Неожиданное отцовство. Инструкция не прилагается

Глава 49

Станислав

— Андрюх, я сейчас, — на ходу бросаю Карелину и, не дожидаясь ответа, иду в отдел детских игрушек.

До вылета — ещё полтора мучительных часа. Сидеть на месте у меня совершенно не хватает терпения. Тело требует движения, словно это может ускорить время. Я бы уже рванул пешком, если бы в этом был хоть какой-то смысл. Но крупица здравомыслия ещё осталась в моей голове, поэтому придётся томиться в ожидании в переполненном зале аэропорта.

— Стас, ты опять? — летит мне в спину.

Отмахиваюсь. Да, я опять. И я ничего не могу с собой поделать.

— Если что, то у нас забронировано всего два места, — вежливо напоминает Ларионов, намекая, что нас просто не пропустят в самолёт.

Я помню.

Но разумные доводы — ни Андрюхи, ни кого-то ещё — до меня не доходят, если речь заходит о Юльке. И потом мы уже прошли контроль, так что всё остальное уже не считается!

Со стороны я, наверное, выгляжу ненормальным, когда пытаю продавцов своими вопросами, чтобы всего лишь выбрать подарок для девочки. Но мне хочется привезти самое лучшее для своей дочери, чтобы ей точно понравилось. Стоит лишь представить её радость, меня накрывает так, будто это не я покупаю подарки, а сам получил от судьбы бесценный приз.

— Теперь всё? — со смехом интересуется коллега, даже не пытаясь сохранить серьёзное выражение лица, когда я возвращаюсь с плюшевым медведем под мышкой.

Этот Потапыч словно специально дожидался, когда я его заберу.

— Не знаю, — отвечаю честно, чувствуя себя опьянённым от счастья, что через несколько часов я буду дома.

Дом.

Раньше для меня это было просто слово. Но с появлением в моей жизни Юли оно обрело другой, самый настоящий смысл.

Но как же невыносимо медленно тянется время!

— Стас, если что, то у нас в городе тоже есть магазины детских товаров. — Никак не унимается Карелин.

Пусть развлекается. Мне не жалко. А ведь не так давно я сам насмехался над ним, глядя на его глупую, но такую же счастливую физиономию, что в глубине души, наверное, даже немного завидовал. Только тогда я не понимал этого.

— Серьёзно?! — переспрашиваю с таким удивлением, будто слышу об этом впервые.

Хотя ведь не так давно детские игрушки меня вообще никаким боком не касались.

— Можешь мне поверить.

Да я верю! Но как объяснить человеку, что купленное дома — это совсем не то! Одна и та же, даже абсолютно одинаковая кукла будет выглядеть по-другому только потому, что «папа привезёт её из командировки». К тому же Андрюха уже «отец со стажем», а я пока ещё «новобранец». Но, чёрт возьми, мне безумно нравится быть папой!

Я так соскучился по своим девочкам, что не могу спокойно усидеть в самолёте. Мне не терпится поскорее увидеть сияющее личико Юльки и обнять Эрику.

Эрика.

Засыпать без неё целую неделю было настоящим мучением. Я безумно соскучился по её губам, рукам, тихим стонам. От одной мысли о своей Мальвине кровь ударяет в голову.

Я везу подарок и ей. Правда, он совсем небольшой, если судить по размеру и весу.

Эрика

— Мамочка, папа приехал! — дочь оглушает своим криком, таким, что его наверняка слышит весь дом, и несётся в прихожую.

— Юля, осторожнее! — бросаю вдогонку, но не уверена, что она меня вообще слышит.

Всю неделю она только и делала, что пересматривала видеосообщения и считала оставшиеся дни, когда вернётся её папа.

Выглядываю в окно и вижу идущего Стаса.

«Приехал».

Внутри разливается такое тепло, словно солнце пробилось сквозь тучи после долгой зимы. Моё сердце замирает, но тут же начинает биться чаще, предвкушая радость встречи.

Я знаю, что сейчас он войдёт, и дом наполнится его улыбкой, шутками, теплом, его запахом — всем тем, чего нам с Юлей так не хватало.

— Папа!

Сумки летят на пол, а Стас ловит на руки одну очень нетерпеливую особу, которой я сейчас очень завидую. Я тоже безумно хочу прямо сейчас оказаться в этих объятиях, но пока приходится уступить место дочке.

Я поднимаю с пола так небрежного брошенного плюшевого мишку и стою в сторонке.

— Папочка, я очень-очень по тебе соскучилась, — не отпуская шею Стаса, шепчет Юля.

С трепетом и переполняющим счастьем в душе я наблюдаю за своей маленькой, но в то же время безгранично огромной вселенной, чувствуя себя самой счастливой женщиной на свете.

— Я тоже соскучился, — произносит Стас дрогнувшим голосом, и наши взгляды встречаются.

«И я. Я тоже соскучилась. Очень».