На осколках или подмена

Глава 61. Гости

Кажется, это была самая длинная и серая зима. Она прошла в тоскливом и обречённом ожидании хоть какого-то проблеска света, который мог подарить один-единственный человек во всей вселенной. Увы, он её игнорировал.

Март тоже ничем не выделился, разве только снег растаял. Хотя этот факт — не отклонение, а норма.

Апрель... Конец апреля оказался аномально тёплым, будто природа перепутала месяц и наступило лето.

Люди неуверенно и с большой опаской переодевались в лёгкую одежду, подозревая, что погода в любой момент покуражится и несезонное великолепие в одночасье обратится в мощный катаклизм.

Ветер порой ещё обдавал запахом скопившегося где-то в низинах талого снега. Сквозь свежие трещины в асфальте, оставшиеся после зимы, виднелась влажная земля, но в целом всё подсохло.

Город оживал, наполняясь россыпями мать-и-мачехи, порханием первых бабочек, звонками велосипедов, детскими рисунками из цветных мелков на тротуарах, неспешными пешеходами в яркой одежде и стерильно чистой, новенькой, ещё не топтанной обуви.

Полина, блаженно щурясь от слепящих лучей, свернула во двор. Мимоходом отметила, что большинство жителей дома, как и она, не спешили засесть в контрастно тёмных после яркого дня квартирах.

Дети, скинув курточки, с визгом носились вокруг качелей. Соседка с первого этажа самозабвенно копалась в палисаднике. Довольные бабушки облюбовали залитую солнцем скамейку у второго подъезда и наперебой делились новостями. Мужская часть пенсионеров оккупировала стол под пока безлиственными тополями и со знанием дела спорила о политике.

Сегодня повторяющаяся из года в год картинка согрела своей стабильностью, вселив ощущение безмятежности и причастности к внешнему миру.

Полина застопорилась возле подъезда, нырнула в сумку, отыскивая брелок с ключами. Цокнула: как всегда, завалился куда-то.

— Заходи! — кто-то высокий опередил, широко распахивая дверь перед ней.

— Спасибо! — она смущённо кивнула, не глядя на неожиданного помощника.

Вот ведь какая растеряха, закопалась, ещё и встала на проходе, человека задерживает.

Вскинула голову.

Вздохнула.

Ахнула и разучилась дышать.

Теперь она знала, какое оно — счастье. Это как проваливаешься в иное измерение, где рассыпаешься в восторг и больше не ощущаешь ни тело, ни время, ни мысли. Звуки, речь, запахи, жар, холод — ничего вокруг нет.

Даже сердце застыло. Всё-всё, кроме зрения, отключилось. И если бы Полина отвела взгляд, мир бы исчез.

Перед ней стоял он — Сандро!

Его прищуренные глаза, поначалу смотревшие на неё с настороженной улыбкой, как бы спрашивая: «Чего ждать от тебя?», изменились. Стали излучать такое бесконечное тепло, что оно заполнило каждую клеточку. И вдруг широко распахнулись, словно открыли портал, позволяя их душам встретиться напрямую, без масок и притворства.

— Полина... — Сандро тихо, со вкусом произнёс её имя и умолк, будто смакуя звучание.

А она наконец-то выдохнула. Губы сами собой шевельнулись, но, не родив ни слова, расплылись в сияющую улыбку. Мужчина тоже рассмеялся с абсолютно счастливым видом:

— Испугалась?

— Обрадовалась! — для пущей убедительности, на случай если он вдруг не поверил, что есть силы помотала головой.

Заторопилась, пугаясь, что Сандро внезапно исчезнет, вцепилась в дверь — пусть он первый заходит в подъезд. Казалось, если повернётся спиной, то долгожданный гость забудет перешагнуть порог и останется снаружи.

— Саша, а что, разве будем внутрь заходить? Может, на улице посидим? Такая чудесная погода, обидно торчать в помещении, — женский голос обжёг, как оплеуха, и беспощадно разрушил сказку.

Что?! Земля закачалась. Полина почувствовала, что бледнеет, а ноги становятся ватными.

Собственнически подхватив Сандро под локоток и колюче прищурившись, девушку рассматривала уже знакомая ей особа.

— Привет! — Инна, это была она, вздёрнула подбородок и растянула рот в приветливую улыбку. — Мы с тобой на свадьбе встречались, помнишь?

В позе читался вызов и плохо скрытое торжество.

— Помню, — осипшим голосом подтвердила Полина.

Катастрофа. Разочарование было более чем огромным. Лучше бы Сандро не приезжал совсем!

— Сыростью из подъезда воняет, — женщина показательно принюхалась и, скользнув насмешливым взглядом по Полине, повернулась к Сандро. Нежно поглаживая его, добавила с капризными нотками: — И кошками.

Тот растерянно моргнул, будто очнулся и только сейчас увидел свою подругу. С явным недоумением покосился на ладонь, лежащую на его руке. Хмыкнул:

— Не хочешь — не заходи. Погуляйте где-нибудь с Егором. Вон в той стороне торговый центр есть большой, кафе. Подальше парк красивый.

— В смысле: парк, кафе? Ты так долго собрался гостить? Вообще-то сыну завтра в школу, домашнее задание надо сделать, — нервозно вскинулась Инна.

Сандро раздражённо цокнул:

— Я же предупреждал, что после того, как закончим твои дела, я займусь своими.

— Нет, ты сказал, что сначала представишь меня своим родственникам! А зачем-то привёз к ней, — в голосе женщины зазвенела неподдельная обида, грозящая сорваться в истерику.

Брови Сандро поползли вверх:

— Что? Это надо же так вывернуть слова! Тебе в наследство достался дом в деревне и ты попросила свозить тебя на машине, потому что туда не ходит общественный транспорт. Я согласился. Но вспомни, дословно моя фраза звучала так: «Я отвезу вас с Егором, как только растает снег и высохнет дорога. А на обратном пути заеду к моей родственнице». Точка.

— Я думала, это будет пожилая тётушка, и ты везёшь меня, чтобы познакомить с ней!

— Инна, зачем мне знакомить тебя с моими близкими?

Женщина резко отвернулась, пряча исказившееся лицо. Она едва сдерживала слёзы.

— Всё-всё-всё... Успокойся, — нахмурился Сандро.

Слегка привлёк несчастную подругу к себе и бережно похлопал по плечу.

Наверное, точно так же утешают обиженного ребёнка.

Вообще, ситуация была крайне неловкой и странной. Мужчина растерянно морщился, кряхтел, бросал какие-то очень грустные и извиняющиеся взгляды на Полину. Он будто безмолвно молил о понимании, поддержке и... спасении. И явно чувствовал себя не в своей тарелке.

Но сообразительная женщина быстро справилась со своей слабостью и через минуту, как ни в чём не бывало, защебетала:

— Ну раз мы больше чем на полчаса задержимся, то позову Егора, — благодушно дождалась кивка от Сандро и отправилась к торцу здания.

Девушка проследила взглядом за ней и удивилась: оказывается, лично она, Полина, только что продефилировала рядом с автомобилем и даже не заметила его. Видимо, настолько отчаялась увидеть в своём дворе эту машину, что неосознанно обогнула её, а внутри ничего не щёлкнуло.

— Ты изменилась. Кажется, похудела. Не болеешь? — Сандро снова выглядел настороженным. Поторопился успокоить, заметив тень, мелькнувшую в лице Полины: — Но смотришься всё так же великолепно.

— Не болею, — горько усмехнулась она. — После зимы все бледные и замученные. Училась, к защите диплома готовилась.

Не признаешься ведь, что отчаянно переживала из-за разрыва с ним, ещё и нещадно экономила.

— Надо тебя на море отправить, — задумчиво изрёк Сандро, внимательно наблюдая, как московская подруга возвращается вместе с сердито бурчащим подростком лет тринадцати. Едва заметно вздохнул.

На море? Сердце ёкнуло, Полина покраснела и предпочла не комментировать.

Тем временем пара приблизилась. Парень нахлобучил капюшон до носа, сунул руки в карманы и, не глядя ни на кого, напролом пёр в распахнутую дверь.

— Поздоровайся, — потребовал Сандро, преграждая дорогу.

Подросток притормозил, не поднимая головы, и упрямо молчал. Вся его долговязая фигура выражала протест и агрессию.

— Поздоровайся, — повтор прозвучал тихо, но более настойчиво, как будто с просыпающейся угрозой.

— Саш, да ладно тебе, — слащаво вмешалась Инна. — Ты ведь знаешь, ребёнок устал, расстроился...

— Ну? Я жду, — не отступал Сандро.

— Ассьте... — куда-то в сторону вылетело из-под капюшона, и, задев плечом противника, парнишка зло шагнул в подъезд. — Задолбали...

Стиснутые скулы и побелевшие ноздри дяди отразили его отношение к ситуации.

— Ой... Как у тебя по-стариковски. Если бы не знала, то ни за что не догадалась, что здесь молоденькая девушка живёт, — хихикнула Инна, насмешливо осматривая обстановку квартиры.

Её сын, перед тем как рухнуть на диван, небрежно попинал его выпятившийся низ, чем привлёк внимание Сандро. Затем, убедившись, что сей предмет мебели безопасен, плюхнулся на середину, широко расставил ноги и уткнулся в телефон. Окружающее его не интересовало и не было достойным мало-мальского внимания подрастающей личности.

— Что с диваном? — хмуро повернулся Сандро.

— Выдвижной механизм сломался, — пожала плечами Полина. — Ему лет тридцать, если не больше.

— Ха-ха-ха... — встряла Инна. — Саша, что ты хочешь, девочка молодая: друзья, мальчики, гулянки, ночёвки. Сам когда-то таким же был. Никакая мебель не выдержит, если на ней скакать. Поди ещё по несколько человек одновременно кувыркаетесь?

— Нет! — не отрывая взгляда от стремительно побледневшего дяди, возмутилась Полина. — Что такое вы говорите? Никто на нём не спал, и уж тем более никаких пирушек я не устраиваю. Пол под диваном мыла, передвигала, вот и... — голос обиженно сорвался.

Казалось, Сандро потряхивало, и он еле сдерживал гнев. Скрипнув зубами, зло повернулся к подруге:

— Собирайтесь, поехали.

Подросток на диване зарычал.

— А почему так быстро? Только зашли... — изумилась Инна, но напоролась на исказившееся лицо мужчины.

Благоразумно предпочла не спорить, а быстро просеменила в прихожую. Перед тем как выйти, одарила соперницу откровенно ликующим взглядом и подмигнула с видом победителя.

— Не расстраивайся, всё хорошо, — шепнул Сандро и на мгновение с силой прижал поникшую Полину к груди. Она успела почувствовать, до какой степени напряжено его тело.

Через секунду скрылся за дверью. Всё стихло. Гости уехали.