После развода. Уроки любви для взрослой девочки (СИ)

Глава 16

Богдан

Люба смотрит на меня глазами полными ужаса.

— Ты… Ты… Катин племянник?

Меня аж пот прошибает. Отставляю гитару и откидываюсь на спинку дивана.

— Да.

— Ой, мамочки! — Люба закрывает лицо ладонями.

— Что тебя смущает, маленькая?

Люба вскакивает с места и проходится по кухне. Тяну носом.

— Курица горит, Любаш!

— Да и пёс с ней… — Люба бросается к плите, переворачивает её, уменьшает огонь и снова мечется по кухне. — Ты же совсем мальчик был, когда пел на моей свадьбе.

— Ну и чего? Я был мальчик, ты — девочка. Сейчас мы оба выросли. Ты развелась, я не женат.

— Господи, что я Кате-то скажу? Как вообще? Почему ты сразу не объяснил? — Люба зарывается пальцами в волосы и покрывало падает с её тела. Подхватив его на лету, она убегает в комнату.

Иду следом за Любой и сгребаю её в охапку.

— Успокойся, ничего не случилось. Почему ты должна перед кем-то оправдываться?

— Да ты ей как сын! Она так переживает за тебя! — ударяет Люба кулаками мне в грудь.

— Теперь будете переживать вместе. Но я постараюсь не давать вам повода.

— Пусти!

— Неа! Никуда не пущу.

— Почему ты мне не сказал? — Глаза Любы наполняются слезами.

— Пойдём в сарай!

— Зачем? — опешив, Люба вытирает слёзы.

— Возьмёшь топор и отрубишь мне голову, моя королева.

Люба трепыхается в моих руках, как птичка, попавшая в силки.

— Трепло! Я никогда не обманываю, никогда не обманываю… — передразнивает она меня.

— В чём я тебя обманул?

— Ты… Ты… Мамочки! Я держала тебя за член…

— Мне понравилось.

— Кате это не понравится!

— Что за чушь?

— Зачем ты поехал за мной?

— Потому что люблю тебя! С того самого дня!

Люба хлопает ресницами.

— Но Катя… Ничего не говорила мне.

— Логично. Я никому об этом и не рассказывал. Иногда узнавал у Кати о тебе. Жил своей жизнью, понимая, что не вправе вмешиваться в твою.

— Как я сразу не догадалась? — утыкается Люба лбом в мою грудь.

— А как ты могла догадаться? Ты ведь наверняка даже и не вспоминала обо мне. Не подглядывала в Катин телефон, чтобы отыскать мои фотографии.

— А ты подглядывал?

— Подглядывал. И соцсети твои просматривал.

— Ты и правда маньяк!

— Мне больше нравилось, когда ты меня называла своим мужчиной и будущим мужем.

— Катя меня убьёт.

— Да что ты заладила: «Катя, Катя!»

— Она моя подруга.

— Ты так говоришь, будто я её сын или парень. Ну подруга, и чего? Она только вчера мечтала, чтобы рядом со мной появилась нормальная женщина. Ты появилась. Звёзды сошлись.

— Я… Я так не могу… Ты был мальчиком…

— Но сейчас-то я не мальчик. Сама говоришь, что держала меня за член.

— Не напоминай!

— Здрасьте, приехали. И вот теперь подумай сама, почему я тебе не стал говорить, что я Катин племянник.

— Почему?

— Да потому что до этого мы общались как нормальные мужчина и женщина! Коими являемся на самом деле! — сдёргиваю с Любы покрывало и отбрасываю его за спину. Она отступает, прикрывая руками грудь и низ живота.

Стягиваю с себя спортивные штаны и замираю перед ней с шашкой наголо. Она испуганно смотрит на мой задравший голову болт. Подхожу к Любе и укладываю её руку на него.

— Что ты делаешь? — шепчет она.

— Показываю, как он сильно тебя хочет, как я тебя хочу. Я не псих и не маньяк. У меня были другие женщины, но мне нужна ты.

Она пытается убрать руку, но я удерживаю её. Она шепчет, хватая воздух как дельфин, выброшенный на песок.

— То есть все те презервативы ты купил… Целенаправленно?

— Пребывая в абсолютном уме и памяти, думая исключительно о тебе. Если не боишься забеременеть, можем без них. Я абсолютно здоров.

— У меня полгода не было мужчины… Мама дорогая! Что я несу?

— Были? И их много? — Не могу сдержать улыбки, и сам еле сдерживаюсь. Это уже походит на пытку калёным железом.

— Да ну тебя!

— Давай в тебя.

— Давай хоть… Постелим, что ли…

— Нет, — подхватываю Любу и тащу к столу. Он выглядит вполне благонадёжным. Усадив мою красавицу на стол, расталкиваю её дрожащие ноги коленями и больше не спрашивая ни о чём, вхожу в мою маленькую девочку, помня лишь о том, что обещал не причинять боль. Чтобы смягчить столь дерзкое вторжение, протискиваю руку между нашими телами и поглаживаю увеличившийся в размерах бутон, медленно продвигаюсь вперёд, растягивая Любу под себя. У неё расширяются зрачки, заполняя собой всю радужку синих глаз, острые ногти впиваются в мою кожу, а тело Любы сотрясает такая дрожь, что я еле успеваю подхватит её обеими руками. Мышцы узкого лона сокращаются с такой силой, что я не могу двинуться ни вперёд, ни назад.

— О, Богдан, — выдыхает она с таким жаром, что я ошалеваю.

Тормоза отказывают, и я с диким воем вхожу до самого донышка. Несколько нехитрых движений, и я еле успеваю вытащить член, забрызгивая семенем Любины живот и грудь. Обнявшись крепко, дышим тяжело, не в силах больше вымолвить ни слова.

— Что это было? — прерывисто шепчет Люба.

— Возможно, твой первый оргазм. Больше не боишься меня? — прикусываю её за шею.

— Я и не боялась, — Люба ответно кусает меня за плечо. — Курица!

— Теперь можно и поесть.