Sin With Me

Броуди

Чувство беспомощности мне не по душе.

Лишь однажды я ощущал нечто близкое к такому уровню бесполезности, когда все было настолько плохо, что я ничего не мог с этим поделать. Сейчас, как и тогда, мой первый порыв – попытаться все исправить.

Надеюсь, на этот раз у меня получится лучше.

Моя «петарда» неподвижно сидит на диване, побледневшая, с потухшим взглядом. Для такой энергичной женщины она пугающе похожа на труп.

— Магда, не могла бы ты заварить для Грейс чай?

— Claro¹⁷. — Она спешит на кухню, двигаясь быстрее, чем я видел за все эти годы.

Я нежно целую Грейс в лоб и иду в столовую, где могу спокойно позвонить, не упуская ее из виду. Напряженно расхаживая по комнате, я набираю номер Нико с телефона Грейс.

— Йоу, — сонно отвечает он.

Я понижаю голос и говорю: — Нико, это Броуди.

— О, привет, братан. Я не узнал номер. — На заднем плане слышится шорох и бормотание. Женский голос спрашивает, кто это.

— Черт, я вас разбудил?

— Да, и лучше бы это было что-то стоящее, потому что моя прекрасная чертова жена лежит голая рядом со мной в постели, а у меня утренняя эрекция.

— Боже, чувак. Не надо подробностей.

Нико усмехается.

— Который час? Ты в порядке?

— Нет. Слушай, включи мне местные новости.

— Новости? Что случилось?

Я заглядываю в гостиную. Грейс неподвижно сидит на диване, безучастно глядя в пол.

— Грейс позвонила управляющая домом и сказала, что ее квартира взорвалась.

— Взорвалась? Что за черт?

— Что случилось? С ней все в порядке? — Голос Кэт уже не такой сонный. Он звучит резко и громко.

Нико просит ее включить телевизор и найти новостной канал. Кэт говорит, что он может забыть о своем утреннем стояке, пока не расскажет ей, что происходит. Нико смеется, Кэт визжит… и вдруг наступает подозрительная тишина.

— Нико! Ради всего святого! — шиплю я себе под нос, стараясь, чтобы Грейс меня не услышала.

— Прости, братан. Сейчас.

Через мгновение в трубке раздается громкий голос диктора.

— Местные новости, детка, — говорит Нико Кэт. Затем обращается ко мне: — У тебя там что, электричества нет?

— Просто стараюсь не травмировать Грейс еще больше, чем она уже травмирована.

— Погоди, детка, остановись на этом! — Нико на мгновение замолкает, а потом бормочет: — Черт возьми.

На заднем плане Кэт кричит: — О боже! Это же дом Грейс!

— Что там? Расскажи мне!

— Похоже, тот, кто звонил Грейс, говорил правду. В том шикарном высотном доме, где она живет, прямо в центре огромная дыра. Из нее валит дым. Повсюду пожарные машины и скорая помощь. Похоже, взорвалась бомба… — произносит Нико.

Слышны шорохи, приглушенные ругательства. Затем в трубку врывается перепуганная Кэт.

— Броуди! С Грейс все в порядке? Она еще у тебя?

— Да, она здесь…

— Она видела новости? Это просто катастрофа!

— Кэт…

— Слава богу, она ночевала у тебя! Дай ей трубку, мне нужно с ней поговорить!

— Кэт, успокойся…

— Дай ей трубку прямо сейчас!

Морщась, я отодвигаю телефон от себя. Когда из динамика перестают доноситься звуки, от которых разрываются барабанные перепонки, я снова прикладываю телефон к уху.

— Кэт, твоя эмоциональная несдержанность ей не поможет.

Тишина становится напряженной. Раздается раздраженное рычание, как у медведя, которого грубо разбудили от зимней спячки, а затем вздох.

— Ладно. Ты прав. Я спокойна. Да.

— Хорошо. Спасибо. Все, что мне нужно, чтобы ты собрала для нее одежду – все, что есть у вас с Хлоей, что подойдет, – и немного косметики. Все, что нужно для прически, все, что нужно девушке, я оставляю на твое усмотрение. Ты знаешь, что ей нужно. Все, чего у вас нет, я куплю в магазине. Я попрошу водителя забрать это у вас позже, или вы сами можете привезти…

— Погоди. Она останется у тебя?

— Да.

— Надолго?

Я смотрю на Грейс. Меня переполняет сильное чувство. Я не знаю, что это за чувство, но хочу – больше всего на свете – погрузиться в него с головой.

— Я еще не спрашивал ее, — тихо произношу я, — но… на столько, на сколько она захочет. Надеюсь, навсегда.

По тому, как Кэт ахает, я понимаю, что ее эмоции вот-вот снова выйдут из-под контроля, еще до того, как она с истеричной настойчивостью спрашивает: — Вы теперь вместе? О, пожалуйста, пожалуйста, скажи, что вы вместе!

— Кэт. Сосредоточься. На одежде.

— Да, хорошо, да, я соберу все необходимое и приеду, как только смогу.

Она резко замолкает. Через мгновение, понизив голос, Кэт говорит: — Ты мне всегда нравился, Броуди. Я считаю, что ты отличный парень. Но если ты хоть как-то обидишь мою подругу, если хоть раз заставишь ее нахмуриться, я обрушу на твою голову такую бурю, что ты и опомниться не успеешь. Я оторву тебе обе руки и забью тебя ими до смерти. В буквальном смысле.

Я не могу сдержать улыбку.

— Я знаю, что так и произойдет, Рокки.

— Нет, послушай. Грейс не такая крутая, какой кажется.

— Я знаю. Она рассказала мне о своих проблемах с памятью. Я понимаю, во что ввязываюсь. И я на все сто процентов за. Она не похожа ни на кого, с кем я встречался раньше, я никогда не испытывал ничего подобного, и нет на свете ничего важнее, чем заботиться о ней. Я никогда не причиню ей вреда, Кэт. Никогда. Клянусь жизнью своей матери.

В выдохе Кэт слышится религиозный пыл. Кажется, она крестится.

— А теперь я положу трубку и пойду присмотрю за Грейс, хорошо?

Кэт шмыгает носом. Затем сдавленно произносит: — Хорошо, — и отдает телефон Нико.

— Что ты такого сказал, придурок, — рявкает он, — что моя жена расплакалась?

— Я как бы сказал ей… не вдаваясь в подробности… что влюбился в ее подругу.

После недолгого молчания Нико усмехается.

— Да, этого было бы достаточно.

В гостиной Магда протягивает Грейс кружку с чаем, садится рядом с ней на диван и обнимает ее. Я чуть не роняю телефон. Магда никогда не обнимает. Она ругается. Сверлит взглядом. Но не обнимает. Если только у меня не галлюцинации, что вполне возможно.

— Мне пора, Нико.

— Ага. Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится.

— Хорошо. Спасибо, чувак.

Я вешаю трубку и сразу же возвращаюсь к Грейс. Как только я останавливаюсь перед диваном, Магда разражается бессвязной тирадой, сопровождая ее резкими жестами, которые, судя по всему, означают, что я все делаю неправильно и недостаточно компетентен, чтобы помочь промокшей до нитки обезумевшей женщине.

— Магда, я понятия не имею, что ты только что сказала, но мне нужно поговорить с…

Магда взмахивает рукой. Затем поворачивается к Грейс и очень мягко что-то говорит ей по-испански.

Грейс делает глоток чая и шепчет: — Спасибо, Магда. Ты очень добра.

Магда гладит ее по спине и кивает. Затем она снова что-то говорит Грейс по-испански.

— О нет. Я… — Грейс смотрит на меня, а потом быстро отводит взгляд. — Я не могу так навязываться. Я сниму номер в отеле, моя страховка покроет расходы…

— Да, — перебиваю я, догадываясь, что сказала Магда, судя по тому, как Грейс возражает. — Тебе лучше остаться здесь. Мы хотим, чтобы ты осталась. Я хочу, чтобы ты осталась.

Магда бросает на меня убийственный взгляд, который должен заставить меня замолчать, но не заставляет, потому что я столько раз оказывался в подобной ситуации, что выработал иммунитет.

Я опускаюсь на колено перед Грейс и беру ее за руку.

— Если тебе некомфортно оставаться со мной в главном доме, потому что мы не… э-э… потому что у нас не…

Грейс удивленно вскидывает брови. Магда рычит на меня.

— Площадь гостевого дома – двести семьдесят квадратных метров! — выпаливаю я. — Там есть собственный бассейн! И отдельный вход! Ты можешь приходить и уходить в любое время, это будет как твой собственный дом!

Магда качает головой, выдыхает через нос и смотрит в потолок. Не обращая на нее внимания, я сжимаю руку Грейс.

— По крайней мере, на сегодня. Или на несколько дней, пока ты не разберешься с другими делами. Можешь оставаться столько, сколько тебе нужно.

Грейс опускает взгляд на наши руки и задумчиво прикусывает нижнюю губу.

— Пожалуйста, — продолжаю я.

Она ничего не отвечает.

— Обещаю, что не буду вести себя странно или как-то еще.

Грейс смотрит на меня, нахмурившись.

— Я имею в виду… еще более странно.

Наконец она улыбается.

— Это значит «да»? — с нетерпением спрашиваю я.

— Ach. Patetico¹⁸, — говорит Магда. Затем она что-то объясняет Грейс по-испански.

Грейс слушает. Затем делает еще один глоток чая. Когда Магда замолкает, Грейс долго смотрит на нее, а потом на меня и говорит: — Сколько бы ты ей ни платил, эта женщина заслуживает повышения.

Затем они с Магдой встают, и я тоже поднимаюсь.

Уже более уверенно Грейс произносит: — Я бы хотела принять душ и переодеться в сухую одежду.

— Да, конечно. Прими душ, а я найду тебе что-нибудь из своих вещей – спортивные штаны и футболку, хорошо?

Грейс кивает.

— Я позвонил Кэт. Она привезет тебе кое-что из одежды. Я подготовлю гостевой дом, а потом…

Я замолкаю, потому что не знаю, что будет потом.

Но Грейс мило и нежно улыбается мне и целует в щеку.

— А потом мы поговорим, — произносит она.

Мое сердце начинает биться чаще.

— Да. Потом мы поговорим.

Правильно ли я понимаю, что она хотела сказать совсем другое? То от чего нас оторвали?

Да. Мои мысли неуместны. Я извращенец. Знаю и ничего не могу с собой поделать. Я так давно вожделею эту женщину, что мой мозг забит образами ее обнаженного тела.

И тут меня осеняет: Грейс сейчас нужен не очередной чувак, размахивающий своим членом у нее перед носом. Больше всего на свете ей нужен друг.

Если я действительно хочу поступить правильно, мне нужно быть ее другом, а не тем, кто изо всех сил пытается забраться к ней в трусики, когда она наиболее уязвима.

А значит, мне нужно отступить.

Черт, как же неудобно иметь совесть.

Грейс разворачивается и уходит по коридору в гостевую спальню, где провела ночь. Я смотрю ей вслед, Магда стоит рядом.

Когда Грейс закрывает за собой дверь комнаты, Магда поднимает на меня глаза и говорит по-английски: — Не за что. Не облажайся.

В отчаянии я всплескиваю руками.

— Магда! Почему я до сих пор ни разу не слышал, чтобы ты говорила по-английски?

Она пожимает плечами. Затем, сверкнув темными глазами, отвечает по-испански. Я смотрю на нее в упор.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной.

Она улыбается, хлопает меня по руке, разворачивается и уходит.

Я кричу ей вслед: — Если бы я тебя не любил, то уже давно уволил бы!

Я слышу ее смех еще долго после того, как она скрылась из виду.