Фиктивная жена для герцога-монстра

Глава 69. Ожидание

Эйлин

Я выглянула из уборной и оглядела пустой коридор. В самом его конце мелькнула фигура в простом сером платье — служанка с пустым подносом.

Я бросилась к ней так стремительно, что та едва не выронила поднос. Увидев мой потрепанный вид, она ахнула и вытаращила на меня испуганные глаза.

— Тише, — прошептала я, хватая ее за локоть и затягивая в сторону уборной. — Мне нужно твое платье, — я уже стягивала с шеи рубиновое колье, — а тебе я дам это.

Она замотала головой, пытаясь вырваться:

— Госпожа, я не могу…

Я сунула колье ей в ладонь.

— Это твое. Или я крикну, что ты его украла, — строго добавила я, стараясь звучать убедительно. — Выбирай.

Она растерянно кивнула и уже сама пошла за мной. Мы поменялись платьями прямо в уборной. Ее грубое полотняное платье пахло мылом и дымом от каминов. Мое изорванное бархатное она скомкала и прижала к груди, глаза бегали по сторонам. Теперь она осталась в одном нижнем платье.

Да, раздеть девушку было не лучшей идеей, но другой в голову мне не пришло. Утешало только то, что я заплатила за возможные насмешки со стороны других слуг.

— Уходи. И забудь, что видела, — сказала я, на самом деле не надеясь избежать сплетен. Но это будет потом. Сейчас нельзя опозориться перед всем двором.

Я вдохнула полной грудью. Надела на голову передник, повязав его как платок, сгорбила плечи и поспешила обратно к бальному залу.

Войдя в зал с бокового входа, я прижалась к прохладной поверхности мраморной колонны. Осторожно выглянула.

Брант стоял неподалеку, беседуя с пожилым мужчиной. Выглядел спокойным, но его взгляд скользил по залу оценивающе, как у хищника. Он был так близко… Всего несколько шагов. Но как подойти к нему в таком наряде? Меня могли узнать, а если нет, то сама идея казалась сомнительной. Прилично ли служанке так вольно прерывать разговор высокопоставленных особ?

Я прислонилась спиной к колонне, поджала губы и поймала презрительные взгляды проходивших мимо дам.

— Бедняжка, тоже хочешь потанцевать? — хихикнули они.

Вот бестолковые. Я мотнула головой, отгоняя раздражение. Не отвлекаться. Я сжала кулон в руке, но Эйлин молчала. Неужели она совсем «ушла в себя» после нашего разговора о Лориане?

Ладно, плевать. Надо думать самой. Что может помочь? Подносы разносят служанки в других нарядах. Посыльные — только мужчины. Точно, у Бранта ведь слух лучше, чем у любого человека. Я снова выглянула из-за колонны и позвала его сначала шепотом:

— Брант.

Он не отреагировал. Я глубоко вздохнула, ощущая, как бешено колотится сердце.

— Брант, — позвала уже вслух, но не настолько громко, чтобы услышали все. — Принц Вальмор, ваше высочество!

Он резко повернулся. Его взгляд метнулся по толпе, на секунду задержался на колонне и нашел меня. Он кивнул собеседнику, извинился и быстро направился ко мне.

Оказавшись в тени, он взял меня за локоть и отступил вместе со мной в один из прилегающих коридоров, на ходу накидывая мне на плечи свой тяжелый парадный плащ.

— Что случилось? Ты цела? — Он встревоженно оглядывал меня. — Эйлин!

— Цела, — выдохнула я и затараторила: — Но кое-что случилось с платьем. Императрица передала «привет». Она уверена в нашей с тобой казни. Они что-то задумали. Ты ничего не узнал у генерала? Куда делся твой дядя?

В его глазах вспыхнула знакомая мне ярость. Он тяжело вздохнул.

— Они следят за нами повсюду… Идем, скорее переоденемся.

Он вывел меня из зала через неприметную дверь для прислуги и повел по узким коридорам, где пахло воском и пылью.

— Откуда ты знаешь, куда идти? — попыталась пошутить я, чтобы разрядить напряжение.

— Я вырос во дворце. Ребенком я старался не попадаться на глаза важным особам.

В нашей комнате я, не стесняясь, сбросила грубое платье служанки и переоделась в одно из принесенных мне утром.

Брант стоял у окна, чуть отодвинув тяжелую штору, и наблюдал за темным двором.

— Генерал Рейден, — начал Брант, — передал, что его люди заметили, как под утро жрецы подозрительно ходили вокруг дворца. Я тоже слышал голоса и шаги.

Он отпустил штору и повернулся ко мне.

— Киллиана нигде нет. Генерал тоже не знает, где он. — Брант вздохнул и подошел ближе. — Больше не отходи от меня. Даже в уборную. В случае необходимости просто скажи мне, и мы вернемся в наши покои.

Я кивнула. Да, больше я не стану бегать по коридорам одна. Хоть «подружки» и дали понять, что пока моя жизнь нужна императрице, рисковать больше не хотелось.

Выйти обратно в зал было все равно что шагнуть в пасть к спящему зверю. Брант шел рядом, придерживая меня за локоть и казался островком в бушующем море.

К нам подходили, с нами заговаривали. Кто-то с искренним интересом, кто-то пытаясь уязвить.

А мы все продолжали искать дядю Бранта. Однако его не было у буфетных столов, ломящихся от дичи и экзотических фруктов. Не было в кольце азартно спорящих офицеров или прогуливающихся по залу взад-вперед стайкам дам.

Я хотела есть и пить. Живот болезненно урчал, во рту пересохло. Но я боялась есть что-либо в этом змеином логове, да и от нервозности горло сжималось, подкатывала тошнота.

Вдруг толпа у главного входа расступилась будто под давлением невидимой силы.

Шла императрица. Ее платье глубокого фиолетового цвета струилось по мрамору, словно живое, а в волосах, уложенных сложной короной, мерцали алмазы. Рядом с ней шел под руку Эльдрик, ее старший сын. На его лице играла тонкая, самоуверенная улыбка.

Они двигались прямо на нас.

— Ваше Величество, — присела я в реверансе. Брант склонил голову. — Ваше Высочество.

— Дорогие мои, — от ласкового голоса императрицы меня бросило в холодную дрожь. — Как я рада видеть вас снова.

Брант молчал, но я почувствовала, как напряглись мышцы на его руке.

— Я вам искренне сочувствую, — продолжила она, явно отвечая мне той же монетой. Как я недавно оскорбила ее у дверей императорской спальни, так теперь она возвращает мне теми же словами. — Вы проиграли.

Эльдрик злорадно усмехнулся, наклонился к императрице чуть ближе

— Матушка, — прошептал он так, что слышали только мы. — Считаю своим долгом лично допросить эту женщину. Уверен, она расскажет больше, чем мы себе можем представить.

— Разумеется, дорогой, но наберись терпения, совсем скоро… — усмехнулась императрица, прикрыв рот резным веером и хитро сощурившись. — Ах, мой болтливый язык.

— Матушка? — К нам подошел Лориан и отвлек их внимание на себя. — Доброго здоровья. Мы не виделись с вами больше месяца. Все ли у вас в порядке?

Взгляд Лориана был холодным и непроницаемым, а за учтивостью фраз скрывалась язвительность.

Императрица глянула на него и натянуто улыбнулась. Я тихо дернула Бранта за рукав, мысленно благодаря Лориана за то, что вмешался. Мы не стали дожидаться, чем закончится это холодное «семейное» приветствие. Но похоже, Лориан не был избалован материнской любовью.

Я попыталась припомнить, что было в оригинальной истории.

— Она не может простить Лориану, что он осмелился замахнуться на трон , — раздался вдруг у меня в голове усталый голос. — Эльдрик всегда был ее любимчиком. На него она делала ставку. Если бы Лориан оставался его тенью, она не сочла бы его предателем.

— Что нам делать? — пробормотала я, обращаясь сама не знаю к кому — к Эйлин или к Бранту.

— Не знаю, — тихо ответил Брант.

— Уходите. Сейчас, — настойчиво произнесла Эйлин. — Конечно, есть шанс, что она блефует и еще ничего не решено. Но я знаю это лисье выражение лица. Да и Эльдрик выглядит слишком спокойным. Если объявят наследником его, первым его указом будет ваш арест. Причину придумают на ходу. Возможно, уже придумали. А так у вас будет несколько часов форы.

— Я боюсь, — шепнула я, невольно прижимаясь к Бранту.

— Я не позволю им убить тебя, Эйлин, — так же тихо ответил он, положив руку мне на плечо.

— Я знаю. Я боюсь за тебя тоже. Что будет с тобой? Куда ты пойдешь, если и правда… — я замолчала, не в силах договорить.

Он обернулся ко мне и приобнял. Его горячая, сильная рука легла на мою спину. И в этот миг я чувствовала себя защищенной от всего на свете.

— Помнишь , отец говорил о драконе в северных землях, — шептал он успокаивающе. — Попробуем полететь туда.

— Неплохой план, — отозвалась я.

А потом услышала приближающиеся уверенные шаги и снова выпрямилась, стараясь придать лицу нейтральное выражение. К нам подошел мужчина в изысканном, но чужого покроя камзоле — темно-синем, с вышитым на груди серебряным фениксом. Его сопровождала четверка чуть менее нарядных мужчин.

— Ваше высочество принц Вальмор, я — герцог Лайдин, посол Андорского королевства, — произнес он, учтиво склонив голову. — Я получил послание от моего короля. Он поручил мне разыскать вас при первой возможности. Наши советники хотели бы обсудить торговые соглашения. И пусть повод для нашей встречи сегодня печален, смею надеяться, что в ближайшие дни вы сможете уделить мне время для беседы.

— Разумеется, герцог Лайдин, — ответил Брант, и в его голосе впервые за вечер прозвучали нотки делового интереса. — Я открыт к сотрудничеству.

И пока Брант говорил с послом, ко мне приблизился слуга с подносом. На нем стоял единственный бокал с темно-багровой жидкостью.

— Для сэйны Вальмор, — пробормотал слуга, избегая встретиться взглядом. — От тайного поклонника.

Тайный поклонник? Я стиснула зубы. До чего же очевидная и глупая пакость. Но представители другого королевства здесь, и по этикету отказаться — грубейшая ошибка. Я взяла бокал, улыбнувшись слуге.

Разумеется, пить это я не собиралась. Но все равно заглянула внутрь и слегка принюхалась. Это было не вино. Жидкость гуще, со слабым, но едким неприятным запахом, похожим на уксус. И она едва заметно пузырилась.

Я вскинула голову, чтобы отдать бокал обратно или позвать того слугу, но его уже и след простыл. Зато я увидела стоявшего в десятке шагов Эльдрика. Он поймал мой взгляд и с задорной, злобной ухмылкой приподнял свой бокал, будто чокаясь со мной.

Я должна была сделать вид, что отпила, и куда-то деть эту гадость, чтобы не привлекать лишнего внимания послов. С первым пунктом я справилась, просто поднеся бокал к губам. Оставалось поставить его на ближайший стол или…

Не успела. Кто-то намеренно или «случайно» резко толкнул меня в спину. Я пошатнулась. Бокал накренился, опрокинулся, и струя темной, шипящей жидкости плюхнулась прямо на синий камзол посла Андоры.

Раздалось резкое шипение. Поднялся едкий дымок. На груди посла ткань мгновенно потемнела, задымилась и начала расплавляться, обнажая кожу, которая покрывалась алыми, быстро чернеющими пятнами. Посол закричал от боли и отпрянул.