Меня проиграли миллиардеру

15

«Боже мой!»

Хочется закричать мне после того, как я заканчиваю разговор и обречено подпираю ладонями голову. Это не просто звонок отца. Это самая настоящая угроза. Я могу уйти. Просто взять и уйти, лишив его возможности манипулировать мной.

В конце концов, мне неизвестно, жива ли моя сестра. Мне ни черта неизвестно, а та правда, которой он регулярно кормит меня, не имеет никаких оснований быть таковой. Да, мне действительно следовало бы сделать правильный выбор и уйти, но уже слишком поздно. И причина не только в том, что наговорил мне отец. Меня удерживает что-то другое.

«Не стоит бояться». «Ты сделаешь все, что я прикажу, если хочешь увидеть маленькую копию своей мамаши.»

И вот уже битый час из моей головы не выходит мерзкий голос отца. Я даже не успела прийти к соглашению с собой, раздумывая вариант рискнуть и поверить в искренность Романа, позволить ему пусть даже на месяц, но показать мне другую жизнь, как мое воодушевление оказывается уничтожено. Раздавлено в жалкие щепки.

А ведь я могла бы попытаться познать счастье хотя бы таким путем. Пусть и с другим мужчиной, но с тем, который способен дарить ласку. Который умеет обращаться со мной без грубости и не распускает руки, несмотря на предоставленные мной поводы. Да и что мне остается, кроме как пользоваться тем, куда меня загнали собственный муж и отец.

Мне бы очень хотелось, чтобы они знали, всего за несколько часов, проведенных с посторонним мужчиной, я чувствую себя особенной. И этого было бы вполне достаточно. Правда. Но, видимо, счастье для меня непозволительная роскошь, мне никогда не удавалось дотянуться до него.

Вот и сейчас у меня забирают эту возможность. Ну зачем отец позвонил мне? Почему они ввязывают меня в свои проблемы? Горькая усмешка касается моих губ. «А чего ты ждала, Тамилана? Что отец осудит Князева? Предъявит «нельзя так себя вести» любимому зятю?» А почему бы им обоим не пойти к черту?!

Но мое утро не заканчивается одним дерьмовым сюрпризом, когда снова вспыхивает экран мобильного. Так же как и грудь наполняет тяжелое предчувствие неприятностей. Князев. Какого хрена им от меня нужно?

На месяц он отдал меня чужому мужчине, так и пусть подавится своим решением.

Сжав зубы, я собираю всю волю в кулак и дожидаюсь, когда входящий звонок стихнет, решительно настроенная не позволить ни ему, ни отцу испортить мне день, пусть даже этот игнор станет началом моих неприятностей.

Между прочим, Князев проиграл меня, словно вещь, и я имею полное право показать ему свою обиду. А еще впервые за очень долгое время могу эгоистично позволить себе сделать то, что хочется именно мне. А я хочу поехать и купить кисти, краски и холст. Я могла бы показать свое фи и Роману, но зачем? Отказ от такой возможности будет моей самой большой глупостью, ведь вряд ли мне предоставится другой подобный случай.

С этими мыслями я вызываю такси, а потом бросаю мобильный на кровать и устремляюсь в гардеробную, где как можно быстрее привожу себя в порядок. Будто я боюсь передумать, вот только я не передумаю, а свою затравленную совесть успокаиваю тем, что мои траты никоим образом не потревожат Романа.

Однако из-за плохого настроения у меня ни черта не выходит и предстоящая прогулка уже не наполняет меня прежним предвкушением. Кое-как укладываю волосы и, накинув пиджак, бросаю телефон в клатч, а затем устремляюсь на улицу. К моему облегчению, Рому по пути я не встречаю, искать его и сообщать о своем отъезде тоже не считаю удачной идеей. Мы все решили за завтраком. Да и уверена, что в таком взвинченном состоянии проскользнуть мимо него у меня бы вряд ли получилось, а мне просто необходимо сделать глоток свежего воздуха.

Хорошо, что за время поездки во мне появляется былая решимость, и в магазин я захожу уже вполне готовая к релаксирующей терапии. Один только запах красок, холстов и дерева творит чудеса с моей нервной системой, помогая мне полностью настроиться на нужный лад. А стоит мне провести кончиками пальцев по пушистым концам кистей, как в груди все сжимается от щемящего чувства. Вот только карточка в кармане, которая принадлежит совершенно чужому мужчине, немного отрезвляет меня. К сожалению, даже с наименьшим списком всего необходимого для рисования, мне придется оставить здесь приличную сумму.

Пиликанье телефона в кармане отрывает меня от тягостных подсчетов. Сообщение с неизвестного номера. Вот только открыв его, я понимаю, кто именно мне пишет, и прочитанное вызывает улыбку на моих губах.

Рома: «Я удивлен, что карта по-прежнему не тронута. Мне стоит переживать за тебя, красавица?»

Я пытаюсь бороться с приятным потоком непрошенных эмоций, стараюсь заглушить трепет под кожей, но безрезультатно. И все же продолжаю напоминать себе, что не стоит мне привыкать к хорошему. Потом будет слишком больно лишаться всего этого.

Немного помедлив, я наконец набираю сдержанный ответ:

Тами: «Со мной все в порядке».

Рома: «Поверю в это, когда списанные с моего счета суммы начнут хотя бы немного пугать меня».

Тами: «Не переживай, такого не случится, но спасибо тебе за эту возможность».

Господи, даже если бы я решила пофлиртовать с ним, моя неопытность в этих вопросах обеспечила бы мне полный провал. Чего не могу сказать о Гаспарове…

Рома: «Надеюсь, ты только в сообщениях такая скромница».

Из груди вырывается глухой звук. Я трижды перечитываю сообщение, однако у меня не выходит проигнорировать явно грязный намек. И по какой-то причине, о которой я начинаю слишком часто думать, мне хочется, чтобы Роман заставил меня проиграть ему. Сделал так, чтобы моя гребаная гордость сдалась этому мужчине. Чтобы я могла с такой же легкостью ответить ему в той же манере. Позволить ожившим бабочкам не переставать порхать в животе. Но вместо этого мои пальцы по-прежнему зависают над экраном в полном бездействии, пока я отчаянно жую нижнюю губу. И все-таки нет, я трусиха, поэтому не решаюсь вступить с ним в игру. Хотя, стоит отдать должное этому мужчине, это был хороший ход. Достаточно соблазнительный, чтобы взбудоражить мои мысли, которые почти мгновенно разбегаются врассыпную…

— Ну здравствуй, дорогуша, — раздается мрачно за моей спиной, голос наполнен такой яростью, что я перестаю дышать, готовая рассыпаться на мельчайшие крупицы.

За жалкие секунды мое тело попадает в капкан агонии. Сможет ли он причинить мне боль средь бела дня? Безусловно да.

— Пришло время немного поболтать.

Князев неспешно выходит из-за моей спины и, взяв меня под прицел жестокого взгляда, протягивает ко мне огромную руку. Но я делаю шаг назад. Не хочу, чтобы он прикасался ко мне.

— Если хочешь поговорить, говори, — прочищаю пересохшее от нервов горло, — у меня еще есть дела в городе.

— А ты стала уверенней. Впечатляет. — Он демонстративно поджимает нижнюю губу, будто подчеркивая мою никчемность.

— Можешь считать мои изменения следствием твоего пренебрежительного отношения ко мне. Ты проиграл меня, помнишь? Или решил найти меня по тому же поводу, что и отец?

— О, нет, — скалится бородатое чудовище. — Мой повод приятней. Но не волнуйся, мы с твоим отцом извлечем из этой ситуации максимальную пользу.

— Что тебе нужно?

Настроение безвозвратно катится в бездну.

— Хотел убедиться, что ты не ослушалась меня.

— Разве? — вздергиваю подбородок, крепче сжимая ремешок клатча в кулаках. — С чего такая уверенность?

— Тами, я прекрасно знаю, как выглядит хорошо отраханная женщина. Ты не входишь в их число. Продолжай в том же духе. Не расстраивай своего мужа и не вынуждай меня ломать парнишке жизнь. Ты ведь у меня сердобольная, да?

— Все когда-то заканчивается, — отвечаю ему с меньшим энтузиазмом, прежде чем развернуться и поскорей уйти прочь, но резкая хватка на предплечье останавливает меня, рывком впечатывая носом в широкую грудь мужа.

От паники взбесившаяся пульсация эхом бьет прямо в уши. Дезориентирует. Лишает возможности в полной мере почувствовать свое тело.

— Ты стала слишком смелой Тами, — раздается рычание над моим ухом, — месяц пролетит быстро, а я очень злопамятный.

— Пусти, — шиплю, упершись ладонями в грудь мужа, умоляя себя не истерить и не привлекать внимания.

— Отпущу, — усмехается он как-то зловеще, — но сначала передам привет сосунку.

В это же мгновение Князев дергает пиджак вниз, а за ним и футболку, прежде чем впивается зубами между моей шеей и плечом. Блядь! От силы, с которой его зубы стискивают мою кожу, у меня из глаз практически сыпятся искры, предвещающие слезы, а потом он кусает еще сильнее, вырывая из моей груди стон боли. И только тогда, достигнув желаемого, Князев позволяет оттолкнуть себя. Ублюдок… какой же он ублюдок…

Часто хватая ртом воздух, я растираю ладонью место укуса и отступаю на дрожащих ногах, но снова оказываюсь притянута к огромному телу мужа.

— Ему стоит помнить, кому ты принадлежишь, — рычит мне на ухо Князев, нарочно прижимаясь ко мне влажными губами, но я раздраженно отдергиваю голову, пытаясь не задохнуться перипетией собственных чувств. Жгучая пульсация на коже все нарастает и нарастает, из-за чего я все-таки не выдерживаю и позволяю слезам пролиться, содрогаясь глухими рыданиями от беспомощности перед этим бородатым чудовищем. — И тебе тоже не стоит забывать об этом, Тамилана, — уже спокойно добавляет он и выпускает из жесткой хватки причинившей мне внушительную порцию боли, которая разлетается во все стороны острым жжением.

Тяжело дыша и моргая, я пытаюсь успокоиться, но, когда замечаю в магазине перешептывающихся людей, косящихся в нашу сторону, леденею и забываю, зачем вообще пришла сюда. Я даже не замечаю, куда делся Князев, после чего сама вылетаю на улицу, мечтая скрыться от косых взглядов в салоне первого попавшегося такси.

Встреча с мужем оказалась внезапной и выбивающей напрочь из строя. Снова боль, угрозы, требования. Я больше не могу так жить. В вечном тупике. Страхе. Контроле. Неужели из этого круговорота нет выхода?

Запрокидываю голову и прикрываю глаза, мечтая сдержать поток слез. Я не буду плакать… не буду. Прошел всего один день, но мне хватило этого, чтобы прочистить запудренный мозг. Чтобы понять, я женщина с красивыми глазами и прекрасной улыбкой, а моему телу нравится ласка и нежность. Что мною можно восхищаться и готовить мне завтраки, и все это лишь за несколько долгих часов.

А еще теперь, после того, как Роман напоил меня всем этим из своих рук, я не смогу как раньше. Я хочу быть желанной, важной, хочу, черт возьми, чувствовать по отношению к себе уважение! Вот так здоровое отношение мужчины к женщине подталкивает меня пойти против двух деспотичных уродов, только я не знаю… Не знаю, чем все обернется, а еще более важно, с чего мне начать. Хотя, может и знаю, но просто боюсь. Почему-то сейчас мне просто необходимо увидеть Рому. Почувствовать его поддержку и убедиться в том, что я не ошиблась, что могу ему довериться.

Ведь в одном Роман оказался бесспорно прав. Я вернулась. И вернулась с большим удовольствием. Пугающее предчувствие слежки после стычки с Князевым в магазине по-прежнему не проходит. Но я ощущаю странное спокойствие, когда такси наконец останавливается перед воротами дома Гаспарова.

Оглянувшись по сторонам, как скрывающаяся от погони ненормальная, я направляюсь в дом, невольно вспоминая, что так и не ответила Роме. Надеюсь, его не обидит мое молчание. Хотя молчать у меня нет никакого желания, прямо сейчас я нуждаюсь в разговоре с ним. Моей обеспокоенной душе требуется его магическое воздействие, только у него получится заглушить все страхи и переживания. Чтобы снова вернуться в тот кокон, в котором я ощущала себя с самого утра.

Но, видимо, сегодняшний день полон сюрпризов, или просто это совсем не мой день, потому что, стоит мне зайти в дом, как я слышу громкие звуки веселья и, следуя за ними, в полной растерянности замираю у открытых дверей, ведущих на задний двор. Передо мной открывается вид на террасу, а главное, блестящий в лучах солнца бассейн и плескающуюся в нем парочку.

На душе становится тошно и одновременно душно. Какая-то волна горечи прокатывает по моему горлу, и мне никак не удается сглотнуть это послевкусие. Девушка красивая… и улыбка у нее под стать внешности, а еще, в отличие от меня, она умеет ею пользоваться. Это я делаю вывод по тому, как Роман отвечает ей своей. Открыто и с такой искрой в глазах, которую нельзя спутать ни с чем. А потом он внезапно поднимает голову, и мы встречаемся взглядами. Секунда, две, три. Кажется, за это короткое время сердце замедляется, делая удары точными и болезненными, настолько, что в груди лопается мыльный пузырь, и меня заполняет тяжелым жжением. Особенно, когда через мгновение та самая девушка тоже поворачивается в мою сторону и подмигивает мне…