Отвергнутая невеста. Целительница на краю империи

Глава 27

Элитная императорская гвардия сопроводила меня до покоев, словно опасную преступницу. Пока шла, косилась по сторонам, вглядывалась в непроницаемые лица мужчин и с трудом удерживалась от едкого вопроса: не стыдно ли им заниматься подобной чушью? Они для этого учились, упражнялись, проходили многочисленные испытания?..

Когда гвардейцы распахнули передо мной двери, я замерла на пороге, потому что внутри покоев у окна спиной ко мне стоял высокий мужчина. Он ещё даже не повернулся, а я уже узнала, почуяла, кто он.

А затем чужая рука грубо толкнула меня между лопаток, и дверь захлопнулась за спиной.

С Кассианом Роувеном мы остались наедине.

Он медленно, нарочито медленно повернулся, красуясь. Я же окинула беглым взглядом комнату. Как и всё в Вальморе, она предназначалась для магов, не для драконов. Если я обернусь сейчас, раскрошу потолок.

Хм.

Небольшая потеря.

— Здравствуй, Лианна, — бархатным, вкрадчивым голосом произнёс Кассиан.

Отсветы снаружи падали на его лицо, затемняя одну сторону и выделяя другую. Красивое лицо. Некогда любимое. Ладони ещё помнили линию его подбородка и широкие скулы. Раньше я смеялась и пыталась пальцами разгладить его брови, когда Кассиан хмурился. Теперь я смотрела на него и чувствовала, как от ярости раздуваются крылья моего носа. Единственным желанием, которое я испытывала, было вытолкнуть его в окно.

— Даже не поздороваешься? — с нотками раздражённой обиды поинтересовался Кассиан, и я коротко засмеялась.

— Кто ты такой, чтобы я с тобой здоровалась?

Обида проступила в заломленных бровях и недовольно поджатых губах. Он стремительно шагнул вперёд. Движения были плавными, но по-драконьи быстрыми. Когда-то меня это восхищало, я даже завидовала…

— Показываешь клыки? — поинтересовался Кассиан и склонил голову чуть набок. — Это хорошо. Хорошо, что ты, наконец, их отрастила.

— Не благодаря тебе, — ласково напомнила я.

Он дёрнулся, и гримаса неудовольствия исказила красивые, правильные черты. Лицо без малейших изъянов…

Разговор с Кхалендиром заставил меня о многом задуматься. Раньше я слепо верила в единственную версию, которой сама себе объяснила произошедшее: Кассиан пытался убить отца и переложить вину на мои плечи. А затем взрывом портала хотел избавиться от ненужной свидетельницы.

Но теперь я уже не была так уверена в своей правоте. И то, что происходило сейчас, лишь подтверждало мои сомнения.

— Это неважно, — сделав над собой усилие, процедил Кассиан. — Неважно благодаря кому. Важен лишь результат.

— Какое тебе дело? — я нахмурилась.

Лопатками я по-прежнему упиралась в закрытую дверь. Драконница в груди настороженно молчала, но я чувствовала её напряжение. Связь с Эйнаром я обрубила, как только увидела Кассиана. Знала, что не смогу удержать эмоции, и он почувствует, непременно почувствует и страшно разозлится… Я боялась за него. Видела, что наследный принц подвёл его к тонкой черте, шагнув за которую он больше не сможет сдерживаться.

Кассиан не спешил отвечать. Мягкой, пружинящей походкой он подошёл ко мне и застыл в одном шаге, нетерпеливо, жадно вглядываясь в моё лицо. Когда он вытянул руку и попытался коснуться щеки со шрамом, я ударила его с громким шлепком.

— Не смей! — выдохнула сквозь зубы, и голос звенел от гнева.

Он растянул губы в притворной улыбке, но я видела по застывшим, выхолощенным глазам, что внутри Кассиана клубилась тьма.

Вдруг я начала дрожать. Затылок покрылся ледяными мурашками, испарина появилась на спине. Я почувствовала смрадное дыхание Разлома, как если бы стояла рядом с трещиной. Не веря, впилась в лицо Кассиана взглядом, ища следы, зацепки, хоть что-то… И вскоре поняла, что дело не в нём и даже не в глазах, которые потемнели от гнева.

Нет. Дело в предмете.

Дрогнувшей рукой я схватила лацкан жилета, надетого поверх тёмной туники, и оттянула его в сторону, изнанкой к себе. И даже не удивилась, увидев брошь. Ту самую брошь.

Скверна Разлома клубилась в ней.

Я вскинула ошарашенный взгляд на Кассиана. Его губы расплылись в самодовольной улыбке.

— Догадалась? — спросил тихо.

Я бы отпрянула в ужасе, но лопатками уже упиралась в дверь. Поэтому я застыла, вытянув вдоль тела кулаки. Кхалендир оказался прав. Во всём. Взрывом броши они пытались пробудить мою драконницу. А скверной её пропитали потому, что знали, кто мой отец.

И Кассиан тоже?.. Или лишь тот, кто отдавал ему приказы?..

Учитывая, что наследник Императора находился в этом же доме, сложить одно с другим было легко.

— И давно вы с принцем Харденом это придумали?

Удивительно, но во взгляде Кассиана вспыхнула досада. Он поморщился, словно от боли. Неужели надеялся, что я не пойму?.. Пусть и ошиблась с брошью, но совсем идиоткой я не была.

— Догадалась, — уже утвердительно произнёс он. — Умная девочка.

Меня передёрнуло. И он, и Кхалендир обращались ко мне так, желая унизить. Я ненавидела этот снисходительно-высокомерный тон.

— Что ему от меня нужно? — задушив раздражение, произнесла ровным голосом.

— Нам, Лианна, нам, — поправил недовольно Кассиан.

И вновь я рассмеялась невесёлым, грубым смехом.

— Ты лишь исполнитель воли наследного принца, — припечатала жёстко. — Для него — совсем ещё детёныш.

Кассиан вспыхнул и резко, стремительно схватил меня за подбородок, сжал до боли. Губы стали похожими на утиный клюв, я не могла ничего сказать, и кожу жгло от прикосновения чужих пальцев.

— Не смей так со мной говорить, — прошипел он, наклонившись близко-близко, коснувшись своим лбом моего.

Я отчаянно пыталась вырваться, но Кассиан был гораздо сильнее. И держал очень крепко. Он с лёгкостью уклонился, когда я занесла ногу, чтобы ударить его по голени, а затем на миг отпустил подбородок, схватил до синяков за запястья, задрал мои руки и прижал к двери над головой, а сам навалился всем телом, впился в губы ненавистным, мерзким поцелуем.

Беззвучно взвыв, я зажмурилась и, сосредоточив свою силу, ударила по броши, в которой жила скверна Разлома. Поток света угодил Кассиану в грудь и откинул его к противоположной стене, впечатав в неё макушкой. Зарычав от боли, он осел на пол.

Встрёпанная, я тяжело дышала, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Свет всё ещё струился вокруг ладоней, обволакивая их. А в броши по-прежнему ощущалась скверна. Но я и не стремилась уничтожить её. Я хотела ударить. Против сильного дракона моя сила была бесполезно. Но если он носил на себе хотя бы каплю Разлома…

Впервые я подумала об этом, когда смогла оттолкнуть Кхалендира. И сейчас, глядя на растерянного Кассиана, окончательно убедилась. Бывший жених смотрел на меня широко распахнутыми глазами. Мерзавец, которому никогда не давали отпор…

Я вспомнила ту мерзкую встречу в Хранилище свитков. Сейчас мне казалось, что прошли десятилетия.

— Ну что, пожалуешься отцу, что я опять вела себя грубо? — бросила, не совладав с чувствами, что раздирали изнутри. — Ах, нет. Прости. Не сможешь. Ведь ты его убил, да, Кассиан?

Он вскочил на ноги, но не торопился подходить. Держался у противоположной стены и даже никак не ответил на укол про отца, пусть я и видела, что слова глубоко задели его, сковырнули тонкую корку у свежей раны. Правда, я сомневалась, что Кассиан способен испытывать муки совести.

— Как ты это сделала? — потребовал он.

Направленный на меня взгляд изменился. Теперь в нём отчётливо ощущалось опасение. Словно он понятия не имел о природе моей силы.

Но как это возможно?..

— Спроси у своего хозяина, — посоветовала я холодно и провела тыльной стороной ладони по губам, желая избавиться от отголосков его поцелуя.

Сверкнув тяжёлым взглядом, Кассиан сжал кулаки.

— Не смей так говорить, — прорычал низко, угрожающе, и помещение мгновенно наполнилось его давящей драконьей аурой.

Которой я ничуть не боялась, потому что по сравнению с силой Эйнара или Кхалендира она ощущалась как жалкий пшик.

— Что вам от меня нужно? — устало повторила я и широким жестом обвела комнату. — Зачем эта встреча? Зачем ты взрывом броши пытался пробудить во мне дракона?

Кассиан долго молчал.

— Наследный принц Харден тебе обо всём расскажет, — сказал он нехотя.

Он не знал, — поняла я.

Не знал, что мой отец — Кхалендир.

— И лучше тебе быть с ним вежливой. Не пройдёт и нескольких дней, как он станет нашим новым императором, — добавил Кассиан, поскольку я молчала.

Мой взгляд дрогнул, глаза против воли широко распахнулись. Мы все знали, что император стар. Но вот то, что он при смерти?..

Я вновь вспомнила Кхалендира. С императором он был примерно одних лет и меньше всего напоминал дряхлого старика. Очень долго живущего — да. С печатью тоски и усталости во взгляде. Но за мной он рванул с резвостью молодых, сильных драконов, и я бы не одолела его, если бы не мой дар.

Кхалендир был очень, очень силён.

А Император, значит, умирал?..

Одно не складывалось с другим.

— Что? — мои размышления прервал недовольный, грубый вопрос Кассиана. — Что с твоим лицом?

Я посмотрела на него и промолчала, пожав плечами. Уж с ним я не собиралась ничего выяснять.

— Я хочу побыть одна, — сказала, глядя Кассиану в глаза и наслаждаясь вспыхнувшим в них недовольством.

— Нет, — мгновенно отозвался он. — Наследный принц Харден приказал присматривать за тобой. Я не уйду.

— Прекрасно, — прошептала я ядовито. — Тогда уйду я.

Но стоило взяться за ручки двери и потянуть её на себя, как та захлопнулась, повиновавшись Кассиану. В гневе я обернулась и увидела у него на ладони артефакт, который когда-то придумала! Он позволял запирать замки и контролировать их на расстоянии. Изначально это была забава для ленивых…

— Ты никуда не уйдёшь, Лианна, — повторил Кассиан, чётко выговаривая каждое слово.

Он по-прежнему стоял у стены рядом с окном. При желании я могла сосредоточиться и ударить брошь, и сила вытолкнула бы его наружу. Несколько мгновений я обдумывала этот вариант, но всё же отказалась от него. Фыркнув и нарочито задрав подбородок, прошла и села в кресло, предварительно повернув его высокой спинкой к бывшему жениху.

Присутствие Кассиана невероятно нервировало. Я ненавидела даже то, как он дышал, пусть и едва слышала. Но я ощущала его каждой клеточкой кожи. И не могла не вспоминать, что он со мной сделал. Что я тогда чувствовала. Какой казалась сама себе…

Слабой. Использованной. Уродливой. Ненужной.

Длинно выдохнув, я прикрыла на мгновение глаза, пытаясь очистить разум.

«Эйнар», — позвала мысленно и слабо покраснела, вспомнив, как необдуманно, поспешно сказала, что люблю его.

Сказала первая, и он промолчал в ответ.

Это ничего, — утешила саму себя. — Сейчас не время и не место для любви.

«Лианна! Что с тобой?! Что хотел от тебя лорд Роувен?» — знакомый голос окутал меня теплом, и я вновь прикрыла на мгновение глаза, позволив себе насладиться этим ощущением.

Но Кассиан никуда не ушёл, и следовало быть осторожной.

«Я зачем-то нужна наследному принцу, — я тщательно выбирала слова. — Кажется, Император умирает…».

Эйнар некоторое время молчал. Фоном я ощущала и слабый отголосок его эмоций: сосредоточенность, злость, готовность к схватке. Кровь бурлила у него в жилах, и я чувствовала это слабым покалыванием в руках.

«Я знаю, — ответил он, наконец. — Харден сказал».

Я уловила тихие шаги Кассиана и замолчала, настороженно прислушиваясь. Он, не способный и не желающий оставить меня в покое, подошёл и придвинул второе кресло так, чтобы смотреть прямо на меня. И уселся в него с расслабленным, развязным видом. Закинул согнутую в колене ногу на бедро, отвёл в сторону, показывая, что является хозяином положения.

Злость подступила к горлу, а в сознании прозвучал очень тихий и вкрадчивый голос Эйнара.

«Лианна, Кассиан тебе угрожал?»

Он ведь тоже считывал отголоски моих эмоций. Связь работала в обе стороны, а себя я контролировала гораздо хуже, чем он.

«Нет», — быстро ответила я и с трудом удержалась, чтобы не покачать головой: со стороны смотрелось бы странно. А Кассиан в кресле напротив не отводил от меня пристального взгляда.

Слышать разговор по связи он не мог. Но мог догадаться по косвенным признакам.

«Пожалуйста, не спорь с ними. Особенно с Харденом. Я скоро вернусь в Вальмор. Подожди ещё немного.»

«А разве ты сейчас не здесь?!» — невольно я подалась вперёд, вздрогнув.

От внимания Кассиана этот жест не укрылся. Он вскинулся, словно хищник, и сузил глаза.

«Я в Последнем пределе, — после долгой паузы нехотя ответил Эйнар. — Но ненадолго. Дождись меня.»

И первым прервал нашу связь, закрывшись от меня.

В Последнем пределе, значит. Где вкусившие магии перевёртыши прямо сейчас вылезали из Разлома… Обхватив плечи ладонями, я резко поднялась и подошла к окну. Несмотря на расстояние, что пролегало между Вальмором и Поясом крепостей, если приглядеться, на тёмном небе можно было различить алые, как кровь, росчерки.

Я прижалась к холодному стеклу лбом и, прикрыв глаза, вздохнула. Я была уверена, что Эйнар здесь, в Вальморе, и эта мысль придавала сил. Теперь же…

Застав меня врасплох, резко отворилась дверь, и на пороге возник наследный принц Харден. Они были так похожи с Эйнаром, что на долю мгновения я замешкалась. Такие похожие и такие невероятно разные.

Кассиан поспешно поднялся и подошёл к нему, что-то произнёс негромко, не сводя с меня взгляда. Я же украдкой покосилась на окно. Успею разбить стекло, выпрыгнуть, обратиться и взмыть в воздух?..

Принц Харден тоже смотрел на меня, не отрываясь, и от его взгляда внизу живота зарождался болезненный комок напряжения. Он был красив. Пожалуй, красивее обоих братьев, но его красота… была холодной и порочной. Стоило посмотреть на его лицо, застывшее маской превосходства, и тянуло отвернуться, отвести взгляд. Наследный принц отталкивал одним лишь видом.

А ещё вызывал интуитивный, неподотчётный здравому смыслу страх.

— Выйди, — бросил он коротко, и Кассиан, лорд Роувен, глава драконьего рода, молча, беспрекословно подчинился. Опустил глаза и закрыл за собой дверь.

Ох.

В комнате сразу стало гораздо холоднее. Я заставила себя не ёжиться и смотреть на принца Хардена. Не в глаза, не на лицо. Прилипла взглядом к его шее и замерла у окна.

— Мне нужно, чтобы в Вальморе появился твой отец, — сказал он ровным, лишённым эмоций голосом.

Таким же, каким приказывал Кассиану. Драконница, встрепенувшись в груди, подняла голову и расправила крылья. И вновь по телу прокатилась волна знакомого холода, от которого немел язык, а ноги и руки отказывались слушаться.

— Позови его. Я знаю, что Кхалендир появился, когда почувствовал, что в тебе пробудилась его кровь.

Сперва я думала притвориться, что не понимаю, о чём он. Но быстро отказалась от этой затеи. Принц Харден знал, кто я такая. И знал, что я знаю, что Кхалендир мой отец.

Могли он следить за ним?.. Можно ли следить за драконом, который исчез почти две сотни лет назад?..

В горле стало сухо, и я с трудом смогла сглотнуть. Ладони стали совсем ледяными. Впервые за долгое время я по-настоящему испугалась. Потому как смотрела в глаза принца Хардена и не видела в них ничего… ни человеческого, ни драконьего. Только холод и бесконечная, чёрная пустота.

— Я не могу его позвать, — сказала я правду. — Не знаю как. И мы… не поладили в нашу первую и последнюю встречу.

— Вот как, — хмыкнул Харден.

Кажется, всех подробностей он не знал, и я сочла это хорошим знаком.

— Он твой отец, между вами есть связь. Неужели мой братец тебе не рассказал? Почему, думаешь, он склонился передо мной? Я старше него. Я могу заставить его.

Меня передёрнуло, и отвращение проступило на лице. Губы задрожали, и я поджала их, стиснула в тонкую линию, пытаясь держать эмоции в узде.

— Позови его, Лианна, своей волей. Иначе я сделаю тебе больно, он почувствует и всё равно явится, — со светской любезностью посоветовал принц Харден, словно мы погоду с ним обсуждали.

— Как? — спросила я, опустив голову. — Как мне его позвать?

Всё же отвела взгляд, пытаясь скрыть отвращение, которое встало в горле.

— Умница, — принц Харден прозвучал довольно. — Сосредоточься, представь отца, его образ. Потянись к нему своим драконом. Он почувствует и ответит.

— А если нет? Если он промолчит?

— Хм, — фыркнул он. — В твоих интересах его дозваться. Или мы перейдём к варианту, который предполагает причинение боли. А я вовсе не хотел бы портить ещё сильнее твоё пострадавшее лицо. Второй шрам тебе не нужен. Не будем омрачать Эйнару последние дни.

— Последние дни? — переспросила я, резко подняв на него взгляд.

Принц Харден кивнул не без злорадства.

— Когда ты закроешь Разлом, Эйнар умрёт. Он же отравлен его скверной. Не сможет без него жить. Как и мой отец.