Без ума от любви

22

Эмилия

Что вообще происходило? Мы только что заселились в самый роскошный отель, который я когда-либо видела, — сразу после прилета в Париж.

Париж, Франция.

Тот самый Париж, Франция.

Наши номера были рядом, и все это казалось сценой из фильма. Из моего окна открывался идеальный вид на Эйфелеву башню, а Бриджер согласился остаться на один день дольше.

Беатрис отреагировала именно так, как я и ожидала.

Беатрис: Bonjour, Em! Конечно да! Отдыхай как следует!

Беатрис: Ты это заслужила.

Я: Спасибо тебе огромное. Я правда очень благодарна.

Беатрис: И как там твой мрачный миллиардер? Может, заведешь парижский романчик?

Я: Я работаю на него. И большую часть времени он меня терпеть не может.

Беатрис Кого ты пытаешься убедить — меня или себя?

Я: 🙄Люблю тебя!

Беатрис: Люблю! Веселись! А если не получится поцеловать своего ворчливого клиента, поцелуй француза. Знаешь, как говорят — в Париже поступай по-парижски.

Я: Я думала, это про Рим.

Беатрис: А ты едешь в Рим?

Я: Нет.

Беатрис: Вот и все.

Я сказала Бриджеру, что у меня есть еще несколько вариантов дизайна, которые хочу ему показать, и, учитывая, что я проспала почти весь перелет, а потом разговор у нас получился довольно тяжелый, мы договорились поужинать в ресторане отеля и обсудить все там.

Я открыла чемодан, в который, к счастью, помогла собрать Лулу — вчера вечером она заехала ко мне после того, как я написала в общий чат о внезапной поездке. Она принесла мне кое-что из одежды и помогла подобрать остальное. В итоге у меня оказалось даже больше, чем нужно, включая вещи на лишний, незапланированный день.

Хорошо, что она приехала, потому что я бы не имела ни малейшего понятия, что брать. Здесь было холодно, хоть и не так, как в Роузвуд-Ривер, но все равно прохладно.

Я достала черные кожаные леггинсы, которые принесла Лулу, черные ботинки на каблуке и кремовый свитер и разложила их на кровати.

Быстро поправила макияж, собрала длинные волосы в гладкий пучок на затылке. Вдела золотые серьги-кольца и закончила образ красной помадой.

Надела все это и улыбнулась, глянув в зеркало.

Изысканно. Классически.

Очень по-парижски.

Я уже тянулась за черным клатчем, когда в дверь тихо постучали.

Я открыла и заставила себя не раскрывать рот от удивления.

Он был в темных джинсах и черном кашемировом свитере. Его серый взгляд скользнул от моей головы к ногам, он провел языком по губам, а потом встретился со мной глазами.

— Голодна?

— Очень. А ты?

— Я тоже. И скоро поймешь: когда я голоден, мне лучше быстро дать поесть, иначе превращаюсь в монстра, — сказал он, придерживая дверь, пока мы шли по коридору к лифту.

Когда двери закрылись, он снова посмотрел на меня. Так, будто запоминал каждую деталь.

— Ты вообще ходишь на свидания? — спросила я прежде, чем успела себя остановить.

Его губы чуть дернулись, и он ответил, когда мы спускались на первый этаж:

— Определи слово «свидание».

— Ну, пригласить женщину на ужин, провести с ней время… романтически, — сказала я, чувствуя, как пересыхает горло под его взглядом.

«Провести с ней время романтически»? Господи, почему я сказала это так неловко?

Двери открылись, и он положил руку мне на поясницу, направляя через ослепительный холл. Под огромными хрустальными люстрами мерцали золотые и янтарные отблески в белом мраморе пола.

— Куда мы идем? — спросила я.

— Я заказал столик в стейк-хаусе при отеле. А потом, если захочешь, можем немного прогуляться.

В тот момент меня куда больше интересовало исследовать не Париж, а самого Бриджера Чедвика и это о многом говорило, ведь я была в полном восторге от самой поездки.

Мы подошли к стойке администратора ресторана, и тут к нам поспешил мужчина, крепко пожал руку Бриджеру, словно встретил знаменитость.

— Это мой дизайнер, Эмилия Тейлор, — сказал Бриджер и повернулся ко мне. — А это Пьер, владелец отеля.

— Дизайнер? И вы работаете на блистательного Бриджера Чедвика? — произнес Пьер с восхитительным французским акцентом.

— Да. Я оформляю его дом в Роузвуд-Ривер, — ответила я, пока он пожимал мою руку.

— Тебе стоит иметь ее в виду для реконструкции отеля в Нью-Йорке, о которой ты говорил, — сказал Бриджер легким тоном, но без тени шутки. Я чуть не рассмеялась. Он же только что дал мне первый шанс, а я и близко не тянула на дизайнера такого уровня.

— Обязательно. У вас есть визитка, мисс Тейлор?

Я моргнула, осознав, что он говорит серьезно. Взгляд Бриджера встретился с моим, и я потянулась в сумочку.

— Да, конечно, — достала карточку, чувствуя себя немного неловко из-за ее простоты.

— Этот парень нанимает только лучших, так что я непременно с вами свяжусь, — сказал Пьер и проводил нас к столику в глубине зала.

Бриджер поблагодарил его, отодвинул мне стул и, к моему удивлению, сел рядом, а не напротив.

Официант подошел почти сразу, и Бриджер уверенно заказал бутылку вина. Я даже не подумала спорить. Потому что только что узнала потрясающую вещь.

Бриджер Чедвик говорил по-французски.

Свободно.

Он и официант обменялись несколькими фразами, а потом он повернулся ко мне с таким самоуверенным видом, что это должно быть незаконно.

— Ты не против, если я закажу за нас обоих?

— Нет, — ответила я, широко раскрыв глаза, слушая их разговор.

Когда официант забрал меню, Бриджер посмотрел на меня:

— Я не приглашаю женщин на романтические свидания, если это был твой вопрос.

Вот уж смена темы.

— Хорошо. У меня вообще много вопросов, так что пристегнись, Чедвик.

Он тихо рассмеялся, пока официант вернулся с вином. Бриджер попробовал, кивнул, и нам налили по бокалу.

Я отпила, и если он выбирает еду так же, как вино, то сегодня мне крупно повезло. Это было лучшее вино, что я когда-либо пила.

— У тебя много вопросов? — спросил он, будто предлагая мне продолжать.

— Начнем с простого, а к теме свиданий вернемся позже, — я поставила бокал и потерла ладони. — Ты говоришь по-французски?

— Да. Я часто сюда приезжаю.

— Интересно, — сказала я. Никогда бы не подумала, что он из тех, кто любит Париж. Не знаю почему — он просто постоянно умел удивлять.

— Я так считаю, — пожал он плечами. — Это красивый город.

— Ты изучал французский в колледже?

— Нет, испанский. Французский выучил сам, когда стал чаще бывать здесь.

Я оторвала кусочек хлеба и простонала от удовольствия, когда положила его в рот.

— Ты всегда издаешь звуки, когда ешь? — спросил он, повторив за мной.

Я распахнула глаза.

— Я что, правда? Это раздражает?

— Да. Но не раздражает — скорее… смущает, — поднял он бровь.

— Смущает? — переспросила я, и он просто продолжал смотреть на меня, пока я вдруг не поняла. — Ааа… типа кулинарное порно? — рассмеялась я, но его губы остались в привычной прямой линии — ни эмоции.

— Это не еда вызывает у меня реакцию, Эмилия.

Щеки загорелись, я схватилась за бокал.

— Значит, ты не ходишь на свидания?

— Я не занимаюсь твоей версией свиданий.

Я кивнула, пока нам ставили салаты.

— А твоя версия — это что?

Зачем я вообще спрашиваю?

Я ведь давно была к нему неравнодушна.

Но сколько я его знала, у него не было девушки со времен школы. Хотя, может, в колледже и была.

Последние же годы в Роузвуд-Ривер ходили слухи, что он один. Что разбил не одно сердце.

Женщины его обожали. Недосягаемый, мрачный холостяк.

Общеизвестный факт в нашем городке.

И я всегда была им… заинтригована.

Он дожевал и ответил спокойно:

— Секс.

Ух ты. Он, конечно, не подбирал слов.

Без всяких прикрас.

— Так ты просто звонишь женщине и встречаешься ради секса? — спросила я, потому что действительно хотела знать, хотя его непроницаемое лицо заставило меня рассмеяться. — Спрашиваю для подруги.

— Обычно встречаюсь где-нибудь, — усмехнулся он. — А ты, наверное, по старинке? Ухаживания, план, цветы, слащавые комплименты. Романтический ужин, а потом что, месяцы проходят, прежде чем вы доходите до постели?

— Ого. Звучит прямо роскошно, — сказала я.

— А так и есть? Ждешь, чтобы добраться до хорошего, а потом все равно расходишься? — спросил он.

— Паршивое у тебя отношение, Чедвик.

— Правда? А может, ты что-то делаешь не так, раз все еще одна.

— Ты тоже один, — буркнула я.

— Потому что хочу.

— С чего ты взял, что я не хочу быть одна? — огрызнулась я и доела последний кусочек салата, который был восхитителен. Постаралась не застонать.

— Ну же. На тебе же написано — белый заборчик, — сказал он так уверенно, что я чуть не обиделась.

Хотя он и был прав.

Я была романтичной. Я хотела сказочного финала. Не собиралась соглашаться на меньшее, но верила, что где-то есть тот самый человек.

— Ты ничего обо мне не знаешь.

— Вот поэтому и спрашиваю. Я тебя не осуждаю. Если это твое желание — надеюсь, ты его получишь, — сказал он.

— Это, наверное, самое милое, что ты мне говорил. Не считая того, как порекомендовал меня владельцу этого отеля, — рассмеялась я.

— У тебя хороший вкус.

— Спасибо. А ты чего хочешь? — спросила я, когда официант убрал салатную тарелку и каким-то инструментом смахнул крошки со скатерти.

— У меня есть все, что я хочу.

— Должно быть приятно, — призналась я.

— Приятно. И вот о чем я думаю, — он сделал глоток вина, подбирая слова.

— Я открытая книга. Спрашивай.

— Когда ты проходишь через все эти ухаживания — что происходит, если «хорошая часть» оказывается… не очень?

Я распахнула глаза.

— Ты имеешь в виду, если секс плохой?

— Да.

Я допила вино, потому что, господи, этот мужчина действительно туда полез. Он протянул руку к бутылке и долил нам обоим.

— Двигаюсь дальше, — пожала я плечами.

— А если он отличный, но человек не нравится?

— Не знаю. Отличного не было.

— У тебя никогда не было хорошего секса? — его голос стал низким и хриплым.

Почему я ему это рассказываю?

— Нет. Но я молодая. Времени еще полно.

— Может, тебе стоит подумать о темной стороне, Эмилия, — его серые глаза почти почернели, когда встретились с моими.

Здравствуйте, меня зовут Эмилия Тейлор, и я хотела бы билет в один конец на темную сторону.