(не)любимая невеста Императора дракона

Глава 42

Элина

Я очнулась от глубокого сна, словно вынырнула из тёмной, вязкой воды, где не было ни света, ни воздуха.

И первое, что я увидела, было хмурое лицо Рейна, склонившегося надо мной. Жёлтые глаза волка, обычно такие хищные, были полны тревоги, а губы сжаты в тонкую линию, как будто он сдерживал слова, которые не хотел произносить.

Пещера вокруг была холодной, её каменные стены отражали слабый свет костра, потрескивающего в углу. Воздух пах дымом, травами и чем-то едким, как будто кто-то недавно варил зелье.

Голова гудела, тело казалось чужим, слабым, словно каждая мышца была налита свинцом. Я попыталась сесть, но Рейн мягко, но твёрдо прижал мою руку к соломенной подстилке.

– Лежи, – буркнул он недовольно, но в тоне его сквозила забота. – Ты нас всех напугала, Элина.

В непонимании хлопала ресницами, пытаясь собрать мысли, которые расплывались, как дым. Губы пересохли, язык ворочался с трудом, но я заставила себя заговорить.

– Что… что случилось? – скрипуче спросила я, чувствуя, как страх сжимает грудь. – Я… я была без сознания?

Рейн кивнул, его брови сдвинулись, и он бросил взгляд в сторону костра, где, прислонившись к скале, спал Тирон. Лицо его, даже во сне, было напряжённым, бледным, с тёмными кругами под глазами.

Доспехи императора были покрыты грязью и кровью, а рука лежала на рукояти меча, как будто он был готов вскочить в любой момент.

Отвернулась, не желая смотреть на него. Его присутствие было неприятным. Оно напоминало о боли, о смерти бабушки, о том, что всё это — его вина.

Мой взгляд вернулся к Рейну, и я ждала ответа.

– Ты была без сознания почти двое суток, – продолжил он неторопливо. – Дело в тёмной магии. Лисса запечатала твою магию, чтобы защитить тебя, когда ты сбежала от… него.

Рейн кивнул в сторону Тирона, не называя его имени.

– Ты отказалась от ее тёмной магии, и твоё тело начало отторгать заклятье. Твоя светлая магия спала, не боролась. Но мы дали тебе отвар. Он снизил негативный эффект.

Нахмурилась, пытаясь осмыслить его слова. Отвар?

Я вспомнила горький вкус на губах, слабое тепло, что разлилось по венам. Мои пальцы коснулись лба, всё ещё влажного и горящего, видимо после жара, что терзал тело, но сейчас температура явно начинала спадать.

– Всё прошло? – спросила с сомнением. – Заклинание ушло?

Рейн покачал головой, его глаза потемнели, и он опустил взгляд, как будто не хотел встречаться с моим.

– Нет, – сказал он тихо. – Чары остались, но они больше не подавляют твою светлую магию. Ты… стабилизировалась. Пока.

Я сглотнула, чувствуя, как страх смешивается с облегчением. Моя магия, светлая, чистая, как бабушка учила, всё ещё была со мной, но тень тёмного заклятья всё ещё висела надо мной, как облако.

Я хотела спросить больше. Например, как ему удалось в таких условиях найти нужные ингредиенты и приготовить отвар, но усталость накатывала, и я просто кивнула, переводя взгляд на потолок пещеры, где капли воды поблёскивали в свете костра.

– Как всё прошло? – спросила осторожно, имея в виду битву. – Что будешь делать дальше?

Рейн вздохнул, его плечи опустились, и он провёл рукой по волосам, спутанным и влажным.

– Мы отступили, – сказал с горечью волк. – Деревни больше нет. Всё сгорело. Мы… мы пойдём дальше, в леса, где нас не найдут. А потом…

– К Ледяным драконам, – раздался ненавистный мне голос. Низкий и хриплый ото сна. Я вздрогнула, повернув голову. Тирон проснулся, его тёмные и усталые глаза, смотрели на нас с Рейном. Бывший император сидел, прислонившись к скале, но его поза была величественной, как будто он всё ещё был владыкой империи, несмотря на грязь и раны. – Мы идём к Ледяным драконам.

Рейн нахмурился, во взгляде его вспыхнуло недовольство, и он шагнул к Тирону, его аура вожака стаи волков давила, как тяжёлый воздух перед бурей.

– С чего ты решил, что мы пойдём туда, дракон? – прорычал он раздраженно. – Это не твоя территория, твои враги. А мы не твои подданные.

Тирон встал, его движения были медленными, но уверенными, несмотря на боль, что отражалась в его глазах. Он посмотрел строго на Рейна.

– У меня с Ледяными драконами мир, – произнес он ровно. – Император Гедеон мне должен. Они помогут мне вернуть трон и снять чары с совета. Они помогут нам всем. Моё возвращение на трон и в твоих интересах, волк. Ведь только я могу объявить вас не врагами и дать земли.

Рейн фыркнул, его губы изогнулись в саркастической усмешке.

– Чары? – переспросил он с насмешкой, явно игнорируя последнее замечание Тирона. – О каких чарах ты говоришь, дракон? Не такой уж ты был плохой император, да? Во всем виновата магия, – Рейн сделал паузу, его глаза сузились. – Или это просто попытка оправдать свой провал? Нежелание признавать, что император ты был посредственный.

Тирон не отвёл взгляд, его челюсть напряглась, но он ответил спокойно, почти холодно.

– Еще до того, как ты появился в лесу, я возглавил империю, я воевал несколько лет. И не в такой заварушке, как была сегодня. Ты когда-нибудь видел, как атакует ледяной дракон, волк? А после поднимал послевоенную империю. Лично помогал каждой деревни, чем мог. И Совет избрал я, как и не раз стоял плечом к плечу с Дарианом. Поэтому точно могу сказать теперь, проанализировав их поступки и поведение, что действуют они не по своей воле, – отчеканил он зло. – Мой друг, мой генерал, не тот, кем был. Не стал бы он предавать меня, не стал бы кутить с девками, пока его жена ждёт дома. И воинам своим не позволил бы пить. Кто-то управляет ими. Чары, магия, назови как хочешь. Но я найду способ их снять. И Ледяные драконы помогут.

Рейн смотрел на него долго, его глаза буравили Тирона, как будто тот искал ложь или подвох. Наконец, он кивнул, его лицо было хмурым, но в нём мелькнула тень уважения.

– Хорошо, – бросил он коротко. – Но если это ловушка, дракон, я сам вырву тебе горло.

Я молчала, чувствуя, как усталость и боль сжимают моё сердце. Я не хотела смотреть на Тирона, не хотела говорить с ним. Но я знала, что он прав — нам нужна была помощь. И если Ледяные драконы могли дать нам шанс, я не могла отказаться.

Мы выступили на рассвете, наша группа — волки, Тирон и я — двигалась молча через лес.

Холодный ветер хлестал по лицу, мои ноги ныли, но я шла, стиснув зубы, игнорируя Тирона, который шёл впереди, его плащ развевался, как знамя. Я не говорила с ним, не смотрела на него.

Моя душа кричала от боли, но я знала, что должна держаться. Волки из разведки донесли тревожные вести: по всей империи нас объявили в розыск. За головы Тирона, волков и мою назначили награду.

Мы были изгоями, преследуемыми, как звери. Но я хотела одного — чтобы всё закончилось, чтобы мы жили в мире, чтобы больше не было крови и огня.

К полудню мы вышли к границе земель Ледяных драконов. Перед нами раскинулся огромный мост через скалистую пропасть, его каменные арки были покрыты инеем, а на той стороне возвышались два громадных каменных дракона, их глаза, вырезанные из сапфиров, сверкали в свете солнца. У моста стояли воины в белых доспехах, их копья и луки были наготове, а лучники на скалах навели на нас стрелы, как только мы приблизились.

– Стойте! – крикнул один из воинов, его голос был резким и командным. – Назовите себя!

Тирон шагнул вперёд, скинув капюшон. Он выпрямился, его поза была полной достоинства, как будто он всё ещё был императором, а не беглецом.

– Передайте императору Гедеону, что император Тирон пришёл к нему лично, – произнёс он громко и его голос разнёсся над пропастью, как раскат грома.

Смотрела на него и сердце сжималось в груди. Он был тем, кто разрушил мою жизнь, но в этот момент я видела в нём решимость, силу, надежду. И я молилась, чтобы Ледяные драконы стали нашим спасением.