Развод. Я ухожу из твоей жизни

Глава 29

Настя

— Знаешь, было бы неплохо, если б ты мне объяснила, что нахрен происходит?

Я злюсь нечасто. Вернее, злилась… Однако в последнее время это мое непроходящее состояние.

Уля заметно нервничает, но у меня нет к ней вопросов. Я понимаю, что подруга бы так не поступила со мной и, знай она о том, что будут Гриша и Митя, наверняка сказала бы мне об этом.

— Я узнала по факту, когда они все уже приехали.

— Так, — киваю, намекая, чтобы Ульяна продолжала.

— Короче, пацаны попросили позвать Арсения, чтобы им вместе было веселее. Ну а так как у вас с Гришей сейчас процесс развода и ты вроде как…. понимаешь…

— Понимаю. Я никакого отношения к Арсению не имею, — произношу холодно.

Больно? Еще как. Правда вообще малоприятная штука зачастую.

— Максим потому позвал и Гришу. Да и дружат они, Уль.

Это правда. Максим и Гриша дружат. У них хорошие отношения и даже свои дружеские приколы, которым много лет.

Ну не думала же я, что, разведясь со мной, Гриша перестанет общаться с друзьями? Да нет, я вообще не думала на эту тему. Но было бы глупо и совершенно по-детски просить Гришу не общаться с Никоновыми.

— С Гришей понятно. С Митей что?

— Ты знала, что у Мити тут мать живет? — спрашивает аккуратно.

— Нет. Я знаю, что у нее дом где-то за городом в коттеджном поселке, но что именно тут, понятия не имела.

— Максим встретил Митю в магазине и пригласил в гости. Макс же тоже инвестирует в проект Мити, так что это скорее жест вежливости.

— Черт, — растираю лицо ладонями, — это все очень некстати. Очень, Уля.

Смотрю на нее тяжело, а потом перевожу взгляд на свою машину. Может, уехать? Нафиг мне эти эмоциональные качели? А ведь я уверена, что ничем хорошим сегодняшние посиделки не закончатся.

— Даже не думай о том, чтобы сбежать! — Уля становится перед машиной, как будто я готовлюсь к побегу, а она начеку, рванется меня остановить.

— Уль, у нас с Митей вышел небольшой конфликт. Или как это назвать вообще…

— Что не так?

— Мы скатились в личное. — Уля округляет глаза. — У меня сейчас вообще вопрос ребром: увольняться или нет. Потому что мы перешли черту, которую переходить не стоило. Да и с Гришей мы расстались в последний раз не очень. Его первая жена высказалась, что я бездетная и что я совсем одна. Гриша пытался ее заткнуть, а я просто сбежала.

— Я убью Никонова! — выносит вердикт подруга. — Провернул все это за моей спиной.

— Брось, Уль. Не надо. Он же не знал.

— Настюша, ну пожалуйста! Пойдем в дом? Уехать ты всегда успеешь!

— Ладно, — вздыхаю. — Но пить не буду, вдруг все пойдет не так.

Проходим на участок. Мальчишки тут дуреют, бросают друг в друга снежки, толкаются. Увидев меня, Арсений подбегает и сразу же обнимает осторожно:

— Привет, Настя.

— Привет, Сень. Ты ведь болел недавно и снова мокрый! — возмущаюсь.

— Да брось! Мы же только вышли, я еще даже не успел промокнуть. Да и папа разрешил. Ненадолго.

Уля стряхивает с Арсения снег и говорит мне:

— Насть, ты не переживай, мальчишки недолго погуляют и скоро пойдут в тепло. Там шашлык вот-вот будет готов.

Уже не слушая нас, мальчики уносятся, а мы идем в дом.

Переступаю порог с колотящимся сердцем. Я ехала сюда, чтобы выдохнуть и переключиться, а по факту получается наоборот.

Мы с Ульяной проходим по дому, оставляем пакеты, которые я привезла, и разбираем продукты, а потом выходим на задний двор, где уже витают запахи жареного мяса.

На первый взгляд все вполне спокойно. Мужчины общаются друг с другом, улыбаются.

Гриша и Митя и близко не были дружны. Ради меня они скорее сохраняли нейтралитет, не накаливая обстановку.

Гриша считал, что я много времени уделяю отряду. Митя считал, что, наоборот, мало.

И каждый считал себя правым.

Грише не хватало моей любви, как жены. А до мозга костей трудоголику Мите вечно казалось, что я слишком тороплюсь домой.

Кто был прав, а кто нет? Кого следовало послушать?

Да и нужны ли сейчас ответы на эти вопросы, когда с Гришей мы разводимся и я подумываю уйти из отряда?

Мужчины не видят нас, страшно увлеченные своим делом.

— Если сейчас не снимем мясо — будут угли, — спокойно говорит Гриша.

— Если оставим, будем жрать мясо с кровью. Вот классно. Особенно детям, — парирует Митя.

— Ну смотри, — Гриша разрезает кусок. — Ты где тут кровь видишь?

— А это, блять, что? — Митя тычет пальцем в кусок.

— Это сок, Дима, — я вижу ехидную улыбку на лице Гриши.

У Мити дергается глаз, он ненавидит свое имя. Гриша тем временем добивает:

— Не умеешь жарить мясо — не надо командовать.

Максим замечает нас и натянуто-виновато улыбается.

— Еще не поздно уехать, — говорю вслух.