Фиктивная жена для герцога-монстра

Глава 46. Дай мне вернуться!

Брант

— Правильно: Ваше Высочество, — шепотом поправила Дейна мою Эйлин. — Теперь ваш супруг не только герцог этих земель, но и принц империи.

Эйлин кивнула.

— Мы можем поговорить наедине? — Она смотрела на меня пристально, выглядела взволнованной.

— Разумеется, проходи, моя дражайшая супруга. — Я отступил в сторону, приглашая ее войти. В голову лезли разные догадки, но я старался не делать поспешных выводов.

Эйлин прошла мимо, и пышная шелковая юбка скользнула по моей руке. Шелк нельзя носить в моем поместье из соображений безопасности, так как он легко воспламеняется. Надо обязательно напомнить. Но потом. Я закрыл дверь и повернулся к напряженной Эйлин.

— Что стряслось?

— Я была в вашей лечебнице, — начала она, проходя вглубь кабинета. Развернулась, а потом нахмурилась и посмотрела на меня так строго, что я на миг опешил. Чтобы на меня так смотрела женщина? Вот с таким сердитым осуждением… Это поистине забавное зрелище. — Это неприемлемо и недопустимо! Мне сказали, что перестраивать ее можно только по твоему согласованию, так как там в основном лечатся твои рыцари. И это просто кошмар!

Она отчитывала меня, хмурясь и наступая так, будто ни капли не боялась.

— Вот как, — не сдержал я усмешки и шагнул навстречу, раздумывая, до каких пор она будет оставаться столь же бесстрашной. — И что же тебя так рассердило, моя дорогая?

Но она, будто не распознав иронии, смотрела прямо на меня и говорила быстро, взволнованно:

— Кроме прочих совершенно неприемлемых для лечебницы вещей, больные с гнойными ранами лежат по соседству с теми, у кого легочная болезнь! Они кашляют всю ночь... Идут на поправку очень долго, а мне сказали, что некоторые умирают!

Эйлин отвернулась, прошлась по кабинету и снова посмотрела на меня. Ее взгляд скользнул по мне, но она словно смотрела куда-то вглубь себя.

— Что тебя смутило? — Я подошел, взял ее прохладную ладонь в свои руки. — Лечебница одна. Не выгонять же больных на улицу из-за того, что кашель мешает раненым.

— У вас так... везде? — прошептала она. — Нигде не разделяют пациентов по типу болезни?

— Насколько мне известно, разделяют только заразных. Например, во время эпидемий. Эйлин, что ты имеешь в виду? И почему сказала «у вас»? Так принято во всей империи. Ты раньше не бывала в лечебницах? Тебя так расстроил вид больных?

Я погладил ее руку и осторожно сжал, пытаясь успокоить.

— Что тебя тревожит? Зачем драгоценная фея империи пошла в место, полное скорби и боли?

Она смотрела то на меня, то на наши сплетенные пальцы. Очаровательная округлость ее груди, выступающая из кружевного разреза платья, вздымалась часто и высоко. А ее взгляд… Открытый, пронзительный, глубокий… Только от него бежали мурашки даже там, где я думал, ничего человеческого во мне нет.

— Эйлин, — начал я, не в силах сдержать порыв. — Если тебе будет страшно уходить после завершения контракта, оставайся. Я не трону тебя против воли. Да уж… — хмыкнул я, глядя, как она опускает голову и плечи, — смешно звучит от меня, да? Если сможешь терпеть выходки моего дракона, я с радостью оставлю в замке такую заботливую и очаровательную хозяйку. Завтра я поеду к императору и попытаюсь договориться, чтобы он отстал от нас со своими прихотями. Пусть нам с тобой придется ездить на все мероприятия, но я попрошу не впутывать меня в гонку за трон.

Ожидаемо Эйлин молчала.

— Можешь не отвечать сейчас, просто подумай, — добавил я.

На мою руку упала прозрачная капля, и я невольно затаил дыхание, не понимая причину ее слез. Эйлин вытерла глаза и подняла на меня виноватый взгляд.

— Прости меня, Брант. Больше я не могу... так неправильно. Пусть поздно, но я должна сказать, — решительно и быстро произнесла она. — Я обманывала тебя с самого начала.

Она выскользнула из моих рук и отошла. Покачала головой, сжала в кулаки ткань платья.

— Я не Эйлин! — выпалила она. — Твое право сдать меня жрецам, но с самого дня заключения контракта я — не она. Меня зовут Елена Весенская. Вернее, звали... пока я не умерла в своем мире, в другой реальности... Не знаю, как это назвать. Но я жила другую жизнь и после смерти очутилась здесь, в теле девушки, о которой когда-то читала в книге...

Она пошатнулась, потерла виски пальцами.

— Что? Умерла? В книге? — Я ничего не понимал, но, похоже, предчувствия меня не обманули — это была другая Эйлин. По крайней мере, в такое я мог поверить.

— Да, дело в том... — она снова пошатнулась, оперлась о стол рукой, сгорбилась, побледнела. — В том, что я...

Я подскочил и успел подхватить ее, когда тело обмякло и завалилось набок. Лишилась чувств от волнения? Легко похлопал по щекам, позвал — но она не приходила в себя.

Подхватив на руки, я быстро вышел в коридор.

— Ох, матушка, святая Диверия! — воскликнула Дейна при виде бесчувственной Эйлин у меня на руках.

— Упала в обморок, — пояснил я, пока горничная не надумала лишнего. — Скорее, зови лекаря в мои покои.

— Слушаюсь, Ваше Высочество!

Я быстро понес Эйлин по коридорам, с тревогой прислушиваясь к ее дыханию.

В наших покоях уложил на кровать, потряс за плечи, смочил край покрывала водой из графина и протер ей лицо. Она лишь слегка поморщилась.

— Эйлин, что же с тобой… — Я обессиленно сгорбился, глядя на нее.

Как странно: она потеряла сознание именно в момент признания. Умерла в другом мире, попала в тело Эйлин Фейс? Это многое бы объясняло, но разве такое возможно?

Пока я вспоминал все, что читал о магии, пришел лекарь. Он слушал ее, щупал пульс на запястьях и шее, хмурился, качал головой, подносил к ее носу кусочек ткани с дурным запахом.

— Она спит, ваше высочество, — наконец поклонился он. — И довольно крепко.

— Спит? Просто уснула?

— Похоже на то.

— Это не может быть магическим сном? Кто-то мог наложить заклятье?

— В наш век кто способен на такое? Жрецы Диверии строго следят, чтобы ни у кого не осталось магии. Позвольте, я приготовлю состав для окуривания — попробую разбудить ее. Не уверен, что такой сон полезен для молодой госпожи.

Я кивнул. Лекарь ушел. А я положил руку на руку Эйлин, закрыл глаза и внутренне обратился к дракону. В редких случаях я звал его сам, чтобы почувствовать магию.

Но нельзя было давать ему слишком много воли — иначе вырвется.

Дракон откликнулся издалека, мир вокруг преобразился: чувства обострились, и каким-то внутренним зрением я не увидел, а ощутил, что Эйлин окутывает едва заметный магический кокон. Легкая магия не чувствовалась чужой, она исходила из самого ее сердца.

Дракон всколыхнулся во мне. Я попытался прорвать кокон его магией, невидимой, но осязаемой, которая могла превратиться в огонь, если я не удержу контроль. Нопобоявшись, что дракон вырвется, тут же запер чудовище в глубине сознания, оттеснив подальше.

Эйлин пошевелилась, но не проснулась. Рисковать снова я побоялся. По крайней мере не сейчас, когда дракон действие ритуало ослабло.

— Ваше Высочество! Кельвары пробрались к замку! — Голос посыльного раздался под дверью. — Командир сдерживает их, но без вас не справиться!

— Проклятье! — Я вскочил и, бросил на ходу стоящей рядом с кроватью Дейне: — Береги ее, не отходи ни на шаг!

Как же все не вовремя! Я бы не удивился, если окажется, что кто-то из принцев подстроил и нападение, и этот магический сон.

Еще на подходе к стенам я услышал стрекот кельваров и лязг мечей о их каменные тела. Дракон почуял добычу и рвался наружу, разгоряченный, почти не сдерживаемый остатками магии жрецов.

Некогда было искать запасную одежду. Я прыгнул с крепостной стены в гущу магических тварей, отдавая сознание на волю жаждущему крови дракону.

И провалился во тьму.

Меня снова окружил хаос бесформенной магии. Сколько ни пытался я воззвать к дракону, чтобы получить хоть частичный контроль, как получалось совсем недавно, не мог. Разумное начало в нем исчезло, будто его и не было. Остались лишь чистые инстинкты.

Тьма расступилась, когда не осталось ни одного врага. Я стоял, испачканный пеплом, грязью и собственной кровью. Тело ломило невыносимо, голова раскалывалась.

Сверху скинули лестницу, и я кое-как забрался на стену.

— Ваше высочество, — пробасил командир, — прошу прощения, одежду сейчас принесут.

Я взглянул на потемневший небосвод. Сумерки. Значит, прошло часа четыре. В голове вертелась одна мысль: «Как там Эйлин?». Ждать было слишком мучительно. Я поспешил вниз с крепостной стены в сторону замка. Командир что-то кричал мне вдогонку, но было не до него.

Я ворвался в свои покои. Дейна подскочила с кресла у кровати и, охнув, отвернулась. Я накинул первый попавшийся халат, чтобы не смущать пожилую женщину. Хотя вряд ли мой вид был для нее новостью.

— Как Эйлин? — Я подошел к кровати и присел на край. — Просыпалась?

В воздухе витал горьковатый запах трав, под потолком клубился дымок. Они с лекарем, видно пытались ее разбудить.

— К сожалению, нет, ваше высочество, — тяжело вздохнула Дейна. — Мы уж и так и этак пробовали…

Эйлин лежала прекрасная, с румянцем на щеках, чуть приоткрытым ртом и подрагивающими веками. Живая, здоровая, но беспробудно спящая.

— Иди отдохни, — хрипло сказал я Дейне. — Я посижу с ней.

— Слушаюсь, хозяин. — Она вздохнула. — Помылись бы вы, переоделись…

— Иди.

Дейна покачала головой, помялась, но все-таки вышла.

Я сидел и смотрел, как мерно вздымается грудь моей ненастоящей супруги и ненастоящей Эйлин. И отчаянно хотел, чтобы она открыла глаза. Чтобы снова взглянула на меня — бесстрашно, с иронией или даже с осуждением.

Я чувствовал, будто мне не так уж и важно, кто она, вернее, я хотел, чтобы она была со мной прежней. Той, кто позволила мне хоть немного почувствовать обычную человеческую жизнь. А будет это Эйлин Фейс или какая-то девушка из другого мира…

Не знаю, сколько прошло времени. Глядя на ее пухлые губы с мелкими трещинками, я все больше думал: а что, если впустить в нее немного магии через поцелуй. Нарушить таким образом кокон?

Я наклонился, опершись одной рукой о кровать, другой погладил ее по щеке.

— Вернись, кто бы ты ни была, — прошептал я и коснулся ее губ своими, приоткрыв сознание для дракона.

Я ощутил нежные трепетные теплые губы и тут же понял, что совершил ужасную ошибку. Я думал, после бойни дракон насытился и спокоен. Но это легкое прикосновение вызвало мгновенную, яростную волну.

Безумное, всепоглощающее желание затмило разум. Тело накалялось с невыносимой скоростью, меня распирало от рвущейся наружу древней мощи. Зрение помутнело. С ужасом я ощутил, что вновь превращаюсь в монстра.

А Эйлин лежала беззащитная, не в силах ни убежать, ни защититься, ни применить свои хитрости.

— Помогите! — выкрикнул я, отпрянув от нее из последних сил, и рухнул на колени возле кровати. Трансформация уже захватывала тело, в воздухе мелькали золотые искры.

— Кто-нибудь! Унесите Эйлин! Спрячьте! — проревел я уже почти не своим голосом, царапая пол черными крепкими когтями.

А потом сознание снова провалилось во тьму.

— Да что ж ты за монстр! Чудовище! — в отчаянии кричал я, объятый хаосом черной энергии. — Ты уже все забыл? Эйлин… Она же тебе нравилась! Вспомни! Мы умрем вслед за ней, слышишь?!

Я пытался нырнуть в эту энергию с головой, чтобы хоть как-то достучаться, но она лишь отступала, обтекая меня, наполняя пространство моего собственного сознания тяжелым гулом.

Я никогда не понимал, как течет тут время. Но сейчас казалось, что оно попросту замерло, или же меня окончательно захватил монстр, и я теперь скитаюсь по империи в облике чудовища целую вечность.

— Не тронь Эйлин! Дай мне вернуться! — бормотал я наверное в тысячный раз. Это было моей нескончаемой молитвой и единственным желанием.

И все же я вернулся. Резко, как это всегда и бывало. Подо мной что-то чавкнуло, отдаваясь противным гулом в ушах.

— Брант Вальмор, ваше высочество и герцог Пепельных земель! — раздался надо мной голос Жреца Лионела.

Я поднял на него голову. Лионел ехидно прищурившись, продолжал обвивать меня своими магическими нитями.

— Я вынужден срочно доставить тело в императорский дворец, — произнес он, едва сдерживая злорадство. — Вы должны получить по заслугам.

Сипло дыша, точно после долгой погони, я поднял руку — окровавленную, с обрывками плоти, застрявшими между когтей.