Меня проиграли миллиардеру

17

Намеренно принимаю второй за день душ, чтобы смыть следы от грубых лап и грязного рта Князева. А еще некоторое чувство вины перед Ромой. Сестра… эта девушка оказалась его сестрой. Но это лишь первое открытие, второе — я действительно приревновала к ней Гаспарова. Господи, только сейчас понимаю, насколько было глупо пытаться взывать его к ревности. Не хватало еще для полного счастья закатить истерику.

Но даже водные процедуры не помогают мне избавиться от неприятного налета за грудной клеткой. Из комнаты даже выходить не хочется. Бреду из душа в гардеробную, а, надев чистые вещи, начинаю слоняться по просторной спальне в попытке заглушить возникающие в голове ненужные мысли. И слова, которые слишком хорошо звучат, чтобы быть правдой.

«Ты моя. Ты создана для меня».

С тяжелым вздохом подхожу к окну и, обхватив себя руками, прислоняюсь головой к стене.

— Успокоилась?

Резко оборачиваюсь на голос Ромы и замечаю его, стоящего в дверях. Сглатываю.

— Да, — киваю несколько раз. — Все в порядке. — Смотрю на него и даже на расстоянии ему удается поглотить меня в аквамариновые глубины своих глаз. Мне кажется, ни один мужчина еще не оказывал на меня такое воздействие. Но в какой-то момент наши молчаливые гляделки начинают тревожить. Появляется чувство недосказанности. — Мне стоит извиниться за… Я… — прикрываю глаза, качая головой. — Прости. День не задался… Я просто перенервничала.

Гаспаров одаривает меня очаровательной однобокой улыбкой.

— Ты ни в чем не виновата. Мне следовало понять, что этот ублюдок не оставит тебя в покое. Но обещаю, этого больше не повториться.

«Ты даже не представляешь, как сильно ошибаешься».

Сильнее обнимаю себя за плечи и отворачиваюсь к окну.

Почему-то сейчас моя решимость взять себе в союзники этого мужчину меркнет. Опьяненная паникой, убегая от мужа, я отчаянно нуждалась в ком-то, кому могла бы довериться, но сейчас от всего этого остался только пепел, который сдуло холодной реальностью.

Мне не стоит даже мечтать, что у меня появится надежда на спасение от бородатого чудовища. Только не ценой человечной жизни, ведь если Рома действительно настроен зайти на его территорию, то боюсь, он заранее обречен. А я не хочу, чтобы кто-то пострадал по моей вине. И я ненавижу себя за то, что была готова попросить Рому помочь мне.

— Тебе не стоит питать иллюзий насчет моего мужа, — печально произношу я сквозь нарастающее эхо пульсации. Князев никогда не оставит меня в покое. И будет лучше, если Рома как можно скорее поймет и примет подобное положение вещей. — Он не оставит меня в покое. И ты не в силах что-то изменить.

К моему сожалению, сказанные мной слова лишь вынуждают Рому двинуться с места, а от приближающихся шагов тело мгновенно напрягается.

— Это больше не твоя проблема, Тамилана, — его глубокий голос звучит настолько уверенно, что мне хочется верить ему. Я схожу с ума от этого звука, который пробирается мне под кожу.

Возможно, причина еще в том, что он говорит то, что мне было необходимо услышать еще много лет назад. Интересно, когда закончится этот месяц и я вернусь домой, я останусь для него лишь бледным пятном воспоминаний? А после и вовсе буду забыта?

Но к чему тогда все это?

Нет. Мне никогда не понять, что нужно этому загадочному мужчине. Какие цели он преследует.

Вдруг мужская ладонь ложится на мой живот, и у меня перехватывает дыхание, да что там, в груди все спирает, особенно когда Рома притягивает меня к себе.

— К черту твоего мужа, — он делает глубокий вдох и прижимаемся носом к моему виску. — Я пришел не за этим.

Господи, вот как мне противостоять его чарам? Этот мужчина завораживает меня. Голосом. Своими прикосновениями и поведением.

— А з-зачем ты пришел? — наконец обретаю голос, а потом прочищаю горло.

— За тобой, — его ладонь плавно перемещается на мою талию, и от этого движения внизу живота вмиг все сжимается, трепещет, словно стадо взбесившихся бабочек, а затем Гаспаров поворачивает меня лицом к себе. — Как ты смотришь на то, чтобы поужинать со мной в ресторане?

— Р-ресторан? — тяну неестественную улыбку, немного раздраженная тем, что показываю ему свою растерянность.

Рома снова ухмыляется мне. Бедное мое сердце. Еще немного, и оно просто расплавится.

— Если хочешь, можешь сама выбрать место, но собираться нужно уже сейчас. У меня есть дальнейшие планы.

Дальнейшие планы? Боже… Он действительно намерен свести меня с ума.

— Ну так что, красавица? — ласковое обращение вырывает меня из грез. — Предпочитаешь сама выбрать ресторан?

— Нет, — быстро мотаю головой и, облизнув губы, продолжаю: — У тебя хороший вкус, я доверяю ему.

— Сочту это за комплимент, — он подмигивает мне и делает это чертовски умело. Уверена, ни одни женские трусики падали к его ногам от подобного жеста. — Не хочу тебя торопить, но будет лучше, если ты прямо сейчас отправишься в гардеробную.

Рома перемещает ладонь мне на поясницу и аккуратно направляет в нужную сторону.

— Есть какой-то дресс-код? — немного нервничая, спрашиваю перед самой дверью в гардеробную, но повернуться к нему не осмеливаюсь. Стою как вкопанная, потому что он находится слишком близко, и у меня просто не хватает духу пошевелиться, а в следующую секунду его губы, прижавшиеся к моему уху, лишь подтверждают мои опасения.

Ох, проклятье…

— Все, что тебе хочется. — Я резко выдыхаю, но он снова шепчет мне на ухо своим чарующим голосом: — Ты можешь выбрать все что угодно, Тами.

Господи, ну скажи мне, в чем подвох? Этот мужчина вообще реален или все-таки плод моего воображения? Галлюцинация? Мысленно усмехаюсь и, переступая порог, не перестаю думать о том, что меня по-прежнему снимает скрытая камера. Я будто вытянула гребаный счастливый лотерейный билет.

Внезапно я ощущаю какую-то странную легкостью, и именно она помогает мне выбрать платье классического кроя чуть ниже колен. Черное, без излишеств, лишь с крупной позолоченной молнией во весь рост. И, надев его, я остаюсь полностью удовлетворена тем, как удачно оно подчеркивает мою небольшую грудь и обтягивает не слишком округлые бедра.

Быстро сушу волосы и, учитывая ограниченное количество времени, просто укладываю их на один бок. Я даже использую косметику, купленную мне этим мужчиной. Но только подчеркиваю ресницы и добавляю немного блеска на губы. Однако, закончив собираться, я все еще немного скептически смотрю на свое отражение.

Может все же убрать волосы? Выбрать более яркий макияж?

Нет, тогда это буду не я.

Подумать только! У меня будто крылья выросли за спиной! Я хочу выглядеть хорошо для мужчины, который пригласил меня на свидание. Это ведь оно? На секунду прикрываю глаза от невыносимого облегчения. Почему так не может быть всегда?

Надев лакированные лодочки под цвет платья и, больше не раздумывая над своим внешним видом, я спускаюсь вниз. Но тут же замираю на ступенях, когда замечаю стоящего внизу Рому. От его сосредоточенного и царапающего каждый сантиметр моего тела взгляда, кровь мгновенно приливает к щекам.

Если он продолжит в том же духе, я свалюсь кубарем к его дорогим мужским туфлям. И, чтобы этого не произошло, я отвлекаюсь на изучение его внешнего вида.

Когда Роман заходил ко мне в спальню, он был одет в свободные спортивные штаны и футболку, а теперь передо мной будто другой человек. Сейчас на нем черный костюм, под пиджаком которого белая рубашка, с расслабленно расстегнутыми верхними пуговицами. Этот нюанс делает его образ менее официальным, зато более сексуальным. А вместо взъерошенной копны цвета вороньего крыла, его волосы аккуратно уложены назад.

Должна признать, меня заводит все, что сейчас происходит. Стоит мне пересечь последнюю ступень, как Рома, глядя на меня горящими глазами, кивает и кладет ладонь мне на поясницу в защищающем жесте. А я ловлю себя на том, что не отвергаю его прикосновения.

— Ты бессердечная женщина, Тамилана. — Он отвечает на мою улыбку, пока я нахожусь в плену его взгляда. — Прекрасная и бессердечная. Как Снежная Королева, — добавляет он ласкающим шепотом, чем заставляет затрепетать внутри меня каждую клеточку.

— Надеюсь, я не украла ваше сердце? — кокетливо отвечаю ему, не сразу понимая, что я только что сказала, но жалеть и мысли нет, потому что Роме нравится мой ответ. Вижу это по его глазам.

Возможно поэтому я не чувствую какой-то неловкости?

Кажется, рядом с ним все становится до абсурда правильным. Даже я.

— Мне нравится, когда ты такая.

На этой ноте Рома направляет меня к выходу, и мы покидаем дом, а вскоре он помогает мне забраться на заднее сиденье, после чего и сам Гаспаров располагается рядом со мной.

— Так вот она какая, девушка мечты моего брата? — внезапно раздается звонкий женский голос, а уже потом между передними сиденьями появляется лицо той самой девушки. — Рая, — кокетливо дуя жвачку, она протягивает мне руку и, прежде чем я пожимаю ее, отмечаю забитую цветами кожу, которые тянутся до самого плеча.

— Тамилана, — легко пожимаем друг другу руки, и я кладу ладони на колени, немного смущаясь от того, как она разглядывает меня, но вскоре переводит взгляд на брата.

— Ромаш, такую скромницу нашел, — подмигивает, — мама одобрит.

— Рая, сядь на место и пристегнись, — с заботой в голосе просит он ее, а потом слегка приобнимает меня и склоняется, чтобы добавить мне на ухо: — Не переживай. Это маленькое недоразумение доедет с нами только до города.

— Это маленькое недоразумение все слышит! И уже пристегнулось! Без сопливых! — доносится с переднего сиденья ворчание, после чего девушка вновь оборачивается в нашу сторону, обращаясь ко мне: — Это он перед тобой рисуется, строит из себя старшего брата, а по жизни простой зануда. Ты должна знать, на что подписываешься. — Рома щелкает ей по носу со словами: «Скройся, зараза», на что Рая показывает ему язык, который, кстати говоря, проколот, прежде чем возвращается на место. А девочка не промах. Интересно, сколько ей? И какая у него семья? Судя по всему, отношения у них хорошие. От подобных мыслей в груди появляется щемящее чувство… — Между прочим, мог бы предупредить, что твоя холостяцкая берлога перестала быть таковой, тогда бы я сообщила о своем приезде.

— О, ну теперь ты в курсе.

Против моей воли губы растягиваются в улыбке, и я поворачиваюсь в сторону забавляющегося над сестрой Ромы. А как только он обращает все свое внимание на меня одну, теряюсь в голубизне его глаз. Тону окончательно и бесповоротно. Вблизи они напоминают море алмазов.

Понимая, что слишком долго рассматриваю мужские губы, поспешно отворачиваюсь, позволяя себе тайком перевести дыхание. Правда, воспоминание о нашем поцелую теперь ломится в мою голову без спроса, запуская процессы горения в каждом уголке моего тела. А мужская теплая ладонь, которая так и остается на мне, еще больше подогревает мою фантазию, изредка поглаживая большим пальцем поясницу.

Лед моей души начинает таять и стекать, подобно весенним ручейкам. Ах да, чуть не забыла, сидящий рядом мужчина чертовски вкусно пахнет. И я с трудом сдерживаюсь, чтобы не затопить ароматом сандала свои легкие. Судя по всему, этот день еще не окончательно потерян, и возможно, у него даже есть все шансы приятно удивить меня.