Фиктивная жена для герцога-монстра

Глава 68. Оборванка

Эйлин

Я шагала под руку с Брантом по бесконечным коридорам, устланным красным бархатом, среди ослепительной роскоши мраморных статуй и отсветов позолоты на стенах. Но чувствовала себя солдатом-новичком, брошенным на минное поле. Один неверный шаг, неосторожно брошенное слово, взгляд, жест — и мы с Брантом можем распрощаться с жизнью.

Я не знала, что Брант планирует дальше. Утром он не объяснил ничего внятно, кроме того, что надо найти Киллиана. Еще он то и дело выглядывал в окно и подолгу прислушивался.

Ночью задание от императора «продержаться до полуночи» казалась хоть и пугающим, но выполнимым. Теперь мне казалось, что я поспешила с выводами.

Едва мы ступили в банкетный зал, на нас устремились десятки любопытных и враждебных взглядов. От пестроты парчовых платьев и расшитых камзолов у меня зарябило в глазах, а от гомона голосов, смеха и музыки загудело в ушах. Воздух казался густым и тяжелым от запахов духов, воска, еды и вина.

— Подойди к Лориану, — прозвучал в моей голове тихий, но отчетливый голос Эйлин.

Я сказала об этом Бранту. Он наклонился ко мне.

— Зачем тебе Лориан? — спросил он строго.

Я не могла ответить. Вредина Эйлин помалкивала, оставив меня саму выкручиваться. Долго я водила взглядом по собравшейся знати, выискивая знакомое лицо.

Наконец я заметила его у высокого арочного окна. Лориан стоял, облаченный в темно-зеленый бархатный камзол, хмурый и отстраненный, почти угрюмый. Рядом с ним принцесса Лавелина смотрела перед собой отсутствующим взглядом. Неподалеку маячил ее верный рыцарь с красными волосами, не сводящий с госпожи преданных, бдительных глаз.

Мы направились к ним.

— Приветствую, ваше высочество Лориан, — произнесла я, совершив безупречный реверанс. — Ваше высочество Лавелина.

— Приветствую, вас принц, принцесса. — Лавелина ответила нам изящным реверансом.

— О, Эйлин… — Лориан бросил короткий, настороженный взгляд на Бранта и вежливо склонил голову. — Простите. Сэйна Вальмор. Брат. Когда вы прибыли?

— Минувшей ночью.

— Что ж. — Лориан посмотрел на Бранта. — Довелось поговорить с отцом?

Тот молча кивнул.

— Я уже приглашала Его Высочество Лориана к себе в гости завтра. Предлагаю и вам присоединиться, — сказала Лавелина, лучезарно улыбаясь.

Лориан бросил на нее быстрый, изумленный взгляд, но тут же смягчил выражение лица.

— Благодарю за приглашение, — чинно ответил Брант.

— Я никогда не имел ничего против тебя, Брант, — неожиданно тихо сказал Лориан. — И сейчас советую тебе уходить. Не дожидайся речи императора.

— Почему? — мгновенно насторожился Брант.

Лавелина в это время отвлеклась, будто заметив в толпе кого-то важного. Лориан же, похоже, не собирался раскрывать свои секреты, только лучезарно улыбнулся.

— Считай это предчувствием.

— Попроси его носовой платок , — вдруг серьезно проговорила Эйлин у меня в голове.

Я растерянно моргнула, не представляя, как можно просить такую личную вещь у принца. Потом решила попробовать использовать хитрость. Заморгала чаще и прикоснулась пальцем к веку.

— Ах, простите, не могли бы вы одолжить мне платок? Я по глупости забыла свой в комнате. Кажется, что-то попало в глаз.

Все мгновенно засуетились. Брант точно не носил платков, по крайней мере я никогда не видела. И от того, что не может помочь жене, он выглядел раздосадованным.

Лавелина принялась копаться в складках своей пышной юбки в поисках потайного кармана. А Лориану лишь стоило сунуть руку во внутренний карман камзола. Он извлек оттуда белый платочек, отороченный тончайшим ажуром, с вышитой крошечной синей птичкой в уголке.

— Не бери! — резко воскликнула Лавелина. — Скажи, что все прошло !

Я уже потянулась к платку, но вовремя снова заморгала и с наигранной радостью воскликнула:

— О, все в порядке! Благодарю вас, ваше высочество. Похоже, платок не понадобился.

Я заметила, с какой странной нежностью Лориан аккуратно складывал платок, его пальцы на миг задержались на вышитой птичке. Он бросил на меня быстрый, прямой и даже пронзительный взгляд, прежде чем убрал платок обратно.

Брант тут же взял меня под локоть и потянул в сторону, кивнув на прощание брату. По железной хватке его пальцев и напряжению в плече я поняла — разговор с Лорианом ему не понравился.

— Если надумаете погостить у меня, дайте знать, — донесся вслед голос Лавелины.

Эйлин в моей голове молчала, и я не сопротивлялась, когда Брант отводил меня в сторону от окна.

— Вот мерзавец, — сквозь зубы прорычал он, когда мы оказались в относительном уединении у колонны. — Продолжает строить тебе глазки после того, что натворил тогда в оранжерее. Но зачем ты подошла к нему?

Я рассеянно пожала плечами.

— Показалось, что так надо, — неловко проговорила я.

Брант буравил меня внимательным взглядом сквозь прорезь маски. Я несмело улыбнулась. Кажется, он сейчас подозревал меня в чем-то неприличном.

— Ты моя, Эйлин, — низко произнес он, наклонившись к моему уху и крепко сжав мое плечо.

Мне срочно нужно было поговорить с Эйлин. Ясности от встречи с Лорианом не прибавилось, кроме смутного ощущения, что он не желает Бранту зла. А вот проблем возможно, стало больше.

— Ваше высочество! — раздался неподалеку знакомый хрипловатый голос.

Мы обернулись. К нам пробивался сквозь толпу генерал Рейден. Брант отвлекся на него. Конечно, ведь возможно, он знает где Киллиан.

Но пусть они говорят сами, у меня были вопросы к Эйлин. И хотелось как можно быстрее получить на них ответы.

— Я отойду в уборную, — шепнула я Бранту. — Ненадолго.

— Будь осторожна, — так же тихо ответил он, разжимая пальцы на моем плече.

Я нарочно выбрала самый безлюдный коридор и скользнула в него, надеясь не привлечь внимание. В уборной, пахнущей розовым мылом и еловыми шишками, я сначала проверила, чтобы кроме меня никого не было, а затем, заперевшись в дальней кабинке, сжала в ладони синий кулон.

— Что это было? — прошептала я. — Я думала, у тебя есть какой-то важный план, что ты хочешь обсудить с ним что-то полезное!

— Где? — наивно переспросила Эйлин.

— Как где?! Я про принца. Синяя птица? Платок? Что это было?

— Это не имеет…

— Имеет! — тихо оборвала я ее. — Я слепо выполняю твои приказы, рискуя головой! Хоть изволь объяснить, зачем это было нужно! Брант решил, что я подошла к нему флиртовать!

— Ах, Эйлин… — Она снова назвала меня своим именем… я растерянно замерла. — Это правда уже не имеет никакого смысла. Прости. Но я должна была узнать. Этот платок… я подарила ему его когда-то. Он не мог знать, что я буду здесь, но, получается, он носит его с собой.

— Получается, ты… — прошептала я, вспоминая пронзительный взгляд Лориана.

— Значит, по крайней мере, я не была ему совсем безразлична, — выдохнула Эйлин и добавила тихо и печально: — Спасибо, что доверяешь мне. И не сбежала от странной просьбы. Жаль, у меня не было сестры вроде тебя.

Я хотела ответить, что от настоящей меня пользы было бы ничтожно мало, но тут услышала, как скрипнули петли входной двери. Затаив дыхание, я прислушалась. По мраморному полу зазвучали легкие, быстрые шаги, затихшие у раковин.

Я подождала еще немного, затем осторожно приоткрыла дверь и выглянула в щель. У огромного зеркала в золоченой раме поправляла локоны дама в роскошном платье.

Я тихо толкнула дверь и вышла, стараясь привести в порядок складки своего наряда.

Их было трое. Они стояли у раковин, будто зашли случайно. Я узнала их — Эйлин когда-то упоминала этих девушек как своих придворных «подруг», вернее, приятельниц. Лина, Беатрис, Иветта. Свита императрицы. Я внутренне напряглась и поспешила мимо них, даже не подходя к умывальнику.

— Эйлин, дорогая! — пропела Лина, делая изящный шаг навстречу и преграждая мне путь. — Мы так по тебе скучали.

Я инстинктивно отпрянула, наткнувшись спиной на дверь кабинки. Беатрис тем временем ловко обошла меня слева, а Иветта встала между мной и выходом, окончательно отрезая мне путь.

— Мы невероятно рады тебя видеть, — с сладкой, ядовитой улыбкой сказала Беатрис, и ее пальцы с длинными золочеными ногтями потянулись к моему рукаву.

— Спасибо, — пробормотала я, пытаясь проскользнуть в оставшийся просвет.

— Я спешу. Мой супруг ждет.

— О, его высочество принц Брант! — Иветта фальшиво ахнула, прикрыв рот ладонью. — Да, мы видели, с кем ты теперь шагаешь под ручку. Смелый выбор.

Лина не сводила с меня холодного, изучающего взгляда.

— Извини, дорогая, — тихо, почти ласково произнесла она. — Но ты выбрала не ту сторону. За такое обычно убивают. Но… кое-кто хочет насладиться зрелищем твоей казни, так что нам велено лишь напомнить тебе, кто ты есть на самом деле.

Она наклонилась чуть ближе.

— А кто ты, знаешь? Правильно. Оборванка.

Ее рука внезапно вцепилась в складки моей юбки. Я вскрикнула от неожиданности и попыталась вырваться, но Беатрис ловко перехватила мое правое запястье, а Иветта левое.

В руке у Лины что-то блеснуло. Маникюрные ножницы, маленькие, изящные.

— Сдурели?! — вырвалось у меня хрипло.

Ножницы чиркнули по дорогому бархату у плеча. Еще один рывок — и поясная лента провисла. Я дернулась, но ножницы неудачно ткнулись мне в кожу, я тихо вскрикнула и закусила губу. К несчастью, тело Эйлин было слабо, чтобы справиться тремя фрейлинами.

Беатрис и Иветта держали меня, а Лина работала ножницами быстро, методично, без всякого азарта, превращая мое платье в лохмотья.

Я судорожно сжала в кулаке кулон, молясь, чтобы им не пришло в голову отнять его. По крайней мере, они, кажется, не собирались меня убивать — и это в данной ситуации было слабым, но всё-таки утешением.

«Вот же ирония, — мелькнула горькая мысль. — Даже в уборную без сопровождения сходить невозможно». Кричать было бессмысленно — я специально выбрала самый отдаленный коридор, чтобы не попадаться на глаза. Значит, за мной следили. И ждали этого момента.

Лина наконец отстранилась, окидывая меня критическим взглядом. Я стояла, прижавшись к стене, в безобразно обвисших, изрезанных лохмотьях, дрожа от бессильной ярости, которую не смела выпустить наружу, чтобы не сделать ситуацию еще хуже.

— До скорого, Эйлин, — бросила Беатрис, швырнув клочок бархата мне под ноги.

Они вышли, а их смех еще долго резал слух.

Я осталась одна. И даже сквозь злость меня обволакивало липкое, противное чувство унижения. Мерзко. Точно меня раздели догола прилюдно. Эйлин внутри молчала, ошеломленная или переполненная собственной яростью — сейчас это не имело значения.

Действовать надо было сейчас, пока ко мне на огонек не заглянул кто-то еще вроде Эльдрика, например. Вот он бы порадовался моему нынешнему виду!

Надо было срочно вернуться к Бранту. Но как? В этих лохмотьях я была ходячей мишенью для насмешек и поводом для скандала.