Неожиданное отцовство. Инструкция не прилагается

Глава 17

Станислав

В ответ на моё невинное предложение Эрика пронзает меня острым, как раскалённый шампур, взглядом. И если бы не её беспомощность, то, можно не сомневаться, она меня самого пустила бы на шашлык.

Я хотел немного разрядить искрящую между нами напряжённость, пока она не превратилась в неприступную стену. Но Мальвина пресекает моё старание ледяным, словно антарктический айсберг, тоном:

— Ничего не нужно, — бросает, цедя сквозь зубы.

Три слова. Короткие. Острые, как наточенный клинок, разрезают звенящую тишину, давая понять, что стена уже выросла. Непробиваемая и непреодолимая. И любая попытка пробиться сквозь эту броню обречена на провал.

— Ладно. — Мне остаётся лишь отступить, чтобы попытаться найти хоть какую-нибудь ниточку, которая станет мостиком, а не стеной.

Любое отступление всегда даётся тяжело.

Не так я представлял себе эту встречу, и уж точно не ожидал наткнуться на ничем не прикрытую, как статуя Давида, ненависть.

«Ничего не нужно».

Эти три слова эхом отдаются в голове, но я стараюсь не концентрироваться на них. Всё-таки сейчас первостепенно важно оформить доверенность, чтобы не дать лишний повод любителю совать свой длинный нос в чужую семью натравить на Юлю органы опеки.

Ну, Витюша, мразина ты бесчеловечная, до тебя я тоже доберусь!

Всё своё негодование я направляю на этого морального урода, а не на Эрику.

Пока еду в лифте, включаю убавленный звук на телефоне и замечаю три пропущенных звонка от Кашинского.

Этому что ещё могло понадобиться?

Пялюсь на экран, решая, звонить или не звонить?

Перезвоню позже.

Быстрыми, решительными шагами преодолеваю расстояние по пропускного пункта. Но узкий проход к выходу преграждает пожилая женщина, которая очень медленно переставляет ноги, опираясь на своего спутника.

Снова звонит Кашинский, и такое нетерпение совершенно не свойственно отцу Эллы. Пожар у него что ли?

Терпеливо жду, пока пройдёт женщина, и принимаю вызов.

— Слушаю.

— Станислав! — В голосе Романа звучат недовольно-нетерпеливые нотки.

Уже готовлюсь к допросу, почему я сразу не ответил на его звонки, но отец Эллы переходит сразу к делу:

— Ты должен подъехать. Нужно поговорить. — Получаю короткие команды, мало чем отличающиеся от «Фас!» или «Сидеть!».

— «Прямо сейчас» не получится.

Всё-таки Кашинский подождать может, а вот гадёныша-Витюшу мне необходимо опередить. Здесь счёт идёт на минуты.

— Что значит, не можешь?!

— Мне нужно оформить нотариальную доверенность.

— Что за доверенность?

— По уходу за ребёнком.

— Оформишь завтра, — небрежно отмахивается.

Только завтра выходной, и придётся ждать понедельника. А давать такую жирную фору Витюне я не собираюсь. Поэтому с Кашинским или кем-то ещё я буду разговаривать, когда у меня на руках будут заверенные документы на Юлю. Как-то не хочется, чтобы меня задержали среди дня или ночи, обвинив в похищении ребёнка. А с мерзавца-Вити и не такое станется.

— Нет. До завтра это подождать не может. Мне нужно это сделать очень срочно.

— Станислав! — Кашинский давит на меня своим голосом.

— Роман, я уже сказал: сначала — доверенность, потом — я могу быть в твоём распоряжении.

Мой ответ заставляет несостоявшегося тестя заскрежетать зубами.

— Хорошо. Назови адрес, и нотариус сейчас подъедет.

Вот это я понимаю! Совсем другой разговор!

Витюня, теперь ты однозначно в пролёте!

Подхожу к Юле, которая тут же вскакивает с места.

— Как мама?

— Передаёт тебе привет.

— Поговорили? — Василькова впивается в меня обеспокоенным взглядом.

Наш скромный диалог разговором назвать можно с очень большой натяжкой.

— Эрика согласилась подписать доверенность, — отвечаю так, как есть.

— Что ж, уже неплохо. Ты сейчас к нотариусу?

— Нет. Ждём здесь. Нотариус сейчас подъедет.

Василькова дёргает бровью, и в женском взгляде мелькает уважение.

Но у меня перед глазами стоит другой взгляд, полный неприкрытой ненависти, которая мне не совсем понятна. Точнее, совсем не понятна. Да, Эрика растила дочь одна. Но, чёрт возьми, как я мог об этом знать?!

— Эрика не говорила, почему она скрыла от меня рождение Юли?

— Понимаешь, Станислав, тут такое дело… Эрика уверена, что ты знал об этом.

— Знал? — таращусь на молодую женщину. — Это шутка?

Это уже второй, совершенно неожиданный «сюрприз» за очень короткое время. Интересно, это последний, или судьба ещё держит в рукаве парочку завалявшихся презентов?

— Не думаю.

— Она что-нибудь говорила об этом?

— Нет. — Василькова качает головой. — Эрика не желала говорить на эту тему. Совсем. И если бы не эта вынужденная ситуация…

— То я так и не узнал бы о Юле, — заканчиваю за неё.

— Боюсь, что именно так бы и было, — соглашается Есения.

Перевожу взгляд на Юлю, которая снова застывает, вытянувшись от напряжения.

Теперь, по крайней мере, мне хоть как-то понятно нежелание Эрики меня видеть. Она была уверена, что зная о ребёнке, я просто испарился. Только у меня всё равно не сходится уравнение. Она же сама заблокировала все свои контакты. Зачем?

Наверное, пришло время задать все эти вопросы Эрике.

— Когда можно будет получить доверенность? — уточняю у присланного Кашинским нотариуса, когда тот собирается уходить.

— Сейчас не обязательно иметь при себе бумажную версию. Я уже внёс информацию в ФНП. Вам будет достаточно считать QR-код c помощью смартфона.

— А если мне всё-таки понадобится бумажная? — перестраховываюсь. Ну мало ли! Предосторожность лишней не бывает.

— За бумажной вам придётся подъехать в офис.

— Я могу это сделать сегодня? — Бросаю взгляд на часы. Времени предостаточно.

— Да, конечно. Вы можете подъехать в рабочее время. Вам всё распечатают и выдадут. Ещё вопросы будут?

— Да. Я смогу отозвать доверенность? — подаёт голос Эрика.

Стреляю в неё вопросительным взглядом. Зачем?!

Но Эрика напрочь игнорирует, смотрит мимо, словно меня здесь вообще нет!

— Разумеется. Но для этого вам лично придётся приехать в нотариальную контору. — Нотариус дипломатично намекает, что в её состоянии это делать неразумно.

Вот! Наконец-то хоть кто-то адекватный!

Протягиваю ладонь, с искренним уважением собираясь пожать заверителю руку в знак благодарности. Но нотариус тут же портит всю малину!

— Станислав Юрьевич, Роман Александрович просил вам напомнить, что он ждёт вас, чтобы обсудить детали вашей с Эллой Романовной свадьбы.