Найти себя

ГЛАВА 17

— Хочешь выпить? — спросил Уэйд, оказавшись рядом.

Мы пришли в караоке-бар и уже записали свои имена в список. По словам Джима, петь должны все. Даже если фальшивим безнадёжно. К счастью, можно было выступать парами, и парни сжалились надо мной, позволив пропустить первый круг.

Главное, что Уэйд и Брент не взяли друг друга в напарники. Этого я бы точно не вынесла.

— Конечно, — ответила я. — Пиво.

Он кивнул, но посмотрел на меня с удивлением.

— Пиво?

— Да. — Я покачала головой. — Я его пью, знаешь ли.

После танцев холодное пиво казалось отличной идеей. И напиваться я не собиралась. Я отлично знала, как растянуть пару бутылок на весь вечер, оставаясь в норме.

Нет, пьяная Ники пусть лучше не появляется. Кто знает, что она учудит.

Наверное, затащит Уэйда в тёмный угол и сделает с ним кучу нехороших вещей.

А потом переключится на Брента.

Потому что, судя по всему, пьяная Ники — это та ещё бестия.

— Ладно, какое пиво? — спросил Уэйд, вырывая меня из самобичевания.

Я хотела сказать «312» — это моё любимое, из дома, но в этом захолустном баре его вряд ли можно было найти. Мы ведь были в какой-то полусотне миль от ближайшего города.

Я пожала плечами:

— Удиви меня.

Обычно я не являлась фанаткой сюрпризов, особенно когда речь шла о еде и напитках. Но Уэйду я доверяла.

...И это меня пугало.

Он открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но тут же передумал. Сунул руки в карманы, пожал плечами и ушёл к барной стойке.

Шоу смогло выбить для нас место в баре, но закрыть его полностью не разрешили. Видимо в американской глубинке даже за деньги не купишь себе приватную караоке-вечеринку.

Правда народу всё равно было подозрительно мало. Как-то странно для пятничного вечера. И вокруг ходило слишком много симпатичных девушек. Специально для шоу? Или для лишней драмы?

Если честно, я понятия не имела.

Но знала одно: если хоть одна из них подойдёт к моим парням, то я выцарапаю ей глаза.

И когда я успела стать такой собственницей?

Передо мной поставили большой стакан, и Уэйд вернулся на своё место. Я скользнула взглядом по его телу, едва удержавшись от улыбки и спрятав её за краем бокала.

Вот почему. Вот почему я стала такой собственницей.

«Назад, дамочки, он мой... Ну, почти».

Я жадно отпила из бокала, наполняя пересохшее горло холодным пивом. Сделала несколько больших глотков. Только когда половина стакана оказалась в животе, я подняла глаза на Уэйда. Он смотрел на меня с весёлым выражением лица.

— Чего? — Я провела пальцем по губам. — У меня пена на губах?

— Нет, дорогая, ты идеальна.

Мои губы дёрнулись в усмешке.

— Спорю, ты говоришь это всем девушкам.

— Только тем, кто важен.

Уэйд определённо знал, как пускать в ход красивые слова.

— Ого, ковбой. Ты мастерски играешь в эту игру.

— Какую?

Он подался вперёд, положил руку мне на бедро, и мне показалось, что мои джинсы вот-вот вспыхнут. Тепло от его ладони разошлось по всему телу, огнём растекаясь по коже.

Я не могла выдавить ни слова, поэтому снова поднесла стакан к губам и допила его до дна.

Если я продолжу в том же духе, то быстро напьюсь.

— Как тебе? — спросил Уэйд, кивнув на пустой бокал.

— Нормально. Не самое любимое, но пить можно. Вроде как знакомый вкус. Хотя, может, всё пиво на один вкус. Везде этот солод, хмель и прочая радость...

«О, Боже, Ники, заткнись».

— Так, — я прочистила горло, — что это было?

Уэйд усмехнулся:

— PBR.

Он поднял свою бутылку, отсалютовал мне и сделал глоток.

Я вспомнила день нашей первой встречи, когда Уэйд сказал, что занимается профессиональным экстремальным спортом — PBR, а я, дура, решила, что речь идёт про пиво.

И вот он заказывает мне именно его.

Совпадение?

Не думаю.

— Хм.

Это всё, что мне удалось сказать. В оправдание могу сказать, что его рука до сих пор лежала у меня на бедре, а его большой палец медленно рисовал круги по ткани.

— Хочешь другое? — спросил он.

— Нет, всё нормально. Но сейчас мне лучше выпить воды.

Я. Смогла. Сформулировать. Предложение.

Прогресс.

— Я достану! — Брент тут же вскочил и помчался к бару, не дав Уэйду даже пошевелиться.

Спорю, если бы Брент знал, где сейчас находится рука Уэйда, он бы не стал так рьяно предлагать помощь.

Вообще, я начинала сомневаться насчёт Брента. Когда мы общались вдвоём или в компании других парней, он был тем самым классным парнем, за которого я его приняла вначале. Но стоило появиться Уэйду, как он резко менялся. Становился неловким, ревнивым, пытался перетянуть на себя моё внимание, первым откликался на любые мои просьбы.

Мне, конечно, нравилось, когда меня балуют, но это начинало раздражать. Это было не похоже на того Брента, которого я когда-то решила подпустить к себе.

Я вздохнула, неохотно сняла руку Уэйда со своего бедра и мягко улыбнулась. Поднялась на ноги, но вдруг замешкалась, не зная, что сказать, какой придумать предлог, почему ухожу.

В итоге решила сказать правду:

— Я просто поговорю с Брентом.

Я не знала, чего ожидать от Уэйда, но уж точно не простого кивка. Он лишь улыбнулся мне, а затем вновь сосредоточился на сцене, наблюдая за выступающими. Я не могла понять, было ли ему действительно всё равно, что я иду разговаривать с Брентом, или же он просто понимал, что это шоу и мне нужно взаимодействовать с разными мужчинами, а не только с ним. Решив не зацикливаться, я направилась к бару, где сидел Брент.

Я заняла место рядом.

— Привет, незнакомец. Что это ты тут один?

Брент повернулся ко мне, его колено оказалось между моими.

— Дуюсь.

Ну хоть честно.

— И с чего бы это? — спросила я.

Он молча подвинул ко мне стакан с водой. Я тут же сделала несколько глотков.

Манеры, кажется, остались где-то в Оклахоме. Если бы моя мать могла видеть меня сейчас...

— Спасибо. Так в чём же дело? Это караоке, тут должно быть весело.

— Брось, Ники. Ты знаешь, почему. — Брент бросил взгляд в сторону нашего столика.

Я сказала себе не смотреть. Но, конечно, не смогла удержаться.

Уэйд сидел так же, как и прежде, полностью сосредоточенный на сцене и даже не глядя в нашу сторону. Я сдержала улыбку. Мне нравилось, что он уважает моё пространство. Но я не хотела, чтобы Брент расстраивался ещё больше.

— Брент, это шоу про знакомства. Я должна проводить время с разными мужчинами.

— Но я вижу, как ты смотришь на Уэйда. — Брент покачал головой. — С ним никто не сравнится. Остальные просто ждут своей очереди на вылет.

Он облокотился на стойку и взглянул на меня испытующе.

— Ладно, да, мне нравится Уэйд. — Я решила быть честной второй раз за последние пять минут. — Чувства, которые он во мне вызывает — это что-то совершенно новое для меня. Но это не значит, что я чувствую что-то только к нему.

Брент приподнял бровь, ожидая продолжения.

— Ты не собираешься облегчить мне задачу, да? — Я сделала ещё глоток воды, чтобы справиться с внезапной сухостью в горле.

Признаваться в чувствах — это точно не мой конёк. У меня было мало отношений, и все они возникали просто потому, что мы с кем-то пересекались, а потом в какой-то момент начинали встречаться. Всё происходило автоматически. Я играла ту роль, которую от меня ожидали. Но настоящие чувства? Их не было.

Вот почему участие в этом шоу — это худшее, что могло со мной случиться.

Бриджит бы сказала, что всё наоборот. И это лучшее, что случилось. Но когда речь шла о моих эмоциях, я позволяла себе не соглашаться.

— Брент, ну неужели ты не замечал, что у нас с тобой тоже есть связь? С самого начала?

— Называть меня тупым — это не лучшая стратегия, — усмехнулся он, скрестив руки на груди.

Я было заволновалась, что он обиделся, но заметила едва заметную улыбку и выдохнула.

— Ты понял, о чём я! — Я несильно толкнула его в плечо, улыбаясь, когда он рассмеялся.

Но веселье быстро исчезло, стоило ему снова взглянуть на Уэйда, который так и не повернулся к нам.

— Послушай, я знаю, что чувствую. Но это не значит, что ты чувствуешь то же самое. Разве можно меня винить за то, что мне не нравится видеть, как ты влезаешь в отношения с другими?

— Но разве не в этом смысл шоу? — Я жестом указала на съёмочную группу, окружавшую бар. — В том, чтобы никто не знал точно, на каком он месте? Чтобы выбор для меня был сложным? Чтобы я встречалась с разными мужчинами и выбирала лучшего?

Я накрыла его колено ладонью.

— Ты не можешь ревновать каждый раз, когда я с кем-то общаюсь. Ты сам на это подписался. Я должна это делать. И ты не можешь злиться на меня за то, что у меня появляются чувства. Всё, что тебе нужно — это верить в нашу связь. Работать над ней. Может быть, попробовать держать свою ревность в узде, потому что она не делает тебя привлекательнее.

Брент уставился на мою руку на своём бедре.

— Это сложно. Совсем не то, чего я ожидал.

— А чего ты ожидал? — спросила я.

Я начала убирать руку, но он накрыл её своей ладонью, не давая мне отдёрнуть её.

— Я просто не думал, что влюблюсь в «Холостячку», когда записывался на шоу.

Он посмотрел мне в глаза, и я почувствовала, как напряглись мышцы. Количество эмоций, которое он сейчас направлял на меня, было настолько интенсивным, что не будь это реалити, продюсерам пришлось бы повысить возрастной рейтинг передачи.

— Всё, о чём я прошу — это терпение. Понимание того, что я одна, а вокруг меня сразу несколько мужчин, и я чувствую себя максимально растерянной. Я не могу контролировать свои чувства. Я пытаюсь сделать лучший для себя выбор. И мне правда нравится проводить с тобой время, Брент. Но мне тяжело, когда ты ведёшь себя как два разных человека. Ты один наедине со мной, а другой при всех.

Я осушила стакан, чувствуя, как краснеют щёки от столь откровенного признания.

Брент сжал мою руку, прежде чем встал со стула.

— Я обещаю постараться. Это всё, что я могу предложить.

Он потянул меня за собой, вынуждая подняться.

— И этого достаточно.

Мы направились обратно к столу, где сидел Уэйд. Брент держал меня за руку.

Но осознав, куда мы идём, я аккуратно высвободила ладонь и сунула её в карман.

Брент сбился с шага, его губы дрогнули в лёгком разочаровании.

Но мои глаза уже были прикованы к Уэйду.

Он всё так же наблюдал за сценой, даже не взглянув в нашу сторону.

Я не хотела ранить Брента. Но я только что сказала ему, что у меня есть чувства к Уэйду. А значит, последнее, чего я хотела — это чтобы Уэйд увидел нас держащимися за руки.

Это было чертовски неловко.

Почему нельзя просто спокойно встречаться с несколькими мужчинами?

Я заняла своё место рядом с Уэйдом. Брент уже собирался сесть с другой стороны, но тут прозвучала финальная нота караоке-композиции, а диджей объявил:

— А теперь на сцену выходят Купер и Брент с классикой жанра!

У меня отвисла челюсть, когда они направились к импровизированной сцене. Это могло стать либо самым смешным выступлением за вечер, либо величайшим испанским стыдом в истории.

Я не понимала, зачем Брент выбрал в напарники именно Купера из всех возможных людей.

Скрестив пальцы под столом, я надеялась, что Купер окажется ужасным певцом. С его внешностью и самомнением он просто не мог быть идеальным во всём.

Но стоило прозвучать первым нотам «Like a Virgin»⁹, как я громко фыркнула. Выражение ужаса на лице Брента заставило меня расхохотаться. Очевидно, Купер сам выбрал песню и не посчитал нужным предупредить напарника.

Купер начал расхаживать по сцене, заливисто выводя первые строки. Увы, он решил устроить шоу, услышать его настоящий голос было просто невозможно.

Ну что ж, я сделаю вид, что то, что доносится из колонок, и есть его истинное пение.

Брент неловко топтался позади, явно не зная, что делать. Его голос почти тонул в пронзительных воплях Купера. Тот вдруг резко повернулся к нему, толкнул локтем и внезапно указал на меня. Щёки вспыхнули. Я уже знала, что будет дальше.

Купер театрально провёл рукой по телу и спел заглавную строчку. Зал взорвался восторженными криками. Судя по реакции, он только что изобразил нечто чересчур непристойное. Я едва не умерла от стыда.

Брент рассмеялся прямо в микрофон, а я уткнулась лицом в ладони, спрятавшись за столом.

— О, давай, Ники! Ты же коснулась меня! Как девственница! — Купер растянул строчку, и зал взорвался хохотом.

Девчонки в зале завизжали. А я мечтала ударить его между ног.

Зажмурившись, я продолжала прятаться за столом, пока Купер и Брент дурачились на сцене. Брент, похоже, решил, что раз уж это всё ради веселья, можно и подыграть. Он явно понял: чем нелепее он будет выглядеть, тем больше оваций сорвёт.

Или это была его изощрённая месть за то, что я не взяла его за руку раньше.

Как бы то ни было, голос у Брента оказался мягче, чем я ожидала. Даже выше. Хотя, возможно, он просто пытался подпевать Куперу.

Рядом хихикнул Уэйд. Я прищурилась.

Он смотрел не на сцену, а прямо на меня.

— Да ладно тебе, дорогая, это же смешно, — рассмеялся он.

— Конечно, тебе смешно. Это же не тебя сейчас публично позорят, — проворчала я.

Я покосилась на сцену как раз в тот момент, когда Купер с громким шлепком рухнул на пол и начал вульгарно извиваться. Я вздрогнула и снова посмотрела на Уэйда.

— Ты можешь взять реванш, когда выйдешь на сцену, — предложил он.

— Какой, к чёрту, реванш? Я хочу, чтобы он исчез! Чтобы я больше никогда его не видела! — вспылила я.

Для всех это было весёлым шоу, а для меня пыткой.

Джим настоял, чтобы Купер остался ради рейтингов, но видеть, как он выставляет меня на посмешище перед залом (и миллионами зрителей, которые потом увидят это по телевизору), просто выбешивало.

Уэйд внимательно посмотрел на меня, будто пытаясь осмыслить мою вспышку ярости. Я не хотела срываться на нём. Он был ни при чём.

— Прости. — Я вздохнула и натянуто улыбнулась.

На сцене заиграл последний припев. Слава богу, всё заканчивалось.

Возможно, я и перегнула палку, но у любого человека есть предел терпения.

— Тебе нравится «Бриолин»¹⁰? — внезапно спросил Уэйд.

— Чего? — Я моргнула, не сразу осознав, к чему он клонит.

— Фильм «Бриолин». Ты его любишь?

— Конечно! А кто не любит? — Я всё ещё пыталась понять, почему разговор вдруг сменил направление.

Но прежде чем я успела спросить, Уэйд поднялся.

— Сейчас вернусь, — сказал он и исчез в толпе женщин, облепивших сцену.

Тем временем Купер тянул последнюю ноту явно дольше, чем следовало, и раскланивался раз двадцать.

Несколько девушек пытались буквально накинуться на него.

Брент пробрался сквозь толпу с широкой ухмылкой и плюхнулся на своё место.

Я метнула в него ледяной взгляд.

— Ты для меня мёртв, — буркнула я.

Он лишь рассмеялся и покачал головой:

— Признай, это было весело.

— Да, особенно та часть, где я в уме убивала Купера десятью разными способами, — парировала я.

— Он просто купался во внимании. Как только ты перестала смотреть на него, он сразу переключился на остальных, — хмыкнул Брент и кивнул на сцену.

Я обернулась и увидела Купера, окружённого поклонницами.

— Серьёзно?! Почему он всё ещё здесь?! — Я всплеснула руками.

Брент лишь усмехнулся, явно зная больше.

Я уже собиралась идти к Джиму и заявить, что раз всем очевидно, что Купера держат только ради рейтингов, может, пора его выпроводить?

Но не успела я подняться, как голос диджея приковал меня к месту.

— А теперь Уэйд и Ники!

Я застыла, как персонаж мультфильма, у которого глаза превращаются в огромные блюдца.

Я точно не записывалась петь с Уэйдом.

Какого чёрта?

Что за песню нам выбрали?!

— Ники, где ты? — позвал диджей.

Все взгляды устремились на меня.

Я всерьёз подумывала спрятаться под стол.

Диджей решил, что я просто стесняюсь, и решил меня подбодрить:

— Давайте поддержим Ники!

Бар дружно подхватил его инициативу, начав скандировать моё имя. Если он думал, что это как-то поможет, значит, у него не все дома. Наоборот. У меня тут же появилось желание сбежать.

Но стоило мне взглянуть на сцену, где в одиночестве стоял Уэйд, держа в руках два микрофона, как сердце чуть не остановилось. Он выглядел неуверенным, словно боялся, что я его брошу. Эта мысль тронула меня так сильно, что прежде чем я успела осознать свои действия, я уже отодвигала стул и пробиралась сквозь радостно кричащую толпу к сцене.

— Будет весело, — тихо сказал Уэйд, протягивая мне микрофон.

Я натянуто улыбнулась, но меня так трясло, что я боялась, что когда открою рот, то из него польётся нечто совсем не похожее на пение.

Когда заиграла музыка, всё встало на свои места. Вот почему он спрашивал меня про «Бриолин».

Я едва не развернулась и не сбежала обратно.

Нет, ну нет же! Мы не можем петь «Summer Nights» друг другу!

Я уже придумала идеальный способ слиться, но стоило Уэйду запеть первую строчку, и всё полетело к чертям.

Этот голос.

Глубокий, тягучий, безупречный.

Его голос должен быть вне закона.

Я была настолько заворожена, что пропустила свою часть и едва смогла пробормотать нужные слова.

Уэйд улыбнулся и продолжил петь, а я, услышав следующее, невольно рассмеялась. Чёрт, да, он был прав. Я действительно сходила по нему с ума.

Взяв себя в руки, я сумела вытянуть свою партию уже без дрожи в голосе. Но только потому, что не сводила с него глаз.

И да, я говорила правду. Он был чертовски хорош.

А когда наши голоса слились в припеве, меня пронзила одна-единственная мысль. Можно ли влюбиться в человека ещё сильнее? Потому что мы звучали идеально вместе.

Словно созданы друг для друга.

«Оу, стоп. Спокойнее!»

Я уже собиралась загнать себя в ловушку этих мыслей, когда на сцену запрыгнул Купер, выхватил у Уэйда микрофон и с наглым довольством пропел следующую строчку.

Брент тут же схватил мой микрофон и, пытаясь взять нереально высокую ноту, выдал свою.

Я прыснула от смеха.

А когда к нам присоединились остальные парни, встав позади нас с Уэйдом, сдерживаться уже не было никакой возможности.

Их фальшивые, до боли высокие голоса превратили всё в фарс, и я уже не могла прекратить смеяться, пытаясь хоть как-то попасть в свою партию.

Финал мы с Уэйдом вытянули на одной долгой ноте. Он безупречно попал в тональность, а бар взорвался оглушительными аплодисментами.

Мы определённо сделали этот номер.

И, чёрт, это было невероятно весело.

Уэйд знал, что мне нужно, чтобы окончательно перестать злиться и просто наслаждаться вечером.

Когда мы спустились со сцены, я направилась к бару.

— Воды, пожалуйста, — попросила я, садясь на высокий стул. Горло саднило после такого вокального марафона.

Уэйд сел рядом и тоже заказал воды. Бармен поставил передо мной стакан, и я жадно сделала несколько глотков, мгновенно почувствовав облегчение.

— Спасибо за это, — сказала я, встретившись с Уэйдом взглядом.

— Всегда пожалуйста. Мне нравится видеть твою улыбку.

Он осушил половину стакана, а я с трудом сглотнула, потому что в животе вдруг поселился целый табун взбесившихся слонов.

— Я и забыла, как здорово просто веселиться. Не воспринимать всё слишком серьёзно, — выдохнула я, когда, наконец, пришла в себя.

— О, это очень серьёзно, — тихо ответил Уэйд, не сводя с меня глаз.

Так, будто хотел, чтобы я поняла: для него это действительно важно.

— Но и веселиться тоже нужно уметь.

Я улыбнулась в ответ и снова сделала глоток воды.

Чёрт, мне срочно нужно было остыть.

Этот мужчина меня убьёт.

К концу вечера караоке сменилось музыкой из джукбокса. Я успела перекинуться парой слов с каждым из парней за исключением Купера, который по-прежнему был плотно окружён поклонницами.

Даже от пристальных взглядов Уэйда мне удалось немного оправиться. Хотя каждый раз, когда мы разговаривали, меня начинало потряхивать от осознания того, что он уже не пытался скрывать свои чувства.

Я ему нравилась, и он совершенно не боялся показывать это.

В конце концов, уже шла пятая неделя. Мы добрались до середины шоу, и если парни собирались переходить в наступление, то сейчас было самое время.

Джим подошёл ко мне после караоке и сказал, что технически свидание окончено, и мы можем разъезжаться по домам. Но мне так нравилось проводить время с ребятами в обычной, не постановочной обстановке, что я совершенно не хотела, чтобы вечер заканчивался.

Так что вот я, развлекаюсь на танцполе.

Здесь я была в своей стихии.

Так я проводила почти все выходные в Чикаго со своими так называемыми друзьями. Музыка, движения, свобода. В эти моменты исчезало всё лишнее. Я могла быть собой.

Правда, обычно это заканчивалось не очень хорошо. Стоило мне начать танцевать, как какой-нибудь парень подхватывал меня в ритме, и вот уже его девушка тянет меня за волосы. Как будто я могла заранее знать, что он не свободен!

Но сегодня всё было иначе.

Сегодня все, кто танцевал со мной, были здесь ради меня.

Мне не нужно было опасаться внезапной потасовки.

Тёплые руки скользнули по моим бёдрам, и в тот же момент по телу разлетелись искры.

Узнать его я могла бы даже с закрытыми глазами. По этим прикосновениям, по шершавым от мозолей ладоням.

Уэйд.

Сердце бешено забилось, когда наши тела начали двигаться в такт. Одна его рука плавно соскользнула к моему животу, притягивая меня к себе. Я выдохнула, отвечая движением бёдер. Пальцы Уэйда накрыли мои, и я, не задумываясь, переплела наши руки.

Быстрый, требовательный ритм музыки гремел по танцполу, и я держалась в темпе вместе с Уэйдом. В другой ситуации мне хватило бы просто движения, просто присутствия партнёра, но танцевать с ним вот так... Это сводило меня с ума.

Мне хотелось видеть его лицо. Хотелось ловить каждое движение. Никогда раньше я не испытывала ничего подобного, и это должно было меня остановить.

Но прежде чем я успела осознать, что творю, он закружил меня в своих руках.

Его ладонь легла на поясницу, притягивая ближе. Я впилась взглядом в его лицо: капли пота, сверкающие на висках, губы, тронутые неизменной ухмылкой... Наконец, его глаза. Этот взгляд. Жаркий, приковывающий, он пригвоздил меня к месту.

Такой взгляд мог свести с ума любую. Я точно теряла голову. Нам срочно нужно было найти тёмный угол.

Уэйд провёл языком по нижней губе, затем прикусил её.

Мне хотелось сделать то же самое.

Мы и так были достаточно близко, но он притянул меня ещё сильнее. Под ладонью я ощущала напряжённые мышцы его груди. А потом...

Я почувствовала его член. Твёрдый. Прижимавшийся к моему животу.

Господи. Чёрт.

Мне срочно нужен был свежий воздух, иначе прямо здесь, на танцполе, он опрокинет меня на ближайший стол.

При таком количестве феромонов, что источал Уэйд, это было бы неудивительно.

Мозг плыл в каком-то безумном угаре. Могло случиться что угодно.

Как по заказу, музыка сменилась на медленный трек. Большинство танцующих разошлись к бару, чтобы передохнуть и выпить.

Я воспользовалась этим, чтобы сбежать.

Ни слова не сказав, я выскользнула из его рук и вылетела из бара быстрее, чем за мной успели бы угнаться камеры.

Парковка встретила меня прохладным воздухом. Я остановилась у вывески, всё ещё задыхаясь от эмоций, и жадно втянула свежий воздух. Глубокий вдох. Долгий выдох. Дыхательные практики из йоги всё ещё работали и помогали хотя бы немного прийти в себя.

Шаги по гравию выбили меня из этого спокойствия.

Я замерла.

Одна. Ночью. В конце парковки. Чёрт, какая же я глупая.

Кто угодно мог подойти сзади.

И времени на крик у меня не было бы. Этот кто-то уже стоял за моей спиной. Я чувствовала его тепло.

— Прости, — раздался знакомый голос.

Я выдохнула с облегчением и обернулась.

— Прости, что сбежала, — пробормотала я, шаркая носком по камешкам.

— Тебе не за что извиняться.

— Нет, есть. Там, в баре, всё стало слишком... Жарким, и я испугалась. Не должна была, но... Я не привыкла к таким чувствам. Они слишком сильные, слишком непривычные. Я ведь не из тех, кто зацикливается на одном человеке. Я не запрограммирована на это. Я... сломанная. Точно сломанная. Но с тобой... Это словно огонь. Огонь, лёд, радуги и... Чёрт, шоколадные брауни с карамелью... — Меня понесло, и я уже не могла остановиться. — Почему ты мне так нравишься? Как тебе удалось перевернуть всё, что я считала неисправным в себе все эти тридцать лет? И почему ты смотришь на меня так?

Я встретилась с ним взглядом... и пожалела об этом. В его глазах что-то вспыхнуло, но я не могла понять, что именно.

— Дорогая, ты... Я... — Уэйд запнулся, будто не находя слов.

Моё сердце сжалось. Ну вот и всё. Я его напугала.

— Всё нормально. Можешь ничего не говорить, — поспешила я. — Я понимаю. Если ты хочешь уйти, просто скажи.

Кажется, он пробормотал что-то вроде «чёрт возьми», но меня уже несло дальше:

— Я не буду тебя удерживать, не хо...

Уэйд резко перехватил меня за талию и притянул к себе, заставив замолчать.

А затем его губы накрыли мои.

И тут я действительно почувствовала это.

Колени ослабли, я готова была просто стечь на землю, но его сильные руки удержали меня.

Одна моя рука сама собой скользнула на его шею, другая же осталась зажатой между нами, сжимая его рубашку.

Мне было плевать.

Плевать на всё, кроме того, как двигались его губы.

Этот поцелуй не был нежным.

Это не было робким «ну давай попробуем».

Нет.

Этот поцелуй высвобождал всё, что мы так долго сдерживали.

Он был жадным. Глубоким.

Мы оба стремились взять друг друга целиком, пока это не закончилось.

Его ладонь скользнула под мой топ, горячая кожа обжигала спину. Я открыла рот, выдыхая стон, и этого оказалось достаточно, чтобы он углубил поцелуй. Его язык слился с моим в ритме, который казался самым естественным на свете.

На этот раз простонал он.

И увлёк меня ещё глубже.

Это был наш первый поцелуй.

Но он уже был доведён до совершенства.

И теперь мне не нужен был никакой другой.

Уэйд нехотя отстранился, но я не собиралась его отпускать. Он тихо рассмеялся, осыпая лёгкими поцелуями мои губы, затем скользнул вниз, оставляя дорожку горячих прикосновений до самого уха.

Если он думал, что на этом всё, он ошибался.

Он только что разжёг во мне огонь, который было не так просто потушить.

— Дорогая, если мы не остановимся, мне придётся взять тебя в кузове ближайшего пикапа, — пробормотал он, дыхнув мне в ухо.

Пикап. Стол. Да мне всё равно.

Просто возьми меня.

— Ладно, — выдохнула я, осыпая его поцелуями от подбородка к уху, прежде чем прикусить мочку.

Уэйд зарычал, его пальцы сильнее сжали мои бёдра.

— Думаю, Джим бы пристрелил меня за такое, — бросил он.

Будто ледяной водой окатил.

Я отступила, тяжело дыша, и огляделась. Половина съёмочной группы последовала за Уэйдом наружу.

Чёрт.

То, что казалось мне страстным, личным моментом, попало в объективы. И теперь это увидит весь, мать его, мир.

— Сука, — начала я, но Уэйд пресёк мои возмущённые слова быстрым поцелуем.

— Не надо, — прошептал он.

— Но это же... — Я заскулила, но он снова накрыл мои губы своими. Я невольно улыбнулась. — Это не самый действенный способ заставить меня замолчать. Я буду жаловаться снова и снова, только чтобы твои прекрасные губы не отрывались от моих.

Уэйд рассмеялся, ещё раз мягко коснулся моих губ и нехотя отступил на несколько шагов.

— Давай закончим на этом. Я пойду соберу ребят. — Он пятился медленно, словно не хотел уходить.

И я не могла его винить. Даже при включённых камерах мои мысли всё ещё крутились вокруг того самого кузова грузовика.

Я смотрела, как Уэйд исчезает в баре, когда рядом возник кто-то ещё. Узнать его не составляло труда.

— Джим, — вздохнула я.

— Ники, — отозвался он.

— Просто промолчи, ладно? — попросила я. — Дай мне насладиться этим моментом.

Мне даже не нужно было на него смотреть, чтобы понять, что он расплылся в самодовольной улыбке и не собирается перечить. Я почувствовала, как он отступил и начал раздавать указания съёмочной группе.

Я коснулась пальцами губ. Они всё ещё покалывали после поцелуя Уэйда.

Пять недель шоу позади. И теперь всё стало по-настоящему.