Без ума от любви

25

Бриджер

Черт возьми.

Я только что пережил лучший секс в своей жизни — и мой член даже не был внутри нее. Ну, если не считать того, как он оказался между ее губ. Это, черт побери, было восхитительно.

Я никогда не любил позу шестьдесят девять, слишком уж привык контролировать все, когда оказываюсь с женщиной. Но, черт, когда она оседлала мое лицо, а мой член оказался у нее во рту, — это было адски горячо. И она проглотила до последней капли.

Она замедлилась, и я воспользовался моментом, чтобы чуть приподнять ее и сразу ощутил, как мне не хватает ее вкуса, ее запаха. Она сползла с меня, развернулась, ее голубые глаза сияли, губы припухли, волосы выбились из узла на затылке.

— Два, — прохрипел я. Свой голос я едва узнал.

Когда-нибудь я кончал так сильно?

— Ты — человек слова, Бриджер Чедвик.

— А у тебя — самая сладкая киска, что я когда-либо пробовал, Эмилия.

Она улыбнулась так широко, что щеки округлились.

— Правда?

— Тебе никто раньше не говорил?

— Эм… нет, — засмеялась она и неловко огляделась.

— Это не слишком для тебя? — спросил я, понимая, что для нее все это в новинку. Она вдруг казалась растерянной.

— А для тебя? — спросила она в ответ.

Я расхохотался. Это была моя стихия — секс без обязательств.

— Ни капли. Но ты выглядишь немного… неуверенной.

— Нет. Просто, кажется, я нашла себе новое любимое занятие. Похоже, многое в жизни упустила, — пожала она плечами и натянула одеяло на бедра. — Просто не знаю, что теперь.

Я прижал ладонь к губам, чтобы не рассмеяться.

— А чего бы ты хотела?

— Ну… завершить этот курортный роман с фейерверком. В прямом и переносном смысле. — Ее щеки запылали. — Раз уж мы здесь, и уже начали… правда?

Черт. Эмилия Тейлор была чертовски мила. Обычно такая милота меня не цепляла, но сейчас — когда она вся красная, смущенная и не знает, собираемся ли мы трахаться, — это было безумно сексуально.

Отвечать было не нужно. Я и так ясно дал понять, что хочу ее. А теперь она сама сказала, что хочет меня.

Слишком много разговоров. Слишком мало дела.

Я поднялся и стянул с себя брюки и трусы. Ее глаза распахнулись. Следом полетел через голову свитер. Она тоже начала раздеваться, и я, ползком двигаясь к ней по кровати, не сводил взгляда с ее лица.

— Остальное я сниму сам, — сказал я, — хочу видеть твои идеальные груди.

Она подняла руки, и я медленно снял с нее свитер, бросив его на пол.

— Знаешь, сколько раз я представлял себе эти твои сиськи?

Она покачала головой, а я спустил бретельки лифчика с ее плеч. Прижал губы к груди, прямо поверх кружева, и пососал. Сильно.

Она ахнула и выгнулась, а я спустил ткань ниже и провел языком по напряженному соску. Расстегнул застежку и отбросил лифчик в сторону. Она откинулась на кровать, а я навис над ней, целуя и посасывая розовые соски.

Никогда не видел ничего прекраснее.

— Я бы мог провести здесь всю ночь, — выдохнул я, подняв голову.

Дыхание у нее сбилось, грудь тяжело вздымалась. Такая отзывчивая, такая горячая — я сходил с ума. Она потянулась вниз и обхватила мой член ладонью.

Я втянул воздух. Да, я был не меньше податлив ей, чем она — мне.

— Я хочу тебя, — прошептала она мне в ухо.

Я спрыгнул с кровати, схватил штаны, достал из кошелька презерватив. Разорвал упаковку зубами, натянул и снова оказался над ней.

Развернул нас, усадив ее сверху.

— Ты ведешь. Задаешь ритм.

Она кивнула, грудь поднималась и опускалась, кожа порозовела. Она потянулась ко мне, провела головкой по входу, опустилась чуть-чуть и ахнула.

— Он не влезет.

Я провел большими пальцами по ее соскам, и по коже пробежала дрожь.

— Влезет, ангел. Только не торопись. Поэтому ты и сверху.

Она выдохнула и опустилась чуть ниже.

Че-е-ерт.

Она была узкая, горячая, влажная и мне стоило нечеловеческих усилий не перехватить контроль. Но я знал — с ней все иначе. Она должна сама задать темп.

Я притянул ее лицо к себе, зная, что стоит поцеловать и она расслабится. Так и вышло.

Мой язык скользнул в ее рот, когда она начала опускаться на меня. Сантиметр за сантиметром, восхитительно медленно.

Я развязал остатки узла на затылке, вплетая пальцы в ее волосы.

И вот она отстранилась, тяжело дыша, полностью насадившись. Ее глаза затуманились, полуопущенные веки дрожали.

— Посмотри на себя, ангел. Принимаешь меня всего, будто мой член создан для тебя.

Она улыбнулась, кончик языка скользнул по губам. Этот жест был таким чертовски сексуальным, что я едва не кончил снова.

Но она переплела наши пальцы и начала двигаться. Сначала медленно. Потом быстрее. Мы нашли общий ритм.

Единственные звуки в комнате — наши прерывистые вздохи.

Она ускорялась, прогибаясь спиной, приглашая. Я поднялся и взял ее грудь в рот — одну, потом другую. Мои руки сжали ее бедра, задавая бешеный темп.

Снова и снова. Наши тела покрылись потом.

— Пожалуйста… — выдохнула она, и я чуть не застонал от восторга.

Я почувствовал, как она сжимается вокруг меня, и переместил большой палец к ее клитору, точно зная, чего ей не хватает. Немного давления и я отстранился, чтобы видеть.

Я хотел смотреть, как она кончает на моем члене.

Ее грудь вздымалась, волосы касались моих бедер, щекоча кожу. Она схватила мои руки.

— Да, да, Бриджер! — выкрикнула она, разрываясь в оргазме.

Я вырвал руки и схватил ее бедра, вбиваясь еще раз. Еще. И на третьем толчке взорвался.

Глухой рык сорвался из груди, я вонзился глубже и уткнулся лицом ей в шею.

Она наклонилась и поцеловала меня, пока мы оба не выжали из себя последнюю каплю удовольствия.

Она опустилась на меня, а я обнял ее, чувствуя, как наше дыхание постепенно выравнивается.

Обычно к этому моменту я уже думал, как бы уйти. Но сейчас не было ни малейшего желания торопиться.

Ее щека покоилась на моей груди, потом она приподняла голову и взглянула на меня:

— Привет.

В голубых глазах сверкали янтарные и медовые искры в лунном свете, падающем из окна.

— Привет, — ответил я, прищурившись, гадая, не начнет ли она паниковать из-за того, что между нами только что произошло.

Потом она соскользнула с меня и перекатилась на спину. Я поднялся, пошел в ванную, выкинул презерватив в мусорку, справил нужду и плеснул холодной воды на лицо.

Когда вернулся в комнату, она уже стояла у кровати в халате отеля.

— Ну что ж, спасибо, что пришел, — сказала она, потом запрокинула голову и расхохоталась. — Кажется, эта фраза работает сразу в нескольких смыслах.

Какого черта? Она, похоже, не могла дождаться, когда я свалю.

Я натянул трусы, схватил брюки, быстро застегнул пуговицы и молнию. Свитер даже не успел надеть, как она уже распахнула дверь.

Вот уж точно — выставили за порог.

— Ты в порядке? — спросил я, останавливаясь перед ней, сжимая в руке свитер.

— В полном. Спасибо за оргазмы. Чувствую себя новым человеком. — Она пожала плечами. — Пожалуй, заведу себе случайного любовника каждый раз, как буду в новой стране.

Случайного любовника?

— Я, черт возьми, не случайный, — бросил я, наклоняясь к ней и упираясь рукой в дверь над ее головой, запирая ее в этом узком пространстве. — И не советую тебе подбирать «случайных любовников» за границей.

Она провела языком по нижней губе и усмехнулась.

— Я просто говорю, что секс без обязательств — это прекрасно. И зачем я вообще столько лет жила с кучей правил?

Ее волосы были взлохмачены, спутанные, с волнами после моих рук. Черт. Я еще не был готов уходить. Хотел второго раунда. И уж точно не хотел слушать про каких-то других мужчин.

Неожиданно. Почему, черт возьми, мне вообще не все равно?

Я уже собирался предложить повторить, чтобы выбить из нее мысли о «французах» и прочей ерунде, когда она положила ладони мне на грудь.

— Было здорово, Чедвик. Увидимся завтра после твоей встречи.

Она действительно выгоняла меня.

Я отступил.

— Отлично. Какие планы на завтра, пока меня не будет?

— Пойду гулять по Парижу. Посмотрю на Эйфелеву башню. Может, встречу красивого француза в уютном кафе, — усмехнулась она.

Что, черт возьми, тут происходит?

— Будь осторожна. Ты в другой стране, никого не знаешь. Держи телефон при себе. Я вернусь к полудню.

— Не беспокойся обо мне, красавчик. Все будет отлично. — Она бросила взгляд на дверь, явно намекая, что мне пора.

— Ладно. Завтра свяжемся. Сходим к камину, а потом поужинаем.

— Договорились. Спокойной ночи.

Я не успел и слова сказать — она уже захлопнула дверь передо мной.

Я ведь должен был радоваться. Не хотелось неловкости. Не хотелось, чтобы девчонки узнали и устроили разнос.

Зашел к себе в номер, бросил ключ-карту на комод. День выдался длинным, хотелось просто принять душ и лечь спать.

Один. Как я всегда и предпочитал.

Так почему, черт возьми, я все еще думал об Эмилии Тейлор?