После развода. Вот она любовь, окаянная

14.

Всегда было интересно, откуда они вот такие берутся?

Из какой щели вылезают? Как решают, что им всё дозволено?

Чужого женатого мужика кадрить, лечь под него, увести из семьи.

Тут моя любимая тема, про увод.

Кто-то говорит — нельзя мужика увести, он же не телок на верёвке!

Ой ли, девочки? Ой ли???

А вы не замечали, что именно те мужики, которых уводят — это именно вот такие телки, бычки переростки?

Настоящий мужик может уйти сам.

А вот таких вот именно что уводят!

Потому что эти мужички сами по своей воле хрен куда уйдут.

Да, он будет гулять, таскаться на лево, всем говорить, какая у него жена стала старая, страшная, как ему с ней уныло. Но как только любовница начнёт пытаться его к себе перетащить, сразу взбрыкивает. И оказывается, что не такая уж плохая жена, и не так уж хреново он живёт, а любовница…нет, детка, мы так не договаривались! Расстаёмся, как в море корабли.

Это если любовница не из тех, кто вцепляется клещами.

Они же тоже все разные, любовницы!

Ох, девоньки, там же целая классификация.

От«А» до «Я», на любой вкус.

Так вот, если любовница милая, спокойная женщина, которую угораздило, дурочку, связаться с женатым кобелём, то она при таком раскладе становится бывшей и ищет другого «женатика». Почему именно женатика?

Потому что ей на них тупо везёт.

Но если любовница с самого начала задаётся целью мужика из семьи увести — она это сделает. Именно что на верёвке потащит! Всё придумает, всё продумает! В ход любые методы пойдут.

Этот тип любовниц — отличные психологи. Знают как надо.

А мужикам-то, на самом деле, надо не так много.

Хвали его и корми, слушай, глазками хлопай и опять хвали.

Хвалёный мужик сразу тает. Они падки на лесть.

Спросите, почему я такая умная и разведёнка?

Отвечу.

Перепутала я.

Мужчину с мужчинкой.

Думала, мой Никита из первой категории. Мужчина , тире, настоящий.

Увы, оказалось из второй.

Уведён, как телок на верёвке.

Скатертью дорога.

Он свой выбор сделал.

Но эта... пигалица мерзкая... Еще имеет наглость мне такие фразы выдавать: Дом я сама отдам.

Ага.

Догоню и еще раз отдам, милая. Всё обратно верну, слезами горючими умываясь, салон свой тебе на блюдечке поднесу — пользуйся, детка, ты ж беременная, тебя же обижать нельзя!

Просто жесть.

- Что она тебе сказала?

Господи, еще вопросов от Измайлова мне не хватало!

- Сказала, что я прекрасная женщина и ей очень жаль, что она увела у меня мужа.

- Она права, ты шикарна. А если серьёзно?

- Серьёзно, так и сказала.

- Ясно, хочешь, её отсюда выведут и больше не пустят?

- А что, так можно было?

- Для тебя да, тебе всё можно.

- Спасибо, но нет.

-Ладно. Но больше она сюда не войдёт.

- Спасибо, гадость — а приятно. — усмехаюсь.

- Может, заберём десерт и погуляем?

Что ж... Я хотела на работу вернуться? У меня и машина там... А, к чёрту, гуляем!

- Но десерт съедим!

Кофе шикарный, мильфей шикарный, ресторан шикарный, даже Измайлов шикарный, как бы мне не хотелось наоборот.

Портит всё только мрачная Геля, которая не уходит.

А мне бы с адвокатом связаться!

Узнать, что это за новости и почему эта девица смеет вот так со мной разговаривать.

Но я откладываю разговор на вечер и иду гулять с Яном.

Идём в сторону Кремля, сначала гуляем по Александровскому, дальше через Красную площадь к Зарядью, потом снова возвращаемся, через ГУМ проходим к Охотному ряду, дальше вверх по Тверской.

- А твоя машина? — вспоминаю уже там.

- Водитель отгонит, не волнуйся, заберёт нас, где мы скажем.

- Нас?

- Тебя же надо на работу вернуть? Или…

Или…

Не хочу на работу. Хочу.

- Поехали ко мне, Лен?

Он обнимает меня прямо на бульваре. Народу тут немного. Очень зелено, всё закрыто. Мы стоим за стендами, на которых фото и краткие описания - какая-то очередная московская выставка, их у нас в городе теперь достаточно.

- Лена...

Пусти, Измайлов.

Я протестую, но делаю это как-то неуверенно.

А он прижимает сильнее и целует.