Танцующая в луче

Глава 15

— Почему же я не верю этим честным глазам? — задумчиво спросил герцог.

Я наддала естественности. Подозреваю, что в этот момент я напоминала кота из Шрека, потому что Грэйр широко улыбнулся. Бог мой, какая у него улыбка!

— Скажи мне, Ди, почему ты мне не доверяешь? — спросил он.

— Я… не знаю, можно ли вам верить, — честно сказала я.

Он посерьёзнел.

— Прости, я всё забываю, что твой жизненный опыт был нелёгким.

Я подумала и кивнула. Можно и так сказать. В конце концов, в моей жизни и правда не всё складывалось гладко.

— Но я не враг тебе, и не желаю зла.

— Спасибо, ваша светлость, — сказала я, опуская глаза, и, кажется, Грэйр расстроился.

— Я не просто так начал этот разговор, — сказал он суховато, сразу обозначив дистанцию между нами. — Постарайся ответить на мой вопрос, почему ты убрала руки за спину. Это важно, Ди.

Вот же привязался!

— Нехорошо служанке касаться руки герцога, — хмуро сказала я.

Клянусь, он обрадовался!

— Тебе хотелось меня коснуться? — живо заинтересовался Грэйр.

— Мне нет, — упрямо сорвала я. — Это вы меня то и дело задеваете!

Он укоризненно склонил голову и сказал:

— Ты лжёшь, Ди. Это я не о том, что я якобы тебя касался. Хотя и это смешно — нельзя же быть такой дикаркой! Лангор может не только взять руку дамы, но и поцеловать её, это просто знак вежливости.

Я хмыкнула.

— Значит, герцог может поцеловать руку простой служанке?

Грэйр, который хотел ещё что-то сказать, передумал на полуслове.

— Что за поперечина, — пробормотал он. — Тебе нравится со мной спорить?

— Нет, ваша светлость, — я вновь скромно опустила очи долу, и некоторое время чувствовала, как он сверлит меня глазами.

— Ди, я лишь хотел проверить, не пробуждается ли твоя магия, — герцог приподнял моё лицо за подбородок, заставляя смотреть себе в глаза. — Я внушил тебе желание взять меня за руку, и ты что-то такое почувствовала, раз быстро спрятала руки за спину! Это значит, что задатки магии у тебя есть!

Я отвернула голову, освобождая подбородок.

— Вам показалось, ваша светлость. Мне просто стало неловко.

Грэйр нахмурился.

— Мои прикосновения так неприятны для тебя?

Вот же упрямец! Как будто и не слышал, что я пытаюсь сказать ему, что между нами пропасть!

Я повернулась и пошла вперёд. Герцог догнал меня и отвёл ветвь, грозящую выцарапать мне глаза.

— Ди, я вовсе не думаю, что ты лангора и скрываешь это. Теперь не думаю, — поправился он. — Слишком ты дикая.

Комплимент был ещё тот, но я немного успокоилась. Может быть, теперь отстанет.

Не тут-то было.

— Но иногда небеса посылают дар и простым людям. Ведь в старые времена магией владели не только лангоры. Я должен проверить это, пойми. Ты уже в отборе, и я должен знать о тебе всё.

Ой-ей-ей, вот этого не надо — знать обо мне всё! Неизвестно, чем для меня всё это обернётся.

К счастью, Грэйр не заметил, как я испугалась. Он вовсе на меня не смотрел, только разводил ветви там, где они смыкались слишком тесно и вообще всячески оберегал от сложностей дороги. Не скрою, такая забота была приятна, но и немного смешила — ведь совсем недавно я сорвалась с камней и могла переломать ноги, а чуть позже едва не утонула в ручье.

— Но если я буду уделять тебе больше времени, чем другим лангорам, девушки сделают неправильные выводы, — продолжал герцог. — Поэтому, увы, я не могу заняться тобою сам. Но я знаю, кому поручить это дело.

Я, насторожённо ожидающая решения герцога, вся обратилась во слух.

— Сегодня до ужина ты должна сходить к одному человеку. Кэрмас отведёт тебя.

Герцог наконец-то взглянул на меня и заметил расширенные от страха глаза.

— Не бойся, Ди, — мягко сказал он. — Весмина только считают колдуном. Он сильный маг, и однажды спас мне жизнь. Пожалуй, никто лучше него не сможет пробудить дар, если он у тебя действительно есть.

Весмин? Уфф… У меня камень с плеч свалился. Надеюсь, колдун не настолько предан герцогу, чтобы рассказать о моих откровениях.

Старик знает обо мне самое главное — откуда я здесь взялась. И способности, хоть и бестолковые, он во мне сразу определил. Это даже хорошо, что герцог остановил свой выбор на нём, а не на одном из придворных магов. Теперь я смогу выполнить своё обещание приходить к Весмину учиться. Хорошо бы, старик научил меня защищаться от таких, как Драгина, а то, чувствую, она не оставит своих попыток сжить меня со свету.

— Я не боюсь, — сказала я. — Если вы считаете, что это необходимо, я схожу к этому человеку.

— Ну и прекрасно! — явно обрадовался Грэйр. Похоже, он ждал возражений, а может и истерики. — А теперь, пока мы ещё можем говорить наедине, расскажи мне о своих ощущениях о сегодняшнем происшествии. Что ты почувствовала, когда переходила ручей?

— Что вот-вот утону, — хмыкнула я и в свою очередь спросила. — Скажите, ваша светлость… Лангоры говорили, что ручей взбесился потому, что одна из участниц заколдовала его. Может такое быть?

Герцог нахмурился.

— Не думаю, Ди. Конечно, среди лангор, к сожалению, есть такие, кто не прочь расправиться с соперницей, но… вряд ли они считают соперницей тебя.

Кто его знает, почему у меня вдруг испортилось настроение, ведь Грэйр озвучил мои собственные мысли.

— Вода Светлого ручья сама пронизана волшебством. Это одно из тех редких мест в герцогстве, что сохранило свою первозданную магию. И она намного сильнее магии девушек, что в него входили — поэтому со стороны не было заметно, что поток убыстрялся. Пока в воду не вошла ты…

Я недоверчиво взглянула на Грэйра.

— Вы хотите сказать… Это случилось из-за меня?

Мгновение герцог молчал, потом сказал серьёзно:

— Знаю, в это сложно поверить, но иногда вода так реагирует на сильных природных магов. Говорят, когда Аскол Кровавый дал приказ казнить своего давнего врага Гергия Рийского, волны образовали огромный вал, и подняв на него брошенного со стены крепости мятежника, вынесли на берег.

Я примолкла, а потом осторожно спросила:

— Он остался жив?

— Нет, — вздохнул герцог. — Его схватили. Бедняга слишком ослабел, чтобы бежать.

— Но почему ему не помогла его магия?

Грэйр искоса взглянул на меня.

— Может быть, потому, что он не слишком в неё верил? У каждого есть выбор — сдаться, решив, что всё равно ничего не изменить, или бороться до конца.

Я с трудом отвела взгляд от потемневших серьёзных глаз, и побыстрее пошла вперёд, чтобы немного подумать наедине. Этот разговор выбил меня из коллеи. Он был обо мне и не обо мне одновременно. Впрочем, я могла бы и не бежать, потому что вышла на опушку, где собрались все девушки во главе с Кэрмасом.

Здесь явно что-то случилось. Девушки столпились вокруг Агайи, сидящей на траве. Я бросилась к подруге.

— Успокойтесь, — посоветовал лесник, оборачивающий ступню девушки каким-то широким листом. — Лангора немного поранила ногу, но ничего страшного нет.

Как же, ничего страшного! Почему тогда Агайя такая зарёванная? Девушка плакала и пыталась выдернуть ступню из широченных ладоней Кэрмаса.

— Тебе очень больно? — взволнованно спросила я.

Агайя несчастно посмотрела на меня.

— Я совсем ни на что не годна! — всхлипнула она. — Оступилась и напоролась на сухой сук!

Я протянула руки над ступнёй девушки. Сама не знаю, почему так сделала. Движение было инстинктивным, но в следующее мгновение я почувствовала, что ранка действительно не опасна. Просто Агайе пришлось слишком много вынести сегодня.

— Мы пойдём коротким путём, — сказал лесник и так легко поднял Агайю с травы, словно она ничего не весила. — Лангора утопила туфли, — объяснил он герцогу. — И не сможет идти босиком.

Герцог слегка кивнул, и повернулся к взволнованным девушкам.

— Если Кэрмас сказал, что рана не опасна, то так оно и есть, — сказал Грэйр. — Позвольте мне быть вашим провожатым до замка, леди.

К счастью, больше ничего неприятного с нами не случилось. В замке девушки поспешили в свои комнаты, чтобы отдохнуть и пообедать. После каждой из нас предстояло подготовиться к ужину и отбору.

В комнате я блаженно вытянула уставшие ноги, пока умирающая от любопытства Ледка ругалась, развязывая мокрые шнурки. Я начала рассказывать, не дожидаясь, пока она снимет с меня ботинки. Девчонки то и дело охали, слушая о наших приключениях, и опустили меня к Агайе без разговоров, лишь только я переоделась.

Лангора лежала в своей комнате на кровати и обрадовалась моему появлению. Рану на ноге обработали и перевязали, но Агайя всё равно выглядела бледной и несчастной.

— Ну, а теперь чем ты недовольна? — постаралась я развеселить подругу. — Тебя нёс на руках такой сильный мужчина! Признайся, тебе ведь понравилось?

Агайя вспыхнула, покраснев до корней волос.

— О, Ди! Не смейся надо мной! — попросила она. — Мне и так плооохо!

— Отчего? Нога болит? — посерьезнела я, но лангора только отмахнулась:

— Да чему там болеть! Ранку дворцовый маг залечил, но велел немного полежать.

— Тогда что?

Девушка тяжело вздохнула.

— Я же опозорилась перед ним!

Я нахмурилась.

— Мы же уже говорили об этом. В том, что случилось с нами на ручье, твоей вины нет!

Агайя снова вздохнула.

— Нет, Ди, и об этом я уже не думаю. Будь что будет. Я прекрасно знаю, что из меня лунная дева как из тебя высокородная лангора… Ой, прости!

— Ничего, — улыбнулась я. — Я и сама знаю, что лангорой мне не быть. Но от чего ты тогда страдаешь?

Агайя смущённо опустила глаза и призналась:

— Лангор Кэрмас...Он мне сразу понравился! Утром я подумала, что это наш поход к ручью отличный повод познакомиться поближе… Ну, ты понимаешь… произвести впечатление!

Я улыбнулась. Вот оно что! А то уже я, испорченная цивилизацией, подумала о нехорошем, услышав про «познакомиться поближе».

Агайя снова вздохнула.

— Но потом я упала в ручей, а после чуть не утонула. Но и этого было мало! — девушка в сердцах ударила кулачком по подушке. — Я ещё умудрилась наколоть ногу, и ему пришлось меня нести! Что ты смеёшься? — обиженно спросила она.

— Я думаю, что всё сложилось просто великолепно! — горячо сказала я. — У него была возможность защитить тебя, вынести из неприятностей…

Агайя уставилась на меня, широко раскрыв глаза.

— Но ведь… другие лангоры были куда более мужественными! — воскликнула она. — А я, неумеха…

— Глупая! — снисходительно сказала я, забыв, что говорю с родовитой девицей. — Разве мужчине нужна твоя сила? Ему важно почувствовать сильным себя, понять, что он может тебя защитить!

Агайя задумалась, а после несчастно спросила:

— Ты думаешь, он не презирает меня?

Я вздохнула и обняла подругу за плечи:

— Трудно презирать женщину, когда её пушистые волосы щекочут твоё лицо и тонко пахнут какой-то травой… — я с интересом принюхалась. — Чем ты моешь голову?

Агайя улыбнулась:

— Бегойей. Я из дома привезла. Хочешь, и тебе дам?

— Очень хочу! — согласилась я. — Так на чём мы остановились? Когда её волосы пахнут бегойей, а по светлым нежным щекам катятся слёзы…

— Ууу! — жалобно застонала Агайя, вспомнив. — Я ему всю рубашку закапала!

— Ну и делов-то, высушит в один миг! — засмеялась я и поднялась. — Вот увидишь, он ещё придёт тебя проведывать! — я взглянула на приоткрытую дверь и осеклась, увидев, как тёмная могучая тень быстро отступила от проёма. Я быстро прошла к окну, чтобы отвлечь Агайю, и сказала. — Я пойду к себе, а ты не вставай, пока не разрешит доктор. Постарайся немного поспать, чтобы набраться сил. Зайду к тебе перед ужином.

Кэрмас ждал меня в коридоре.

— Значит, когда её пушистые волосы щекочут моё лицо,.. — задумчиво сказал лесник.

— Подслушивать стыдно! — прошипела я. — Что я должна была ей говорить, когда она так расстроена?!

Мужчина улыбнулся и приказал:

— Жди меня у чёрного входа, пойдём к Весмину. Я только проведаю нашу больную… с ароматом бегойи!

Вот гад! Но почему-то, послушно поджидая Кэрмаса под дверью, я не могла сдержать довольную улыбку.

Лесник пробыл у Агайи гораздо дольше, чем собирался, а когда появился, был подчёркнуто деловит. Мы вышли из замка, и Кэрмас сразу взял такую скорость, что я взмолилась:

— Пожалуйста, лорд Кэрмас! Я ещё не отдохнула от нашего похода к Светлому ручью!

Мужчина озадаченно оглянулся.

— Извини, задумался. Так не быстро?

— Нет, так в самый раз, — улыбнулась я.

Теперь мы действительно шли неторопливо. Кэрмас был задумчив, и я не удержалась, промурлыкав под нос:

— Ах, эти синие глаза…

Ну и что, что в романсе «чёрные»! Всё равно они того романса никогда не услышат.

Хранитель лесов быстро взглянул на меня и усмехнулся.

— Ты не о том думаешь, Ди, — сказал он. — И, раз ты успеваешь петь, давай-ка пойдём быстрее. Нам надо успеть вернуться до ужина!

Я рассмеялась и прибавила шаг.

Знакомая избушка колдуна возникла перед нами неожиданно, и я вспомнила, как не так давно не могли выйти к ней с Селирой. Кэрмас ориентировался в лесу гораздо лучше нас.

— Входите! — раздался из-за дверей голос старика, когда лесник только поднял руку, чтобы постучать.

Кэрмас отступил в сторону, пропуская меня вперёд.

— Здравствуй, Весмин! — приветствовал он колдуна. — Я привёл к тебе девушку по поручению герцога.

— Чем же провинилась эта бедняжка? — спросил Весмин, пряча улыбку в бороде.

— Ничем, — усмехнулся лесник. — И не пугай мне девушек, они и так смотрят на тебя как на людоеда из сказки.

— Эта не выглядит слишком испуганной, — возразил старик, взглянув на меня.

— Эту сложно напугать, — усмехнулся Кэрмас даже с какой-то гордостью. — Она сегодня чуть не развернула вспять Светлый ручей!

Колдун остро взглянул на меня.

— Да, девушка непростая. Так ведь она не из лангор?

— Она простая служанка, — посерьезнел Кэрмас. — Потому и нужно выяснить, откуда в ней магия.

— Хорошо, Кэрмас, — кивнул старик. — Я посмотрю её. Только ты не мешай, а лучше подожди за дверью.

Лесник пожал могучими плечами и послушно вышел.

— Ну что, девица? — сурово спросил колдун. — Не сумела скрыть дар? А ведь я велел прийти! И управляться с ним обещал научить!

— Я не могла раньше, — вздохнула я. — Меня в отбор взяли.

Весмин покачал головой.

— Как это? Простую служанку? А ну, рассказывай.

Я начала с того дня, когда несла шлейф Драгины и прошла сквозь Врата, а потом подробно описала, что случилось на ручье.

Весмин не перебивал меня, только изредка кивал и хмурился.

— Вот что, Диана, — сказал он, когда я замолчала. — Кэрмасу я скажу, что магия твоя проснулась оттого, что ты прошла под артефактом. Не надо пока никому знать, откуда твой дар, пусть считают, что тебе повезло, и Врата тебя одарили. А ведь могли и убить, — он задумался, потом сказал глухо. — Лангору Драгину бойся, держись подальше, на глаза не лезь.

— За что она на меня так зла? — спросила я. — Я ведь ей не соперница, кто она, и кто я!

— Ты думаешь, это из-за отбора? — усмехнулся Весмин. — Нет, девочка, просто она чувствует, что ты для неё опасна.

— Я?

— Ты, — подтвердил колдун. — Она тёмная, а тьма света не любит.

— А я — свет? — не отставала я.

— Ты — свет. Ты — сама жизнь, — сказал колдун, вглядываясь во что-то заметное только ему. — И дар твой будет только крепнуть с каждым днём. Он у тебя питается от чего-то, что никогда не иссякнет. Вот только не могу понять, отчего, — он отвёл слезящиеся от напряжения глаза, оттёр их рукавом. — Дар сам тебя защищает, не даёт сунуться любопытному. Но от тебя самой он не защитит. Невежество — худший враг.

— Я же рассказала вам, что там, откуда я пришла, магов нет, — напомнила я. — Так зачем упрекать меня в невежестве?

— А чтобы не говорила, что тебе некогда заниматься, — парировал старик. — Будешь приходить ко мне каждый день. Как бы ни устала, что бы ни случилось — находи время, чтобы прийти. Но хватит болтать, — оборвал сам себя старик. — Садись сюда, — и он указал на лавку.

Я села и закрыла глаза. Было страшно, но сейчас я боялась не Весмина, а саму себя.

Колдун встал надо мной, протянул руки над головой, и словно огладил, хотя я была уверена, что он меня даже не коснулся.

— Чувствуешь? — спросил Весмин.

— Вы как будто меня погладили.

— Да не это, глупая девчонка, — рассердился старик. — Что я делаю, я и без тебя знаю. Ты себя слушай!

Я снова закрыла глаза. От рук старика исходило ощутимое тепло. Оно мягко касалось моих волос, а дальше происходило волшебство: я ощущала, как под моей кожей словно вспыхивали крохотные искры, они начинали двигаться, сливаясь в искрящиеся ручейки, текли дальше, постепенно пронизывая всё моё тело. Под кожей было тепло и щекотно.

— Что улыбаешься? Почувствовала? — спросил Весмин.

— Да! — счастливо сказала я. — Это что, моя магия?

— Это что-то, что питает её, — задумчиво сказал старик. — Я пока не могу сказать, что. Всё течёт и искрится. Но уже понятно — чтобы управлять своим даром, ты должна уметь призывать эту энергию, направлять её. Этому мы и будем учиться. И начнём уже завтра, чтобы твоя стихийная магия не натворила дел. Будем пытаться вплести формулы заклинаний в твой исходный поток.

— А почему не сегодня? — огорчилась я.

Мне так хотелось испробовать свои силы! Ведь это здорово — творить волшебство своими руками! Как с котлом, который никак не хотел отчищаться. Я ведь смогла сделать это сама!

— На сегодня достаточно. Дома поучись вызывать ощущения тепла и света, сначала на поверхности кожи, а после попытайся пойти за потоком вглубь, послушать себя изнутри.

— Хорошо, — вздохнула я. — Но, может быть, попробуем хоть разок?

— Сейчас тебе пора идти. Вас уже ждут в замке. А теперь выйди и подожди за дверью. Я должен поговорить с Кэрмасом.