Развод. Я ухожу из твоей жизни

Глава 39

Настя

Прощание с Майей затягивается.

Чувствуется, что девушка не хочет оставаться одна в чужой стране.

— Может, вернешься со мной? — спрашиваю ее. — Что тебя тут держит? Ведь видно же, что тебе плохо тут одной.

— Вернуться я тоже не могу, — улыбается печально. — Да и хорошо тут. Всегда тепло, много вкусных фруктов, все улыбаются. А что дома? Серость, сырость.

— Мне кажется, ты сейчас себя уговариваешь больше, чем меня, — делаю предположение.

— Может и так, — вздыхает Майя. — Как бы то ни было, пиши мне, ладно? Я буду очень скучать.

Обнимаемся с ней.

— И пузожителя береги.

Машинально прикладываю ладонь к животу.

Помимо нескольких лишних килограмм, там внутри теперь действительно нет пустоты. Я не знаю, связано ли это с тем, что у меня получилось перезагрузиться, или с тем, что я наконец смогла отпустить своего ребенка, или это просто гормоны — но ощущения мои поменялись.

— Настя, я так рада, что познакомилась с тобой, — в глазах у Майи слезы.

Она может говорить мне что угодно, но я уверена в том, что тут ей не очень хорошо. Таиланд — страна улыбок, это факт. Но только когда ты едешь сюда на отдых. Если здесь жить, столкнешься с такими же проблемами, что и в любом другом городе. От всего этого уж точно улыбаться не захочется.

— Майя, спасибо тебе, что показала мне столько мест и стала моей верной спутницей.

Все-таки Майка плачет. Прижимаю ее к себе и шепчу:

— Если когда-нибудь решишь вернуться, только скажи. Я помогу тебе устроиться, как ты помогла мне прийти в себя.

— Я же ничего не делала, — смеется сквозь слезы.

— Ты даже себе не представляешь, как много на самом деле ты сделала.

Прощаемся. Майя не идет в здание аэропорта, но с улицы машет мне рукой до последнего, пока толпа не отрезает меня от нее.

Дальше классика всех аэропортов. Регистрация, досмотр и ожидание.

Перелет у меня долгий, больше десяти часов. Я покупаю воду и сладкий перекус, открываю переписку с Гришей и пишу в сообщении номер рейса. Он обещал встретить.

Сообщение не доходит до получателя. В сети Гриша был в последний раз четыре часа назад. Сколько у нас сейчас времени? Близится вечер, спать еще рано.

Захожу в переписку с Сеней, но у него отображается то же время входа в сеть.

Все время ожидания я поглядываю на телефон. Может, случилось что-то?

Объявляют посадку. Я иду к гейту, по коридору прохожу в самолет и занимаю свое место у окна. В суете отвлекаюсь и вспоминаю о Грише, когда пилот просит выключить телефон.

Мое сообщение так и остается недоставленным…

При взлете на меня накатывает паника. Я вспоминаю о том, что перелеты не очень-то показаны беременным. Особенно на маленьких сроках, ведь есть риск…

Ох мамочки…

Я берусь за живот и мысленно повторяю, что с моим ребенком все будет хорошо. Тут же мозг подкидывает мысли: не оставаться же мне было в чужой стране, так? Опасность существует всегда, а не улететь домой я не могла. Да я бы в любом случае в ближайшие дни купила билет и улетела, это просто стечение обстоятельств, что я узнала все еще на отдыхе.

И потом, молния не бьет в одно место дважды.

Ага, а как же истории о женщинах, которые теряют детей одного за другим, выкидыш следует за выкидышем?

Стону и упираюсь затылком в кресло. Сосед-араб косится на меня.

— Sorry, — виновато улыбаюсь.

Через час полета, когда тахикардия отдает уже в ушах и висках, я выдыхаю и прислушиваюсь к себе.

У меня разве что-то болит? Нет. Так какого черта я загоняю себя?

Включается свет, и стюардессы начинают раздавать напитки и еду. Живот требовательно урчит, но из-за шума двигателя самолета этого никто не слышит.

Что, малыш, проголодался? Так вот почему я ела как не в себя в последнее время.

И тут же улыбаюсь своим мыслям. Нет, с такими перепадами настроения свихнуться можно. Это ж надо так загнать себя.

Я беру еду и разбираю вилкой слои лазаньи. Что тут у нас? А нам такое можно?

Господи, да я три недели ела все, на что падал глаз, и даже на сроки годности на смотрела! Соберись, Анастасия, и поешь!

И я ем. Боже, с каким удовольствием я ем. Горячее, булочку, салат, сладкое.

Сосед-араб, улыбаясь, протягивает мне шоколадный батончик, и я расплываюсь в улыбке.

— Thanks.

Он кивает, я а съедаю и этот батончик.

На сытый желудок успокаиваюсь и растекаюсь в кресле, надеваю наушники, включаю аудиокнигу. Под нее же засыпаю, страшно интересная.

В целом перелет проходит спокойно. Я забираю с ленты чемодан и включаю телефон. Сообщение прочитано, но не отвечено. Тут же приходит смс о пропущенном звонке Гриши, перезваниваю, никто не отвечает, телефон недоступен.

Что ж, кажется, меня никто тут не ждет.

Надеваю куртку, натягиваю пониже шапку и выхожу на прохладный воздух. Пока меня не было, наступила весна. Осматриваюсь по сторонам в поисках такси и иду к стойке.

Серый рассвет раскрашивается красным, и я выдыхаю облачко пара.

— Вот я и дома.