровями дракон. Не хватало лишь зловещего смеха. — Отец тоже против так легко отдавать единственную дочь какому-то оборотню.

— Эх, мужчины, — закатила глаза я. — Вы даже не поблагодарили этого оборотня, что он спас Лейсанну от безумия.

— Но справиться с нестабильной магией, мастерски ею управлять помогаешь ей ты! — упрямо поджал губы Ранн.

— Если бы не Стефан, мне и помогать бы не было кому, — напомнила я супругу, надавив на еще больную мозоль.

— В чем-то ты права, Ива, — протянул Лейв после короткой паузы и коснулся местечка, где раньше были его рога.

— Хорошо, что в тебе есть силы это признать, — улыбнулась я. — Не привык еще, что больше не нужно ничего подпиливать?

— Столько лет с ними жил и как-то совсем свыкся, — пожал плечами супруг.

— Раз от рогов я тебя избавила, то теперь нужно попробовать снять проклятие. Я много думала над этим и, кажется, знаю, как это сделать.

— А зачем? — недоуменно уставился на меня Ранн.

— Что значит «зачем»?

— Меня вполне устраивает твое проклятие, Ива, — вдруг заявил Лейв.

— Оно наградило твоего дракона странным золотисто-красным окрасом, — напомнила я.

— Это словно печать собственницы. На тебе же моя стоит, — подмигнул Ранн. — К тому же как ты там сказала тогда? Пожелала мне счастливого брака с достойнейшей из достойных, да? Сбылось.

— Перестань, — отмахнулась я.

— И счастья, такого огромного, чтобы унести не смог и до конца своих дней ничего изменить не получилось? Я согласен.

— Шутишь?

Ранн поцеловал меня в шею.

— Какие шутки, Искорка? Ты меня еще прокляла безграничной любовью, чтобы кишки скручивало от тоски, если придется расстаться. И неутолимым желанием. Так я все это с радостью буду испытывать вместе с тобой. Потому что твое проклятие иллюстрирует все прелести истинного союза.

— Хочешь сказать, я прокляла тебя собой? — прищурилась я.

— Ты одарила меня собой, — поправил меня Лейв. — И я очень благодарен тебе за это.

С такой стороны на это проклятие я еще не смотрела… Ранн смог меня удивить.

— А как же пункт насчет детей? — вспомнила я. — Кажется, я пожелала тебе не иметь ни одного.

— А вот тут у тебя случилась осечка, — хмыкнул дракон и вытащил из пространственного кармана игрушку. — Но не переживай, даже боги не всесильны, а уж маги и подавно.

— Но…

— Даже очень хорошие маги, Ива.

— Плюшевый медведь? — удивилась я, рассматривая игрушку в руках любимого.

— Это Уся, — важно сообщил мне Лейв. — Он станет незаменимым другом нашей дочери.

— Ты так уверен, что у нас будет дочь?

— Такая же красивая, как ты, Искорка, — улыбнулся супруг, нежно погладив меня по щеке. — А потом ты обязательно подаришь мне сына.

Конец!