Ошибка реинкарнации

Глава 31. Выбор и жертва, или Поход на Пик Смерти в счет будущих дивидендов

Холод.

Этот холод не был похож на его собственную морозную ци, к которой он привык за годы культивации. Этот холод был вязким, липким, пробирающим до самых костей. Яд Изумрудного Дракона — концентрированная эссенция смерти, выведенная Мастером Гуем, — разъедал его изнутри.

Шэнь Цзыжань чувствовал, как останавливается его сердце. Он слышал крик Линь Юэ — пронзительный, полный отчаяния звук, который рвал душу сильнее, чем отравленный клинок плоть. Он пытался поднять руку, пытался сказать ей, чтобы она уходила, но тьма уже затапливала сознание.

«Я не смог защитить ее», — это была его последняя, горькая мысль.

А затем тьму разорвал взрыв.

Ослепительный, обжигающий золотой свет пробил толщу ледяного мрака. Это было похоже на то, как солнце прорывается сквозь грозовые тучи. Свет хлынул в его остывающие меридианы, выжигая яд, выталкивая смерть. Это было больно. Это было невыносимо прекрасно.

Тук.

Сердце дрогнуло.

Он резко, судорожно втянул в себя воздух, наполняя легкие запахом озона и мокрого пепла.

Цзыжань открыл глаза.

Дождь смывал кровь с его лица. Он лежал на мокрой брусчатке Центральной Площади. Над ним возвышалось Древнее Древо Сакуры, сияющее очищенным, мягким розовым светом. Вокруг суетились стражники Императора и мастера Белого Лотоса.

Но он не видел их. Он видел только одно.

Алиса лежала рядом с ним. Ее лицо было белым, как мел. Губы посинели. Ее руки, измазанные в его крови, безвольно раскинулись на камнях. От ее тела не исходило ни капли золотистой ци. Она была пуста. Вычерпана до самого дна.

Цзыжань рывком сел, игнорируя дикую боль в спине, где все еще зияла рана от клинка.

Он схватил ее на руки, прижимая к своей груди.

— Алиса! — его голос сорвался, прозвучав хрипло и страшно. Он приложил пальцы к ее шее. Пульс был нитевидным, почти неосязаемым. Ее тело было ледяным.

— Грандмастер! Вы живы! — к нему бросился Лю Чэнь, падая на колени. — Леди Линь она отдала свою жизненную силу. Она использовала технику абсолютной передачи.

— Замолчи! — рыкнул Цзыжань. Его глаза, обычно спокойные, сейчас горели диким, загнанным огнем. Он не мог потерять ее. Не сейчас. Не после того, как она заставила его снова почувствовать себя живым.

Он положил ладонь на ее грудь и пустил свою ци в ее тело. Но его ледяная магия, обычно спасительная, не работала. Ее меридианы были разрушены, они не могли удержать энергию.

— Целителей! Немедленно! — заорал он, поднимаясь на ноги с Алисой на руках.

— Грандмастер, — к нему подошел начальник Императорской стражи, обнажив меч. — Дворец требует отчета. Император приказал доставить вас.

Цзыжань даже не повернул головы. Он просто посмотрел на стражника краем глаза. И этого взгляда, полного абсолютного, нечеловеческого гнева, хватило, чтобы начальник караула попятился, опуская оружие.

Грандмастер взмыл в воздух, игнорируя запрет на полеты над столицей. Он летел на Пик Холодного Облака быстрее, чем когда-либо в своей жизни.

Прошло два дня.

Пик Целителей, еще недавно боровшийся с эпидемией Темной Ци, теперь боролся за одну-единственную жизнь.

Алиса лежала на кровати в закрытой палате. Ее дыхание поддерживалось сложной системой алхимических капельниц и травяных окуриваний. Вокруг суетились лучшие врачи клана, включая чудом выжившую Сяо Мэй, которая не отходила от постели своей спасительницы.

Цзыжань стоял у окна, скрестив руки на груди. Он не спал и не ел с момента возвращения. Его рана на спине была наспех зашита, но он отказывался от лечения, пока она не придет в себя.

Дверь тихо скрипнула. В палату вошел Главный Целитель. Его лицо было скорбным.

— Грандмастер, — старец поклонился. — Мы сделали все возможное. Отвар Истинной Сакуры очистил остатки Скверны из ее крови. Но проблема не в яде.

— В чем проблема? — голос Цзыжаня был ровным, но от этой ровности у целителя задрожали руки.

— Ее духовное ядро расколото. Когда она влила в вас свою жизненную силу, она буквально вырвала кусок своей души. Тело живо, но сознание оно блуждает между мирами. Она в коме. И, боюсь, шансов на пробуждение нет. Ее меридианы угасают. К утру ее не станет.

В палате повисла мертвая тишина. Сяо Мэй тихо всхлипнула, закрыв лицо руками.

Цзыжань медленно повернулся к кровати. Он смотрел на бледное лицо женщины, которая ворвалась в его жизнь, перевернула ее вверх дном, научила смеяться, нарушать правила и любить. Женщины, которая называла его «боссом» и постоянно говорила странными словами.

Она не могла просто уйти. Она не имела права бросить его здесь одного.

— Есть способ, — тихо произнес Цзыжань.

Целитель вскинул голову.

— Грандмастер, это невозможно! Медицина здесь бессильна.

— Медицина — да. Но не магия. — Цзыжань подошел к кровати и опустился на одно колено, беря холодную руку Алисы в свои ладони. — В запретных свитках Белого Лотоса описывается Ритуал Обратной Связи. Если один человек отдал свою душу, чтобы спасти другого, второй может вернуть ее.

Старец побледнел как полотно.

— Ритуал Обратной Связи?! Грандмастер, вы в своем уме?! Этот ритуал требует не просто ци! Он требует катализатора! Вам понадобится Плод Жизни, который растет только в самом центре Пика Смерти! И даже если вы найдете его, вам придется отдать половину своей собственной духовной силы! Вы навсегда потеряете статус Великого Мастера! Вы станете обычным культиватором!

— Статус — это пыль, — повторил Цзыжань слова, которые сказал ей после турнира. Он поднес руку Алисы к губам и нежно поцеловал тонкие пальцы. — Если я не могу защитить ту, которую люблю, зачем мне моя сила?

Он встал. В его глазах больше не было отчаяния. Была только стальная, непреклонная решимость.

— Сяо Мэй, — он повернулся к ученице. — Поддерживай ее жизнь. Не дай ее телу остыть. Я вернусь до рассвета.

— Шицзунь, вы не можете пойти на Пик Смерти снова! Ваше тело еще не восстановилось! Тьма убьет вас! — закричала девушка.

Но Шэнь Цзыжань уже не слушал.

Пик Смерти оправдывал свое название. Это была не гора, а открытая рана на теле Империи. Голые, черные скалы, изрезанные трещинами, из которых вырывался удушливый зеленый газ. Небо здесь всегда было затянуто багровыми тучами.

Цзыжань приземлился у подножия. Использовать левитацию дальше было нельзя — потоки Темной Ци мгновенно сбивали любые летающие артефакты.

Он выхватил свой стальной меч (ледяной он по-прежнему берег для крайнего случая) и шагнул во тьму.

Путь к центру Пика был дорогой через ад. Мутанты, обитающие здесь, были в десятки раз сильнее тех, что мы встретили в Проклятом Лесу. Это были высшие демоны.

На первом же уступе его атаковала стая Каменных Гаргулий. Твари, сотканные из гранита и скверны, пикировали с неба, разрывая когтями воздух.

Цзыжань двигался как механизм. У него не было времени на долгие бои. Он использовал Пространственный Шаг, перемещаясь за спины монстров, нанося точные, смертоносные удары в сочленения их каменных крыльев. Его белые одежды быстро покрылись черной кровью.

Рана на спине открылась. Боль пронзала тело при каждом движении, но он игнорировал ее. В его голове билась только одна мысль: Алиса. Ее холодные руки. Ее останавливающееся сердце.

Он прорубался сквозь орды демонов, поднимаясь все выше. Воздух становился ядовитым. Цзыжань задерживал дыхание, используя внутреннюю циркуляцию ци, но Темная энергия все равно проникала сквозь поры, пытаясь отравить его разум, шепча ему о слабости, о том, что он опоздал, что она уже мертва.

— Заткнись, — прорычал он, разрубая надвое огромного Демона-Паука, который попытался оплести его кислотной паутиной.

К полуночи он достиг вершины.

В самом центре кратера, окруженное озером кипящей черной лавы, росло небольшое, изогнутое деревце. На его ветвях не было листьев. Лишь один-единственный, светящийся мягким, пульсирующим золотым светом плод. Плод Жизни.

Но дерево не было беззащитным.

Озеро лавы взбурлило. Из черной жижи медленно поднялась колоссальная фигура. Хранитель Пика Смерти. Демон-Ифрит, сотканный из магмы и ненависти. Ростом с десятиэтажный дом, с рогами, упирающимися в багровые облака.

— Смертный — голос Ифрита заставил скалы содрогнуться. — Ты пришел за тем, что тебе не принадлежит.

Цзыжань остановился на краю кратера. Он тяжело дышал, его левая рука висела плетью — Паук успел задеть нерв. Его резерв ци был на исходе.

Обычный человек отступил бы. Обычный Грандмастер вызвал бы подкрепление.

Но Шэнь Цзыжань не был обычным.

Он закрыл глаза на долю секунды. Он вспомнил ее наглую улыбку, когда она угрожала принцу Чжао. Вспомнил, как она назвала его "своим самым выгодным активом".

Он открыл глаза. И в них полыхнул абсолютный, смертоносный лед.

— Я пришел забрать то, что спасет ее, — тихо сказал Цзыжань, поднимая меч. — И ты меня не остановишь.

Ифрит взревел и обрушил на него огромный кулак из лавы.

Цзыжань не стал уклоняться. Он выставил навстречу всю свою оставшуюся магию.

— Абсолютный Ноль! — прокричал он древнее заклинание Белого Лотоса, которое не использовал никто уже тысячу лет. Заклинание, сжигающее собственные меридианы ради колоссального выброса силы.

Ледяной взрыв, равный по мощи извержению вулкана, ударил вверх.

Кулак Ифрита, столкнувшись с абсолютным холодом, мгновенно застыл, превратившись в хрупкий обсидиан. Ударная волна пошла дальше, замораживая озеро лавы, покрывая демона коркой тысячелетнего льда.

Хранитель Пика застыл огромной ледяной статуей.

Цзыжань рухнул на колени. Кровь хлынула из его рта. Использование Абсолютного Ноля разрушило почти половину его духовного ядра. Он чувствовал, как его сила уходит, как его статус величайшего воина тает вместе с кровью.

Но ему было плевать.

Он с трудом поднялся, цепляясь за замерзшие скалы. Шатаясь, он дошел до центра кратера, сорвал Плод Жизни и спрятал его за пазуху.

— Я иду, Алиса, — прошептал он, теряя сознание. Последним усилием воли он активировал экстренный телепорт на Пик Холодного Облака.

Вспышка света забрала его с замерзшего Пика Смерти.

Мужчина, который пожертвовал своим бессмертием ради любви, возвращался домой.