Стражи Особого Назначения 3

Глава 38

— Погодите с порталом! — выкрикнул Канмин, резко оборачиваясь к друзьям. В его глазах мелькнула непривычная для него растерянность. — Подождите… — голос дрогнул, но он тут же сжал кулаки, словно собирая внутри себя невидимую силу. — Я хочу сказать… Я счастлив. Безумно счастлив, что познакомился с вами. Что был в вашей команде.

Он сделал шаг вперед, обводя взглядом каждого:

— Вы… вы стали для меня больше, чем просто знакомыми и товарищами по оружию. Я бы хотел переходить сквозь миры — снова и снова — только чтобы навещать вас.

Канмин усмехнулся. В этой усмешке смешались горечь расставания и теплота воспоминаний.

— Дерьмо, — тихо выругался он, но в голосе не было раздражения — только мягкая, почти детская растерянность. — Я привязался к вам. По-настоящему.

На мгновение повисла тишина.

— Ну конечно привязался. Кто бы мог подумать, что этот вечно ворчащий крылатый тип умеет так говорить, — с легкой усмешкой, но глазами, полными нежности произнесла Лика.

Иви с теплой улыбкой добавила: — Мы тоже к тебе привязались, Канмин. Даже если ты иногда невыносимый.

Парни дружно хлопали его по плечам, словно пытались передать часть своей силы через эти простые, но такие значимые прикосновения. Айс, не удержавшись, взъерошил Канмину волосы — старый дружеский жест, от которого тот не мог сдержать смешка.

— Я тебе уже говорил, что мне тебя дракон, будет не хватать, особенно твоего огня из пасти. Незабываемое зрелище, — с нарочитой серьезностью произнес Айс, а его глаза искрились юмором.

Остальные закивали, соглашаясь. В этом молчаливом согласии читалась глубокая привязанность, каждый хранил в сердце кусочки воспоминаний — смех Канмина, его яростные атаки в бою, бесконечные перепалки с Нэрри…

— Я с гордостью буду говорить, что у меня есть такой друг, как ты, Канмин, — сказал Ашар. В его голосе звенела искренность, взгляд был тверд, но в глазах теплилась нежность. — Ты — часть нашей истории.

Рейз обнял Канмина, крепко похлопав по плечам. Объятие вышло теплым, почти отцовским.

— Береги себя, парень. Мы никогда не забудем все, что ты сделал для нас. Ты наш друг. И никакой мир не сможет стереть эту связь.

Шакал, обычно сдержанный и немногословный, улыбнулся:

— Если твои боги согласятся снова тебя отправить к нам, то знай: мы всегда ждем. Всегда.

Лика и Иви одновременно обняли Канмина. Их объятия были полны нежности и боли расставания.

— О, Канмин… — прошептала Лика, и голос ее дрожал. — Будем скучать.

Иви кивнула, прижимаясь к нему. Ее глаза блестели от слез, — Очень-очень будем скучать. Ты стал частью нашей семьи, и мы не представляем, как будет без тебя.

— Найди свою хранительницу, крылатик, — всхлипнула Нэрри. Голос сорвался, она всегда была самой эмоциональной в команде, и сейчас чувства вырвались наружу. — Найди и будь счастлив. Но не забывай нас… пожалуйста.

Канмин закрыл глаза, впитывая каждую эмоцию, каждое слово. Он знал, что эти прощания останутся с ним навсегда — как шрамы на душе. Но шрамы, которые делают сильнее. Он посмотрел на друзей, и в его взгляде читалась не только грусть, но и благодарность — за дружбу, за битвы, за смех и слезы, за бесценный опыт.

— Я не забуду вас, — тихо произнес Канмин, словно трагический герой из старинной баллады. — Никогда. И если судьба даст мне шанс, я вернусь. Обещаю. А насчет хранительницы… — он озорно скосил глаза на девушек, — я ее нашел.

— Где? — недоуменно нахмурилась Нэрри, будто пыталась разглядеть эту самую хранительницу, где-то за спиной Канмина.

Канмин расплылся в широчайшей улыбке будто только что раскрыл величайшую тайну Вселенной. И с пафосом подмигнул Нэрри:

— Это ты — моя хранительница, полосатая!

— ЧТО?!!! — взревела Нэрри так, что даже старый маг подскочил и поморщился, будто услышал звук ломающегося хрусталя, а Арэн Дэс инстинктивно выхватил свое копье.

— Ну и голосище, — пробормотал Канмин, слегка потирая уши.

Нэрри, ошарашенная, уставилась на Канмина — будто пыталась прочитать его мысли и одновременно решить сложную математическую задачку. Затем недоверчиво и чуть в панике посмотрела на всех. Даже демариец отвел смеющиеся черные омуты в сторону. Но не забыл встряхнуть Эрроса Мороса, когда тот начал оседать, ноги беднягу перестали держать.

— Капец! — выдохнула Нэрри.

— Пойдем со мной. Ты увидишь мир драконов, будешь летать как всадница. Я окружу тебя роскошью, можешь даже в академию искусств поступить. Тебе понравится в моем мире, Нэрри. Давай попробуем?

— В академию искусств? — просипела Нэрри. — Ты совсем сбрендил?

Лика и Иви, улыбаясь, переглядывались. Парни, стараясь сдерживаться, посмеивались.

Нэрри же смотрела на Канмина с откровенным недоверием:

— Я твоя Хранительница?! Ты ничего не перепутал? Твои боги точно ничего не напутали?

Он покачал головой пожирая Нэрри взглядом.

— Тебе не повезло, крылатый.

Канмин тихо выругался, но тут же расплылся в улыбке:

— Ладно, не кипятись. Ну что… пойдешь со мной, рыжая? Клянусь своими крыльями, если мы не уживемся и, если ты захочешь вернуться в Арион, то я уговорю богов вернуть тебя. Раз они меня отправили сюда за своей хранительницей, значит, не станут нарушать баланс равновесия и признают ошибку. Ну, типа: «Ой, простите, перепутали. Вот ваш обратный билет в мир, где нет Канмина».

Айс не сдержался — прыснул со смеху:

— Канмин, ты сейчас серьезно? Это же как в лавке чудес: «Купи одного героя — второй идет в нагрузку! Возврат возможен, если выживете».

Ашар, изо всех сил стараясь сохранить серьезный вид, добавил:

— А если боги скажут: «Извини, возврат невозможен»? Или решат, что это новый квест: «Уживись с хранительницей за 30 дней или умри».

— Ну началось, — закатила глаза Иви, стараясь сдерживать смех, глядя на надутую Нэрри — всю раскрасневшуюся от возмущения.

Саноми скромно улыбалась, а парни не унимались. Рейз, скрестив руки на груди, усмехнулся:

— Нэрри, если решишься — запомни: с Канмином скучать не придется. Но и расслабиться тоже. Это как кататься на драконе без седла — захватывающе, но с риском для жизни.

— Прекратите, — шикнула на парней Иви.

Шакал, задумчиво почесав подбородок, заметил:

— Интересно, как боги отреагируют, когда узнают, что их выбранная «хранительница» — это миниатюрная буря с голосом, способным расколоть горы и разбудить мертвых. Наверное, сразу начнут составлять список убежищ на случай ЧП. Или выпустят предупреждение: «Внимание! Хранительница с громким голосом! Держитесь подальше от хрустальных шаров и спящих драконов!»

— Шакал! И ты туда же! — всплеснул руками Канмин. — Нет, чтобы уговорить Нэрри!

— Соглашайся, — улыбнулась Иви, приобнимая за плечи все еще ошарашенную и переваривающую новости рыжулю. — Тем более есть шанс вернуться обратно.

— Ага, — кивнула Лика и, хихикая, наклонилась к Нэрри: — Ну что, подруга, готова стать легендой? Ты там всех этих драконов покоришь своей индивидуальностью, да еще ты единственная в том мире тигрица-оборотница.

Нэрри неожиданно для всех ухмыльнулась:

— Ладно, убедили… Я посмотрю «что-да-как», и, если что… — она погрозила кулаком Канмину, — ты полетишь в свою башню, вызовешь этих своих богов и вернешь меня. Тебе понятно? И запомни — если мы попадем в какую-нибудь смертельную ловушку, знай Канмин: это будет твоя вина! И я вернусь — но не одна, а с армией разъяренных котов и списком претензий, который займет три тома! Первый том: «Почему я не должна была соглашаться». Второй: «Все случаи, когда ты был не прав». Третий: «Как выжить рядом с этим безумцем, не потеряв рассудка».

Канмин широко улыбнулся будто именно этого и ждал:

— Договорились! Армия котов — это серьезное подкрепление. Боги точно оценят такой альянс… или просто не станут связываться с нами и пойдут на все, лишь бы ты не зачитывала свои тома.

— Смейся… смейся… — прищурила глаза Нэрри.

Канмин расплылся в довольной улыбке.

— Эррос, открывайте быстрее портал в мир АльваРосса, пока моя хранительница не передумала, — бросил он с легкой ноткой повелительности, но в глазах плясали озорные искорки.

— Подумать только, я знаю, где этот мир, — пробурчал маг, словно ворча на непоседливых учеников. — Для этого ритуал необходим.

Все невольно сосредоточили взгляды на маге. Тот достал церемониальный кинжал — древний, с потемневшим лезвием и рукоятью, украшенной выцветшими рунами, словно впитавшими в себя века. Эррос выжидающе уставился на Канмина.

Тот без колебаний протянул ладонь. Маг резко полоснул ножом — капля алой крови упала на лезвие. Эррос слизнул ее, затем растер капли по печати на своем лбу. Губы его зашевелились, произнося слова на языке, забытом для большинства живых существ. Постепенно печать на лбу мага засветилась — тускло, но неуклонно разгораясь, будто пробуждаясь от долгого сна.

— Саноми, мне нужна энергия, — прохрипел он, голос его дрогнул, будто каждое слово давалось с трудом.

Девушка торопливо подошла к дяде. Одну ладонь она приложила к его щеке, вторую — к щеке охотника, стоявшего рядом. Ее пальцы светились мягким, почти призрачным светом.

— Ваша броня костенеет, Арэн, — тихо сказала Саноми. — Слишком долго вы были без подпитки. Вы не сможете преодолеть межмировой портал без нужного количества маны. Пусть это будет моей благодарностью вам.

Демариец слегка кивнул, прикрыв черные глаза — в этом жесте читалась молчаливая признательность.

Саноми тихо запела. Голос ее, чистый и звонкий, разлился по залу, словно мелодия древнего заклинания. Вокруг нее начал разгораться свет — сперва робкий, потом все ярче, окутывая мага и демарийца сияющим коконом. Свет пульсировал, будто живое сердце, наполняя пространство трепетом и ожиданием.

Когда пение прекратилось, раздался гортанный голос мага — низкий, вибрирующий, словно из глубин земли. Внезапно в зал ворвались яростные порывы ветра. Они били с такой силой, что у всех перехватило дыхание, волосы хлестнули по лицам, а одежда взметнулась, будто пытаясь унести своих хозяев прочь. Рейз едва успел схватить Иви, а Шакал Лику, чтобы их не снесло этой неистовой бурей. Как им удавалось устоять — оставалось загадкой.

А затем все исчезло.

Тишина опустилась мгновенно — такая глубокая, что Иви на мгновение подумала — мир перестал существовать. Но тишина взорвалась ослепительной вспышкой. Свет ударил по глазам, заставив всех зажмуриться. В этот миг каждый ощутил мощь магии — древней, первозданной, способной свернуть горы и раздвинуть границы миров.

С губ мага срывались слова силы — древние, известные лишь жрецам его народа. Тусклый синий туман окутал Эрроса, словно рой светящихся насекомых, кружащихся вокруг своего повелителя. И тогда открылся портал — мерцающий овал, переливающийся всеми оттенками лазури и серебра. Его края дрожали, будто ткань реальности вот-вот разорвется.

— Дом… — прошептал Канмин, вдыхая воздух, идущий из портала. В его голосе звучали и ностальгия, и трепет, и тихая радость. Он узнал эти запахи — запах земли АльваРосса, древних лесов и далеких гор, запах места, которое всегда было его домом.

На глаза невольно навернулись слезы, но он их подавил и со счастливым выражением лица взглянул на Нэрри. Однако она смотрела не на него и не на мерцающий портал. Ее широко распахнутые глаза были устремлены совершенно в другую сторону.

Канмин нахмурился, проследил за ее взглядом — и тоже замер, словно наткнувшись на невидимую преграду.

Перед ними стоял охотник — но не тот, к которому все привыкли с неизменной костяной броней, скрывавшей лицо.

Лицо мужчины поражало выразительностью и скульптурной четкостью. Высокие, четко очерченные скулы подчеркивали аристократичность и внутреннюю силу. Пронзительный, глубокий взгляд темных глаз будто пронизывал душу, тая в себе множество невысказанных тайн. Густые, выразительные брови придавали облику суровость и решимость. Легкая небритость на щеках и подбородке добавляла мужественности и едва уловимый намек на опасность. Губы его были плотно сжаты — знак сдержанности и железной воли.

Это был величественный и мрачный воин — воплощение благородства и скрытой угрозы. Его облик словно соткан из теней и благородной стали: в нем читалась история бесчисленных битв, тяжесть принятых решений и груз невообразимых знаний.

Он одновременно пугал и притягивал — как пламя, к которому хочется приблизиться, несмотря на риск обжечься. В каждом его движении, в самой стати ощущалась непоколебимая сила, способная изменить ход судьбы.

Канмин невольно сглотнул. Перед ним был не просто охотник — перед ним стояла легенда. И теперь эта легенда смотрела прямо на них, и в его взгляде не было ни капли тепла, только холодная, расчетливая проницательность.

-Ого! — восхитилась Нэрри, разглядывая истинное лицо Первого Демарха. Ее глаза заблестели, словно она только что обнаружила клад с драгоценностями. — Да вы ничего такой! Прям… э-э-э… благородный рыцарь из баллад! Только без коня. И без доспехов. Ну почти.

Канмин издал звук, подозрительно похожий на шипение рассерженного варана, и одним ловким движением вскинул Нэрри через плечо — так, будто тренировался это делать последние десять лет.

— Тяжеловата, но это моя ноша, — пробурчал он, ускоряя шаг к мерцающему порталу. — Еще увидимся, друзья! Не скучайте без нас… точнее, без меня. А она… она просто прилагается.

— Эй, ты… совсем сдурел?! — завопила Нэрри, беспомощно болтая ногами в воздухе. — Поставь меня, ящерица крылатая! Я что сказала?! Я передумала! Ты придурок крылатый! Верни меня! Я не хочу в твой мир драконов, где, наверное, даже нормального кофе нет!

Друзья вокруг не выдержали — разразились хохотом.

— Ну хоть кто-нибудь! — вопила Нэрри, пытаясь ухватиться за воздух. — Спасите меня от этого… этого… похитителя с крыльями!

Рейз смеясь, пробормотал:

— Ну надо же… Кто бы мог подумать, что наша Нэрри, когда-нибудь окажется в роли «драконьей ноши».

Лика и Иви переглянулись, не скрывая смеха. Их взгляды говорили без слов: «Что ни говори, а Канмин и Нэрри — парочка созданная друг для друга».

— Как в той старой сказке, — хихикнула Лика, — «Принц и его неугомонная принцесса». Только вот принц у нас с крыльями, а принцесса… ну, скажем так, с очень громким голосом и клыками.

— И с очень острым языком, — добавила Иви, прикрывая рот ладонью. — Интересно, сколько дней продержится Канмин, прежде чем начнет умолять богов вернуть ее обратно?

— Да он сам ее похитил! — фыркнул Айс, потирая переносицу. — Теперь пусть расхлебывает. Хотя… глядя на них, кажется, что это она его похитила, просто он еще не понял.

Нэрри, тем временем, продолжала вопить, болтая ногами в воздухе:

— Канмин, ты что, глухой?! Я сказала — верни меня! Я не подписывалась на роль «драконьего багажа»!

Канмин, не оборачиваясь, лишь крепче сжал ее лодыжки и ускорил шаг к порталу.

— Не переживай, — бросил он через плечо. — В моем мире ты быстро поймешь, что быть «драконьим багажом» — это почетное звание. Там даже медаль есть.

— Медаль?! — взвизгнула Нэрри. — Я тебе сейчас такую медаль вручу, что ты ее век не забудешь!

Друзья снова разразились смехом. Даже злодей-маг не удержался от улыбки.

Лика и Иви снова переглянулись. В их глазах читалось: «Ну что ж, по крайней мере, скучно им двоим точно не будет».

И когда Канмин уже ступил в портал. На миг он остановился, обернулся и помахал свободной рукой друзьям. Нэрри, несмотря на бурю эмоций, тоже вскинула руку и начала махать — сначала яростно, потом все более обреченно. Они продолжали прощальный ритуал пока мерцающий овал не схлопнулся с тихим хлопком.

— Я сейчас расплачусь, — тихонько пробормотала Лика, но слез не пролила. Вместо этого она задумчиво разглядывала демарийца.

— Он, пожалуй, симпатичный мужчина… — прошептала она Иви на ухо, — если бы не этот суровый вид. Что в костяной броне, что без нее — все равно выглядит так, будто готов одним взглядом превратить тебя в статую.

Иви хихикнула:

— Да уж. Если бы он улыбнулся, мир бы, наверное, содрогнулся от неожиданности.

Демариец, будто услышав их перешептывания, резко обернулся к магу.

— Пора, — сухо произнес он. Его голос звучал как удар стали о камень — коротко, четко, без лишних эмоций.

В следующий миг в руках Арэна Дэса возник артефакт — пульсирующий сгусток рубинового пламени. Он вспыхнул ослепительным светом, и вокруг него заклубилась вихрящаяся воронка, разрывающая ткань реальности. Воздух наполнился гулом древних сил, а пространство дрожало, будто сопротивляясь вторжению.

— Стойте! — раздался звонкий, дрожащий от волнения голос.

Саноми подбежала к дяде, ее глаза блестели от слез, но в них светилась непоколебимая решимость. Она остановилась перед ним, глубоко вдохнула и тихо, но твердо произнесла:

— Спасибо тебе.

Эррос Морос посмотрел на нее — в его взгляде переплелись гордость, боль и тихая радость. Он мягко положил руку на плечо племянницы, и в этом прикосновении читалась вся невысказанная любовь, все те слова, что так и не были произнесены за годы.

— Живи счастливо и не думай ни о чем. Твой мир отныне здесь, а они… — он медленно обвел взглядом собравшихся, и в каждом из них увидел отражение будущего Саноми — светлое, полное надежд и новых дорог. — Они теперь твоя семья. А за меня не беспокойся. Мне есть что рассказать Арэну Дэсу.

Саноми пристально взглянула в его глаза, пытаясь прочесть скрытую истину. В ее взгляде смешались тревога и отчаянное желание понять.

— О чем именно? — тихо спросила она, чуть подавшись вперед.

— А это для тебя неважно, — он склонился к ее уху, и голос его стал едва уловимым шепотом, полным тайн и обещаний. — Просто знай: я все делал во благо нашего мира. Может быть, когда-нибудь мы свидимся, но в новом качестве.

— Ты говоришь загадками, дядя, — прошептала Саноми, сжимая пальцами его рукав.

— Прощай, Саноми, — произнес он, мягко отстраняясь. — Берегите ее.

— Мы даем слово, что Саноми не пожалеет, что осталась в нашем мире! — заявил Ашар, и его голос эхом разнесся по залу, словно клятва, высеченная в камне. — Ее судьба теперь наша общая забота.

— Она под нашей защитой, — твердо добавил Рейз. В его глазах пылала непоколебимая клятва — Никто и ничто не причинит ей вреда. Мы станем ее щитом и опорой.

Лика шагнула вперед, раскрыв объятия.

— И моя названая сестра, — сказала она, заключая Саноми в теплые, надежные объятия. — Теперь ты дома.

Саноми закрыла глаза, чувствуя, как слезы катятся по щекам, но в груди разгорается огонь — не страха, а новой решимости. Она глубоко вдохнула, впитывая тепло друзей, и тихо произнесла, оборачиваясь к дяде и охотнику.

— Я буду помнить. Всегда.

Эррос Морос кивнул, последний раз взглянул на племянницу, затем повернулся к Арэну Дэсу. В его глазах читалась тихая благодарность не только за возможность попрощаться, но и за то, что этот суровый воин понял без слов глубину его чувств.

— Благодарю, что дал попрощаться с ней, — тихо произнес маг, и в голосе его прозвучала редкая для него мягкость.

Арэн Дэс молча кивнул в ответ. Без лишних слов он схватил мага за цепи — металл глухо звякнул, отзываясь на решительное движение. Шагнул в пульсирующую воронку, где вихрились потоки иной реальности, а затем, уже на грани исчезновения, обернулся.

— Прощайте, — коротко бросил он тем, с кем судьба столкнула его на этом пути. В его голосе не было ни горечи, ни сожаления — лишь спокойная твердость.

И в тот же миг портал захлопнулся с глухим хлопком, оставив после себя лишь легкое мерцание в воздухе. Оно дрожало, словно последний отголосок ушедших, а потом медленно растаяло — так же быстро, как сон, едва коснувшийся сознания.

В зале повисла тишина. Она была не гнетущей, а какой-то особенной, словно пространство еще хранило эхо прощания, еще помнило силу слов и взглядов, только что пролетевших сквозь него.

Саноми стояла неподвижно, все еще ощущая тепло руки дяди на своем плече. Ее пальцы невольно сжались в кулак, будто пытаясь удержать то, что уже ушло навсегда. Но в сердце, вопреки боли, разгорался тихий свет — свет новой надежды.

Остальные тоже молчали. Тишина опустилась на собравшихся, тяжелая и одновременно светлая. Каждый понимал: это не просто прощание. Это начало новой главы для Саноми.

Никто не знал, что ждет демарийца и мага в их мире. Какова будет их судьба.

Лика медленно опустила глаза на свое запястье. Ее пальцы коснулись шрама — тонкой линии, хранящей память о связи, которую не разорвать расстоянием.

— Охотник сказал, что он исчезнет, когда колдун умрет, — тихо произнесла она, будто разговаривая сама с собой.

Иви мягко положила ладонь на ее шрам. Ее прикосновение было легким, как дуновение ветра, но в нем чувствовалась сила, способная утешить и укрепить дух.

— Пока он жив, он связан с тобой. И неважно, в каком мире он находится.

— Надеюсь, что в Арион он никогда не вернется, — прошептала Лика, сжимая пальцы в кулак.

— Его история, как и Арэна Дэса, для нас завершена, — сказала Иви, глядя на место, где только что был портал.

А где-то далеко, за гранью миров, Эррос Морос шел рядом с Арэном Дэсом, и в его сердце звучала тихая, но твердая уверенность: все было не зря.

— А вот история Нэрри и Канмина, я надеюсь, для нас не завершена, — с легкой улыбкой добавила Лика, и в ее глазах вспыхнули искорки надежды, словно звезды, обещающие свет в темноте.

— Девчонки, — окликнул их Айс, прерывая задумчивое молчание. Его голос звучал бодро, но в нем угадывалась тень усталости. — Давайте убираться отсюда. Этот зал и само место уже начинает действовать мне на нервы.

Рейз мрачно кивнул, его взгляд устремился к клетке, где скованная сидела Хасашан — убийца его семьи. В его глазах вспыхнул холодный огонь, а голос прозвучал как удар молота:

— Но сперва мы заберем Хасашан. Ей придется ответить за все.

С этими словами Рейз решительно направился к клетке, и остальные безмолвно последовали за ним. В воздухе повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь глухим эхом шагов.

Подойдя к прутьям, Рейз достал кандалы. Металл холодно блеснул в тусклом свете.

— Руки, — коротко приказал он.

Хасашан медленно подняла взгляд. В ее глазах не было ни страха, ни раскаяния — лишь холодная пустота. Тем не менее она подчинилась — вытянула руки вперед, и Рейз с резким щелчком замкнул кандалы на ее запястьях.

Шакал открыл дверь клетки. Хасашан поднялась, едва заметно покачнувшись. Ее движения были скованными, но в них еще тлела искра непокорности. Она окинула взглядом собравшихся, на миг задержав взгляд на Саноми, после чего молча направилась к выходу.

Они вывели Хасашан из зала. Коридоры эхом повторяли их шаги — мерные, решительные, но оказавшись на развилке все остановились.

— Куда нам повернуть? — тихо спросила Иви, оглядываясь на безмолвную Хасашан. Та шла, опустив голову, словно тень самой себя: взгляд потух, плечи поникли, и лишь цепи на руках напоминали, что это все еще живая плоть, а не призрак минувших бед.

— Я знаю куда, — твердо произнес Шакал и первым рванул в темный коридор туннеля.

За ним устремились остальные. Шакал шел впереди — уверенно, будто видел невидимую нить пути. Он вел их через извилистые переходы, мимо каменных стен, хранящих эхо забытых времен. Время тянулось, как тягучий мед, но вот впереди забрезжил свет…

Солнечный свет ударил по глазам, ослепляя после мрака подземелий. Перед ними раскинулась изумрудная зелень и гладь мерцающего озера. А на песчаном берегу, точно так, как они оставили когда-то, лежали их вещи: рюкзаки, оружие, личные предметы. Все было нетронутым, словно время здесь остановилось в ожидании их возвращения.

Ашар мгновенно бросился к своему рюкзаку. Рывком расстегнул ремни, порылся внутри и с торжествующим возгласом вытащил куб.

— Шакал! — издалека раздался знакомый голос, звонкий и чуть дрожащий от волнения.

Все невольно обернулись. По песчаной равнине к ним стремительно приближалась небольшая группа. Во главе — Шайни, ее темные косы развевались на ветру, алые глаза сияли, а на лице читалась неподдельная радость. За ней следовали Лукан и еще несколько бойцов — усталые, израненные, но живые.

— Жива! — выдохнул Шакал, и в этом коротком слове слились облегчение и тихая гордость. Он рванулся вперед, сжал подругу в объятиях так крепко, словно боялся, что она вдруг исчезнет.

— Лукан! — следом обнял он невысокого худощавого гибрида с длинными белыми волосами и почти прозрачной кожей, на которой причудливо переливалась чешуя. — Вы целы…

— Еле отбились от тварей, но всех уничтожили, — хрипло ответил он, но в его глазах уже загорался прежний огонь.

Шайни, отстранившись от Шакала, торопливо заговорила:

— Мы победили тварей, но потеряли многих… Потом долго блуждали по туннелям не зная, куда идем. Пока не вышли сюда и не обнаружили ваши вещи. Решили, что будем вас дожидаться здесь.

Лика и Иви переглянулись, затем шагнули вперед.

— Королева мертва, — объявила Лика. — Мы победили.

— Все закончилось, — добавила Иви, и в ее голосе звучала не только уверенность, но и тихая усталость.

На мгновение воцарилась тишина. Ветер шелестел песком, а вдали, на горизонте, мерцали последние лучи заката. Последние Рожденные переглядывались — в их взглядах смешались страх, надежда и вопрос, на который пока не было ответа.

Наконец Лукан сделал шаг вперед и тихо спросил:

— А что теперь будет с нами?

Все взгляды устремились на Шакала. Он стоял, выпрямившись, словно принимая на себя тяжесть их ожиданий. В его глазах отражались отблески заходящего солнца — красно-золотые, как обещание нового дня.

— Идем к границе, — произнес он твердо. — Будем разговаривать с лидерами и королем. Теперь у нас есть право говорить. И право жить.

Его слова повисли в воздухе, словно знамя, поднятое над полем битвы. И в этот миг каждый из последних рожденных почувствовал: да, все только для них начинается.

— Теперь мы вместе. А значит — справимся, — твердо произнесла Шайни, и в ее голосе звучала не просто уверенность, а клятва.

Шакал окинул взглядом своих соплеменников — израненных, уставших, но не сломленных. Их одежда была изорвана, на лицах виднелись следы боя, но глаза… в их глазах горел тот же огонь, что и в его сердце. Огонь, который не погасить ни временем, ни бедой.

— Каждый из вас, — Рейз медленно обвел взглядом Последних Рожденных, и его голос звучал как набат, — находится под моей защитой. Вы в моем отряде. Вы — мои воины. Запомните — вас ценят, вас слышат, вас защищают.

Слова повисли в воздухе, тяжелые и значимые, словно камни, заложенные в фундамент нового начала. Никто не произнес ни звука, но в каждом взгляде читалось понимание: они больше не одиноки.

— Вперед, — коротко скомандовал Рейз, когда Ашар открыл куб. Все без колебаний, без единого слова, один за другим шагнули в зеркальное пространственное окно.

Теперь их мысли были полностью сосредоточены на том, что ожидало впереди. Каждый новый шаг уводил их все дальше от прошлого, открывая двери в будущее. Для жителей Ариона это будущее было известно, но для Шакала и последних рожденных оно оставалось тайной. Впереди их ждали новые надежды и возможности. Однако в этой неизвестности скрывалась особая сила — шанс начать все с чистого листа, построить что-то свое и найти место, которое станет их новым домом.

Арэн Дэс (несколько вариантов близкие к описанию героя)