Эдик
Солнце ярко светит в панорамные окна кабинета. Кондиционер работает на полную мощь. Пересматриваю видео с Дашей и отталкиваю от себя телефон. Он летит по поверхности рабочего стола и втыкается в фотографию Любы в зеркальной рамке. Я то возвращаю её портрет на стол, то убираю в ящик. Сегодня мне хочется расколотить его к едрене фене.
Да, видео слабенькое. Думал, чисто позлить, да и то не удалось. Ну ничего. Сейчас мы ещё ребёнком нажмём. Хватаюсь снова за телефон и звоню адвокату.
— Ром, ну чего? Разузнал, можно там повесить на этого парня похищение ребёнка?
— Нет, Эдик. Этот парень сам юрист. Я через знакомого вышел на человека в нужном нам отделении полиции. Так тот сказал, что Кришневский в первый же день и ментов, и опеку на уши поднял. Ребёнок был весьма запущен, к слову. Ты точно хочешь помочь этой девушке вернуть сына?
— Я подумаю. Спасибо, Ром, — звоню Даше. — Ты где?
— На улице, — вздыхает в трубку Даша.
— Там тебе самое место! Фуфло какое-то сняла. Не могла, что ли, телефон где-нибудь поставить незаметно и понежить паренька хотя бы поцелуем.
— Эдик, ты нормальный? — взрывается Даша и плюётся огнём в трубку. — Он жениться собирается! А его баба беременна! Сегодня, по моей милости, как считает Богдан, она оказалась на сохранении.
— Так Люба беременна… — смотрю на фото бывшей жены, с которого она уже много лет загадочно улыбается мне. Мона Лиза, блин.
— Эд, — напоминает Даша о том, что разговор не закончен.
— Анализы твои пришли? — откидываюсь на спинку кресла. Настроение на нуле, моя персональная шкала злости достигла красного максимума.
— Не все. Некоторые десять дней ждать надо.
— Ладно… Садись в машину, скажи водителю, пусть тебя в офис ко мне везёт.
— Зачем? — растерянно спрашивает Даша.
— Двадцатку будешь отрабатывать, — маркером по стеклу пририсовываю Любе кошачьи усы и уши.
— Хорошо. Презервативы купить?
Грамотная девочка. Соображает, что к чему. Прячу Любину фотографию в ящик стола.
— Не надо. У меня тут целая обойма.
— Купить тебе что-нибудь перекусить? Ты обедал?
Ну надо же. Я ей только что буквально сказал, что раком поставлю и драть буду как не в себя, а она мне покушать ещё предлагает привезти. Сама-то тоже голодная, наверное. Они с моим водилой с самого утра там этого Богдана пасли.
— Я уже откушал, но спасибо за заботу. Если ты голодна, то можешь по дороге в автокафе что-нибудь взять. Там по пути непременно будет. Мне тут голодные обмороки не нужны, но, смотри, не обжирайся.
— На «обожраться» у меня денег нет, — огрызается Даша.
— Пусть Серёга заплатит. Я с ним рассчитаюсь. Давай там уже резче.
Так и подмывает снова позвонить Любе. Уже в который раз последний раз слово остаётся за ней. Куда ей вообще рожать? Хотя в тридцать девять она ещё вполне себе. Может Любу хоть после этих родов растарабанит? Разнесёт пердак так, чтобы она оленю своему молодому шею сломала!
Открываю договор, который читал на компе и пытаюсь на нём сосредоточиться. Ткнув кнопку на селекторе буркаю.
— Лена, кофе принеси мне.
Достаю из тумбочки коньяк и грохаю об стол донышком бутылки, в том же ящике у меня дежурный стакан. У меня есть в кабинете бар, но в последнее время я стал держать коньяк под рукой. Нехорошая тенденция, но я надеюсь, что скоро приведу нервы в порядок. Какой-то неудачный год у меня. Как с потаскухой этой малолетней связался, так и понеслось. Мальвина легка на помине, звонит тут же.
— Эдичка, привет, — чуть не плачет в трубку.
— Я тебе не Эдичка.
— Мы вообще-то ещё женаты.
— Последние дни, Мальвина.
— Эдичка, мне очень денюжки нужны…
— Да пошла ты! — сбрасываю звонок. К счастью, Роман составил мне очень грамотный брачный договор, и я остался при деньгах.
Лена приносит кофе и с неодобрением косится на бутылку. Секретарша у меня недотрога, но я на неё никогда и не лез. Так, если только попикироваться словами. А сегодня мне прям вот надо кого-то жёстко отодрать. Облизываю взглядом её бёдра, обтянутые синими брюками. Ленка рыжая, интересно, под трусами у неё кусты золотые или чистенько? Иногда вот хочется, чтобы там волосы…
— Эдуард Владимирович, что-то не так с моими брюками? — спрашивает Лена настороженно.
Кашляю в кулак и подъезжаю на кресле поближе к столу, чтобы не спалиться с эрекцией.
— Нет, красивые брюки. Тебе очень идут.
— Спасибо. Чем-то ещё могу помочь.
Конечно, можешь! Только тебя моя просьба, ой, как удивит.
— Нет, Лена. Ко мне скоро девушка приедет… На собеседование. Пусть нас никто не беспокоит.
— Хорошо, Эдуард Владимирович.
К приезду Даши я уже нормально разогрелся коньячком.
— Раздевайся, — гостеприимно улыбаюсь, расстёгивая ремень на брюках.
— Как? Так сразу? — Даша растерянно оглядывается. — А сюда никто не войдёт?
— Нет. Давай, не ломайся.
Даша стягивает через голову облегающее красное платье и подходит к столу. Вскакиваю с кресла и озабоченным павианом сразу лезу к ней в трусы, другой рукой стягиваю кружево с груди.
— Давай, девочка, намокни для меня, — рычу ей в рот. Нагнув Дашу на столе, вгоняю ей дымящийся с утра болт, запакованный по всем правилам защиты. — На, получай, — я то долблю Дашу, то шлёпаю её по заднице, — войдя в раж, я даже не слышу как открывается за спиной дверь.
— Эдик! — вопль Мальвины звучит мне выстрелом в спину. — Ты что… Мне изменяешь?