Фиктивная жена для герцога-монстра

Глава 63. На грани

Эйлин

Я кивнула. Щеки мои пылали, я уже искусала губы в сладком, томительном нетерпении, пока Брант поглаживал меня неестественно горячей, но все-таки человеческой рукой. Эта рука не доставит мне боли, не поцарапает даже случайно. Ведь он сдержал дракона, он стал нормальным. И от этого я ощущала почти эйфорию.

Без чешуи Брант выглядел совершенно иным и тем же самым одновременно. Черты лица, которые я привыкла читать сквозь маску полузверя, теперь были открыты — резкие, сильные, невыразимо прекрасные. Лицо молодого, красивого, уверенного в себе мужчины.

Однако все равно он был не таким, каким я представляла его, размышляя, что было бы если… Но его голос, его руки, его дыхание — все это точно принадлежало моему Бранту. Тому, кому я отдала свое сердце.

Не в силах больше терпеть я развела ноги пошире, чуть выгнулась навстречу, надеясь развеять его боязнь навредить мне.

Он двинулся вперед, проник медленно внутрь. Я вскрикнула. Но не от боли — по всей видимости тело Эйлин уже знало мужчину. А от нового, невиданного мне ранее чувства горячей наполненности, ощущения движения внутри.

— Эйлин? — прохрипел дрожащим голосом Брант над моим ухом.

— Нет! — вскрикнула я, обхватив его за плечи буквально вцепившись в них. — Не останавливайся, прошу…

В глазах потемнело. Я едва дышала, когда он вначале подался вперед, а потом назад… Горячее желание разгоралось, хотя казалось бы, куда сильнее. Мурашки бежали по телу, ногам, шее, кончики пальцев онемели.

Во мне нарастало то самое чувство, которое было знакомо мне, но усиленное стократ, яркое, сочное, мощное. Толчки становились яростнее, неотвратимее, стирали границы. Я уже не чувствовала, где заканчиваюсь я и начинается он. Было только это раскаленное единение, ритм которого отдавался в висках, в сведенных мышцах живота, в бешено колотящемся сердце.

У меня кружилась голова, не хватало воздуха, в висках стучало. Я впилась в Бранта, не позволяя ему отстраниться. Не сейчас, не когда я сама уже на грани…

Но что-то было не так. Тело будто сопротивлялось, не позволяло расслабиться и достигнуть разрядки. С каждым толчком, безумно желанным, я ощущала что-то еще. В глубине души, на уровне телесного инстинкта… Я не могла понять что именно, но от этого тело напрягалось, и толчки ощущались болезненно.

Я хотела сказать Бранту, чтобы остановился на минуточку, но это было невозможно — голос пропал, и я могла лишь поддаваться ему, тонуть в собственной страсти, бороться с непонятно откуда взявшемся напряжением и пытаться поймать столь желанную волну экстаза.

Когда он с гулким стоном рухнул на меня, обмякший, весь взмокший и тяжелый, я закусила губу до боли, чтобы не закричать от обиды — не на него, а на свое предательское тело, которое странным образом противилось наслаждению.

Я бессильно заерзала, чувствуя, как неудовлетворенное желание превращается в тихую, унизительную муку. Слезы подступили к горлу от отчаяния и физической потребности. Как на грех он оставался во мне, продолжая дразнить и распалять меня до предела.

Казалось, я просто с ума сойду, если он уйдет сейчас.

— Брант, — позвала я дрожащим от смущения и желания голосом.

Я не знала, какие тут правила, дозволено ли женщинам так же получать удовольствие, ведь почему-то это тело оказалось явно к нему не готово. Но я надеялась, что в любом случае Брант поймет меня, если я попрошу.

Он вдруг подхватил меня, прижал к себе и сел, усадив меня сверху. От неожиданности я замерла, инстинктивно приподнявшись. Он все еще был во мне.

— Что, моя сладкая? — прохрипел он осипшим голосом.

Я забыла что такое слова и растерянно моргала, пытаясь привыкнуть к новым чертовски горячим и сладостным ощущениям.

— Или оставим разговоры на потом? — прошептал он, обхватив горячей ладонью мою грудь, а второй поглаживая по спине. — Я подумал так тебе будет удобнее, моя Эйлин.

Его взгляд был слегка расфокусирован, в нем плескалась бархатная тьма желания. Я приподнялась на нем, опершись на его плечи, и вскрикнула.

— Что с тобой? — Брант тут же подхватил меня за поясницу, лицо его стало встревоженным. — Тебе больно?

— Нет, — выдохнула я.

Он ослабил хватку, принялся ласкать мою спину, бедра, ягодицы. Наклонился, взял в рот сосок, коснулся языком. Я застонала.

Неудержимая жажда текла по моим венам. И теперь я могла сама контролировать ритм, глубину, экспериментировать, наслаждаясь его едва сдерживаемой покорностью.

А главное, что успокаивало меня и мое неожиданно напряженное тело — Бранту важно и мое состояние, он и сам хочет, чтобы мне было хорошо, а значит, я могу не спешить. Могу настроиться…

И постепенно мысли перестали тревожно скакать в голове, тело сжиматься, а странное чувство протеста в груди истончилось, как льдинка под солнцем и исчезло совсем.

Жар рождался в самой глубине, в месте нашего самого тесного контакта, и с каждым движением разгорался все ярче, накатывая волнами. В какой-то момент внутри вспыхнуло. Я ускорилась, вцепилась в его мощные плечи и вдруг содрогнулась в сладкой судороге, прильнув к Бранту. Его хриплый стон подсказал — мои сжавшиеся мышцы помогли и ему достичь пика.

Я обмякла в его руках, утратив всякий контроль, и беспомощно повисла на нем, чувствуя, как последние судороги удовольствия тихо отдают где-то в глубине живота.

Мы рухнули на простыни, сплетенные, липкие, дышащие в одном ритме. В ушах звенело, в груди сладко ныло, а в самой глубине, где только что бушевал пожар, теперь тепло пульсировало.

— Ты моя, — хрипло прошептал Брант.

— Угу, — пробормотала я, чувствуя себя выжатой до последней капли.

Я уснула, даже не заметила как. А утром, когда отправилась смывать с кожи засохшие следы страсти, Брант уже был в уборной и встретил меня горячими поцелуями, которые мгновенно переросли в новый виток близости.

Я боялась, что после вчерашнего будет неприятно, но ничего подобного. Мое тело легко приняло его. И Брант, приподняв меня на руках и прижав спиной к стене, снова принялся дарить мне наслаждение. На этот раз все было куда быстрее, будто тело больше не противилось мне.

И я с радостью отвечала, обнимала его, ласкала, целовала. И меня не волновало ничего, пока его надежные сильные руки держали меня, а губы оставляли влажные дорожки на моей коже.

Мы оба изголодались по ласке, и не могли оторваться друг от друга весь день. Мы изучали друг друга, наслаждались прикосновениями, иногда говорили. Но не о том, что грядет и какие проблемы ждут нас впереди. И не о том, что придет время и это тело займет другая. А том, как хорошо нам вместе. О том, что чувствуем друг к другу. И как долго мы оба ждали этого дня.

Брант все не мог нарадоваться от того, что теперь сам руководит процессом, все понимает и осознает.

— Это точно не сон? — спрашивал он то и дело, и принимался целовать меня вновь. А поцелуи перерастали в более откровенные ласки и заканчивались вполне очевидно.

К вечеру у меня дрожали от напряжения ноги, а живот ныл от голода.

— Наверное, стоит перекусить, — произнес Брант и помог мне одеться.

Я, разумеется, не спорила. Мы вышли из комнаты и направились вниз по ступенькам. Я держалась за руку Бранта, чувствуя странное ощущение нереальности. Тело будто онемело, а сама я плавала в какой-то желеобразной субстанции.

Нечто подобное у меня бывало после приема некоторых препаратов в моей прошлой жизни. Да, я поняла кощунственную вещь. Сейчас я воспринимала это тело своим. И не хотела им ни с кем делиться. Вот только меня никто не спросит, как не спрашивал когда перенес в него.

Как и предполагалось, первый этаж был почти пуст. Только за дальним столиком сидел Далларан, попивая вино и глядя перед собой невидящим взглядом. Выражение его лица было спокойным, задумчивым, но в уголках губ таилась легкая улыбка.

Мы подошли, поздоровались и присели рядом.

— Не ждал вас раньше завтрашнего утра, — усмехнулся он.

К нам подбежал управляющий.

— Доброго вечера, господин и госпожа! Подать сытный ужин? Полагаю, вы изрядно утомились и проголодались, — произнес он с многозначительным видом.

Я почувствовала, как горят щеки. Неужели нас было так хорошо слышно? Брант кивнул и попросил все что есть. Управляющий так же многозначительно улыбнулся и кинув на меня лукавый взгляд, умчался на кухню.

— Теперь поговорим о будущих делах, или ваши головы еще не готовы воспринимать скучную информацию? — снова усмехнулся Далларан, проведя рукой по волосам.

Мне захотелось плеснуть ему в лицо водой, чтобы сбить эту ухмылку, а потом и себе — чтобы остудить пылающие щеки. Голова и впрямь была ватной и отказывалась соображать.

— Говори, — усмехнулся ему в ответ Брант и откинулся на спинку стула с таким расслабленным и хозяйским видом, что я ему позавидовала.

Похоже он совершенно не смущался, более того, от него на физическом уровне чувствовались гордость и уверенность. Наверное, это что-то на «мужском», подумалось мне, скромность у них не в чести.

— У вас есть кристаллы магии, — серьезно произнес Далларан. — Мы думаем, что жрецы используют их особым образом. Но нам не удавалось добыть достаточно образцов для изучения.

— А у вас — превосходные шелковые ткани. Они пришлись бы по вкусу знати, — ответил Брант, а его рука легла мне на колено и слегка сжала его через пышную юбку.

Я растерянно уставилась на него, не понимая, как он может так открыто флиртовать со мной пусть и при незрячем собеседнике.

— О, мы быстро нашли точки соприкосновения, — усмехнулся Далларан. — В цене, думаю, договоримся. Или обойдемся бартером. Но договора придется составить уже с официальной делегацией, у меня нет таких полномочий.

Он задорно усмехнулся и пожал плечами. Сейчас он казался совсем молодым, едва не младше Бранта. В нем чувствовалось не только высокомерие, но и какое-то невероятное стремление к жизни и даже озорство, в чем мы были с ним похожи.

— Ты говорил, что ищешь союзника-дракона. — На этот раз выражение лица Бранта стало серьезнее.

Далларан вздохнул, и плечи его опустились словно от усталости, он вновь выглядел серьезным.

— Мне тяжело сдерживать призывных чудовищ, — со стыдом признался он. — Наша страна на грани того, чтобы обратиться за помощью к жрецам. Многие советники уже голосуют за. Полагаю, некоторых уже подкупили. Старый король пока держится, но наследный принц не обладает нужной хваткой. Он ненавидит жрецов, но не сможет противостоять большинству. Недавно его вынудили жениться на принцессе Айлиона, жрице Диверии. Они подбираются все ближе, хотят безраздельно владеть магией и, стало быть, всем миром. По правде говоря, это главная причина, по которой я здесь.

— Хочешь, чтобы я помог тебе в войне?

— Скажем так, у нас общий враг. Было бы разумно найти общее решение.

— Давай поищем, — согласился Брант.

Тут нам подали ужин. Мы с Брантом накинулись на еду, будто не ели вечность.

— Жрица Вивиана, жена наследного принца, фанатична, считает женитьбу своей миссией для того, чтобы указать путь неверным, — поежился Далларан. — Ее нельзя убивать, иначе, думаю, наследный принц давно бы это сделал. И пока они с принцем грызутся, отвлекая внимание Совета на себя, мы можем для начала заключить торговый союз, потом под предлогом торговли пригласим тебя. И если получится уничтожить демонические порталы, а у меня есть идея, как мы могли бы это сделать вдвоем, то на какое-то время поток монстров схлынет, Совет поутихнет, а наследный принц сможет заняться внутренним расследованием и отловить предателей.

— Хорошо. Договора подпишем здесь же? Когда мне созвать послов? — спросил Брант.

Теперь он ел то же, что и я, и похоже его это не меньше удивляло. А меня снова клонило в сон от сытного ужина. Правда я не была уверена, что Брант даст мне выспаться, и тихо улыбалась сама себе, думая, что я совсем не против.

Далларан хотел начать объяснения, но замолчал, слегка повернув голову, будто услышал что-то подозрительное. И вдруг дверь распахнулась, в зал вбежал капитан.

— Послание от герцога Вейна, ваше высочество! — воскликнул он.

— От дяди? В чем дело? — напрягся Брант. — Дай сюда.

Капитан подошел к нам быстрым, тяжелым шагом и протянул свиток. Он схватил свиток, пробежал взглядом по строчкам — и лицо его помрачнело.

— Нам придется покинуть порт, — сказал он, глядя на Далларана. — Возможно, ты зря прилетел и я действительно не оправдаю твоих надежд. Но я рад нашей встрече. Если все же выстою — напишу, как и договаривались.

— Я могу помочь? — нахмурился Элмонд. — Что случилось?

— Вряд ли. Это внутренние дела двора, — покачал головой Брант. — Пока у меня нет власти. Если приведу тебя — мага и дракона недружественной Андоры, бояюсь, это расценят как сговор. Кто знает, до чего дойдут жрецы. У них много союзников в других странах. А как я узнал из твоих слов, ваше положение так же шатко. Если они начнут войну? Я не хочу вас втягивать в это. Тем более без ведома вашего короля.

— Ты прав, — нахмурился Далларан. — Тогда удачи. Я буду ждать твоего письма, собрат.

Я заглянула в послание, которое Брант показал мне. «Срочно возвращайся, император при смерти», — было выведено неровным почерком.