Невинная вдова для императора

Глава 45. Обещание

Кэйтлин

Визит в Центр помощи нуждающимся удался на славу. Я даже не ожидала, что Бенедикт прислушается к моим доводам и сразу поручит министру призрения реформу домов престарелых. Когда я полгода назад побывала в подобном приюте, то ужаснулась условиям содержания подопечных. В голове потом долго бродили мысли о том, как помочь старикам, но ни одну я не смогла реализовать, понимая, что все рычаги управления находятся на самом верху. И вот я решила воспользоваться случаем — как оказалось, не зря.

Обед прошёл великолепно. Я сидела рядом с Бенедиктом, слушая его разговор с директором центра, и удивлялась тому, как император с удовольствием ест простую пищу. А вот невесты не горели желанием насытиться. Данита и Хлоя делали вид, что едят, ковыряя поданные блюда ложками, и только Мирабет сидела, словно лом проглотив, и даже не притронулась к приборам.

Когда делегация в полном составе вернулась во дворец, император попросил всех проследовать в тронный зал. Там он объявил, что графиня Мирабет ди Белур выбывает из отбора и возвращается домой. Девушка злобно зыркнула на меня, сжав кулаки, отдала брошку участницы церемониймейстеру и гордо вышла из зала. Теперь она думает, что я виновата в её провале.

Раз претенденток осталось всего двое, Бенедикт объявил, что четвёртый и пятый туры пройдут одновременно в эту пятницу, то есть уже послезавтра. Он попросил невест приготовить речь об их планах по служению государству, если вдруг им выпадет честь стать императрицей.

И конечно, император обрадовал Даниту предстоящим завтра свиданием. Она, естественно, знала, что настал её черёд, так как Хлоя уже ходила на свидание с Его Величеством. Завтра вечером они отправятся в планетарий.

Вернувшись в свои покои, я с удивлением обнаружила огромный букет алых роз на столике в гостиной. От кого цветы, даже гадать не пришлось. Вдохнула нежный аромат и прикрыла глаза, вспоминая неожиданное свидание с Бенедиктом в погребе и чем оно закончилось. Призналась любимому под напором его мучительных ласк. Давно хотела рассказать ему о детях, да только никак смелости не могла набраться, а он сам обо всём узнал и догадался. Поэтому, когда Бенедикт искренне попросил у меня прощения за горячий допрос, я не могла сердиться. Почти все мои тайны известны любимому, даже дышать легче стало.

Стук в дверь прервал поток моих мыслей, и я отошла от столика.

— Войдите, — я убрала счастливую улыбку с лица.

— Миссис ди Меррит, нужно поговорить, — на пороге появилась маркиза ди Келлей. Её хмурый взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Прошу, — я указала на кресло и сама села в такое же напротив.

— Какой красивый букет, — девушка заметила цветы и подошла к ним, рассматривая. — Кто подарил?

— Никто. Просто попросила слуг срезать. Люблю свежие цветы, — не моргнув глазом, соврала я. — О чём вы хотели поговорить со мной, леди Данита?

— О завтрашнем свидании, — маркиза развернулась и уселась в кресло, пристально смотря на меня. — Я не хочу, чтобы вы завтра присутствовали на нашем с императором свидании.

— Вот как, — хмыкнула я. — Это почему же?

— Ни одно свидание, организованное вами, не прошло успешно, — язвительно процедила она.

— Думаете, это я виновата? А разве не люди вашего отца устроили ловушку для Белинды? Она чуть не погибла.

— Что? Нет, конечно, — нахмурилась леди. — Зачем ему лишние хлопоты? Он и так с вами уже договорился. Скорее всего, это дело рук родственников графини ди Белур. Белинда и Мирабет не ладили с самого начала. Они постоянно цеплялись друг к другу.

— Возможно, вы правы, — согласилась я. Этот вариант тоже исключать нельзя. — Если Его Величество прикажет мне присутствовать на вашем свидании, я не могу его ослушаться.

— Тогда сделайте так, чтобы Его Величество согласился отпустить вас, — с нажимом произнесла Данита. — Придумайте что-нибудь.

— Хорошо, я постараюсь, но не обещаю, — кивнула я и сжала челюсти, внутренне напрягаясь.

— И ещё. Послезавтра бал, на котором я должна отыскать под маской императора, — девушка отцепила от лацкана платья маленькую булавку с прозрачным камнем на одном конце. — Это магический маячок со слабым зарядом. Перед балом обязательно поговорите с императором и незаметно приколите артефакт к его одежде.

— Как вы это себе представляете? — фыркнула я. — Это же булавка, а я не карманник, у которого ловкие руки.

— Это не моя проблема, но я должна опознать Его Величество по этой вещице, — невозмутимо ответила маркиза. — Сделаете как надо, и мой отец вас хорошо отблагодарит.

— Я постараюсь, — выдавила я улыбку.

— Вот и отлично, — её голос сразу смягчился. — Надеюсь не увидеть вас завтра на свидании.

— С удовольствием побуду дома с детьми в это время.

Маркиза гордо поднялась с кресла и покинула мои апартаменты. Вот ведь зараза, красивая и хитрая. Интересно, если бы не я проводила отбор, выбрал бы Бенедикт её в жёны?

Хватит думать о маркизе. Нужно поговорить с императором, заодно поблагодарю за цветы.

Бенедикт оказался в своём кабинете, как я и думала. Стража впустила меня без слов.

— Кэтти, — лицо любимого сразу просияло, как только он поднял голову от рабочего стола, — рад тебя видеть.

Он встал и тут же заключил меня в свои горячие объятия.

— Ваше Величество, я по делу, — попыталась я увернуться от его настойчивых губ, но быстро сдалась, так как сама жаждала его ласки.

Мы долго целовались, наслаждаясь друг другом, словно не расстались буквально полчаса назад. Колени ослабли, став ватными, и уже еле держали меня.

— Хватит, я не целоваться сюда пришла, — отпрянула я от императора, но он в одно мгновение увлёк меня на диван, усадив к себе на колени.

— Я весь день только и думал о том, чтобы поцеловать тебя, моя ночная фиалка, — вкрадчиво прошептал Бенедикт, отчего неприличные мысли сразу полезли в мою голову. — Соскучился по твоим губам.

— Я тоже соскучилась, но у меня правда есть дело к тебе, — и достала из кармана булавку-артефакт. — Данита приходила и требовала от меня, чтобы я приколола эту вещь к твоей одежде перед началом бала. А ещё чтобы я завтра не появлялась в планетарии. Наверное, хочет общаться с тобой без лишних свидетелей.

— Возможно, — император скривил губы и взял булавку, рассматривая её.

— Честно, я не хочу смотреть на то, как Данита будет флиртовать с тобой, — вздохнула я. — Лучше отправлюсь домой и проведу день с детьми, подумаю, что сказать им о тебе. Заодно заеду в брачное бюро, проверю, как там идут дела.

— Хорошо. Мне будет проще на свидании, — он вздохнул и уткнулся носом мне в шею, — а то, боюсь, стану смотреть всё время на тебя, а не на Даниту. Нельзя, чтобы она заподозрила что-то о наших отношениях. Булавку я забираю. Не переживай, приколю её куда следует.

— Вот и договорились, — я улыбнулась, смотря в глаза любимого, в которых он не смог скрыть тревогу. — Есть что-то новое о заговорщиках?

— Есть, но я не хочу зря тревожить тебя. Мои люди занимаются этим делом, — Бенедикт ласково погладил моё плечо.

— Обещай, что всё закончится хорошо, — у меня вдруг стало тревожно на душе.

— Могла бы не просить об этом. Я сделаю что в моих силах, чтобы ты и дети были в безопасности, — уверенный взгляд тёмных глаз не давал усомниться в словах императора.

— И спасибо за цветы, они прекрасны, — прильнула я к его широкой груди, вдыхая знакомый аромат лаванды.

— Я готов подарить тебе целый мир, не только цветы, — горячо шептали его уста возле моих губ, и сильные руки крепко обнимали меня. — Жди меня, теперь ни одна твоя ночь не пройдёт без меня.

— М-м-м, заманчивое обещание, — закусила я губу, борясь с собой, чтобы самой не накинуться с поцелуями на любимого.

— К сожалению, не могу сейчас уделить тебе больше времени, — он вздохнул и чмокнул меня в губы. — Мне нужно встретиться с Эдвардом, он с минуты на минуту придёт.

— Уже ухожу. Жду тебя — обещания надо выполнять, — я игриво улыбнулась, и Бенедикт нехотя отпустил меня из своих объятий.

Весь вечер я провела в ожидании: приняла ароматную ванну, уложила волосы, надела чулки с кружевными подвязками, полупрозрачную сорочку и шёлковый пеньюар. Зажгла аромалампу, и комнату наполнил лёгкий цветочный аромат. Ждала, что вот-вот откроется дверь в спальню и я увижу Бенедикта, но он что-то не торопился.

Часы уже показывали, что полночь миновала, а императора всё не было. Я зевнула, решив прилечь, и не заметила, как уснула под одинокий стук собственного сердца.

Разбудили меня ласковые руки и вкрадчивый шёпот Бенедикта:

— Прости, я опоздал.

— Думала, ты уже забыл о своём обещании, — промурлыкала я, переворачиваясь на спину.

— Никогда, слышишь, никогда я не нарушу его, — и горячие губы накрыли мои уста.