Найти себя

ЭПИЛОГ

Девять месяцев спустя

— Ники, у нас заканчиваются некоторые основные продукты. На этой неделе особенно много посетителей из-за той статьи, что гуляет по интернету, — Эйлин положила список на мой стол. — Запасов, скорее всего, хватит ещё на несколько дней, может, даже дотянем до следующей поставки, но я решила, что тебе стоит взглянуть.

Я оторвалась от компьютера, куда как раз вносила её список в таблицу. Да, возможно, мы продержимся до плановой доставки, но рисковать не хотелось. Особенно после внезапного наплыва сотен людей, жаждущих попробовать наши десерты. Оказалось, что одна из самых популярных фуд-блогеров Оклахомы заглянула к нам пару месяцев назад. А потом вернулась. И ещё раз. И ещё. Ей нужно было убедиться, что первый визит был не случайной удачей.

И это не было случайностью.

Вскоре она написала восторженную статью о нашей выпечке, взяла интервью у сотрудников, рассказала историю «Домашней выпечки Эйлин». Когда материал вышел, поток клиентов хлынул через край.

Не то чтобы я жаловалась. Ведь именно этого мы и добивались.

— Мне постоянно приходят письма с вопросами, когда у нас появится доставка по стране. Нам стоит серьёзно обсудить это, — сказала я, взглянув на Эйлин. Она уже порывалась вернуться к своему любимому делу. Выпечке.

— О, ты же знаешь, в этом я ничего не смыслю. Доверяю тебе полностью.

— Эйлин, ты партнёр в этом бизнесе. Я не стану принимать такие решения без тебя.

Она всегда предпочитала оставлять мне все управленческие вопросы, утверждая, что у неё нет ни идей, ни особого мнения на этот счёт. Но я всегда хотела слышать её точку зрения. Она помогала мне быть лучше как руководитель.

— Ты ведь уже отправляешь посылки своим мальчикам, значит, у тебя есть представление, как это может сработать в больших масштабах, — хитро заметила она.

«Попалась».

Я сдержала обещание, данное Бренту, и прислала ему выпечку. Как только он получил первую коробку, тут же позвонил, умоляя выслать ещё. Так то, что начиналось как ежемесячная традиция, быстро превратилось в регулярные посылки раз в две недели. И не только для него. Клэй с Бриджит тоже получали свои сладкие бандероли. Даже Купер.

Купер, который, попробовав наш брауни, тут же сделал мне предложение.

Уэйду его признание в любви показалось не таким уж забавным, как мне. Но никто и не понимал, как из яростных врагов мы с Купером вдруг стали лучшими друзьями.

Честно говоря, я и сама этого не понимала. Наверное, дело было в том, что мы оба большую часть жизни играли роли, скрывали настоящие лица. Да и семейные проблемы у нас были схожие.

А раз уж речь зашла о семье...

С отцом у меня наконец-то наладились нормальные отношения. Я чуть со стула не упала, когда впервые получила от него письмо просто «чтобы узнать, как дела». Потом последовало второе, третье... И вскоре он стал писать мне каждый день.

До сих пор было странно слышать от него похвалу, особенно в адрес моей пекарни, но я училась принимать его попытки стать хорошим отцом. Пусть и спустя тридцать лет.

С матерью же всё осталось по-старому. Она по-прежнему смотрела на меня с презрением. Разница лишь в том, что теперь мне было на это плевать. Если она не хочет быть частью моей жизни, то ей вовсе не обязательно это делать. Мы не виделись с тех пор, как я уехала из Чикаго. Отец иногда её упоминал, но я не собиралась снова наступать на те же грабли. Она даже не пыталась наладить контакт. И теперь я могла с этим смириться.

Я вернулась к разговору с Эйлин.

— Отправлять выпечку троим людям и запустить доставку по всей стране — это немного разный масштаб...

— Думаю, у нас получится, — уверенно заявила она.

— Нам придётся нанять больше сотрудников...

— Я не сильна в финансах, но уверена, что мы можем себе это позволить.

Она была готова к любым моим возражениям. И, чёрт возьми, была права, ведь бюджете вполне хватало средств на расширение. Я вздохнула.

— Ладно, изучу вопрос и расскажу, что к чему.

— Доверяю тебе, — махнула рукой Эйлин.

— Но я всё равно буду держать тебя в курсе.

Она только весело рассмеялась и ушла обратно на кухню.

Я снова переключилась на монитор. Заказала дополнительные продукты, затем проверила почту пекарни. Входящих писем стало ещё больше. Люди со всех концов страны мечтали попробовать нашу выпечку.

Что ж, раз уж я тянула с этим столько времени, то самое подходящее время разобраться с этим — это прямо сейчас.

Я так глубоко ушла в расчёты, что не услышала, как постучали в дверь. Даже не заметила, как кто-то вошёл в кабинет. Только когда знакомый запах — деревья, цитрус, влажная земля после грозы — коснулся меня, я поняла, кто это.

— Ковбой, — улыбнулась я, поднимая взгляд.

Он выглядел так, как я и любила. Только что из душа, волосы ещё влажные под бейсболкой. Очевидно, успел принять душ после работы на ранчо. Каждый день он возвращался домой по уши в грязи... И ещё кое в чём, о чём я старалась не думать. Но Уэйд никогда не заставлял меня заниматься его вещами. Без лишних разговоров бросал одежду в стиральную машину и сам её стирал.

Хотя иногда я не отказывала себе в удовольствии помогать ему отмываться...

Два месяца назад, когда срок аренды моей квартиры истёк, я переехала к нему. Формально я всё ещё жила в «гостевом доме» на его территории, но по сути это был наш общий дом.

Это был логичный шаг. Я и так проводила там всё свободное время, а квартира стояла пустой.

А Уэйд тем временем работал над домом своей мечты... Который я до сих пор не видела.

Он хотел сделать мне сюрприз.

А я ненавидела сюрпризы.

Я так ненавидела сюрпризы, что однажды решила найти этот дом сама. Но когда ранчо раскинулось на сотни тысяч акров, отыскать что-то без точных координат — это почти нереально. Целый час я кружила по едва заметным дорогам, пока не сдалась и не позвонила Уэйду, чтобы он меня спас. GPS хоть и работал, но оказался бесполезен. Без нормальных дорог навигация превращалась в хаос.

Уэйд до сих пор смеялся, вспоминая тот день.

А я до сих пор ежедневно умоляла его показать мне этот дом.

— Дорогая.

Одно слово, и у меня в животе тут же запорхали бабочки. Он всегда так меня называл, но его южный акцент действовал на меня каждый раз.

И случалось это часто.

Очень часто.

Практически в каждом втором его предложении.

Я буквально превращалась в лужицу, когда он был рядом.

— Почему ты здесь? У нас было свидание? Сколько сейчас времени?

Я глянула на экран компьютера. Почти восемь. Чёрт. Я даже не заметила, как пролетел вечер.

Быстро выключив компьютер, я начала собирать бумаги в аккуратные стопки. Обычно к шести я уже была дома, готовила ужин к приходу Уэйда, но сегодня, увлёкшись работой, полностью потеряла счёт времени. Пекарня давно закрылась, а я даже не поучаствовала в процессе.

— Прости, — пробормотала я. — Если ты голоден, можем перекусить в баре.

Уэйд притянул меня к себе, обняв крепко-крепко. И я тут же расслабилась.

— Дорогая, я умею готовить. Но я не за этим пришёл... — Он замолчал, отчего моё нетерпение возросло.

— Тогда зачем? — Я не любила, когда он тянет с ответом.

— Дом готов.

Слова прозвучали так тихо, что я не сразу поверила своим ушам.

Я отстранилась, заглянула в его глаза. Там играла улыбка.

— Готов? — выдохнула я.

Он рассмеялся.

— Да. И я хочу его тебе показать.

Повторять дважды было не нужно. Я вскрикнула от восторга, схватила его за руку и практически вытащила из офиса. Заперев дверь, мы направились к его пикапу.

— Он потрясающий? — выпалила я, когда мы выехали на дорогу. — Хотя, конечно же, да. Глупый вопрос. Он далеко? Сколько нам ехать? Сильно дальше, чем в наш нынешний дом? Мне придётся вставать раньше?

Я сыпала вопросами так быстро, что он не успевал отвечать. Хотя, кажется, и не собирался.

— Дорогая, скоро сама всё увидишь, — улыбнулся он и переплёл наши пальцы.

От этого жеста все мысли мгновенно улетучились. Я просто наблюдала за пролетающими мимо полями.

Он свернул на дорогу намного раньше привычного маршрута. Дорога была ухабистой, но он ловко объезжал самые глубокие ямы.

Через несколько минут я начала узнавать местность... Хотя не понимала, почему.

«Наверное, потому что большая часть ранчо выглядит одинаково, Николь».

А потом я увидела забор. Обычный, ничем не примечательный. Таких тут сотни.

Но этот... Этот был другим.

Это был тот самый забор, у которого я рыдала от разбитого сердца.

Откуда я знала, что это именно он? Просто знала. Память вдруг ожила, показывая моменты перед глазами, как сцены из фильма.

— Это... — Голос предательски дрожал.

Уэйд сжал мою руку.

— Да.

— Но... Почему?

— Я всегда хотел построить дом в этой части ранчо. Здесь потрясающие виды, а до ближайших соседей ехать несколько миль. Когда продюсеры спросили, есть ли у меня красивое, но пустующее место для финала шоу, я сразу понял, что это идеальный вариант. Эта дорога была тупиковой не просто так.

— Но... Почему даже после? — Я не смогла закончить мысль.

Да, у нас были потрясающие восемь месяцев, но десять недель разлуки всё ещё с болью отзывались у меня на душе.

Я не могла поверить, что он ежедневно смотрел на место, где я разбила его сердце.

— Первые пять недель я сюда не приходил. Думал, может, стоит выбрать другое место. Но в итоге понял, что это по-прежнему лучшее место на всём ранчо. А когда ты вернулась, я окончательно убедился, что не ошибся.

Я фыркнула.

— Ты не мог знать наверняка.

— Ты недооцениваешь мои способности к общению с другими участниками шоу, — усмехнулся он.

— О чём ты?

— Я поддерживал связь с Клэем, потому что... Ну, ты же знаешь...

— Бриджит, — догадалась я. — Надо было сразу понять.

— Когда у меня появилась хоть малейшая надежда, я вернулся сюда и продолжил строительство.

Мне хотелось разрыдаться от того, как он в меня верил... Но в этот момент мы поднялись на холм, и я увидела дом.

— О, Господи... — прошептала я.

Уэйд ничего не сказал, пока ставил машину на стоянку.

Ничего не сказал, пока я сидела, не в силах оторвать взгляд, не способная двинуться с места.

Ничего не сказал, когда по моим щекам потекли слёзы.

Просто держал меня за руку, нежно поглаживая большим пальцем.

— Тебе нравится? — осторожно спросил он.

— Я просто... — У меня не было слов.

Передо мной стоял двухэтажный белоснежный фермерский дом. Деревянные ставни угольно-серого цвета обрамляли многочисленные окна. Но больше всего меня поразило крыльцо. Огромное, уходящее за угол, возможно, даже огибающее весь дом.

На нём уже стояли уютные качели и несколько кресел-качалок, и я тут же представила, как буду пить там утренний кофе.

Я выпрыгнула из пикапа и бросилась к дому.

Если фасад довёл меня до слёз, то представить, что ждёт внутри, было просто невозможно.

Я уже взялась за дверную ручку, когда Уэйд догнал меня и мягко взял за локоть.

— Минутку, дорогая, — остановил меня Уэйд, загораживая путь к дому. — Я хочу показать тебе кое-что ещё.

Я надула губы, уперев руку в бедро, надеясь вызвать у него жалость, но он лишь рассмеялся, чмокнул меня в лоб и, взяв за руку, повёл дальше по веранде. Обогнув угол дома, я увидела ещё одну её часть. Теперь половина крыльца была закрыта москитной сеткой. Уэйд открыл дверь и провёл меня внутрь прямо в уютное пространство с шезлонгом и потрясающим столиком, украшенным мозаикой в коралловых и морских оттенках. Я не успела толком рассмотреть детали, как он повёл меня дальше, через ещё одну дверь, и мы вышли на террасу, в три раза шире веранды. Но настоящей жемчужиной стали качели-кровать, стоявшие на самом дальнем конце. Точно такие же, как в главном доме, где мы впервые встретились во время съёмок «Экстремального холостяка».

— Уэйд... — прошептала я, прижав ладони ко рту.

Эти качели хранили слишком много воспоминаний. Именно здесь прошли почти все наши разговоры. Но ещё больше меня потрясло то, что вся задняя стена дома была стеклянной от пола до потолка, открывая вид на бескрайние поля.

Поля, усеянные сотнями диких цветов.

— Это ещё не всё, — сказал Уэйд, снова беря меня за руку.

Но я не сдвинулась с места.

— Не уверена, что выдержу осмотр дома после этого.

— Нам пока не туда, дорогая, — усмехнулся он, мягко потянув меня вперёд.

Любопытство победило. Что ещё он мог скрывать?

Мы спустились с террасы и пошли по полю, раскинувшемуся за домом. Примерно в ста футах от крыльца он остановился. Я оглянулась, решив, что он хочет показать мне вид с этого ракурса: соединение крытой веранды с террасой, стеклянную стену, сверкающую в лучах заходящего солнца. Уэйд молча ждал моей реакции.

— Боже, как красиво... — выдохнула я, наблюдая, как багровые и золотые отблески пламени танцуют на гладких панелях. — Уэйд, это самое прекрасное место на земле.

— Рад, что тебе нравится.

Я повернулась к нему, собираясь броситься в его объятия, поцеловать, поблагодарить за этот дом-мечту. Но стоило мне взглянуть на него, как сердце замерло.

Нет... Не замерло. Пропустило добрых двадцать ударов. А потом забилось так, будто я пробежала милю... Ладно, полмили, потому что бег — это явно не мой конёк.

Он стоял передо мной на одном колене.

— Уэйд... — Я произнесла его имя одними губами.

— Дорогая, ровно год назад мы стояли здесь, в этом самом месте, где я собирался построить дом. Дом, в котором будут расти мои дети. Где я проведу всю жизнь с той, кого люблю. Когда я впервые представил его, я не знал, кто окажется рядом. Но всё изменилось, когда ты ворвалась в мою жизнь. Огненной вспышкой, ураганом, который перевернул всё вверх дном. Я до сих пор благодарю судьбу за то, что ты не выставила меня в первую же ночь. А вместо этого показала мне, что за дерзким фасадом скрывается нечто гораздо большее. Я изо всех сил боролся с тем, что чувствовал к тебе. Слишком рано, слишком быстро... Пока не настал тот день, когда ты ради меня уложила целую команду в пейнтболе. Тогда я понял, что сопротивляться бессмысленно. Ты — моя единственная. Та, без которой я не представляю свою жизнь.

Я не заметила, когда из глаз потекли слёзы, но громкий всхлип заставил его ненадолго замолчать.

— Мне оставалось только доказать тебе, что какой-то деревенский парень достоин тебя...

— Уэйд, тебе никогда не нужно было ничего мне доказывать, — прошептала я.

Он тихо усмехнулся.

— Дорогая, это всё-таки мой монолог.

— Она никогда не умела слушать, — раздался знакомый голос.

Я вздрогнула и обернулась к дому, охнув от удивления.

У подножия лестницы стояла Бриджит, рядом с ней был Клэй. Я не видела её несколько месяцев, и мне едва удалось сдержаться, чтобы не броситься ей на шею. Но всё же... Мужчина, который делает тебе предложение, — это неплохая причина оставаться на месте.

Как и толпа людей, заполнившая веранду и двор.

Эйлин уткнулась в платок, вытирая слёзы.

Мама Уэйда и его сестра Уитни улыбались нам, сияя от счастья.

Рядом с Уитни стоял Купер. Причём слишком близко.

— Ты Купера пригласил? — прошипела я Уэйду, а тот только громко рассмеялся.

— Сам не понимаю, зачем. Но он, по сути, твой брат, так что было бы странно не позвать.

— Приятно, что меня обсуждают, но, может, займётесь чем-то более важным? — лениво отозвался Купер. — Хотя, если ты всё же передумаешь, Ники, я всегда рад забрать тебя домой.

Вот уж кто не меняется.

Но я его всё равно любила.

— Прости, Купер, но тебе придётся найти другую даму сердца, — усмехнулась я.

И с удовольствием отметила, как его взгляд скользнул по Уитни.

Рядом с ним стоял Брент. Безупречный, как и всегда. Ещё во время съёмок я знала, что зрительницы от него с ума сойдут. Так и вышло. Едва наш сезон закончился, ему предложили стать следующим «Экстремальным холостяком». Кажется, его съёмки уже завершились, и я вполне могла бы выудить у него пару спойлеров.

Наконец, мой взгляд упал на последнего гостя на веранде. И в глазах вновь защипало.

Замыкая этот безумный, но такой родной круг, там стоял мой отец.

Я никогда не думала, что мне будет важно, придёт он или нет. Но узнав его лучше за последний год, я точно знала: я не хотела бы, чтобы он пропустил этот момент.

Когда я увидела их всех перед собой, меня, конечно, удивило их присутствие, но больше всего сбило с толку то, что каждый держал в руках телефон и, похоже, снимал нас.

— Зачем вам это записывать? Разве не проще выбрать одного человека для этого? — нахмурившись, спросила я.

Уэйд чуть крепче сжал мою руку, привлекая внимание.

— Дорогая, если можно...

Ах да, Уэйд. Я тут же повернулась к нему и беззвучно прошептала:

— Прости.

— Ровно год назад мы стояли с тобой на этом месте, — начал он. — Перед началом съёмок мне сказали, что если я окажусь в числе финалистов, то обязан буду сделать тебе предложение. Тогда это казалось мне полной нелепицей. Я ведь почти тебя не знал, а становиться на одно колено ради шоу казалось абсурдом. Но потом я узнал тебя. Десяти недель хватило, чтобы я понял: я готов сделать это. Не потому, что так требовали правила, а потому, что сам этого хочу. В каком-то смысле даже хорошо, что всё вышло иначе. Ни ты, ни я не любим, когда нам что-то навязывают. И я не знаю, как ты, но для меня было особенно приятно не дать им той концовки, которую они так ждали. Вместо этого мы сделали всё по-своему. Да, нам потребовался ещё год, чтобы прийти к этому моменту, но вот мы здесь. В окружении собственной съёмочной группы.

Уэйд обвёл рукой друзей и родных, и я невольно улыбнулась.

— Это та концовка, которую ты заслуживаешь. В окружении людей, которые любят тебя без условий. Эти месяцы с тобой стали лучшими в моей жизни, и я не могу представить ни одного дня без тебя. Я люблю тебя больше, чем могу выразить словами. Ники, окажешь ли ты мне честь стать моей женой и наполнить наш дом смехом и любовью?

Между пальцами он держал кольцо. Изящное, с единственным бриллиантом, сияющим в последних лучах солнца. Я задержала дыхание.

Оно было идеальным.

Конечно, оно было идеальным, ведь его выбрал Уэйд.

Я мысленно прокрутила его слова, стараясь запомнить каждую деталь, прежде чем ответить.

И вдруг нахмурилась.

Склонив голову набок, я взглянула на него в замешательстве. Он нервно сглотнул, кадык дёрнулся, а руки заметно задрожали.

— Эй, прости, дружище, но, похоже, она, наконец, осознала, что хочет быть со мной, — громко бросил Купер.

Друзья и родственники тихо рассмеялись, но смех вышел натянутым. Слишком долго я молчала.

Я проигнорировала Купера и опустилась на колени перед Уэйдом. Смотреть сверху вниз больше не хотелось. Так было лучше. Взгляд в глаза.

Я взяла его за руку. Ту, в которой не было кольца.

— Ковбой, кажется, ты неправильно назвал моё имя.

Брови Уэйда взметнулись вверх, он на секунду замер, осмысливая сказанное, а затем громко выдохнул и рассмеялся.

Он называл меня Ники всего раз в жизни. И это было, мягко говоря, в неподходящий момент. Очевидно, он не собирался делать этого снова.

Да, я была упрямой.

— Дорогая, ты меня убиваешь, — с улыбкой выдохнул он. — Забираю свои слова обратно.

Он потянулся, чтобы спрятать кольцо в карман, и у меня сердце замерло. Но стоило увидеть хитрую усмешку на его губах, как я тут же бросилась на него, обвивая руками за шею. Мы рухнули в траву.

— Нет! То есть да! То есть... Спроси ещё раз! — почти закричала я, уткнувшись носом в его шею.

Он рассмеялся, и я почувствовала, как этот смех вибрацией разливается в моей груди. Затем он сел, усадив меня сверху. Честно говоря, идеальная поза для предложения.

— Дорогая, я люблю тебя. Ты выйдешь за меня?

Он снова поднял кольцо.

— Люблю тебя больше всего на свете, Ковбой. Конечно, да!

Мой голос звенел от счастья, и я протянула дрожащую руку с безымянным пальцем, позволяя Уэйду надеть на него кольцо. Я даже не взглянула на него толком. Меня интересовало только одно: как заключить Уэйда в объятия и зацеловать. Раз за разом я шептала «да», запечатывая эти слова каждым прикосновением губ.

Где-то на фоне раздались радостные крики и аплодисменты, но в этот момент для меня существовал только Уэйд.

Он взял моё лицо в ладони и поймал мои губы в долгом, полном обещаний поцелуе. Это была точка в одной истории. И начало новой главы.

Когда мы поднялись на ноги, нас тут же окружили друзья и родные, а за нашей спиной раскинулся наш дом.

Наш дом.

Уэйд потянул меня за руку к крыльцу.

— Ты готова увидеть его изнутри, дорогая?

Я едва слышно прошептала:

— Да.

Во мне бушевало столько эмоций, что на большее не хватило слов.

Но когда он повёл меня вперёд, то я улыбнулась.

Я прошла долгий путь, чтобы найти себя. И благодаря Уэйду, всем, кто был здесь сегодня, и, чёрт возьми, даже этому шоу я точно знала, кто я и где моё место.

И это было самое прекрасное место на свете.

КОНЕЦ.