(не)любимая невеста Императора дракона

Глава 25

Тирон

Я сидел в тронном зале, где воздух был тяжёлым от запаха старого дерева, воска свечей и едкого дыма факелов, что пылали в бронзовых держателях вдоль стен.

Высокие своды потолка терялись в тенях, и их мрак, казалось, шептал о древних тайнах империи, о победах и предательствах, что видели эти стены. Мой трон, вырезанный из тысячилетнего дуба и украшенный когтями драконов, возвышался над длинным столом из чёрного дерева, за которым собрались маги и лорды совета.

Их голоса, резкие и напористые, наполняли зал, как рой разъярённых ос, и я чувствовал, как дракон внутри меня ворчит, требуя тишины. Откинувшись на спинку трона, пальцами лениво постукивал по подлокотнику, а взглядом скользил по лицам советников с отрешённой холодностью.

Но под этим моим равнодушием тлел жар – мой разум был далеко, в той деревне, где, я знал, пряталась Элина. Моя Элина, скрывшаяся под именем мадам Элли, чьи снадобья пленили двор и, как я подозревал, всколыхнули волков.

Совет гудел, споря о волках. Эта тема в последние недели стала их навязчивой идеей. Лорд Карвел, чьё лицо, покрытое морщинами, напоминало старую кору, ударил кулаком по столу, его голос гремел, как раскаты грома.

– Император, мы не можем больше медлить! – заявил он, его глаза сверкнули под седыми бровями. – Волки снова рыщут по нашей территории, их наглость растёт с каждым днём. Они отвергли ваши первые предложения, плюнули на ваше серебро! Если мы не ударим сейчас, они найдут своих истинных, окрепнут и станут угрозой, которую мы не сможем сдержать!

Маг Веларион, чья мантия переливалась синими рунами, кивнул, его длинные пальцы теребили свиток с отчётами.

– Лорд Карвел прав, мой император, – Сказал он гораздо мягче, но в его тоне чувствовалась ядовитая подоплека. – Пророчество о возвращении истинных волков не миф. Если они обретут своих избранных, их магия усилится. Мы уже видели, как их леса оживают – эти проклятые лунные колокольчики расползаются, как чума. Это знак, Тирон. Их сила растёт, и если мы не уничтожим их сейчас, они могут бросить вызов самой империи.

Я прищурился, мой взгляд скользнул по лицам советников. Некоторые кивали, их глаза горели жаждой действия, другие молчали, но их напряжённые позы выдавали согласие. Леди Селара, чьи волосы были стянуты в тугой узел, подалась вперёд, её голос был холодным, как сталь.

– Волки – это рана, которая гноится уже столетие, – произнесла она резко и с презрением. – Наши предки прогнали их, но не добили. Это была ошибка. Теперь они осмеливаются отвергать ваши дары, император. Они смеются над вами, над нами! Я предлагаю собрать легионы и выжечь лес до последнего дерева. Пусть их кости станут пеплом, а их магия – воспоминанием.

Гул одобрения пробежал по совету, кулаки стучали по столу, голоса сливались в единый призыв к войне.

Дракон во мне рычал, его чешуя проступала под кожей, требуя огня, требуя действия. Но я молчал, мои пальцы продолжали постукивать по подлокотнику, а мысли возвращались к Элине.

Её снадобья, магия и побег – всё это составляло загадку, которую я ещё не разгадал. Волки защищали её, и их дерзость была не просто бунтом, а вызовом мне лично. Но я не мог позволить совету узнать об этом. Для них моя невеста погибла, магия нестабильна, волки под моим контролем. Пусть так и остаётся.

– Довольно, – сказал я наконец, мой голос разрезал гул, как клинок. Все замолчали, их глаза устремились ко мне. – Вы говорите о войне, но забываете, что волки – не просто звери. Они хитры, они ждут нашего шага. Если мы ударим сейчас, не зная их сил, мы можем разжечь пожар, который не потушим.

Я выдержал паузу, мои глаза обвели совет, заставляя их опускать взгляды.

– Я решу, когда и как мы разберёмся с волками. А пока – ждите моих приказов.

Советники переглянулись, некоторые с недовольством, но никто не посмел возразить. Я знал, что они хотят крови, но я не собирался давать им её, пока не найду Элину. Она очень многое мне прояснит.

В этот момент дверь зала с грохотом распахнулась, прервав напряжённую тишину. Все головы повернулись, и я прищурился, увидев Дариана. Его плащ был покрыт дорожной пылью, тёмные волосы растрепались, а лицо, обычно спокойное, как озеро в безветрие, теперь было хмурым, почти злым. Его шаги гулко отдавались по мраморному полу, и я почувствовал, как дракон внутри меня насторожился, почуяв его ярость. Дариан остановился в центре зала, его глаза встретились с моими.

– Мой император, – учтиво и коротко склонил он голову, голос его при этом был резким, но сдержанным. – Мне нужна аудиенция. Немедленно.

Шёпот пробежал по совету, лорды и маги переглянулись, их лица выражали смесь любопытства и раздражения. Лорд Карвел нахмурился, но промолчал. Все знали куда именно я отправлял своего верного генерала.

Я приподнял бровь, не меняя позы, и лениво махнул рукой.

– Говори здесь, Дариан, – приказал небрежно. – Совет как раз обсуждает волков. Твои новости, я уверен, будут к месту. Что ты привёз?

Дариан сжал кулаки, его челюсть напряглась, и я увидел, как в его глазах мелькнула искра гнева – редкое зрелище для того, кто всегда держал себя в узде. Он шагнул ближе, его голос понизился, но в нём чувствовалась сталь.

– Это не для их ушей, Тирон, – сказал он, почти рыча. – Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

Совет замер, ожидая моего ответа, их глаза метались между мной и Дарианом, как у собак, ждущих команды. Я медленно поднялся и кивнул.

– Хорошо. Совет окончен. Оставьте нас.

Лорды и маги, перешёптываясь, начали вставать, их мантии шелестели, как листья на ветру. Когда тяжёлые двери закрылись за последним из них, я повернулся к Дариану.

– Идём, – бросил, не оборачиваясь, и направился к боковой двери, ведущей в мои личные покои.

Кабинет встретил нас полумраком, освещённым лишь парой свечей на столе и отблесками закатного солнца, что пробивались сквозь узкое окно. Я остановился у стола, скрестив руки, и повернулся к Дариану, который закрыл дверь за собой с глухим стуком. Его лицо было напряжённым, и я видел, как его пальцы сжимают рукоять меча, висящего на поясе.

– Говори, – приказал холодно еще испытывая раздражение за его выходку перед советом. – Что ты узнал у волков?

Дариан сделал глубокий вдох, его глаза сузились, и он заговорил торопливо и негромко.

– Я ездил к волкам, как ты велел, – начал он, шагая по комнате, словно зверь в клетке. – Встретился с их вожаком, Рейном, и его стаей. Они… они вновь не приняли твоё предложение. Ни земли, ни титулы, ни подданство их не интересуют. Они плюнули на сундук с серебром, Тирон. Буквально. Этот Эрн, их горячая голова, чуть не разнёс его в щепки.

Он остановился, его взгляд стал ещё мрачнее.

– Но это не всё. У них появилась истинная. И знаешь, кто она? Мадам Элли.

Я замер, чувствуя, как жар дракона в груди вспыхнул, словно факел, брошенный в сухую траву. Мадам Элли. Элина. Моя Элина. Истинная волков? Мой разум отказывался это принимать, но сердце знало – это не случайность. Всё сходилось, как кусочки мозаики. Она изначально была с ними заодно? Как далеко зашли уже их отношения? А как давно они вместе? Элина выросла в тех местах... А Лисса вполне могла соврать о сроках нахождения волков на моей территории.

– Истинная? – переспросил я, мой голос был тихим, но в нём звенела угроза. – Ты уверен в том, что говоришь?

Дариан кивнул, его лицо было мрачным, но в его глазах мелькнула тень сомнения.

– Так сказал Рейн, их вожак, – ответил он. – Он смотрел мне в глаза и говорил с такой уверенностью, что я почти поверил. Он сказал, что мадам Элли – не просто деревенская девчонка, делающая зелья. Она его истинная и они не отдадут её. Они готовы принять наш вызов, Тирон.

Я отвернулся к окну, глядя на город, раскинувшийся внизу, где огни факелов начинали загораться, как звёзды в ночи. Элина – истинная волков.

Эта мысль жгла меня, как раскалённое железо. Она сбежала от меня, от императора, от моей власти, и теперь укрылась среди этих зверей, которые осмелились бросить мне вызов. Мой дракон рычал, требуя огня, требуя полететь туда и выяснить все, потребовать объяснений. Но я заставил себя дышать ровно, мои пальцы сжали подоконник, оставляя следы на мраморе.

Медленно я повернулся к Дариану, который стоял у двери, его широкие плечи были напряжены, а рука всё ещё сжимала рукоять меча, словно он готовился к бою прямо здесь. Его лицо, высеченное, как из гранита, было хмурым, но в глазах тлела не только ярость – там была тень чего-то личного, глубокого.

– Я сам всё проверю, Дариан, – проговорил ледяным тоном. – Я должен убедиться, что это она, что всё именно так, как ты говоришь. Но об этом никто не должен знать. Ни одна живая душа.

Я сделал паузу, мои глаза впились в его, ища малейший намёк на сомнения.

– Совету не стоит испытывать такие потрясения. Они и без того готовы выжечь всё. Если они узнают, что Элина с волками, это только подольёт масла в огонь.

Дариан кивнул, его взгляд был твёрдым, как у воина, привыкшего выполнять приказы, даже если они шли вразрез с его собственными мыслями.

– Конечно, Тирон, – ответил он с непреклонной решимостью. – Никто ничего не узнает. Я прослежу.

Я кивнул, но мой взгляд задержался на нём. Дариан был суров, как скала, его мужество и благородство были легендой в империи. Он был моим лучшим генералом, человеком, который не раз смотрел смерти в лицо, ведя легионы против врагов, чьи мечи и магия могли бы сломить любого. Но сейчас в его глазах была тень усталости, боли, которую он скрывал под маской воина.

Я замечал это и раньше – в последние месяцы он стал тише, его плечи словно несли невидимый груз. Дела империи всегда были на первом месте, но теперь, в тишине кабинета, я решил спросить.

– Дариан, – начал мягко. – Ты выглядишь так, будто несёшь на себе гору. Что случилось? Говори. Я не твой император сейчас, а твой друг.

Он замер, его рука дрогнула на рукояти меча, и я увидел, как его челюсть напряглась, словно он боролся с самим собой. Дариан никогда не говорил о личном – это было не в его натуре. Он отвёл взгляд, глядя на свечи, чьи языки пламени дрожали на столе, и заговорил надломленно.

– Полли… – его голос дрогнул, выдавая боль, которую он так тщательно скрывал. – У неё случился очередной выкидыш. Третий за два года. – Он сжал кулаки, его пальцы побелели. – По всем законам и традициям империи, я обязан отправить её в монастырь. Найти другую, которая… сможет дать мне наследника. – Он замолчал, его глаза потемнели, и я увидел в них не только боль, но и любовь, глубокую, почти мучительную. – Но я не могу, Тирон.

Я приподнял бровь, чувствуя, как дракон внутри меня фыркнул. Полли. Полианара. Я помнил, как Дариан, суровый и непреклонный генерал, потерял голову от этой молодой девушки с золотыми локонами и смехом, как звон колокольчиков. Он ухаживал за ней, как рыцарь из старых легенд, приносил ей цветы с южных полей. Я тогда не понимал его помешанности, его одержимости ею. Заменил бы – и дело с концом. Но сейчас, глядя на него, я видел, что это не так просто.

– Чего ты тянешь, Дариан? – спросил я, мой голос был холодным, но в нём звучала лёгкая насмешка. – Почему не заменишь старую кобылу на новую? Ты генерал империи, тебе нужен наследник. Традиции есть традиции.

Дариан резко поднял голову, его глаза вспыхнули, и я почувствовал, как воздух в комнате стал тяжелее. Его голос, когда он заговорил, был низким, но полным сдерживаемой ярости.

– Полли – не кобыла, Тирон, – отчеканил он холодно. – Она моя жена, моя любовь, моя душа. Я не могу просто вышвырнуть её, как сломанную вещь. Ты можешь не понимать этого, но я не откажусь от неё, даже если законы требуют этого. – Он замолчал, его грудь тяжело вздымалась, и я видел, как он борется с собой, разрываясь между долгом и желанием мне врезать за мои слова. – Я знаю, что должен подчиниться традициям, но… я не могу потерять её.

Я покачал головой не понимая этой слабости. Любовь. Какое странное, человеческое чувство, способное сломить даже такого, как Дариан – героя, который не боялся ни огня, ни стали. Я вспомнил Элину и почувствовал, как мой собственный гнев смешивается с чем-то, что я не хотел признавать. Но я отогнал эти мысли, сосредоточившись на Дариане.

– Тогда реши это, – пожал я плечами. – Съезди в своё поместье. Поговори с Полли, с матушкой. Убедись, что всё в порядке. Я даю тебе время. За эти дни я сам отправлюсь к волкам, выясню всё об этой… истинной. – Я сделал паузу, мои глаза сузились. – И приму окончательное решение по ним. Но помни, Дариан – ни слова совету. Это мой приказ.

Дариан кивнул, его лицо смягчилось, и в его глазах мелькнула благодарность, редкая для человека, чья жизнь была подчинена долгу.

– Спасибо, Тирон, – сказал он тихо. – Матушка прислала письмо, пишет, что беспокоится за Полли. Говорит, что она не встаёт с постели, что её здоровье… – Он замолчал, его рука снова сжала рукоять меча. – Я должен быть там. Убедиться, что она в порядке.

Я покачал головой, провожая взглядом своего сурового генерала, который шёл к двери. Дариан, герой бесчисленных битв, человек, который смотрел в глаза смерти и смеялся ей в лицо, теперь выглядел потерянным из-за женщины. Из-за какой-то бабы...

Его шаги гулко отдавались в тишине кабинета, и я остался один, глядя на город за окном. Элина. Волки. Истинная. Я найду её – и докажу, что ни волки, ни их магия, ни их «истинная» не остановят императора.

Тогда я еще не знал, что все мои планы полетят в бездну...