Невинная вдова для императора

Глава 49. Перстень

Бенедикт

Едва сын взял мою руку, как перстень блодеров засветился алым.

— Что это? — удивился Рэй, смотря на мой артефакт. — Магия?

— Точно, магия, — опешил я, разглядывая камень, который окрасился в кровавый цвет, став снова рубином, а не чёрной шпинелью. Затем перевёл взгляд на сына, который до сих пор держал мою руку. Догадка осенила меня. — Кэйти, дети родились ночью?

— Да, после полуночи, — кивнула любимая, тоже не понимая, что происходит с моим артефактом.

— Кажется, теперь я знаю, что произошло с перстнем той ночью, почти пять лет назад, — я отпустил руку Рэя, и камень погас, оставшись красным, как и полагается рубину. Он снова стал активным, словно проснулся от долгой спячки.

— Я ничего не понимаю, — удивлёно произнесла Кэтти. — Что это за кольцо? И почему камень изменил цвет?

— Это родовой артефакт, который я получил от отца, когда мне исполнилось четырнадцать лет. Перстень создал архимаг Ордена блодеров более пяти веков назад, их магия была замешана на крови. Ордена давно нет, но некоторые магические артефакты дошли до наших дней. Правда, не всё известно о них, как выяснилось. В ночь, когда ты родила двойняшек, мой артефакт уснул, став чёрным. Видимо, рождение моего наследника как-то отразилось на его магии. Интересно, почему отец мне ничего об этом не говорил. А матушка, кажется, знала, но не могла толком объяснить.

Я снял перстень с руки и протянул его сыну.

— Ты мой наследник, Рэйнард. Артефакт отреагировал на тебя, а значит, ты теперь его новый хозяин. Возьми его. Носи перстень пока как подвеску. Когда станет впору, наденешь на палец.

Сын неуверенно смотрел на артефакт.

— Рубин обладает мощной магией и всегда защищает своего хозяина. Бери. Я буду спокоен за тебя и Никки, зная, что вы под надёжной защитой. Надёжнее, чем сто охранников, — я кивнул на кольцо. Мальчик нахмурился, но всё же протянул руку и взял перстень. Камень вспыхнул на мгновение и снова погас.

— Спасибо, — прошептал Рэй, разглядывая очередной подарок.

— Я найду для тебя цепочку, чтобы ты смог носить кольцо на шее, — Кэтти подошла к сыну и погладила его по голове. Потом посмотрела на меня. — Спасибо, Бенедикт.

— Боги всевышние! Ну и вечерок выдался, — вздохнула тётушка.

— Никки, Рэй, вам давно пора спать, — Кэтти указала на настенные часы.

— Я не хочу, — заупрямился сын, зажав перстень в кулаке, а в другой руке держа меч.

— И я не хочу, — вторила ему сестрёнка.

— Дети, маму надо слушаться, — я выразительно посмотрел на своих чад. — Уже поздно.

Малышей мы укладывали вместе с Кэйтлин. Я с удовольствием окунулся в новую для себя роль отца. Почитал им сказку, потом отвёл Рэя в его спальню, Кэтти увела Никки. Я понимал, что рано ещё ждать от детей привязанности ко мне и выражения каких-то тёплых чувств. Но когда я протянул руку сыну, он крепко пожал её и вкрадчиво прошептал: «Хорошо, что у меня есть папа». У меня от радости чуть сердце не выпрыгнуло. Значит, принял меня.

Потом я пожелал спокойных снов дочери, зайдя к ней. А вот Никки меня удивила. Она обняла меня за шею маленькими ручками.

— Спокойной ночи, папа, — прошептала она. — Не уходи только.

От её слов у меня в груди расширилось невероятное чувство счастья. Я обнял дочь и тихо ответил:

— Я теперь буду с вами, — и чмокнул её в щёку. — Спокойной ночи, моя принцесса.

Укрыл малышку одеялом, ещё раз взглянул на неё и вышел из комнаты.

— Ну как они? — Кэтти стояла за дверью, ожидая моего появления.

— Я больше переживал, — улыбнулся и притянул любимую за талию. — Они чудесные. Никки даже обняла меня. Да и Рэй рад, только старается не показывать этого.

— Сын характером пошёл в тебя. Чую, вы с ним ещё пободаетесь, — на губах любимой появилась улыбка.

— Не без этого, наверное, но я счастлив безмерно, что пришёл именно сегодня, — я огляделся в коридоре и завлекающе прошептал: — И где же твоя спальня, ночная фиалка?

— Ты на что намекаешь? — взгляд её упал на мои губы.

— Не намекаю, а прямо говорю, что устал и хочу спать, но сначала зацелую тебя до головокружения, — и прильнул к желанным губам любимой.

— Бен, ты собрался тут ночевать? — она увернулась от моей ласки.

— Ты забыла, что я обещал тебе? Я не привык разбрасываться обещаниями. К тому же портал не получится открыть до рассвета, я предупреждал. — На этот раз любимая не стала увиливать и ответила на мой поцелуй.

— Пойдём, — она взяла меня за руку и повела по коридору, толкнула следующую дверь, и мы оказались в просторной спальне. Кровать, конечно, не такая большая, как в дворцовых комнатах, но нам точно места хватит. Хотя… можно начать с другого места. И я прижал любимую к стене, обрушив на неё жадные поцелуи. Больше ни одной ночи порознь…

Утомлённые после бури страсти, мы лежали на шёлковых простынях, обнимая друг друга. На удивление, я ощущал, что мой магический резерв уже был полон. Хоть сейчас открывай портал, но до рассвета я точно никуда не уйду.

— Завтра нелёгкий день, нужно выспаться, — мои пальцы перебирали тёмные шёлковистые локоны, от которых шёл головокружительный аромат ночной фиалки.

— Не спится мне, — Кэтти вздохнула и, приподнявшись на локте, взволнованно посмотрела на меня. — Помнишь, ты обещал выполнить любую мою просьбу?

— Конечно, помню. Я готов исполнить хоть миллион твоих желаний, только скажи, — и погладил её бархатную щеку.

— Что бы ни случилось между нами, никогда не бросай наших детей. Ты нужен им, — голос у любимой дрогнул.

— Боги! Кэтти, откуда у тебя такие мысли? — я притянул её к себе и крепко обнял. — Даже думать не смей, что мы можем расстаться. Я люблю тебя, люблю наших детей. Вы нужны мне как воздух. Я не смогу жить без вас. Неужели ты это ещё не поняла?

— Просто обещай мне, — прошептала она, уткнувшись в моё плечо.

— Обещаю, глупенькая моя, — и тут до меня дошло. — Ты так боишься завтрашнего бала?

— Боюсь, очень боюсь.

— Всё пройдёт хорошо. В зале будет куча безопасников, замаскированных под гостей, — поспешил я успокоить любимую.

— Мне почему-то кажется, что ты неслучайно решил именно сегодня познакомиться с детьми, — Кэтти подняла голову и пристально посмотрела на меня.

— У меня просто лопнуло терпение. Я безумно хотел увидеть тебя и малышей, — конечно, я не стал говорить любимой о том, что меня на самом деле тревожило. — Всё, хватит волноваться и переживать. Спи, Кэтти, отдыхай.

— Погоди. Я хочу кое-что тебе отдать, — она вдруг встрепенулась и подскочила с кровати, сверкая своими обнажёнными прелестями. Я недоумённо наблюдал за тем, как Кэтти что-то ищет в шкатулке на комоде.

— Вот! — она захлопнула крышку и повернулась ко мне, зажав кулак. Вернувшись ко мне в постель, раскрыла ладонь, на которой лежали две золотые запонки с рубинами. — Держи. Надень их завтра на бал, чтобы я смогла опознать тебя.

Я взял в руки одну и покрутил её, рассматривая. У меня чуть челюсть не отвисла, когда я понял, что это.

— Не может быть. Ты сохранила их? Кэтти… — сердце затопила радость. — Я же оставил запонки, чтобы ты смогла сдать их в ломбард.

— Знаю, но мне не хотелось их продавать, — она скромно опустила глаза. — Джуди мне тогда помогла, и мне не пришлось с ними расставаться.

— И ты всё это время хранила их.

— Да, как память о нашей первой ночи. Ты наденешь их завтра?

— Конечно, — я чмокнул её в губы. — Ты сможешь опознать меня на маскараде не только по этим запонкам. В петлице моего фрака будет маленький букетик ночных фиалок. Запомнила?

— Такой знак я точно не забуду, — Кэтти вдруг села на меня сверху, словно наездница, и игриво взглянула на меня. Я сразу ощутил новый прилив желания от ласкающих движений её пальчиков по моей груди.

— Похоже, нам не суждено сегодня выспаться, — прохрипел я, скользнув рукой вверх по её обнажённому животу и сжал упругую грудь, играя затвердевшим соском.

— Тебя никто за язык не тянул, — томно вздохнула она, выгибая спину. — Сам обещал быть со мной каждую ночь.

— С превеликим удовольствием буду исполнять своё обещание, — простонал я, когда Кэтти начала двигать бёдрами, ощутив под собой мой наливающийся возбуждением член.

Надеюсь, это не последняя наша ночь… Я ведь дал слово…