Теодоро и Маруся. Зеркало колдуна

ГЛАВА 13 Ревность, не знающая границ

— Это сейчас что было? — громким шёпотом спросил Николай, наблюдая, как Маруся быстро одевается, не глядя ему в глаза. — Это типа ты Брэда Питта представляла, что ли? Или кто там сейчас самый сексуальный мужчина мира. Это что было, я тебя спрашиваю?

— Ничего! — выкрикнула Маша, отважившись наконец посмотреть в лицо мужа. — Ничего не было! Я что, не имею права получить удовольствие? — щёки её пылали, в глазах всё еще плескалось что-то, сильно тревожащее Николая.

Быстро улетучивалось его намерение попросить прощения — ревность кипятила кровь, и сопротивляться этому огненному валу он никак не мог. Зазвонил сотовый, и Маша кинулась к нему, но Николай выхватил телефон из её рук и бросил на кровать.

— Ты не ответила! — заорал он в лицо молодой жены. — Я тебя не удовлетворяю, значит, да⁈ В глаза мне смотри, когда спрашиваю! Кто это был? Кого ты так хочешь, что кончаешь автоматически?

— Никого! Понял? И не кричи на меня! Тётя звонит, мне нужно ответить! Пусти!

— Подождёт твоя тётя! Давай выясним всё раз и навсегда! С этого дня вот это, — он ткнул указательным пальцем в сторону постели, — ты будешь делать только в моём присутствии, поняла? Я допускаю, что тебе мало… мало со мной… Но любовника у тебя не будет никогда, поняла? Даже в мыслях не будет!

— Пусти, ты делаешь мне больно!

— Больно⁈ Тебе больно⁈ Да не может быть! Это мне больно! У меня на глазах ты тут корчилась и слюни пускала как шлюха!

— Что? — Маруся с силой ударила мужа по лицу.

В следующий момент она летела в угол, по пути сшибив стул. Николай не знал, но жена успела принять вызов, и сейчас Нина Васильевна, не прерывая звонок, набирает мужу сообщение, попутно благодаря сына, подарившего матери крутой, как он выразился, смартфон с полезными функциями. Еще через пятнадцать минут Сергей Викторович, встревоженный прочитанным, садится в машину и мчит к дому Пантелеевны. На выезде с грунтовки на трассу, он не замечает движущуюся в попутном направлении легковушку и неловко виляет в сторону, уходя от столкновения. Его машина вылетает на обочину и, кувыркаясь и прорывая проволочное ограждение, падает с невысокого откоса на пшеничное поле агрохолдинга «Золотая нивушка».

Она вернулась с полдороги и намерена отстаивать свое право на любовь к мужчине, ради которого способна на многое. Да, она ошиблась, да, она спала с другим, но любовь бережно хранила в своём сердце! Нельзя было вот так обращаться с нею, она не служанка, а сеньора из знатного дома! Не слушая возражения слуг, Асунта прорывалась к Теодоро. Нельзя прощать подобного унижения, и Мирена заплатит! Сполна и за каждое слово!

Дверь не поддавалась, и Асунта решила пройти привычной дорогой — через смежную спальню. Грохот, раздавшийся из кабинета, подтолкнул ее кинуться к двери и распахнуть ее настежь. То, что увидела молодая вдова, заставило её сердце забиться в бешенном ритме: Теодоро в распахнутой на груди рубахе выставил перед собой ладони и крутил головой.

— Нет, Мирена, нет! Я не могу! Прошу, не сейчас! Я… Прости меня, Мирена! — он лихорадочно поправлял одежду, словно стыдился своего тела.

Не видимая Асунте новоиспечённая сеньора де Карилья завизжала как избалованная девочка:

— Ты желаешь её⁈ Её! Эту мерзкую шлюху? О ней ты мечтаешь, когда берёшь меня в нашей постели? Вот как, Теодоро? Ты отвергаешь моё чистое тело ради этой потаскухи Асунты, которая спала с моим отцом? У тебя нет гордости, колдун! Ты ничтожество!

— Мирена, ты не права! Дело вовсе не в…

— Заткнись, негодяй! А я еще защищала тебя, рассказывала матери, как ты бережёшь меня, как заботишься, как доверяешь! Всё ложь! — тут Мирена сделала пару шагов к мужу, и Асунта увидела, что у нее расстёгнут и спущен до талии лиф. Супруга Тео обладала красивой грудью и идеальной кожей. — Будь ты проклят!

Асунта едва успела выскочит в коридор, когда Мирена ворвалась в спальню и со злой силой рванула гобелен со стены.

— Маша, Маша! — Николай тряс жену за плечи, но она не приходила в себя. — Вот чёрт! Милая, очнись же! Сейчас, погоди! — подхватив Марусю на руки, муж уложил ее на кровать и только тогда заметил капли крови, стекающие на постельное белье. — Сейчас, потерпи, сейчас! Блин, телефон в тачке оставил! Я сейчас, Маш! Всё будет хорошо, любимая!

Мужчина выскочил во двор, но не успел взять сотовый в руки — со спины на него налетел дядька Марии — Сергей Викторович, который только что вышел из чужой машины.

— Где племяшка? — рычал он. — Что ты с ней сделал, гад⁈

— Серёга? Помочь? — обеспокоенно спросил водитель попутки, наблюдая, как легко сбросил хватку друга молодой Богданов.

Слово за слово завязалась драка, в которой каждый из мужчин бил со всей силы, не жалея соперника. То ли потому, что каждый пережил страх за несколько минут до схватки, может из-за беспокойства за Машу.

Побеждал более молодой участник потасовки. Двумя финальными ударами он уложил родственника на землю, а сам, утирая кровавые сопли, полез в салон машины и, на бегу набирая номер скорой, ринулся в дом. Ворвавшись в комнату, он некоторое время непонимающе оглядывался, а потом кинулся искать по всему дому жену, понимая, что уйти далеко самостоятельно она не могла.

Маруся села со стоном — голова гудела, в ушах стоял звон, а во рту стало вязко. На дрожащих ногах молодая женщина дошла от кровати к зеркалу, не понимая, почему делает это. Проведя рукой по холодной глади, увидела Тео, подхватывающего на руки Люцию и выходящего из кабинета.

— Тео! — позвала она, гася приступ дурноты, но маг не слышал голос женщины из другого мира.

Она слышала шум во дворе дома Пантелеевны, но тошнота и головокружение мешали сосредоточиться на звуках. Обессиленно опустившись на колени, Маруся уткнулась лбом в холодное зеркало. Несколько долгих минут она пыталась думать ясно, но вдруг за стеклянной преградой раздались визгливые женские голоса, невыносимо давившие на виски.

Из другой двери в кабинет Тео заскочила жена де Карильи, а следом вторая женщина.

Плохо понимая, что они кричат друг другу, Маша прикрыла лоб ладонью, и поморщилась, когда кольцо на пальце проскрипело по зеркалу. Девушка чуть не провалилась в другое измерение, с удивлением осознав, что каким-то образом открыла портал, заискрившийся золотыми сполохами.

Тем временем в кабинете мага разыгрывалась настоящая драма. Не понимая языка, Маруся была уверена, что спор идёт из-за Теодоро. Не желая обнаруживать себя, она лишь наблюдала и не смогла закричать, когда одна из женщин схватила со стола нож и воткнула другой в шею. Приступ тошноты лишил сил, и Маруся осела на пол. Убийца выпустила рукоятку ножа, и теперь она торчала из-под растрепанной прически, как рычаг у механической театральной куклы. В этот самый момент в кабинет вернулся Тео и кинулся к жене.

— Это та, другая! — закричала Маша, на коленях переползая границу миров. — Это она ударила ножом!

— Уйди! Тебя не должны здесь увидеть! — скомандовал Теодоро, и девушка послушно подалась назад, но потом передумала.

— Нужно зажать рану! Наколдуй что-нибудь, ну! Она же умирает! Сейчас! — девушка кое-как поднялась на ноги и, пошатываясь, направилась к распахнутой двери в спальню, чтобы взять какую-нибудь простыню или подушку.

Она успела переступить порог алькова, когда в кабинет заглянула служанка и отчаянно завизжала от страха…

— Да какого хрена! — Николай стоял у кровати, на которой виднелись кровавые пятна. — Куда ты делась-то? — поднимая за ножку валявшийся на боку стул, молодой муж размахнулся и кинул его в зеркало, выпуская пар и закрывая глаза от нестерпимого блеска осколков, ловящих и отбрасывающих свет.

— Это ее кровь? — ввалившийся в комнату Сергей Викторович ухватился за косяк. — Ублюдок! Не дай бог! Не дай бог! Я тебя убью, змеёныш! Своими руками задушу!

Сирены перебили Марусиного дядю, и Николай покачал головой от полного непонимания происходящего.

— Давай сюда и уходи! — протянувший руку за куском ткани Теодоро с тревогой смотрел на любимую женщину. — Тебе нужно к лекарю! Уходи! Сейчас служанка приведет сюда всех! Уходи же!

Они оба вздрогнули от грохота, но только де Карилья понял, что произошло непоправимое.

— Оно погасло… — глупо улыбнулась Маруся, указывая на зеркало. — Выключилось что ли?

— Кто-то разбил его с той стороны. Люция! — позвал Теодоро и коша словно материализовалась из воздуха. — Спрячь Марию! Ступай, любимая! — мягко попросил маг, зажимая кровавый ручей, вытекающий из раны на шее жены. — Прячься! Всё будет хорошо, я тебе обещаю! Не тревожься!

— Погоди! Тебя же могут обвинить, Тео! Я же всё видела! Это другая женщина, молодая и красивая. Она твоя любовница?

— Мария! Доверься Люции. Бегите!

Слуги двигались как бестелесные тени, никто не посмел бы произвести даже малейший шум рядом с постелью больной, тем более, когда в изголовья хозяйки сидит сама супруга верховного мага, да продлятся его дни до горизонта.

Мать смотрела на Мирену с застывшим на лице выражением неподдельного горя. Дочь, девочка, единственное дитя, сейчас борется за жизнь, а ее муж-колдун сидит в темнице с мешком на голове. Ах, зачем они навели порчу на верховного мага⁈ Быть может, именно сейчас его умения пригодились бы дочери! Проклятый де Карилья успел лишь остановить кровь, когда прибежавшая на зов слуг королевская стража схватила его и оттащила от Мирены. Служанка, подкупленная месяц назад, о многом доносила, и сейчас не оставалось сомнений — Теодоро не разорвал отношений с любовницей, и порочная страсть победила рассудок.

Иного объяснения жена верховного мага найти не могла. Пока она перебирала в голове все возможные последствия произошедшего, в своем замке пришёл в себя главный чародей королевства, что так бездарно проворонил чужие заговорные чары.

Верховный маг обрёл возможность ясно мыслить, и уже знал, кто покусился на его драгоценную жизнь. Он был в ярости и от предательства супруги, и от невозможность быстро вскочить на ноги. Полуобморочные от страха слуги принесли ему все, что требовалось для изготовления целебного напитка, были извещены члены совета магического ордена, уже бежал со всех ног гонец к дворцу Людовиго.

Однако, когда прошло довольно много времени, а ответа от правителя страны так и не последовало, старик заволновался. К вечеру он поднялся на ноги и только тогда заметил странные лица прислужников, прячущих глаза. Поймав за нос одну из горничных, он заставил перепуганную девушку рассказать о том, что случилось.

Сколько раз она прошлась из угла в угол, Маруся не считала, о тошноте не думала, а головокружение воспринимала лишь как досадный фактор, выводящий из равновесия. Кошка сидела на шелковой подушке как статуэтка — не шевелясь и уставившись в одну точку. Небольшая тайная комнатка, скрытая от посторонних глаз за деревянными панелями, вмещала в себя кресло, круглый стол, сродни кофейному, небольшое бюро и ту самую подушечку, на которой разместилась Люция.

— И долго мы будем здесь прятаться? — прошипела Маруся, теряя последнее терпение. — Его же схватят! Все улики против Тео, как ты не понимаешь⁈ А я свидетель, мне нужно выйти отсюда! Люция!

Любимица Теодоро не реагировала на слова девушки, она вдруг пригнулась и навострила ушки в сторону плотно закрытой двери. По Марусиной коже пошли мурашки, и она присела на корточки рядом с Люцией.

— Что ты слышишь? — нетерпеливо спросила Маша, а кошка повернулась, и её черные зрачки расширились.

Непостижимым образом девушка всё сразу поняла, словно чей-то тихий, но отчётливый голос ворвался в сознание. По дому Теодоро сейчас снуют слуги короля и выискивают всё, что может кинуть тень на де Карилью, но до тайной комнаты они не доберутся, потому что нужно знать секрет замка, которого не видно снаружи. Беглянки смогут здесь побыть какое-то время, а потом нужно будет выбираться и искать новое убежище. А Маше придётся ещё и найти одежду, потому что выглядит она ужасно неприлично в сложившихся обстоятельствах.

— Почему это неприлично? — недоуменно переспросила Маша. — Ах, да! Ты права! Ну, тогда подождём!