Ошибка реинкарнации

Глава 17. Пещера Иллюзий, или Оскар за лучшую роль супружеской пары

Полупрозрачный дух-хранительница, сотканная из лунного света и занудства, парила перед радужным барьером. Она улыбалась той самой снисходительной улыбкой, которой операционистки в банках сообщают, что ваша заявка на кредит отклонена.

— Вы должны доказать свою искренность, — повторила она, ее голос звучал как перезвон хрустальных бокалов. — Лишь те, чьи души сплетены узами истинной любви и доверия, могут ступить в обитель Слезы Дракона. Войдите как муж и жена, или сгиньте во тьме.

За нашими спинами, из серого тумана Проклятого Леса, донесся жуткий, многоголосый вой. Земля под ногами мелко завибрировала. Стая костяных гончих, и, судя по звукам, не одна, взяла наш след. Времени на долгие переговоры не было.

Шэнь Цзыжань стоял как громоотвод, в который только что ударила молния. Его спина была неестественно прямой, а глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас выражали панику, которую он отчаянно пытался скрыть.

— Искренность? — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Это иллюзия. Магический тест. Мы не.

Он замолчал, бросив на меня взгляд. В этом взгляде было все: осознание того, что мы в шаге от смерти, и абсолютное, непреодолимое нежелание переступать ту черту, которую мы так тщательно оберегали последние дни.

— Босс, — я шагнула к нему вплотную, игнорируя боль в расцарапанном плече. Мой голос был спокойным, но настойчивым, как у переговорщика с террористами. — У нас форс-мажор. Если мы не пройдем этот фейс-контроль, нас сожрут. Отключите свою гордость Грандмастера. Включите прагматизм. Мы должны сыграть.

— Сыграть? — он посмотрел на меня так, словно я предложила ему станцевать канкан. — Перед духом Пещеры Иллюзий нельзя "сыграть". Барьер читает эмоции. Если это фальшь — нас испепелит на месте.

[Дзинь! Система вмешивается!] — ворвался в мою голову механический голос. — [Пользователь! Ваш уровень владения тропом "Фейковые отношения" равен 100%. Для обхода барьера Система временно отключит блокираторы ваших истинных эмоций. Рекомендуемое действие: Меньше слов, больше тактильности. Действуйте!].

— Что ж, тогда нам придется быть очень убедительными, — пробормотала я.

Я не дала ему времени на раздумья. Я шагнула в его личное пространство, нарушая все мыслимые правила субординации. Я обхватила его лицо обеими руками — мои пальцы, измазанные землей и запекшейся кровью, легли на его идеально-бледные скулы.

Цзыжань вздрогнул. Его мышцы напряглись до каменного состояния. Он попытался отстраниться, но я удержала его.

— Смотри на меня, — приказала я, глядя прямо в его грозовые глаза. — Не на духа. Не на барьер. На меня.

Он сглотнул. Кадык на его горле дернулся.

— Линь Юэ.

— Вспомни площадь, Цзыжань, — я понизила голос до интимного шепота, заставляя его слушать только меня. Я говорила то, что действительно чувствовала, позволяя эмоциям, обычно скрытым за корпоративным цинизмом, выйти наружу. — Вспомни, как ты подставился под отравленный кинжал ради меня. Как ты отдал свою честь на арене. Зачем ты это сделал? Ради долга? Нет. Ты сделал это, потому что тебе не все равно.

Его дыхание сбилось. Я чувствовала жар его кожи под своими ладонями.

— А я — я сделала глубокий вдох, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. — Я вытаскивала яд из твоего тела, отдавая свою ци, потому что мысль о том, что ты умрешь, была для меня страшнее казни. Это не фальшь. Это факт. Мы привязаны друг к другу. Мы — команда. И я доверяю тебе свою жизнь.

Я медленно скользнула руками по его шее, переплетая пальцы на его затылке, зарываясь в длинные, жесткие черные волосы.

— Ты доверяешь мне? — прошептала я, касаясь своим лбом его лба.

Шэнь Цзыжань закрыл глаза. Я чувствовала, как дрожит его дыхание. Вся его ледяная броня, все правила Белого Лотоса, вся его холодная логика трещали по швам.

Он не ответил словами.

Его руки, сильные и горячие, вдруг легли на мою талию, прижимая меня к себе с такой силой, что я охнула. Он зарылся лицом в мои волосы, судорожно вдыхая мой запах.

— Доверяю, — выдохнул он, и это слово прозвучало как капитуляция.

Мы повернулись к радужному барьеру, не разрывая объятий. Его рука крепко держала меня за талию, моя лежала на его груди, прямо над сердцем, которое колотилось как сумасшедшее.

Дух-хранительница склонила голову, внимательно изучая нас. Ее прозрачные глаза, казалось, просвечивали нас насквозь.

Я затаила дыхание. Если Система ошиблась, если моей "искренности" и его прорвавшихся эмоций не хватит — нас сейчас размажет по скалам.

Барьер пошел мелкой рябью. Цвета начали смешиваться, сливаясь в чистый, ослепительно-белый свет.

— Истинная связь обнаружена, — пропел дух, и в ее голосе прозвучали нотки удивления. — Свет и тень, лед и пламя Необычно. Но искренне. Проходите, супруги.

Барьер расступился, образуя арку.

Мы шагнули внутрь.

В ту же секунду за нашими спинами раздался оглушительный рев. Волна мутантов вырвалась из тумана, бросаясь на скалы. Но радужный барьер мгновенно сомкнулся, отбрасывая тварей назад снопами искр. Мы были в безопасности.

Я выдохнула так резко, что чуть не осела на пол.

Но Цзыжань не отпустил меня. Мы стояли в коротком туннеле, ведущем вглубь пещеры, освещенном мягким голубым сиянием Слезы Дракона, которая находилась где-то впереди.

Он все еще держал меня за талию. И он смотрел на меня так, что у меня пересохло во рту.

Его глаза, обычно напоминающие холодное грозовое небо, сейчас были темными, почти черными. В них не было льда. В них был пожар. Тот самый пожар, который он прятал за маской Грандмастера.

— Босс мы прошли квест. Можете отпустить меня, — попыталась я пошутить, но голос предательски дрогнул.

— Ты сказала, что я должен забыть о гордости и сыграть роль, — его голос был низким, хриплым, вибрирующим от сдерживаемого напряжения. Он не убрал руки. Наоборот, он прижал меня еще ближе. — Но то, что ты говорила мне это была игра, Линь Юэ?

Я сглотнула.

Мой внутренний кризис-менеджер орал благим матом: «Отступай! Не смешивай личное и рабочее! Он опасен!».

Но женщина во мне, которая последние дни выживала на одном адреналине и рядом с этим невероятным мужчиной, просто послала все правила к черту.

— Ни одного слова, Цзыжань, — прошептала я, глядя на его губы. — Я не умею врать, когда дело касается инвестиций в жизнь.

Он издал звук, похожий на сдавленный стон.

А затем он поцеловал меня.

Это не было похоже на легкое, романтическое касание из глупых сериалов. Это было похоже на то, как человек, умиравший от жажды в пустыне, наконец дорвался до воды.

Его губы накрыли мои с отчаянной, почти грубой силой. Его руки скользнули по моей спине, прижимая меня к себе так крепко, что мне стало трудно дышать. От него пахло сандалом, кровью, озоном и мужчиной.

Я не отстранилась. Я ответила на поцелуй, обвивая его шею руками, путаясь пальцами в его длинных волосах. Моя золотистая ци, видимо, тоже решила поучаствовать — она вспыхнула, отзываясь на его ледяную энергию, которая сейчас обжигала меня жаром.

Мир вокруг перестал существовать. Не было ни Проклятого Леса, ни изгнания, ни турниров. Был только этот темный туннель, голубое сияние и его губы на моих.

[Дзинь! Критический уровень романтики!] — система буквально зашлась в экстазе фанфар. — [Достижение разблокировано: «Растопить ледник»! Начислено 1000 очков! Пользователь, вы официально сломали главного героя!].

Поцелуй длился, казалось, вечность. Когда мы наконец оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха, мы оба тяжело дышали.

Шэнь Цзыжань прижался лбом к моему лбу. Его глаза были закрыты.

— Это безумие, — прошептал он. Его голос дрожал. Великий Грандмастер Империи, который не дрогнул перед секирой, сейчас был абсолютно обезоружен.

— Это называется тимбилдинг, Грандмастер, — я попыталась улыбнуться, хотя мои губы горели, а сердце выпрыгивало из груди. — Крайне эффективный метод сплочения коллектива.

Он тихо, прерывисто рассмеялся. Это был первый раз, когда я слышала, как он смеется. Не издевательски, не надменно, а по-настоящему.

Он медленно, неохотно отстранился, хотя его рука все еще лежала на моем плече (аккуратно, чтобы не задеть рану).

— Нам нужно забрать артефакт, — сказал он, возвращая себе подобие самоконтроля, хотя его глаза все еще блестели.

Мы пошли дальше по туннелю.

Пещера Иллюзий внутри оказалась огромным гротом. Стены были покрыты кристаллами, которые отражали свет. В центре грота, на природном постаменте из черного обсидиана, парила Слеза Дракона.

Это была капля размером с кулак, сотканная из жидкого, вращающегося света. От нее исходило мягкое тепло и ощущение абсолютной чистоты.

— Прекрасно, — выдохнула я.

Цзыжань подошел к постаменту.

— Не прикасайся голыми руками, — предупредил он. — Чистая энергия Ян может сжечь неподготовленные меридианы.

Он оторвал еще один кусок ткани от своей многострадальной робы, осторожно обернул им артефакт и взял его в руки.

Как только Слеза Дракона покинула постамент, пещера слегка дрогнула.

— Она у нас. Что теперь? — я оглянулась на выход.

— Теперь мы найдем безопасное место внутри Леса, — Цзыжань посмотрел на сияющий сверток в своих руках. — Слеза очистит пространство в радиусе полумили. Туман рассеется, мутанты не смогут войти. У нас будет тридцать дней покоя.

Он посмотрел на меня. В его взгляде больше не было холода. Там была уверенность. И что-то еще, от чего у меня по спине пробежали приятные мурашки.

Мы вышли из пещеры. Мутанты снаружи, почувствовав мощь Слезы Дракона, с воем разбежались.

Мы шли по Проклятому Лесу, и там, где мы проходили, туман отступал, открывая нормальную, зеленую землю. Деревья выпрямлялись. Мертвая зона превращалась в оазис.

— Тридцать дней, — задумчиво произнесла я, шагая рядом с ним. — Без совещаний, без судов и без интриг. Звучит как отпуск.

Цзыжань слегка сжал мою руку, которую он взял в свою (и, кажется, не собирался отпускать).

— Отпуск, — эхом отозвался он. — Мне нравится это слово из твоего мира.

Я улыбнулась.

Возможно, изгнание в Проклятый Лес было не самым худшим наказанием. Особенно если ты проводишь его с человеком, который ради тебя готов сломать все правила этого мира.