Фиктивная жена для герцога-монстра

Глава 65. В покоях императора

Эйлин

— Куда мы пойдем? — спросила я, подходя к Бранту.

Он пригладил мои явно взъерошенные волосы, а потом невесомо провел большим пальцем по губам, слегка улыбнувшись.

— Вчера был лучший день в моей жизни, Эйлин, — тихо произнес он. — Спасибо за него.

— И мой, — честно ответила я, положив руку на его могучую грудь. Таких сильных, таких сладостных чувств я не испытывала за всю прежнюю, несчастную жизнь. — Я так рада, что ты теперь всегда ты.

— И я рад безмерно, — он накрыл мою руку своей горячей ладонью.

— Хотя я буду скучать по обаятельному дракону, который строил мне гнездо из одеял, — добавила я с задором, пытаясь снизить тревожное напряжение.

Брант слегка усмехнулся и прижал мою ладонь крепче.

— Что бы ни случилось, что бы ни уготовили мне здесь, я сделаю все, чтобы защитить тебя, моя драгоценная супруга. Держись рядом, не отходи никуда, кого бы тебя не позвали. Падай в обморок, если отказаться будет нельзя.

Я кивнула и снова спросила:

— Куда мы пойдем сейчас?

— В покои к императору, — ответил он, серьезно сдвинув брови. — С этого балкона — кратчайший путь. Хорошо, что мы прилетели. Страже у ворот не велено пускать меня. Пришлось бы прорываться с боем, а этим опять бы воспользовался проклятый жрец.

Брант надел маску, которую вместе с перчаткой перевез в моих одеялах, и натянул перчатку на руку. Я понимала, почему: лучше припрятать козырь для подходящего момента.

Мы вышли в просторную, но темную залу, затем — в коридор, освещенный факелами. Спустились на нижний этаж, столкнулись с несущими постельное белье служанками, напугали их до обмороков, и вошли в другое крыло.

Нам преградили путь рыцари. Брант вырубил их точными, быстрыми движениями — я даже не успела испугаться, а они что-либо понять.

Та же участь постигла еще четверых. Тревогу никто поднять не успел. Брант остановился перед высокими дверями с резной облицовкой из слоновой кости. Взглянул на меня. Я кивнула, он ответил тем же и распахнул двери.

— Ах! Как ты посмел?! — тут же воскликнула женщина в роскошном красном платье. Императрица — узнала я. — Его величество отдыхает! А ты, чудовище, осмелился потревожить его! Эй, что у нас за охрана?!

— Оставь нас, Марлин, — послышался с перин хриплый голос императора.

Она бросилась к нему, изображая на лице вселенскую скорбь.

— Ах, дорогой супруг, не перетруждайтесь, — ласково заворковала она, — вам велели поберечь силы. Не надо говорить, тем более с этим чудовищем, он может навредить вам!

— Это мой сын, — жестче произнес император. — Выйди и дай поговорить с ним.

— Я не оставлю тебя с ним, это слишком опасно, тем более в таком состоянии, — забормотала она, поглаживая его взмокший лоб. — Скоро должны прийти лекари и Верховный жрец, тебе обязательно станет лучше.

— Сейчас же выйди, Марлин! — так холодно приказал император и так посмотрел на нее, что даже я поежилась.

Императрица подскочила с кровати.

— Как прикажете, — процедила она сквозь зубы и, кинув на Бранта и меня испепеляющий взгляд, с достоинством прошествовала мимо.Дверь закрылась. Брант подошел к кровати. Я нерешительно последовала за ним, но остановилась на почтительном расстоянии.

— Присядь, — повелел император и всмотрелся в Бранта с тревогой. Его лицо было нездорово бледным, губы посинели, под глазами залегли темные круги. — Я рад, что ты успел. Но как ты так быстро добрался?

Брант снял маску и перчатку с левой руки, сел на край кровати. Глаза императора расширились, заблестели. Он приподнялся на дрожащих руках, задышал часто и глубоко.

— Ты подчинил себе дракона, — возбужденно проговорил он.

— Нет, — ответил Брант. — Я и есть этот дракон. Мне не надо было никого подчинять. Я должен был просто стать собой.

Император закивал. Похоже, ему было все равно, как это называется. Он потянулся к Бранту, похлопал его по колену.

— Ты молодец, Брант. Молодец, — прохрипел сипло он, прикрыл глаза и рухнул на подушки.

На его лбу выступила испарина, но он улыбался.

— Кто это сделал? — спросил Брант. — Верховный? Императрица? Кто-то из братьев?

— Верховный не простил мне казни Лионелла, — усмехнулся император синюшными губами и открыл глаза. — Я знал, что так будет.

— Зачем тогда ты согласился на мою просьбу? — покачал головой Брант. — Почему не сказал?

— Чтобы напомнить, что во дворце все еще есть власть императора. — Его взгляд стал жестким, суровым. — Я долго ждал этого момента. С самого дня коронации.

— В каком смысле? — Брант подался к нему.

— Я взошел на трон вот с этим. — Дрожащей рукой он опустил ворот рубашки, обнажив на груди тонкую золотистую татуировку в виде птицы с длинным хвостом, похожий на павлиний.

— Что это?

— Печать контроля, Брант. Ее ставят уже третьему императору подряд, — хрипло проговорил он, мельком глянув на меня, словно раздумывая, можно ли говорить при мне. — Они называют это благословением. А на самом деле она средство контроля. Сейчас меня отравляет она. Мы стали марионетками, и очень давно.

— Ты говорил, что у нас есть шанс, — возразил Брант, его кулаки сжались, челюсти напряглись. — Ты обманул меня?

— Если бы сказал, что нет, стал бы ты стараться? — усмехнулся он. — Сбежал бы со своей возлюбленной в Северные земли, как сделал один из ныне живущих драконов.

— Дракон в Северных землях? — Брант наклонился ниже, покачав головой. Казалось, сейчас он хватит своего больного отца за плечи и начнет яростно трясти. — Что ты еще знаешь?! И что от меня скрыл?!

— Оставь обиды, сейчас не до них. — Глаза императора засияли маниакальным блеском. — Я думаю, на тебя печать не подействует. Настоящего дракона нельзя задавить такой примитивной магией. А ты теперь настоящий дракон!

— Я все еще не знаю толком, что могу, — пробормотал Брант, отстраняясь и опуская плечи, потер пальцами веки. — Ты как всегда, да?..

— Не злись, я планировал день твоего дебюта еще до того, как ты появился на свет, мы думали об этом вместе с твоей матерью. Она была бы счастлива видеть тебя сейчас.

На глазах императора заблестели слезы, каких я думала у него бывает. Я растерянно смотрела на этого совсем недавно внушительного сильного человека, который теперь выглядел бледной тенью самого себя. Бледной и больной. Совсем как мое прежнее тело…

— Что мне сделать, чтобы помочь тебе? — вздохнул Брант.

— Помочь… — Император прищурился. — Ты договорился с Андорой? О торговле, о помощи?

— У меня нет доказательств, не было делегации и договоров. Элмонд прилетел один.

— Прилетел? Ах, да, он же потомок древнего рода драконов, — произнес император. — Это он подсказал тебе, как совладать с собой?

— Да.

— А он оказался способным, — вздохнул император. — Его вес при дворе вырос совсем недавно. Из пленного мальчишки, а потом ученика старого академика за несколько лет он превратился в придворного мага. Кто бы мог подумать… Зря я не обращал на него внимания.— Ты так и не сказал, как помочь тебе, — прервал его Брант. — Что нам делать?

— У нас с тобой, Брант, только один путь, — серьезно посмотрел на него император. — И мы должны пройти его до конца. Завтра будет прием в честь… моей болезни. Не смотри так на меня. Я просто назвал все своими именами. Это важный день, поэтому созовут всю знать. Соберутся все именитые роды, все генералы. И ты тоже должен быть там вместе с супругой. Но тебя не хотят видеть при стечении всех высокопоставленных особ, поэтому будут провоцировать, пытаться опоить или подставить. Не снимай маску и перчатку. Избегай неприятностей. Продержись до полуночи.

— А что будет в полночь?

— Увидишь, Брант. — Император слегка улыбнулся и теперь посмотрел на меня. Уже внимательно, не отводя взгляда. — Подойди, дитя.

Я сделала пару несмелых шагов к кровати. Он смотрел на меня минуту, щурился, а потом вдруг с облегчением выдохнул и прикрыл глаза.

— Роди моему сыну наследника драконьей крови, — произнес он вдруг.

Я растерянно заморгала. На глазах выступили слезы. Хотела бы я сказать «да», хотя бы засмущаться от неловкости, но сердце сжалось в отчаянии. Я ведь скоро уйду… Меня не будет рядом.

— Пообещай ему , — раздался во мне серьезный голос хозяйки тела. — Я тебе уже говорила, Эйлин не покинет Бранта.

Я кивнула императору, не в силах произнести ни слова. Он заулыбался.

— Больше мне ничего и не нужно, — сказал он. — Ступайте в гостиную. И помните: завтра вы должны продержаться до полуночи. А пока займите императрицу ровно на десять минут. Я хочу немного отдохнуть от ее назойливого присутствия.

Мы с Брантом поклонились и вышли. К двери тут же кинулась императрица, но Брант преградил ей дорогу, как и просил император.

— Постойте, матушка, — произнес он, — неужели вы не хотите поговорить со мной?

— Кого ты назвал матушкой? — зло бросила она. — Уйди с дороги, я должна быть подле Его Величества.

Я сжала кулон в руке. Мне показалась странной просьба императора побыть одному десять минут. Может, он хотел что-то сделать?

— Скажи ей, что Эльдрик проиграет престол в любом случае, а на принцессу Лавелину поздно делать ставку, она заинтересована кое-кем другим , — быстро оттарабанила Эйлин в моей голове. — Только сделай это аккуратно. Не в лоб.

— Ах, какая жалость, Ваше Величество, — я присела в реверансе, призывая весь свой креатив и знание дворцовых интриг из книжек. — Соболезную.

Императрица развернулась в мою сторону и посмотрела как на грязь, налипшую на хрустальную туфлю.

— Что ты сказала, предательница? — не церемонясь, бросила она.

Ненависть в ее взгляде была почти осязаема. Но у меня не было ни малейшего желания выглядеть хорошей перед ней. Эта женщина называет предательницей ту, кого ее сын истязал в другой реальности.

— Я уверена, Ваше Величество прекрасно слышит, — улыбнулась я. — Но вы верно хотели спросить, чему именно я соболезную. Охотно отвечу. Прошел слух, что похоже, ваш первенец не удостоится звания кронпринца.

— Ты в своем уме, ничтожество?! — взвизгнула императрица. Ее хоть и немолодое, но красивое лицо исказилось гримасой ненависти и покрылось красными пятнами.

— Поосторожнее, Ваше Величество, не опускайтесь до оскорблений, а то о вас пойдут нелестные слухи, — прорычал Брант, чуть двинувшись вперед и заслонив меня рукой, будто боясь, что она кинется или начнет плеваться ядом.

— Не смей указывать мне, монстр! Вот парочка подобралась, определенно вы стоите друг друга! — зло расхохоталась она. — Понятия не имею, с чего ты решила так пошутить, но я тоже могу сказать вам кое-что. Считайте это пророчеством. Совсем скоро на плаху взойдут еще двое. Ты, чудовище, и твоя женушка.

— Поражаюсь вашей осведомленности, — произнесла я, улыбнувшись как можно приветливее, чтобы она и не подумала, будто произвела на нас впечатление. Нам удалось ее зацепить. А значит, все правильно. — Мне показалось, ваши слова звучат не просто как угроза, а как план? Не вы ли собираетесь отправить нас на плаху собственноручно? Вот только отправите или нет, его высочество первый принц трон не займет. И принцесса Лавелина ему не поможет. Ведь у нее другие планы… — Я нарочно присела в реверансе, будто прощаясь. — Всего хорошего, Ваше Величество. И не расстраивайтесь слишком сильно. Кто бы ни занял трон, это ведь в любом случае будет ваш сын, вы же мать всего народа.

Я не успела развернуться. Императрица гаркнула:

— Я не отпускала тебя!

— Простите мою неучтивость, — произнесла я.

Неподалеку стояли рыцари, двое из Совета и слуги. Они не должны видеть ни единого нарушения этикета с моей стороны. Иначе императрица на законных основаниях сможет наказать меня.

Я поклонилась, как подобает в случае извинений.

— Молодец , — похвалила меня Эйлин. — А теперь скажи, что вы на трон не претендуете, а если бы Эльдрик был милосерднее и простил тебе твою любовь к его брату, то ты оставалась бы его преданным вассалом. И даже Брант, сам герцог-монстр, мог бы быть его правой рукой.

Я повторила все в точности, промокнув под глазом несуществующую слезу и изобразив печальный вид.

— Но оставаясь подле его высочества первого принце я ведь правда лишь испортила бы ему репутацию, — закончила я. — Я всего лишь хотела как лучше.

Императрица скрежетала зубами от злости. Она явно не знала, что сказать. То, что я сказала про Лавелину, похоже, заставило ее нервничать.

И вдруг по коридору раздались торопливые шаги множества ног. К нам приближалась делегация из Верховного жреца, лекарей и других жрецов.