Бывший. Спаси нашего сына (СИ)

15

— Ты просто тупая. Ирка — рваная дырка. Отец убьет тебя и твоего вонючего щенка, — орал Игорь, пока я лихорадочно скидывала в сумку свои немногочисленные вещи. Его слова били, как кнутом, но я уже не чувствовала боли, лишь глухое раздражение.

Сегодня я твёрдо решила уйти из дома. Хватит с меня диктата отца и старшего брата. Они всегда считали меня своей собственностью, помыкали, как хотели, словно я была вещью, а не человеком со своими чувствами и желаниями. Но мне это надоело до чёртиков.

— И куда ты пойдёшь? К этому придурку? — брат был на взводе, его лицо покраснело, а жилы на шее вздулись. Мне стоило промолчать, но я действительно устала ссориться с ними за своё мнение, устала вечно быть неправой.

— Да, к нему. Он любит меня, а я люблю его, — выпалила я, и тут же осеклась, потому что Игорь заржал, как конь. Этот мерзкий, надрывный смех наполнил комнату, заглушая стук моего сердца.

— Любит? — сквозь смех процедил тот, кто должен был защищать и лелеять младшую сестрёнку, а не унижать при каждом удобном случае. В его глазах не было ни грамма сочувствия, лишь злорадство. — Да на хрен ты ему не сдалась. Не веришь? Смотри, хотел, чтобы ба тя при тебе размазал урода, но раз ты настаиваешь сейчас...

Передо мной появился экран телефона брата, а на нём — танцпол одного из модных клубов нашего города. В лучах стробоскопа и клубах какого-то дыма я без проблем узнала фигуру любимого мужчины. Его движения, его стать — всё было до боли знакомо. К нему льнула какая-то фигуристая девица, её тело было обтянуто чем-то блестящим. Они двигались в такт ритмичных басов, их танец даже с натяжкой нельзя было назвать целомудренным.

Они будто занимались любовью прямо на танцполе, их тела переплетались в пошлом, откровенном движении. Его руки, ещё вчера ласкавшие моё тело, так же ласкали идеальные изгибы той незнакомки. Вся картинка была настолько живой и отвратительной, что желудок ск рутило.

— Вчера ночью заснял, — лениво протянул Игорь, словно успокоившись и наслаждаясь моим страданием, не сводя взгляда с моих мокрых щёк, по которым текли горячие, жгучие слёзы.

— Ты врёшь! — упрямо ответила я, утирая слёзы, но голос дрогнул, выдавая мою боль. Я хотела верить, что это ложь, что это какой-то жестокий розыгрыш.

— Вот же дура! Ты не выйдешь из дома! — проорал брат, его голос снова наполнился яростью, и он громко хлопнул моей дверью, оставляя меня в одиночестве с разбитым сердцем и страшной правдой.

Из воспоминаний, что обрушились на меня, словно лавина, вырвал резкий автомобильный сигнал. Я вздрогнула и пришла в себя, осознавая, что стою посреди улицы, а такси нетерпеливо сигналит, заждавшись меня.

Интересно, если бы Игорь был жив, на чьей сейчас он был бы стороне? Хотя, не стоило и сомневаться. Брат был тенью отца, его гордостью и примером. Таким же скользким и гадким, таким же жестоким и беспринципным. Таким станет и мой Алёшка, если я оставлю его с этим уродом — своим отцом.

Поэтому выбора у меня не было. Я должна использовать все шансы, все возможности, чтобы вырвать своего сына из лап этого чудовища. И пусть для этого придётся обратиться к другому чудовищу, к Андрею Тигровскому. Я сделаю это.

Легче было сказать, чем сделать. Где его искать? У меня не было ни его номера телефона, ни каких-либо его данных. Он был для меня лишь смутным, отвратительным воспоминанием, воплощением всего, что пошло не так в моей жизни. А теперь он стал единственной надеждой.

На работу я снова не пошла. В таком состоянии я была бы бесполезна, да и синяк на щеке девочки бы точно заметили. А ещк мне было просто не до работы. Весь мир сузился до одной цели: вырвать из лап обезумевшего отца моего Алёшку.

Я начала лихорадочно искать. Первой мыслью было позвонить Яне, но я довольно быстро остановила себя. Что я ей скажу?

«Твой новый парень — отец моего сына. Не могла бы ты дать его номер? А то мой папаша хочет меня выдать замуж за отвратительного старика, а сына увезти заграницу»? Нет, это было слишком.

Просидев несколько часов в интернете, перебирая обрывки информации, я поняла, что это бесполезно. Он был слишком скрытным, чтобы его контакты лежали в открытом доступе. Но затем всплыло кое-что из разговора с Яной. Она упоминала клуб.

«Мы из Фонтанов уехали, сейчас в Африке тусим, это Тигра клуб.»

Эти слова зажглись в моём сознании. «Тигра клуб». Если он и правда его владелец, то это был единственный след, единственная зацепка.

Решение пришло внезапно и бесповоротно. Я не могла ждать, не могла сидеть сложа руки. Надвигалась ночь, и это был мой единственный шанс. Я выключила свет и включила телевизор. Чтобы наблюдателям Ахмеда было понятно, что я дома и собираюсь спать.

Наскоро оделась, схватила ключи и выскочила из квартиры. Единственный путь в моих нынешних обстоятельствах лежал через пожарную лестницу, выходящую с другой стороны дома. Иначе отец и его противный друг будут знать, куда я отправилась.

Здание клуба, огромное и неоновое, мигало вульгарными огнями в ночи. Но для меня это было логово хищника, его берлога, куда я шла, словно на заклание.

Когда я увидела вывеску: "Africa. Tigra Strip Club", меня окатило волной жгучего стыда. Стриптиз-клуб?

Мой отец, конечно, мерзавец, но Андрей... Он привёл Яну сюда? В этот притон? В день ее рождения?!

Я сделала глубокий вдох и заставила себя выйти из такси. Женщина в скромном сером спортивном костюме, стоптанных кроссовках и кожанке, одна-одинешенька, я смотрелась до странности нелепо в этом царстве полумрака, громкой музыки и откровенных танцев. Удивительно, но фейс-контроль я прошла быстро, меня даже не заметила охрана, но внутри, казалось, каждый взгляд, казалось, был прикован ко мне, и я чувствовала себя обнажённой.

В голове гудело от грохота басов, воздух был тяжёлым от запаха дешёвого парфюма и сигаретного дыма. Я стала озираться, пытаясь найти хоть что-то, что не кричало бы о пороке.

Наконец, я подошла к барной стойке. Бармен, здоровенный мужчина с татуировками на руках, лениво протирал стакан.

— Где я могу найти Тигровского? — спросила я, перекрикивая музыку.

Он вскинул брови, оценивающе оглядев меня с ног до головы, и на его лице появилась ехидная ухмылка.

— Решила устроиться? — пошутил он. — Только вот училок мы не берём, даже физкультурниц. У нас тут без трусов танцуют...

— Я не училка, а мать его сына! — выплюнула я, ударяя ладонью по стойке. — Так что либо ты сейчас же скажешь, где его найти, либо я ему такой сюрприз устрою, что он пожалеет, что вообще родился!

Глаза бармена полезли из орбит. Ухмылка исчезла с лица, сменившись выражением чистого шока. Он оглянулся по сторонам, словно проверяя, не слышал ли кто-то ещё мою гневную тираду. Помедлив секунду, он быстро, почти неуловимо, качнул головой в сторону одной из многочисленных дверей, ведущих в глубину клуба, вероятно, к VIP-комнатам.

— Только он там не один! — крикнул он мне в спину, когда я уже развернулась и решительно направилась в указанном направлении, не оборачиваясь.

Миновала шумные залы, пока не наткнулась на коридор, к которому качнул головой бармен. Моя первая мысль была, что Андрей там с какими-то деловыми партнёрами. Глупая, наивная мысль, которой я пыталась заглушить нарастающую тревогу.

Но каков же был мой шок, когда я, распахнув дверь одной из комнат, увидела вовсе не деловую встречу. В неоновом полумраке, две девицы без лифчиков и в одних трусах ползали по полу и извивались в медленном, откровенном танце. Их тела блестели от масла, а движения были вызывающе пошлыми.

А посреди всего этого, развалившись в кожаном кресле и широко расставив ноги, восседал Тигровский и хмуро наблюдал за ними. В его взгляде не было ни удовольствия, ни заинтересованности, лишь какая-то пресыщенность и отстранённость. Он словно был на представлении, которое ему уже порядком надоело.

Не выдержав этого зрелища, я громко выдохнула, хлесткие слова вырвались сами собой:

— Вот же кобель!

Мой голос, полный отвращения и презрения, мгновенно привлёк всеобщее внимание. Музыка, казалось, стихла, а танцовщицы замерли, их движения прервались. Глаза Тигровского медленно поднялись, и его взгляд, до этого отстранённый, теперь был устремлён прямо на меня, полный обжигающей ярости.