На осколках или подмена

Глава 63. Заключительная

— А разве нет? — искренне удивилась она.

Неужели он собрался отрицать очевидное? Связь между ним и Инной выглядела настолько явной, что никогда не сомневалась в ней. К тому же они оба не только не скрывали отношения, а откровенно выпячивали их напоказ.

Но после вопроса слегка озадачилась: а так ли это на самом деле?

Однозначно ответить не смогла. Ясным было одно: касательно Инны так и есть. Женщина, как на свадьбе, так и вчера, каждым жестом подчёркивала свою исключительность, и, позволь ей, она поганой метлой разогнала бы всех потенциальных конкуренток и во всеуслышание объявила о своём эксклюзивном праве на Сандро.

А вот сам Сандро...

Если припомнить как следует, то с его стороны никакой активности не наблюдалось, он ничем не выделял Инну из общей массы гостей, пока та не проявляла инициативу и не подходила сама.

— Нет, — как-то слишком строго глядя в лицо Полины, произнёс он. С такой укоризненной гримасой, будто даже расстроился. — Мы не любовники. Полагаешь, если бы я крутил роман с Инной, то привёз бы её к тебе? С какой целью? Оскорбить вас обеих? Ай-яй-яй... Как плохо ты обо мне думаешь. Во-первых, не забывай, что Инна — наша общая родственница, а Егор — ваш с Викой троюродный брат. Волей-неволей я должен с ними контактировать. Во-вторых, она вдова, мужчины рядом нет. Не в моих правилах бросать людей в беде, особенно женщин.

Полина не сдержала понимающий смешок — мол, вот-вот, догадываюсь, что это за помощь.

— И в-третьих, если уж на то пошло, — иронично хмыкнув, он посверлил её насмешливыми глазами, — я сразу расставляю приоритеты. У меня достаточно и ума, и возможностей, чтобы не афишировать свои отношения с теми, с кем я не намерен строить общее будущее. И о моих тайных связях никто не узнает.

— Но я же видела, как вы с ней обнимались! — не сдавалась Полина.

Сандро прищурился:

— Давай уточним: что конкретно ты видела? Я её обнимал? — он выделил «я». — Что молчишь? Нет, не обнимал. Правильно?

Дождался сдержанного кивка, продолжил:

— Мы с ней специально ушли подальше ото всех, иначе вокруг было слишком много любопытных. Да, стояли слишком близко. И, заметь, там были неплохие условия для... э-э... более интимного единения, если бы я их планировал. Да, Инна жалась ко мне, обняла за пояс. Не отрицаю. Очень уж её окрылило сообщение, что я не женат. Но я старался аккуратно отстраниться. Считаешь, в таких случаях мужчине надо вести себя грубо: бить даму по рукам, отталкивать или убегать? Смешно, правда?

Полина неопределённо пожала плечами. Сандро нахмурился, приблизил своё лицо к её, внимательно рассмотрел, будто обнаружил нечто новое или увидел впервые.

— Шестое чувство подсказывает, что Анна предварительно обработала тебя, сказав, будто Инна — моя любовница. Так? И ты в каждом чихе изо всех сил выискиваешь доказательства её слов. — Цокнул с досадой: — Не разочаровывай меня, Полина. Своё мнение у тебя есть? Неужели по моему поведению непонятно, что между нами с Инной ничего нет? И я без задних мыслей общаюсь с женщиной у всех на глазах, только потому что мне нечего утаивать. Полагал, это всем очевидно. — Похоже, мужчина тихо злился, но сдерживал раздражение.

— Но она ведёт себя... — вспомнила Полина, Сандро сердито перебил:

— Инна неправильно понимает мою помощь и приветливость! Надеется на большее. Извини за цинизм, но с такой навязчивой особой допусти когда-нибудь слабину, переспи с ней однажды, потом никогда не отделаешься. А она не мой идеал. Я много раз ей это говорил, но, видимо, недостаточно прямолинейно и убедительно. Вчера глупая женщина перешла все границы. Я стал свидетелем того, как моя мягкотелость вышла боком дорогому для меня человеку, и ты попала под удар. Всё, я прекратил миндальничать. По дороге объяснил ей положение дел языком, которого она достойна. Не по-мужски так поступать, но был вынужден.

Странное место для серьёзной беседы — постель... Но как уж вышло.

Полина ещё в начале разговора забилась на самый край, стыдливо натянула одеяло до подбородка, подоткнула его под себя.

Сандро без всякого смущения небрежно прикрыл покрывалом нижнюю часть туловища и лежал на боку, немного приподнявшись на локте.

На его губы то и дело набегала улыбка — то сдержанно-язвительная, то нежная. И голос, несмотря на напористость, оставался доброжелательным. Но в тёмных глазах угадывалась опасная энергия. Они взирали прямо и пытливо, словно оценивая или карауля какой-то нужный момент.

Его рука, так напугавшая девушку, незаметно переместилась выше, ласково и совсем по-свойски разгуливала по её лицу и волосам. Откидывала пряди, заправляла их за ухо, кончиками пальцев поглаживала щёку, то замирала на плече. И вообще путешествовала где заблагорассудится.

Полина чувствовала себя абсолютно по-идиотски и не могла определиться, что делать. Вроде бы причин для открытого недовольства не было. Мужчина вёл себя по-отечески, посмеивался, беседы беседовал. Кажется, ни на что не претендовал, не домогался, чего она ожидала в первый момент.

На каком основании можно потребовать, чтобы он освободил постель?

Ей даже стало неловко за собственные подозрения и низменные мысли.

Неуверенно успокаивала себя: действительно, куда ему было деться, не сидя же кемарить, раз уж вернулся ночью. А кровать вон какая широченная. Можно вчетвером лежать. И пока всё в рамках приличий.

В итоге решила не паниковать, а разруливать проблемы по мере их поступления.

Было бы идеально, если бы он надел футболку, иначе взгляд против воли прилипал к его мощным плечам и запутывался в густой растительности на груди, возбуждая какое-то противоречащее рассудку томление.

— Предлагаю забыть про Инну, ситуация того не стоит. Ты же неглупая и вчера имела возможность убедиться, как она по своему разумению переворачивает и слова, и факты.

Сандро отвлёкся, чтобы поправить подушку и подпереть голову кулаком, устраиваясь удобнее. В глазах загорелся новый огонёк, который встревожил её своей загадочностью:

— Лучше поговорим о нас.

О нас? Полина испуганно вскинула ресницы и напряглась. Сердце зачастило.

Да, нельзя не согласиться с тем, что тема о любовницах исчерпала себя.

Ей и самой больше ни капельки не хотелось искать нестыковки или продолжать спор.

В целом, достаточно уже того, что Сандро отрёкся от Инны. А было или не было между ними что-то в действительности, разве настолько важно?

Ясно, что он не святой, да и не претендовал на это. Обычный земной человек с грехами, не без слабостей и ошибок. Но зачем ей праведник?

Голос мужчины стал другим, ворчание изменилось на интимно-бархатистую хрипотцу, которая будоражила и сладко сжимала что-то внутри в отличие от трезвящего холодка предыдущего критического тона.

— Поленька, поверь, я никогда не оскорблю ту, которую по-настоящему люблю, предлагая ей тайную связь. Ни от кого не стану скрывать дорогую мне женщину. Наоборот, представлю всем и потребую относиться к ней с уважением. И ни одной твари на свете не позволю обидеть.

Замолк и упёрся в неё таким серьёзным и изучающим взглядом, будто хотел пронзить насквозь, прочитать её мысли и решить, стоит ли продолжать разговор.

Похоже, что-то придумал. Лицо посветлело.

Внезапно быстро и очень коротко прикоснулся тёплыми губами к её приоткрытому рту и не менее стремительно оттолкнулся, поднимаясь с постели.

— Чайник включу, — усмехнувшись, пояснил он, натягивая футболку и джинсы.

Полина круглыми глазами проводила скрывшуюся за дверью фигуру. Тяжело сглотнула, чувствуя, как её потряхивает от невероятной мешанины эмоций: выброс адреналина, а затем нейтрализующие его разочарование и полное недоумение. Это всё?

Странный поцелуй. Приятный, конечно, но настолько скупой, абсолютно несексуальный, будто прикоснулся к младенцу.

Оставаться в постели стало грустно и крайне неловко. Это выглядело так, будто она ждала продолжения и приглашала вернуться.

Тоже оделась, прошмыгнула в ванную, умылась. С иронией проанализировала в зеркале своё разрумянившееся лицо, на котором явственно отражалось замешательство.

Встряхнулась, бодро шагнула на кухню и, распахнув глаза, застыла на пороге. Помещение, щедро залитое ярким солнцем, выглядело чуток торжественно. В вазе на столе красовался огромный букет, в прозрачной коробке с золотистым бантом возвышался белый торт, а в кружках дымился чай.

— Праздник? — удивлённо сорвалось у неё за мгновение до того, как Сандро шагнул навстречу.

Обхватил лицо ладонями, и его губы нежно, но решительно накрыли её.

Это был совсем другой поцелуй. Яростный, жадный и опасный, от которого закружилась голова и перехватило дыхание, словно огонь, скопившийся внутри, толчком вырвался наружу и сжигал её в безграничном восторге.

Они, как магниты, притянулись друг к другу ещё теснее, охваченные единым ритмом. Полина ощутила, как неукротимо растёт нетерпение их обоих, а тела чутко реагируют и отзываются на каждое движение.

Сердце колотилось, рвалось из груди. И ничто больше не имело значения, кроме того, что происходило с ними.

— Я люблю тебя, Полина. Больше никогда не оставлю одну и никому не отдам. Выходи за меня, — выдохнул Сандро, прервав поцелуй.

— Фиктивно? — растерялась она.

Он смог рассмеяться:

— Зачем фиктивно? У нас с тобой всё по-настоящему. И любовь, и семья, и дети. И свадьба на пятьсот человек.

— На пятьсот?! — ужаснулась. — Зачем так много?

Сандро расхохотался, не выпуская её из объятий:

— Значит, всё остальное тебя устраивает?

— Да, — без изысков ответила она.

Прикрыв глаза, зарылась лицом на мужской груди. Вдыхала и никак не могла надышаться теплом его кожи. Оно не имело выраженного запаха, это было что-то другое: родное, желанное, проникающее в клетки и заполняющее их ощущением безграничного счастья, стабильности, любви.

Всем тем, о чём она мечтала всю жизнь.

Конец.