Без ума от любви

24

Эмилия

Я делала это.

Я, Эмилия Тейлор, собиралась позволить этому мужчине делать со мной всё, что ему вздумается.

Я хотела хоть что-то почувствовать — пусть даже всего одну ночь.

И знала, что Бриджер заставит меня почувствовать всё.

Двери лифта открылись, и мы вошли. С тех пор, как он оплатил счет, мы не произнесли ни слова.

Потому что всё это действительно происходило.

Я стояла, прислонившись к стене, а он — всего в нескольких шагах.

Смотрел на меня.

Его взгляд скользнул к моим рукам, и я опустила глаза — они дрожали.

Черт. Неужели я не могу хотя бы раз в жизни сохранить хладнокровие?

Я сжала ладони и подняла подбородок.

— Ну и как это работает? Мы идем к тебе или ко мне? У тебя есть презерватив? У меня, само собой, нет. Я ведь не собиралась заниматься сексом. Здесь. В другой стране. С тобой.

Он подошел к панели у двери и нажал кнопку. Лифт резко остановился, и он двинулся ко мне — почти по-хищному.

Прижал палец к моим губам.

— Ты нервничаешь. Перестань все обдумывать.

Я кивнула, чувствуя, как сердце бьется так сильно и быстро, что он, наверно, слышит его стук.

— Думаю, останавливать лифт нельзя, — прошептала я. Я не любила нарушать правила, а это явно было нарушением.

Он убрал палец и медленно наклонился. Сначала осторожно. Его губы накрыли мои. Мои губы разомкнулись, и его язык скользнул внутрь.

Святые угли…

Его губы были твердые, но при этом мягкие и властные во всем. Его ладонь скользнула за мою шею, запрокидывая голову, чтобы углубить поцелуй. Пальцы прошлись по коже, и он приглушенно застонал мне в губы.

Его язык скользил, сплетаясь с моим, пробуя, исследуя, сводя меня с ума. Его колено оказалось между моими бедрами, и я начала тереться о его ногу.

Он прижал меня к стене, ладонью обхватив бок шеи, и, чуть отстранившись, посмотрел прямо в глаза. Вторая рука опустилась к поясу моих леггинсов.

— Можно я к тебе дотронусь? — спросил он, совершенно сбив меня с толку.

Он всегда держал все под контролем. Я ведь уже ясно дала понять, что согласна. Но он все равно спросил разрешения.

Учитывая, что я буквально задыхалась и жаждала, чтобы он снял это мучительное напряжение между моих бедер, ответ был очевиден.

Я еще никогда не хотела, чтобы мужчина прикоснулся ко мне, так сильно.

Никогда не жаждала кого-то так, как его.

Я кивнула.

Он скользнул рукой под леггинсы.

— Раздвинь свои красивые бедра, ангел.

Ангел.

Что, черт возьми, происходит?

Что это вообще за интрижка такая?

Он говорил все как надо.

Я сделала, как он велел, и закрыла глаза, когда его пальцы прошлись по кружеву моих трусиков.

— Блять… Ты вся мокрая, — прорычал он мне на ухо, сдвинув ткань в сторону и скользнув пальцами по моей влажной коже.

В лифте слышалось только мое сбивчивое дыхание. Я пыталась взять себя в руки, дышать ровнее, но не могла.

Он снова накрыл мои губы поцелуем — в тот самый миг, когда один палец вошел в меня. Я ахнула ему в рот, чувствуя, как наши языки переплетаются — отчаянно, жадно.

А потом вошел второй палец, и я едва не потеряла контроль прямо там. Тело само подалось ему навстречу, пальцы вцепились в его волосы.

Хотела больше.

Нуждалась в нем сильнее, чем в воздухе.

Он двигал пальцами без остановки, все глубже, все быстрее.

Его большой палец нашел мой клитор и этого оказалось достаточно.

Голова запрокинулась, дыхание сбилось, и он отстранился, глядя на меня с дерзкой улыбкой.

— Кончи для меня, ангел.

И я сделала именно это. Яркие вспышки ослепили глаза, тело содрогалось и тряслось, пока я стонала, отдаваясь волне наслаждения.

Он продолжал двигаться во мне, позволяя пережить каждый миг блаженства до конца.

Я вдруг заметила, что вцепилась в его свитер, и медленно разжала пальцы, стараясь выровнять дыхание. Грудь все еще вздымалась, а он смотрел на меня сверху вниз и улыбался.

— Это первый раз. В следующий — на моих губах, — сказал он, вытащил руку и облизал пальцы, не отрывая от меня взгляда. — Блять, идеально.

Он поправил мои трусики, потом леггинсы, и вновь поцеловал.

— Все в порядке?

— Лучше не бывает, — ответила я. Страх исчез без следа. Осталось только желание.

Он нажал кнопку, и лифт снова поехал.

Можно сказать, мое первое приключение началось с оглушительного успеха.

Он остановился у моей двери, она была прямо рядом с его, и обернулся ко мне.

— Продолжим у тебя?

Ага. Понятно. Он предпочитал комнату женщины, чтобы потом можно было незаметно уйти.

Ну что ж, по крайней мере, я заранее знала, на что иду.

Раньше у меня не было отношений без ожиданий и обязательств.

А я, выходит, многое теряла.

Это ощущалось странно освобождающе.

Этот мужчина даже не особенно ко мне располагал. Он был здесь с одной-единственной целью — заставить меня почувствовать себя живой.

Черт, даже те, кто клялся, что любит меня, не были так настойчивы в желании подарить мне удовольствие.

Отсюда и отсутствие оргазмов.

— Да. Пойдем ко мне, сделаем свое грязное дело, а потом ты тихо уползешь в свою берлогу, и мы оба сделаем вид, что ничего не было, — сказала я, улыбаясь, а он сузил глаза, будто пытаясь разгадать загадку.

— Ты всегда такая разговорчивая перед сексом?

Я вставила ключ в замок и вошла.

— Обычно нет. Но и такой договор у меня впервые. Обычно всё происходит… естественнее.

Я плюхнулась на кровать и сбросила туфли. Даже не нужно было стараться выглядеть соблазнительно или думать, как устроиться на кровати. Мы уже все решили. У этой истории был срок годности.

Один раз и всё.

Так что впечатлять его смысла не было.

— «Более естественно»? То есть вы неделями мучаете друг друга, а потом соглашаетесь на отношения, которые заведомо ни к чему не приведут, только ради того, чтобы наконец переспать? Это не естественно, ангел. Это просто длинный, витиеватый путь к тому же самому.

Я кивнула. Возможно, он был прав.

— Эй, а что за прозвище? Можешь не заигрывать со мной — всё уже решено.

— Я не заигрываю. Я вообще не заигрываю, — он откинулся на стену и скрестил руки на груди.

— И все же ты называешь меня ангелом? — я приподняла бровь, стараясь скрыть улыбку.

Мне нравилось это прозвище. Оно было таким… нежным. Совсем не в его стиле.

— Ты выглядела как ангел, когда спала в самолете, — он пожал плечами. — Такая спокойная и счастливая.

— А как вообще люди выглядят во сне?

— Без понятия. Я не остаюсь рядом, чтобы смотреть. — Он ухмыльнулся.

— И как это у нас работает? Мне раздеваться самой или ты займешься этим? — я теребила пальцы, нетерпеливо ожидая, когда все начнется. Он ведь мог передумать в любую секунду, а после того, что было в лифте, тело буквально гудело от предвкушения.

Я хотела этого. Хотела его.

Он провел языком по нижней губе, изучая меня.

— Я бы хотел, чтобы ты замолчала.

— Вот это грубо.

— Не думаю, что для тебя грубость с моей стороны — новость, — сказал он, подходя ближе. Взгляд стал жестким, губы сжались в прямую линию.

Он рывком поднял меня на ноги, ладонь скользнула к затылку, и он поцеловал меня резко, требовательно. Мои пальцы вцепились в его волосы, притягивая его еще ближе. Его руки опустились к поясу моих леггинсов, и, отстранившись, он посмотрел на меня. Темно-серые глаза потемнели до черноты. Не дав мне опомниться, он опустился на колени и стянул ткань с моих ног, легко подталкивая ступни, чтобы я их приподняла, а затем снял и нижнее белье.

Дышу ли я вообще? Все тело горело, ноги дрожали от ожидания.

— Расслабься, — произнес он низко, властно.

И тут он прижался лицом к внутренней стороне моих бедер, и я ахнула.

В следующее мгновение мы уже были на кровати. Он лежал на спине, большие ладони обхватили мои бедра, легко поднимая меня так, что я зависла над его грудью.

— Хочу, чтобы ты оседлала мое лицо, — сказал он, встретив мой взгляд.

— Что? Нет. Я же тебя задушу.

— Тебе бы это понравилось, да? — уголки его губ изогнулись в дразнящей улыбке.

— Не раньше, чем я кончу, — выдохнула я, голос дрожал, но он тихо рассмеялся.

— Задуши меня к чертовой матери, ангел, — пробормотал он и подтянул меня ближе, так что я буквально оказалась у него на лице.

— Боже… — вырвалось у меня, когда его губы сомкнулись на мне. Я откинулась назад, упираясь руками по обе стороны его бедер.

Он задавал ритм, покачивая меня, и я стонала снова и снова, забыв обо всем.

Ничто и никогда не ощущалось так. Ничто даже не приближалось.

А потом он провел языком глубже и из меня вырвался громкий вздох. Моя рука сдвинулась назад и задела его напряженный член. Я не смогла удержаться — выгнулась сильнее и оглянулась через плечо. Под тканью брюк четко проступала выпуклость. Я провела ладонью по ней, сквозь плотную материю, и никогда в жизни не чувствовала такого дикого возбуждения.

Не успела я осознать, что происходит, как он сжал мои бедра и развернул, вновь прижимая к себе, только теперь я оказалась в другую сторону.

— Раз уж не можешь отвести взгляд, — хрипло сказал он, — придется дать тебе доступ.

Я поспешно расстегнула пуговицу на его брюках, жадно желая увидеть, что скрыто под ними. Руки дрожали, пока его язык снова скользнул внутрь меня, и я потянула молнию вниз, освобождая его член одним резким движением.

Глаза у меня едва не вылезли из орбит — длинный, широкий, налитый напряжением. Инстинктивно я потянулась к нему, хотя раньше мне никогда не приходилось делать мужчине минет, сидя при этом у него на лице.

К черту Рим, Париж куда интереснее.

Я наклонилась и обвела языком его головку, и в тот же миг его губы задвигались быстрее, сосали и лизали, доводя меня до безумия.

Я не могла думать.

Все тело покалывало, когда я сомкнула губы вокруг него и взяла его так глубоко, как только смогла, а между ног уже нарастала невыносимая волна.

Его губы. Его язык. Его пальцы.

Я хотела, чтобы ему было так же хорошо, как мне.

Громкий стон сорвался у него, вибрацией отозвавшись между моих бедер, и я ускорилась. Чувствовала, как он твердеет еще сильнее, растет у меня во рту.

За закрытыми веками вспыхнули яркие всполохи, тело затряслось. Я не остановилась — двигалась быстрее, скользя по его толстому стволу, пока волна оргазма не прорвалась изнутри, ломая меня на крики.

Он вошел в мой рот еще раз, и хриплый звук вырвался у него из груди, прежде чем он кончил, следом за мной, теряя контроль.

Его горячая сперма наполнила мой рот, и, хотя обычно это вызвало бы у меня отвращение, сейчас меня это только сильнее завело.

От сознания, что я смогла свести его с ума так же, как он — меня.

Я сглотнула, пытаясь отдышаться, а он все еще двигал языком, давая мне прожить до конца каждую секунду наслаждения.

И я прожила. Полностью.