Стражи Особого Назначения 3

Глава 16

— Ты молчишь уже очень долго, а нам бы хотелось узнать, что ты вспомнил, — Кавер, как и остальные уселся на ковре перед угрюмым Канмином. Лика же пытливо всматривалась в него, чем нервировала парня.

После слов лидера, Канмин словно бы отмер, взволнованно кашлянул, и постарался взять себя в руки. Он надел рубаху и окинул каждого присутствующего нечитаемым взглядом.

— Теперь, когда я все вспомнил, то с уверенностью могу сказать, что я не из этого мира. Мой мир АльваРосса, названный в честь Бога дракона Альва и человеческой Богини Россы. От их союза произошел род драконов и людей. Два народа, две расы, но мы едины. В моем мире не ведут войн, мы живем мирно и по всей земле дракон и человек живет там, где хочет. Мой мир не разделен на границы и континенты. Правит нами пять старейшин драконов и один из них мудрец из человеческого рода. В моем мире нет магии, но мы видим своих Богов, общаемся с ними через священные ритуалы. У нас другая, но похожая с вашим миром культура и уклад жизни, а вот легенды и сказания другие. Мы тесно связаны с флорой и фауной АльваРосса и чувствуем стихии, чтим каждое растение и зверька. Мы воздаем почести каждой смене года и стараемся жить в гармонии с природой. Наша земля богата, красива и плодотворна. И мое истинное имя Канмин ЭргОртон.

— Ты сказал, что род драконов и людей произошел от Богов, а почему не полукровки? — задала Иви вопрос, она не совсем могла понять, как от дракона и человека рождались не полукровки.

— Потому что рождались те, кто не мог перекинуться в дракона, в основном это были женщины. Ведь супруга Бога Альва была Богиня Росса, имеющая человеческий облик без второй сущности. Она и Он создали наш мир. По приданиям, Бог Альва прилетел на звезду, которая была населена людьми, он увидел Россу, когда та купалась в озере и полюбил ее. От нее пошел род драконов, где рождались, как полноценные, так и те, кто не мог оборачиваться. Вот так и образовались две расы, но мы существуем друг с другом в мире. У нас нет понятия "полукровки". Что касается меня, то я рос в полной семье, где есть мать, отец и они оба уважаемые драконы, а также у меня есть старшая сестра. Три года назад Сиена счастливо вышла замуж за лазурного дракона, а я должен был присутствовать на ритуале Имени, — горечь сквозила в его тоне.

— Что за ритуал «Имени»? — спросила Иви.

— Сестра родила сына и, когда мы нарекаем ребенка именем, то идем в священный Храм, где присутствует вся семья и старейшины проводят ритуал, а потом мы празднуем. Для нас выбор имени многое значит.

— И что обозначает твое имя? — спросила Лика.

— Кан — это Величие. Мин — это Огонь, — ответил он.

— Как поэтично — Величавый Огонь, — улыбнулась Иви.

— Величие и Огонь, — поправил Канмин. — Я дракон, значит Величие, а огонь — я огненный. Только черные драконы могут дышать из пасти пламенем. И только черные становятся на защиту мира обучаясь в академии военному искусству.

— Погоди, — прервал его Кавер, — что значит «дышать из пасти?».

— Выпускать из глотки дыхание огня, — пожал плечами Канмин, если для него это были простейшие вещи, то для остальных не совсем понятные. Хотя Иви и Лика его без труда поняли.

— Огненный дракон, — призадумалась Лика, — но ты же это контролируешь и не спалишь нас всех в порыве своего нервоза?

Канмин усмехнулся, — Могу и поджарить если меня очень-очень разозлить.

— Восприму как угрозу, — хмыкнула Лика беря на свой адрес его предупреждение, которое было сказано с иронией, но все же...

— Прекрасная способность дышать огнем, как оружие, — восхитился Кавер.

— Ты легко принимаешь форму дракона? — поинтересовался Рейз и так же, как и лидер оценил возможности парня.

— Легко, — кивнул Канмин, — стоит подумать об этом, и вот… я дракон, только место должно быть соответствующее, чтобы было где развернуться. Мы всегда предусмотрительно к этому относимся и оборачиваемся в тех местах, где позволяет пространство и можно было бы потом облачиться в одежду. Разгуливать голыми у нас не принято. Спасибо, Шакал, что ты облачил меня в одежду.

— Зачем вас обучают военному искусству если у вас царит мир? — не поняла Шайни.

— Это традиция, мы все должны обучаться в академии, познавать науки и боевые искусства. Так было заведено нашим Богом, а те, кто рождался черной масти им уже с рождения предназначалось стать военными. Я готовился вступить в элитное подразделение и за пять лет освоил и научился многому, а благодаря моей подготовке вы посчитали, что я воин. И мы никогда ни с кем не воевали, но Боги так решили, что нам необходимы эти навыки. Мы все познаем в теории, на спаррингах и в турнирах между собой, но реального боя никогда не знали. Здесь, в вашем мире я понимаю, что получу настоящий опыт.

— Может тебя к нам направили твои Боги? — предположила Иви.

Канмин покачал головой, — Если бы это было так, то я бы знал об этом.

— Ты контролировал себя, когда обернулся в дракона? — спросил Шакал.

— Не сразу, — нахмурился он, — я сперва не понял, но потом учуял знакомые ароматы, а после, — он взглянул на девушек, — узнал их.

— Так я и думала, что оборот был инстинктивный, — закивала Иви и украдкой глянула на мужа.

— Ты мог им причинить вред, — нахмурился Рейз.

— Я не сделал бы этого, я разумен и контролировал все, — опроверг его обвинения Канмин.

— Он очень огромный и мощный, — вспомнила Иви, как выглядел дракон, — черный и крылатый.

— И сколько ты мог бы уместить на себе наездников? — Кавер выглядел задумчивым, но его направление мыслей поняли все.

— Трех-четырех, — озадачился Канмин, — но как правило, мы кроме своей Хранительницы никого не сажаем себе на спину.

— Хранительницы? — тут же заинтересовалась Иви, и тема разговора повернулась в другую сторону, когда как лидер Старк обдумывал, как использовать Канмина с его огнедышащим из глотки оружием.

— Погодите, — озадачился лидер Старк, — как ты к нам попал, если твои боги не причастны к этому, магии в твоем мире нет, стало быть, и мага.

Канмин на секунду задумался, — Я думал об этом и полагаю, что… Месяц назад я вступил в пору совершеннолетия, мне исполнилось двадцать пять лет. Хочу прояснить вам некоторые моменты касаемо моего народа, в любой семье у пары драконов мог родиться ребенок не способный обернуться. И не каждая девушка могла родить дракона. В последнее столетие драконов стало рождаться все меньше и тогда бог и богиня сотворили священную башню с камнем-судьбы. Дракон, достигнув совершеннолетия обязан войти в башню и трое суток возносить молитвы, а потом оросив своей кровью камень-судьбы видел лик той, что начертана ему судьбой. Он видел именно ту, что родит ему дракона и ту, что станет его Хранительницей. Камень-судьбы никогда не ошибался и никогда не показывал на ту девушку, которая была замужем. Он показывал всегда именно ту, что предначертана дракону.

— И вы, драконы, всегда стремились увидеть свою избранную? — чуть с иронией спросила Лика.

Канмин глубоко вздохнул и бросил взгляд на Лику.

— Для нас это священно найти свою пару, девушку, которая не только родит нам дракона, но и станет Хранительницей души и сердца. Драконы не бегут от этого, а наоборот стремятся ее обрести. Увидев лик нашей Хранительницы, мы находим ее по нитям поиска дарованной нам богами.

— И девушка рада увидеть своего суженного? А вдруг она очень молода или на тот момент влюблена? Или вдова, — задавала вопросы уже Иви.

— У богов свои пути, нам остается принять их волю, уповая на милость, — голос Канмина звучал рассудительно и спокойно. — Выбор богов не оспорим. Да и дракону невозможно отказать, — немного пафосно произнес он. — В нашем мире каждая девушка мечтает стать суженной и хранительницей дракона.

— Чувствую там есть подводные камушки и не все так сказочно с выбором дамы сердца и души, — в глазах Лики замерцали насмешливые искры, и она тут же схлопотала недовольный взгляд парня, было видно, что Канмину хотелось ей высказать парочку слов.

— А мне нравится этот камень-судьбы, — тихо сказала Шайни, — и то, что у вас царит мир и порядок. Спокойно живете, мирно.

— Да, — кивнул Канмин, — я был счастлив. В двадцать лет я поступил в академию, где учился разным наукам и воинскому искусству. Мой отец генерал и я следую по его стопам. Имя и род обязывают. Мы живем обычной жизнью и нас от людей отличает только то, что у нас есть вторая ипостась, как и у вас оборотней, — посмотрел Канмин на Рейза и Кавера.

Мужчины закивали.

— Хороший у тебя дом и мир, — кивнул Кавер.

— И я хочу вернуться обратно, — Канмин тряхнул головой. — Мои родные там с ума сходят.

— Так что с тобой произошло, и почему ты оказался в пустыне в плену у ящеров? — спросил Рейз. Шакал, как и Ашар внимательно слушали парня. Лика порой переглядывалась с Иви, а Шайни выглядела немного грустной.

— Я совершил трехдневный ритуал в священной башне, — взгляд Канмина был затуманен воспоминаниями, — помню, что сделал порез на ладони, видел, как три капли упали на камень-судьбы, а после… я оказался в жутком пекле, повсюду пески и незнакомые места. Я хотел обернуться в дракона, чтобы взлететь и обозреть местность, но вместо этого увидел двуногих монстров похожими на змей. У меня и мыслей не возникло, что они агрессивно будут настроены против меня. С ними был один очень жуткий тип. Лица его не видел он был в балахоне с капюшоном на голове, и он что-то говорил монстрам. Язык странный и мне был непонятен. Теперь-то я знаю, что это были ваши враги. Один из ящеров ударил меня сбив с ног, я был растерян, а тип в балахоне швырнул меня к ним. Монстры меня связали, а потом волокли по пескам. И для меня было самое страшное то, что я не мог обернуться в дракона. Я запаниковал и не смог расчетливо мыслить. А потом они устроили бои и мне приходилось драться с ними, помню, как мне пришлось отбиваться от троих, а затем… — Канмин покачал головой, — уже ничего не помнил. Когда открыл глаза, то перед глазами черная муть и голова готова была лопнуть от острой боли. Я увидел Иви и Лику, слышал обрывки их разговора. Я понимал речь. И сейчас исходя из того, что я узнал о вашем мире и что тут творится, а также из брошенных фраз девушек, когда они меня посещали, я пришел к выводу, что они также не из этого мира, — Канмин прямо посмотрел на Иви и Лику. — Вы рассказывали мне истории про змей и драконов чуждых моим легендам и сказаниям, а также говорили о неком маге. Сейчас вспомнив все и проанализировав, я хочу спросить вас, как мне вернуться домой?

— Никак, — бросила Лика с холодным выражением лица. — Мы не знаем этого. Я в Арионе больше года, а Иви несколько месяцев.

— Если найдем того проклятого мага, то получим ответы, — сказала Иви. — Но никто из нас не видел его лица, мы, если честно, надеялись, что ты нам о нем расскажешь или опишешь его внешность.

— Но вот что мне еще интересно, — Лика чуть подалась вперед к Канмину, — я и Иви получили некоторые способности придя в Арион, к примеру, Иви понимает язык гидр, а я обладаю способностью считывать разумы ящеров и ими управлять, а что получил ты? У тебя должна быть какая-то способность.

— Я вас не понимаю, — помотал головой Канмин. — Я понимаю вашу речь, но тех ящеров в пустыне не понимал и ничего такого непонятного в себе не ощущаю.

— Странно, — нахмурилась Лика переглянувшись с Иви. — Если тебя притянул маг, то ты ему стал не нужен? Почему? И кто тот тип в балахоне?

— Я не видел его лица и не могу сказать ящер он или человек.

— Если бы он был магом, то скорее забрал Канмина, а не отдал бы гидрам на растерзание, — рассуждали девушки.

Воцарилось молчание, которое прервал Канмин.

— И как мне существовать драконом в Арионе, когда мне необходимы обороты в зверя?! — воскликнул он — Не сочтут ли меня врагом и не подстрелят ли лучники в полете? Мне придется всем раскрыться? — он посмотрел на Рейза и Кавера, те были задумчивы.

— Об Иви и Лике знает узкий круг лиц, мы не распространяемся о них. О тебе также лучше молчать тем более твой дракон в некотором роде похож на ниг'ассов, — размышлял вслух Кавер. — Для оборотов в дракона и полетов мы придумаем, где тебе это делать. Мы оборотни знаем, как это важно выпускать своего зверя на волю.

— Пустыня! — воскликнула Шайни.

— Прекрасное решение, — согласился с ней Кавер и остальные тоже согласно закивали.

— И мы в полете произведем разведку, — огласил вслух до этого молчаливый Ашар. — Сверху мы увидим многое.

— Но сперва Лика войдет в транс и даст подсказки в каком направлении лететь дракону, — кивнул Рейз.

— Ты же не против этого? Хранительниц-то тут нет твоих, — вздернула Лика бровь посмотрев на Канмина.

— Я согласен, выбора-то все равно у меня нет, — мрачно ответил он. — Первое, я застрял в вашем мире, второе — у вас война, а это реальный для меня опыт. Третье — Хранительниц среди вас и правда нет так что я в деле и готов лететь в любой момент хоть с группой девчонок на спине.

Лика фыркнула, Иви улыбалась, а Шайни с интересом посматривала на парня.

— Отлично, — похлопал Кавер по плечу Канмина. — С твоим огнем и крыльями мы многого в разведке добьемся. Лика… через час я должен получить от тебя информацию, что там с гидрами и мы определим время разведывательного полета. Полечу я, Шакал и…

— Я, — сказал Рейз.

— Я тоже хочу, — тихонько сказала Иви и тут же взглянув в глаза мужа широко улыбнулась. — Я, пожалуй, останусь с Ликой.

— Четвертым будет Шайни, — сказал Кавер. — Она проводник в пустыне и на случай непредвиденных обстоятельств всегда приведет нас туда, где безопасно.

Все согласились с решением лидера и стали покидать шатер Ашара, а Лика обдумывала куда бы ей уйти, чтобы начать медитировать. И решила, что лучшего места в лесу ей не сыскать. Она окликнула Шакала, и они пошли в сторону реки. Канмин проводив их взглядом озадачился и решился расспросить Ашара о способности Лики и почему она в паре с Шакалом?

Лидер Старк посовещавшись с друзьями дал добро Ашару рассказать парню об Иви и Лике. Шайни тоже присоединилась к ним, ведь и она не знала историю девушек, но так как была в команде и ее неотъемлемой частью, то все посчитали, что скрывать от нее правду не было смысла.

А тем временем пока Иви скрылась в шатре Ашара, где рассказывала Шайни и Канмину о себе и об Лике, сама Лика Вагнер выбрав уединенное место на лесной полянке у реки приготовилась к медитации.

Она сидел с закрытыми глазами в позе лотоса на широком уступе невысокого холма и медитировала. Вернее, пыталась медитировать. У Лики все никак не получалось сосредоточиться. Мысли были похожи на кусочки мозаики из разных комплектов, которые кто-то нарочно смешал в одну кучу, а она тем временем с неослабевающим упорством пыталась сложить из них единую картину.

Позади нее сидел Шакал, и, если бы не его рука на ее талии и не тепло его тела, Лика бы могла погрузиться в транс без лишних мыслей.

У нее была мысль попросить Шакала оставить ее одну, но тогда ей придется рассчитывать только на себя и быть незащищенной. Без его силы для нее все может закончиться плачевно. Если королева будет быстро и слаженно действовать, то ни дар, ни скорость Лике не помогут. А о таком противнике, как королева гидр, даже вспоминать жутко. Лике удавалось с ней справиться только благодаря Шакалу, где она становилась невидимой для нее.

И снова у нее возникало чувство острой тревоги и давящей на мозг усталости. В такие моменты ей особенно сильно казалось, что ноша, которую она взвалила на свои плечи, слишком тяжела для нее. Каждое новое решение или шаг, каждая новая угроза будто тянули ее на дно. Но затем Лика вспоминала людей, доверившихся ей и веривших в нее, и понимала — они ее семья. И она, как глава этой семьи, готова сражаться за них.

— Лика? В чем дело?

Она застыла от его глубокого и звучного голоса, а его дыхание щекотало щеку. Даже сейчас она могла почувствовать его сердцебиение у своего плеча. Он прижимался к ней своей щекой, будто действительно наслаждаясь близостью. В такие моменты Лику окутывала безмятежность. Счастье.

— Ты когда-нибудь чувствовал такой груз ответственности, что единственное, чего ты хотел, это скрутиться на кровати в бублик и прикинуться овощем?

— Такое случалось иногда, но я не мог зацикливаться на своем желании, — тихо произнес Шакал. — Никто не заставляет тебя сейчас это делать.

Лика чуть улыбнулась. Шакал был тихой поддержкой с тыла. Его постоянное присутствие, от которого она втайне стала зависимой.

— Я должна, — и встряхнула головой, приказав себе сосредоточиться.

Глубокий вдох через нос… Выдох через полусомкнутые губы… Повторить… Сосредоточиться на дыхании. Здесь и сейчас…

Теперь она полностью контролировала весь процесс.

Лика нырнула в ментальное поле и увидела плетения из множества красных огоньков. И на нее тут же обрушился шквал разговоров. Голосов, которые хаотично накладывались друг на друга, их было так много, что голова взорвалась. Теперь они звучали даже громче и звучали в полную силу, чем прежде, и она едва могла их выносить.

Лика знала, что нельзя дотрагиваться до тонких туманных нитей, иначе ее заметят. Ей было чертовски холодно, но она посмотрела влево и вправо, вверх и вниз, и двинулась вперед словно что-то искала, а потом увидела то, что заставило ее оцепенеть.

Она вышла из транса и ее била крупная дрожь.

— Лика?

Она услышала слова Шакала словно издалека, и ничего не смогла ответить. Она словно разрывалась между двумя мирами и при этом не была ни в одном.

— Лика! — лицо Шакала склонилось над ней. Его алые глаза были полны боли, он держал ее в своих нежных и таких надежных объятиях. — Просто дыши… вдох… выдох… Хорошая девочка.

Она смотрела широко распахнутыми глазами и дрожала.

— Что ты видела?

— Ад. И мы ближе к нему, чем хотелось бы, — сказала она между судорожными вздохами. — Они двигаются в нашу сторону огромной колонной. Тысяча разумов, светящих точек, медленно, равномерно идут в одном направлении. Они пошли в наступление. Когда они будут у наших границ не знаю. Но их тьма тьмущая, — голос Лики дрожал, и она с каждым словом бледнела. — Шакал, — вцепилась она в его руку, — мне страшно.

— Мы должны немедленно сообщить об этом Каверу.

— Погоди, дай мне минутку прийти в себя, — Лика дрожала и глубоко дышала.

— Ничего не бойся, — его внимательный взгляд проник в самую ее душу. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

— Знаю, — тихо произнесла она, не в силах совладать с дрожью. Шакал казался таким мощным. Она провела ладонями по его руке, затем по подбородку.

Он замер от ее прикосновений и должен был отстраниться, но вместо этого вовсю наслаждался. Слишком долго она не прикасалась к немувот так. Ему хотелось утопать в ощущении этой нежной кожи. И этих рук, которые были теплыми, а не холодными.

— Отвлеки меня, — голос Лики звучал напряженно. Ей было необходимо нечто хорошее, чтобы вытеснить дурное. — Пожалуйста.

— Как?

— Не знаю, — прошептала она и замерла под его жгучим алым взглядом словно загипнотизированная.

Он протянул руку и проследил пальцем контур ее изящной шеи.

— Я убеждаю себя, что не стоит делать этого, — он склонялся все ближе и ближе, пока его губы не оказались на расстоянии шепота от нее. — Не могу и не хочу больше сопротивляться этому желанию. Позволь мне это сделать, — проговорил он. — Пожалуйста.

— Мне нравится... ход твоих мыслей — прошептала Лика, опустив взгляд на его твердые губы.

Зрачки Шакала расширились, темнота поглотила алый всплеск. Он склонил голову и прильнул своими губами к ее, поначалу нежно, очень осторожно, и все же у нее закружилась голова.

Он поднял голову, всматриваясь в ее глаза. Кажется, увиденное поощрило его, поскольку он снова склонился.

На этот раз его язык коснулся ее губ, пробуя их на вкус, и он застонал. Шакал жаждал большего, и она открылась ему навстречу.

Он проник в ее рот, поворачивая голову и осторожно лаская ее языком. От этого контакта жар буквально плавил кости, и Лика обмякла в его объятиях.

Их языки переплелись, от чего ее пальцы, поглаживавшие его лицо сами собой, переместились на его шею, поглаживая ее в собственном порыве. Он не просто поцеловал ее, Шакал буквально упивался ею. Огромные ладони бродили по ее спине сверху вниз и назад вдоль позвоночника. Каким бы сильным он не казался, ему удавалось сохранять нежность прикосновений. И его вкус, — о, его вкус! Это был чистый восторг, чистый и простой, как лето и зима, весна и осень, каждое время года, каждый день, уносящий ее прямо в вечность.

Она обняла его, прижимаясь крепче. Он застонал и затем... затем понял, как именно хотел ее целовать, и давление выровнялось. Шакал наклонил голову, углубляя поцелуй. Он брал и отдавал. Требовал и возвращал. Владел.

Страсть поцелуя нарастала.

Это было... Это было...

— Хорошо, — пробормотал он, и она не поняла, вопрос это был или побуждение для нее.

— Восхитительно. — Но и это слово едва соответствовало испытанному.

Великолепно. Бесподобно. Утонченно. Нет, и этих слов было недостаточно.

Это стало больше, чем поцелуй, и на каком-то уровне это испугало Лику. Он давал ей что-то драгоценное. И она дарила что-то дорогое взамен.

Но она не знала, что именно... доверие? Кусочек ее сердца? Она не была уверена, что хочет это знать.

Что случится, если она влюбится в него? Если отдаст ему все?

Какими бы не были ответы, они пугали ее.

Почувствовав ее состояние, Шакал поднял голову. Напряжение читалась в выражении его глаз, подчеркивая линию его губ, капелька пота скатилась от его виска.

— Это помогло тебе?

Лика только кивнула не в силах вымолвить ни слова. Втайне ей было жаль, что он отстранился.

— Тогда поспешим к Каверу, — тихо произнес Шакал.

Она не ожидала того, что его тон после поцелуя будет таким ровным, словно и не было между ними ничего. Так он это сделал, чтобы отвлечь ее? Потому что она попросила и хотела этого?

Ну если так... Кошмар и правда испарился. Орда гидр больше не стояла перед ней. В этот момент существовал только Шакал.

Лика быстро поднялась на ноги отряхивая одежду. Ей хотелось убежать из-под его проницательного взгляда. Хотелось уйти, скрыться и забыть, что этот поцелуй когда-либо происходил.

Но она не могла забыть, не так ли? Это врезалось в ее мозг... и в каждую клеточку тела.

— Ты расстроена. Сердишься из-за того, что я сделал?

— Нет, — она не могла позволить ему думать так.

— Тогда почему? — Шакал никогда не забудет превосходное ощущение губ Лики на своих, или мягкость ее тела прижатого к его. Или сладость ее вкуса и тысячи других вещей, разжигающих огонь в его крови, заставляя испытывать боль на грани острого отчаяния. Он почувствовал себя целым. Счастливым. Впервые умиротворенно. Не было ни злости, ни страха, ни чувства безнадежности. Он чувствовал себя нормальным. Но он чем-то ее расстроил, неважно что она сказала. Сначала она таяла. Затем напряглась, готовясь сбежать.

Сожалела ли она о произошедшем?

Возможно.

Возможно, это и к лучшему. Он не может позволить себе надеяться на ее взаимность.

— Просто оставь это. Пожалуйста, — услышал он ее слова. Ее щеки пылали, и она отвела от него взгляд.

Его глаза потухли, и он кивнул. Лика пошла вперед, а он следом за ней вечной, молчаливой Тенью.