Танцующая в луче

Глава 4

Женщина быстро повернулась и уставилась на меня с изумлением.

— И когда же успел? — ехидно спросила она.

— Когда я относила дрова в ванную, — честно ответила я, не упоминая подробностей нашей встречи. — Его светлость велел мне идти к вам и сказать, что я буду прислуживать лангоре Драгине.

Гийра, до сего момента ехидно и недоверчиво глядящая на меня, вдруг усмехнулась:

— Ах, вот оно что! Ну если к лангоре Драгине, то да… Там тебе и место. Только не вздумай прийти ко мне жаловаться. Пока не разъедутся гостьи, даже и не думай, что я тебя отпущу.

Услышанное мне очень не понравилось, тем более что Селира, узнав, что я буду служанкой этой самой Драгины, смотрела на меня с явным сочувствием. Но другого варианта остаться в замке у меня всё равно не было, так что я решила не разводить панику заранее, а потом подробно расспросить обо всём Селиру.

Поговорить нам, правда, удалось только за обедом, потому что сразу после того, как гийра Трок объявила о том, что я принята на работу и не собирается платить деньги бездельницам, началась беготня.

Сначала я с другими девушками выбивала во дворе тяжёлые пуховые перины и подушки, потом лазила под потолком на сомнительной устойчивости козлах, собирая веником, обмотанным мокрой тряпкой, паутину, после, подоткнув длинный подол, мыла куском грубейшей дерюги пол в спальне своей будущей госпожи. Пока пол сох, я получила у гийры Номи постельное бельё, и, вернувшись в комнату, ещё не меньше десяти минут застилала огромную кровать. Рискнула даже растопить в комнате камин, чтобы бельё не отсырело, и решила потихоньку таскать сюда дрова. Кем бы ни была эта лангора Драгина, думаю, тепло ей больше по вкусу, чем промозглый холод замка. Если не разрешат таскать дрова из поленницы, схожу до рощи, наберу хвороста, но не дам гостье герцога шанса меня выгнать!

Перед самым обедом в комнату, пыхтя, ввалилась Селира, и я едва не обалдела, увидев, что она приволокла здоровенную шкуру.

— Что это? — спросила я, когда смогла говорить.

— Ковёр, — отдуваясь, сказала девушка с лёгким акцентом. — Взяла тебе, а то достанется рваный или маленький, потом греха не оберёшься со своей госпожой.

Если честно, я уже думала о том, что на холодный каменный пол хорошо бы положить толстый ковёр, но представить себе не могла, что здесь ковром называют шкуру. Впрочем, это даже классно — вон какая она пушистая, мех в три моих пальца. Где же водятся такие звери?

— Какая мягонькая, — восторженно сказала я. — Наверное, герцог хороший охотник? Чья это шкура?

Селира округлила глаза.

— Ты что, никогда кавар не видела?

Я предпочла не отвечать, а потом уже и говорить не могла, потому что Селира продолжила

сочувственно:

— Ну правильно, где тебе ковар увидеть, среди бедных магов нет.

Магов?! Я не ослышалась?

— Я тоже только здесь увидела, как их делают. Это же шерсть чёрного дуфа. Специально тебе выбрала потемнее, чтобы не так марался, а то твоя лангора здорова кидаться чем под руку попадёт, прольёт вино или взвар из кислеца — не дочистишься потом.

Ох, и подопечную подобрал мне герцог! Вот зараза! Хорошо, хоть предупредили. Надо осваивать искусство уворачивания, а то ведь прибьёт серебряным кубком — видела я их, тяжеленные!

Я попыталась расспросить Селиру подробнее, но она только отмахнулась:

— За обедом поговорим. Я за тобой зайду, а то опоздаешь — без горячего останешься.

Служанка убежала, а я принялась расстилать шкуру, или ковар, на полу, но прежде полюбопытничала и заглянула на изнанку. Да, Селира не обманула, мех, хоть и был натуральным, крепился на тканевой основе, правда, толстой и грубой, но всё же не коже. Кажется, девушка намекнула, что делают их при помощи магии. Я не очень в это верила, но решила обязательно выпытать у новой подруги подробности.

Громадного здешнего ковра хватило на полкомнаты. Я разулась и с удовольствием походила по нему. Натуральная шерсть, что может быть приятнее! Эх, жаль, что это не меня, знатную даму ждут так, что до блеска начищают номер… тьфу, покои. Было бы неплохо пожить здесь в своё удовольствие, чтобы принимать ванну каждый день, топить так, чтобы не ежиться от холода. Да и наряды бы у меня были… ух! С моей нынешней фигуркой всех бы с ума свела!

Размечтавшись, я не заметила, как открылась дверь и вздрогнула, увидев гийру Трок.

— Что ты топчешь ковар?! — рявкнула она так, что я едва не села на кровать. — А ну сойди! Хорошо хоть разулась, а то бы получила по первое число!

Я соскочила на холодный пол, торопливо натягивая туфли.

— И не вздумай на кровати лежать! — предупредила гийра Трок. — Твоё место вот здесь, в закутке! — и она толкнула неприметную дверь.

Комнатушка, в которую я заглянула, была крохотная, с широкой лавкой для сидения и спанья, вовсе ничем не застеленной, и множеством поперечных реек с грубыми, но узнаваемыми плечиками для одежды. Вот здорово! Служанке, значит, положено сидеть в гардеробной?!

Предполагалось, наверное, что я день и ночь буду нюхать запах чужих духов и по любому свистку должна нестись к хозяйке. Или меня всё же будут отпускать спать к гийре Номи или хотя бы в общую спальню служанок? Я не знала, как здесь всё устроено, но решила, что незамужние девушки живут вместе, как в общежитии. Так и спать теплее, и поговорить-пожалиться на свою горькую жизнь есть кому. Позже оказалось, что я угадала, но сейчас была просто потрясена открывшейся мне истиной: уже завтра я полностью потеряю личную свободу и буду принадлежать какой-то избалованной барыньке, как будто я вещь какая-то!

— Ну, где застряла? — громогласно поинтересовалась гийра Трок.

— А… утюг здесь есть? — спросила я. — И стол для глажки надо принести.

— Гладить будешь вместе со всеми, в гладильне. Да попробуй только прожечь дыру, лангора тебя со свету сживёт!

Наконец, после добрых пятнадцати минут промывания мозгов, гийра Трок соизволила удалиться. Ну и противная бабища! За её спиной уже пару раз появлялась Селира, делая мне легко читаемые знаки, поднося ложку ко рту — мол, пора обедать. Наконец, подруга изобразила, что ждёт меня на кухне и удалилась. У меня и самой подводило желудок от голода — всё-таки наработалась я хорошо.

Я рванула на кухню, как только освободилась. Селира вместе с другими девушками сидела за стоящим особняком столом для слуг. От запаха пищи и дружного стука ложек я сглотнула голодную слюну.

— Ну что встала на пороге? — подтолкнула меня локтем кухонная девушка, пронеся мимо меня поднос с грязной посудой. — Ты кто такая? Что-то я тебя раньше не видела.

— Это Ди, она новенькая, — встряла Селира и помахала мне рукой. — Иди сюда, я тебе взяла суп! А ну, девочки, подвиньтесь, пустите сесть!

Кроме супа, в котором плавали крупные куски разварившихся овощей, нам полагался ломоть хлеба. Негусто, но зато не растолстеешь. Удивительно, как Ледка сохранила такую стать. Полненькая служанка, наверное, завела связи на кухне. А вообще, пора бы мне и перестроиться и не обращать внимания на полных людей, а то лишнего веса уже нет и не предвидится, а комплекс остался: подсознательно смотрю, оценивая, полнее или худее меня.

Я немного взгрустнула, вспомнив свои детские мечты: вот попала бы я в такой мир, где буду самой худой! Тогда никто из мальчишек не посмеет меня дразнить! Ну, вот он, этот мир, только что-то счастливее я не стала. Да мне даже в зеркало на себя посмотреть, на новую фигурку полюбоваться, некогда. Да и нет у меня зеркала.

— Ты чего? — заметив, что я задумалась, спросила Селира. — Ешь, а то кашу разберут!

Девушки, и правда, доев суп, потянулись к котлу за кашей. Я воспрянула — о, тут и второе положено!

Суп показался мне даже вкусным, а вот каша абсолютно пресной, ни соли, ни масла — зато питательной. Наевшись, я осоловела и была бы не против поваляться с полчаса, но сиеста, увы, не предусмотрена для слуг.

После обеда мы хотя бы оказались вместе с Селирой, а всё благодаря Ледке. Она решила позаботиться обо мне и немножко откормить, оставив при кухне. Комнаты для гостей уже были приготовлены, и гийра Трок отмахнулась от нас, распекая девушек, не успевших навести порядок в порученных им покоях.

— Идём! — прошипела Ледка, поскорее утаскивая нас за собой, пока гийра не передумала.

На кухне дело пошло веселее. Сердобольная Ледка, помогающая поварятам, то и дело притаскивала нам то горстку орехов, то сладкий корень сайжа, а то и горячий круг — что-то похожее на наш блин, только так хитро выпеченный, что внутри плоского кругляша была ещё и начинка. Обязательно надо научиться печь такие, вот удивлю маму!

Поймав себя на этой мысли, я заморгала, прогоняя невольные слёзы.

— А чего ревёшь? — удивилась Ледка, по-детски ожидающая моих восторгов от круга-блина.

— Я не реву, — торопливо отказалась я и неожиданно для себя сказала правду. — Моя мама никогда таких не ела!

Ледка улыбнулась сочувственно:

— Да и тебе не перепало бы, если б не повезло в замке остаться. — Ты, Дий, держись за место-то, тут не пропадёшь.

— Ледка! — сердито крикнула повариха. — А ну иди, соус мешай! Пригорит — голову сниму!

Девушка убежала, а я тихонько сказала Селире:

— Вроде ничего она, Ледка?

Селира недовольно пожала плечами.

— А чего тебе с ней делить?

Я удивлённо взглянула на девушку. Не знай я её первый день, решила бы, что ревнует подругу.

— Селир? — позвала я. — А что это за лангора Драгина? Почему она такая вредная?

— Тсс! — шикнула на меня Селира. — Нельзя слугам господ обсуждать! — а сама добавила шёпотом. — Ты смотри осторожнее, девки разные тут, могут и донести. Драгина эта — самая высокородная из невест. Она и без всяких отборов часто в замок заезжает со своим папенькой, лангором Кайро, — Селира зашептала ещё тише. — Очень уж хочется лангору Кайро заполучить герцога в мужья для своей доченьки. Приедут — и начинают командовать, как будто уже тут всем управляют! Особенно лангора. Любит себя хозяйкой поставить, показать его светлости, что под её присмотром прислуга по струнке ходит.

— Сурова? — спросила я.

Селира взглянула сочувственно:

— Да уж, не из добрых. Не повезло тебе, но ты не робей. Главное, не спорь, как в разнос пойдёт. Тебя-то, может, и не тронет. Она красивых девок не любит.

Девушка споткнулась и сказала виновато:

— Прости, ляпнула, не подумав. Ты тоже не уродина, вон какая… светленькая.

Я криво улыбнулась.

— Ничего. Сама знаю, что не красавица.

— И чепец не снимай, — посоветовала Селира. — Волосы у тебя… уж больно заметные.

Я и сама заметила, что вместе с грязью как будто смыла пару тонов. Волосы, тогда ещё мокрые после мытья, стали очень светлыми. У здешних служанок, пожалуй, таких и нет. За обедом я видела нескольких блондинок, но и те были тёмно-русыми. Что ж, похожу и в чепце, не на месяц, надеюсь, приедет эта привереда.

За разговорами мы незаметно начистили целое ведро картошки.

— Молодцы, девки, — одобрила повариха, заглянув в наш закуток. — Быстро справились. Сейчас Бийко придёт, пойдёте с ним к ручью котлы чистить. Народу завтра будет много, вся посуда потребуется.

Селира поморщилась, а я обрадовалась. Хотя бы свежим воздухом подышим.

Через полчаса оказалось, что о чистке котлов я не знала ничего. Тот, кто не отмывал в холодной воде котлы с остатками застывшего жира, тот меня не поймёт.

— Ну что? Давай песком? — обречённо спросила Селира.

Эх… сейчас бы сюда хоть завалящее средство для мытья посуды! А лучше для удаления жира. Но пришлось работать ручками.

Котлов было четыре. Два из них мы отмыли довольно быстро, но осталось ещё два огромных казана, в котором готовили пехчу — что-то вроде нашего плова, как я поняла из объяснения Селиры. Вот эти пригарки не поддавались никакому песку. Остатки местного «риса» намертво приплавились к дну.

Моему терпению пришёл конец, а подруге всё было нипочём. Она хихикала с парнем, которого нам выделили в подмогу, чтобы таскал эти самые казаны. Он и утащил один за ближайшие деревья, пообещав нам найти место с каким-то особенным песком, который вмиг отчистит нашу грязную посуду. Через некоторое время Бийко крикнул Селиру, чтобы попробовать, тот ли песок он нашёл.

— Я пойду? — немного виновато спросила девушка, нетерпеливо оглядываясь на заросли ракит, как я по земной привычке назвала эти деревья.

— Иди, — вздохнула я, и решила просто отдохнуть, пока эти двое целуются за ракитами. Посижу на бережке, посмотрю на воду — когда ещё будет время просто отдохнуть.

Я закрыла глаза, подставляя лицо ласковому солнышку. Шли бы они лесом, эти казаны! Заставить бы с ними помучиться тех поваров, что так их уделали. Понимаю, что пехчу не мешают в процессе приготовления, ну так надо было не скупиться на жир, или воды побольше налить.

Я неприязненно посмотрела на казан. Отдохнуть, конечно, не мешало бы, но сам он не вымоется. И тут же утешила себя — минуточку можно. Скинула туфли, поболтав ногами в прохладной воде, а глаза зажмурила покрепче, чтобы грязный казан не мешал блаженствовать.

Пару минут я действительно отдыхала, лениво шевеля пальцами ног в воде. Потом вздохнула и поднялась. Пора было вернуться к своим обязанностям.

Зловредный замызганный казан со следами песка никуда не делся. Эх, не умею я колдовать. Не очень-то я верила всем этим россказням про магов, но было бы и правда здорово — щёлкни пальцами — и грязи как ни бывало!

Я улыбнулась своим детским мечтам — а ведь взрослая уже дурында, и издевательски громко щёлкнула. Просто так, создавая фон к своим мыслям.

И в ответ что-то щёлкнуло из глубин казана.

От неожиданности я вздрогнула и замерла, а потом осторожно заглянула внутрь посудины. И уронила челюсть. По крутому боку казана и его дну пролегла светлая полоска. Такой чистоты он, наверное, и новым не был.

Это что, я сделала? От дикости этого предположения мне стало смешно, а потом откровенно страшно. Слишком уж чётко всё совпало. Кроме меня здесь никого нет, Селире и Бийко сейчас точно не до казана. Из-за кустов ракит то доносился смех служанки, то негромкое бормотание парня, а после снова всё замолкало.

Не может быть! Я ошеломлённо посмотрела на свои руки. Ничего особенного, довольно грязные, в холодной воде жир не смоешь. Но ощущения в кончиках пальцев…

Странное покалывание подушечек не проходило. И очень хотелось щёлкнуть ещё раз. И ещё… и ещё… Так хотелось, что я не могла этому противостоять, завороженно отбивая ритм фламенко. Котёл светлел на глазах, начиная сиять отчищенными боками. Это было так классно, что я никак не могла остановиться.

Эйфория стала проходить, когда я поняла, что слабею на глазах. Я словно проснулась и недоумённо посмотрела по сторонам. Ручей никуда не делся, но воздух вокруг меня едва заметно сиял, и я стояла в самом центре этого слабо светящегося облака. Сияние постепенно меркло, пока не исчезло совсем.

Ноги подкосились сами собой, и я без сил осела на траву неподалёку от злополучного казана. Помотала головой, пытаясь прийти в себя и сбросить внезапную слабость, но тут же поняла, что сейчас и шага не смогу сделать. Лучше полежу, пока не вернётся Селира. Не бросят же они меня тут одну.

Моё состояние было похоже на вчерашнее, когда я ни с того, ни с сего потеряла сознание. Двигаться я сейчас не могла, зато думать — вполне. И выводы, оформившиеся в результате этих размышлений, хотя и были невероятными, но показались мне вполне логичными.

Похоже, что девушка, чьё тело я заняла, обладала весьма специфической магией. Меня и сейчас поколачивало от дикого нетерпения, когда я думала о том, что скоро ночь. Чувство полного, абсолютного счастья, которое я пережила, танцуя в призрачном свете луны, было необыкновенно острым. Луна была жизненно необходима этому телу, давала ему энергию, заряжала магией.

Но я была под луной только одну ночь, да и то недолго. А когда начала сегодня так неосмотрительно чистить казан, похоже, потратила весь свой заряд.

Скорее всего, настоящая магесса, умеющая распределять силы, не потратилась бы так бездарно. Мне же было безумно интересно, вот и не смогла отвести глаз от чуда, происходящего на моих глазах. И остановиться вовремя тоже.

На мгновение стало страшно — а что, если я не доживу до луны? Но, поразмыслив, решила, что раз уж прежняя хозяйка этого тела дотянула до такого возраста, то и мне бояться нечего. Наверняка ей тоже приходилось применять магию, да и луна ведь не каждую ночь бывает. Дожди там или просто невозможность выйти на улицу. Но это не повод расслабляться. Надо срочно учиться управлять способностями, раз уж они мне достались. Плохо другое — вдруг меня выгонят на улицу за то, что я такая хилая?

Вздохнув, я приказала себе не думать об этом. Мысли, как известно, материальны, так что лучше не ждать беды. Всё равно пока что я ничего не могла изменить — даже встать не могла, хоть и попыталась. После нескольких безуспешных попыток я наконец сдалась и закрыла глаза. Надо расслабиться и отдохнуть, может быть, и силы появятся.