Ошибка реинкарнации

Глава 32. Видение в коме: Выбор между Манхэттеном и Пиком Холодного Облака

Вспышка ослепительного белого света погасла, оставив меня… в тишине.

В абсолютно ватной, стерильной тишине, которую нарушал лишь мерный, монотонный гул кондиционера.

Я моргнула, пытаясь сфокусировать зрение. Мое дыхание, еще секунду назад срывавшееся на хрип под проливным дождем, вдруг стало ровным и спокойным. Я сидела в своем кожаном кресле. Том самом, ортопедическом, за две тысячи долларов. За панорамным окном пятьдесят восьмого этажа ползли серые тучи, и мелкий нью-йоркский дождь размывал огни Манхэттена.

На столе из красного дерева царил идеальный порядок. Стопка свежераспечатанных графиков рентабельности. Белая фарфоровая чашка с давно остывшим эспрессо. Мой серебряный «Паркер».

Я опустила взгляд на свои руки. Чистые. Свежий французский маникюр. Никаких сбитых в кровь костяшек, никакой въевшейся грязи Проклятого Леса, никаких шрамов от демонических когтей. На мне был строгий темно-синий брючный костюм, который сидел как влитой.

— Алиса Андреевна? — раздался мягкий, почти синтетический голос от дверей.

Я медленно повернула голову. На пороге стоял мужчина в безупречно скроенном сером костюме. Его лицо было настолько симметричным и лишенным эмоций, что казалось сгенерированным нейросетью. На его бейдже значилось короткое: «СИСТЕМА. Отдел кадров и реинкарнации».

— Что происходит? — мой голос прозвучал сухо. Я не кричала. Опыт антикризисного управления подсказывал: если ты не понимаешь, где находишься, сначала собери данные.

Мужчина прошел в кабинет и сел на стул для посетителей, закинув ногу на ногу.

— Происходит закрытие контракта, Алиса Андреевна, — он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Вы пережили тяжелый кризис. Ваш микроинфаркт на рабочем месте был купирован бригадой скорой помощи. Пока вы находились в состоянии клинической смерти, ваш мозг, чтобы защититься от шока, сгенерировал сложную, многоуровневую симуляцию.

— Симуляцию? — я прищурилась, чувствуя, как внутри закипает глухое раздражение.

— Именно. Империя Шэнь, культиваторы, поединки на мечах, магия… — он снисходительно развел руками. — Вы всегда любили жанр фэнтези, не так ли? Ваша ассистентка постоянно включала вам аудиокниги. Ваш мозг просто взял эти образы и создал квест на выживание. Очень креативно для топ-менеджера.

Я положила руки на стол. Поверхность была холодной и гладкой. Слишком гладкой.

— Хотите сказать, что Шэнь Цзыжань — это просто плод моего воображения? Что я не выжигала яд из его груди? Что он не ломал свои принципы ради меня?

— Абсолютно верно, — кивнула Система в человеческом обличье. — Это метафора вашего внутреннего конфликта. Но теперь все закончилось. Симуляция завершена. Вы проснулись. Завтра вас выпишут из клиники. Совет Директоров впечатлен вашей преданностью компании: вы чуть не умерли на рабочем месте. Вам предлагают должность CEO и опцион на акции, который сделает вас долларовым миллионером к концу года.

Он положил на стол передо мной золотую ручку.

— Ваша жизнь здесь — это безопасность, статус и комфорт. Никаких покушений. Никакого Синдиката Теней. Никаких деревянных циновок вместо кровати. Вы победили, Алиса. Просто подпишите акт приемки-передачи, и этот «сон» навсегда сотрется из вашей памяти, не мешая строить реальную карьеру.

Я смотрела на ручку. На график рентабельности. На серый, унылый дождь за окном.

Это было то, к чему я стремилась всю свою взрослую жизнь. Я зубами выгрызала себе путь на вершину корпоративной пирамиды. Я пожертвовала личной жизнью, сном, здоровьем ради этого кабинета. И вот оно — все лежит на блюдечке. Стопроцентный профит. Нулевые риски.

Я взяла ручку. Металл холодил пальцы.

Мужчина в сером костюме одобрительно кивнул.

Я поднесла стержень к бумаге.

«Твои слова звучат как изощренная ложь, Линь Юэ» — вдруг пронесся в моей голове низкий, бархатистый голос, от которого по спине пробежали мурашки.

Я замерла.

«Если ты сдашься, бой будет остановлен. Да, мы проиграем. Но ты останешься жива».

Запах. В стерильном, очищенном кондиционерами воздухе офиса вдруг отчетливо запахло сандалом, озоном и кровью.

«Я не отдам тебя. Ты слышишь меня, Алиса? Я. Тебя. Не. Отдам».

Я опустила глаза на свои руки. Французский маникюр мигнул, как глитч на мониторе, и на долю секунды я увидела под ногтями грязь, а на коже — свежие ожоги от золотистой ци.

Мое сердце, которое билось так ровно и правильно, вдруг сжалось от острой, физической, невыносимой боли. Это была не боль инфаркта. Это была боль разлуки.

— Что-то не так, Алиса Андреевна? — голос Системы лязгнул металлом. Иллюзия дружелюбия начала трескаться.

— Коэффициент возврата инвестиций (ROI) не сходится, — тихо сказала я.

Я отложила ручку.

— Простите? — мужчина нахмурился.

— Вы предлагаете мне безопасную жизнь, — я подняла на него взгляд. Мои карие глаза сузились. — Жизнь, в которой я буду сидеть в этом кресле, пить этот отвратительный кофе и смотреть на этот серый город. Жизнь, в которой самый сильный всплеск адреналина — это падение акций на два процента.

Я встала. Кожаное кресло отъехало назад.

— Но там, в этой вашей «симуляции», я жила. По-настоящему. Я боялась так, что дрожали колени, и я была счастлива так, что хотелось остановить время. Я встретила мужчину, который не предлагал мне опционы. Он предложил мне свою жизнь. Он бросил свой меч и встал на колени в грязь, чтобы меня не тронули.

Я обошла стол, приближаясь к Системе.

— Вы думаете, я променяю человека, который разрубил ради меня свои собственные принципы, на кресло генерального директора? Я кризис-менеджер, уважаемый. Я умею оценивать активы. И эта ваша реальность — банкрот!

— Вы совершаете ошибку! — мужчина в сером вскочил. Его лицо начало искажаться, превращаясь в цифровой шум. Офис вокруг нас мелко задрожал. — Если вы откажетесь от слияния с оригинальным телом, ваше сознание застрянет между мирами! Вы погибнете! Выбирайте выживание!

— Выживание без него — это просто биологическое существование. Скучная, убыточная статья расходов, — я криво усмехнулась.

И тут офис содрогнулся.

Панорамное окно треснуло сверху донизу. Сквозь трещину в стерильный кабинет ворвался не нью-йоркский дождь, а ревущий, ледяной ветер, пахнущий морозом и древней магией.

Сквозь этот ветер я услышала голос. Настоящий. Сорванный, отчаянный, полный боли.

— Алиса!

Это был Цзыжань. Он звал меня. От звука его голоса у меня перехватило дыхание.

Трещина в стекле расширилась. Оттуда ударил ослепительный, золотой свет. Свет, который я знала слишком хорошо — свет Истинной Магии, свет самой жизни.

— Он делает Ритуал! — в панике закричала Система, ее голос распадался на пиксели. — Он отдает свое ядро! Запретите ему! Вы разрушите оба мира!

— Я увольняюсь, — бросила я Системе.

Я разбежалась и прыгнула прямо в разбитое окно небоскреба.

Стекло брызнуло в разные стороны. Но я не падала на улицы Манхэттена. Я падала в бесконечную, звездную пустоту. Мой строгий костюм растворился, сменившись простыми, окровавленными одеждами. Вокруг меня кружились лепестки розовой сакуры и осколки черного льда.

Где-то внизу, в центре этой пустоты, пульсировала золотая сфера. От нее тянулась тонкая, прочная серебряная нить.

Я знала, что это такое. Это была его душа. Его ци. Он расколол свое ядро Грандмастера, он сжег свое бессмертие, чтобы создать мост для моего сознания.

— Идиот Мой любимый, упрямый идиот, — прошептала я сквозь слезы.

Я протянула руку и ухватилась за эту серебряную нить. Она обожгла ладонь невероятным, спасительным холодом.

Как только мои пальцы сомкнулись на ней, пустота вокруг взорвалась.

Физическая боль обрушилась на меня, как цунами.

Тело горело. Грудь разрывалась от попытки сделать вдох. Меридианы, которые были выжжены дотла, теперь растягивались, наполняясь густой, чужой, но такой знакомой энергией.

Я с хрипом втянула в себя воздух. Запах трав, благовоний и сандала.

Я с трудом разлепила тяжелые веки.

Полумрак. Знакомый потолок комнаты на Пике Целителей.

Надо мной нависало лицо. Бледное, как мрамор, с заострившимися чертами и темными провалами под глазами. Его длинные черные волосы в беспорядке падали на плечи. На его щеке был след от запекшейся крови.

Шэнь Цзыжань.

Он стоял на коленях у моей кровати. Его обе руки крепко, до побеления костяшек, сжимали мою ладонь. Между нашими сцепленными пальцами медленно угасало золотистое свечение Плода Жизни.

Когда он увидел, что мои глаза открыты, он замер. Он даже перестал дышать. Словно боялся, что если он пошевелится, иллюзия рассеется.

— Босс — прохрипела я. Мой голос был похож на скрежет ржавой двери, но это был мой голос. — Вы выглядите так, словно не спали весь финансовый квартал.

Его плечи дрогнули. Один раз. Второй.

Величайший воин Империи Шэнь, Грандмастер, перед которым трепетали демоны и императоры, склонил голову. Он уткнулся лбом в наши сцепленные руки.

Я почувствовала, как на мои пальцы упала горячая капля. Потом еще одна.

Он плакал. Беззвучно, содрогаясь всем телом. Человек, который состоял изо льда и правил, сейчас был полностью разрушен и собран заново в одно простое, человеческое чувство.

Я с трудом, превозмогая слабость, вытащила вторую руку из-под одеяла и слабо зарылась пальцами в его волосы.

— Тише, — прошептала я. — Я здесь. Я никуда не ушла. Я разорвала контракт с Манхэттеном. Условия оказались неконкурентоспособными.

Цзыжань поднял голову. Его серые глаза были красными, влажными, но в них разгоралось такое отчаянное счастье, что оно осветило всю комнату.

Он подался вперед и прижался губами к моим губам. Это был осторожный, трепетный поцелуй. Словно я была сделана из тончайшего стекла. Он боялся сломать меня. Он дышал мной, вливая в меня остатки своей энергии.

— Ты вернулась, — выдохнул он мне в губы. — Я думал когда твой пульс пропал Я думал, что потерял тебя во тьме.

— Тьма не в моем вкусе. И потом, кто-то должен вести бухгалтерию на Пике Холодного Облака. Без меня вы там все развалите, — я попыталась улыбнуться.

Только сейчас я заметила, что его аура изменилась.

Она больше не подавляла. Она больше не несла в себе той леденящей, божественной мощи, от которой промерзали стены. Она была сильной, но человеческой.

— Цзыжань, — я нахмурилась, чувствуя, как внутри сжимается тревога. — Что ты сделал? Твоя ци она стала слабее. Ты.

— Я отдал половину своего духовного ядра Плоду Жизни, — спокойно перебил он, поглаживая мою щеку. В его голосе не было ни капли сожаления. Только абсолютная, железобетонная уверенность.

— Половину ядра?! — я попыталась сесть, но он мягко удержал меня за плечи. — Ты с ума сошел?! Это же необратимо! Ты больше не Грандмастер высшей ступени! Ты потерял статус! Ты потерял бессмертие!

— Я потерял цепи, — он смотрел на меня с нежной, усталой улыбкой. — Бессмертие в одиночестве, Алиса — это худшее из проклятий. Я был богом во льдах двадцать лет. А сейчас сейчас я просто мужчина. У которого хватит сил защитить свою женщину, но который больше не обязан тащить на себе всю Империю.

Я смотрела на него, и слезы, которые я так долго сдерживала, наконец-то покатились по моим щекам.

Он совершил самую нерентабельную сделку в истории магии. Он отдал свою божественность за право просто быть со мной. За право стареть рядом со мной.

— Ты самый ужасный инвестор в мире, Шэнь Цзыжань, — всхлипнула я, обнимая его за шею и прижимая к себе. — Как я вообще с тобой работаю?

Он тихо рассмеялся, обнимая меня в ответ, крепко и надежно.

— Тебе придется взять управление моими активами в свои руки, госпожа кризис-менеджер.

В дверь палаты робко постучали. В проеме показалась голова Сяо Мэй. Когда она увидела, что я сижу и разговариваю, ее глаза расширились до размеров блюдец.

— Старейшина Линь! — она взвизгнула, забыв про все правила этикета, ворвалась в палату и бросилась к кровати, обнимая меня поверх рук Цзыжаня. — Вы живы! Шицзунь сделал это! Хвала Небесам!

За ее спиной в коридоре начали собираться другие целители и мастера. Новость о том, что Грандмастер вытащил меня с того света, разлеталась по клану со скоростью лесного пожара.

Цзыжань отстранился, его лицо снова приняло строгое выражение, хотя глаза продолжали улыбаться.

— Сяо Мэй, успокойся. Ей нужен отдых, — скомандовал он.

— Ох, простите, Шицзунь! — девушка отскочила, краснея. Но тут же заговорщически прошептала мне: — Я знала, что вы вернетесь! Я уже начала шить вам красное платье для церемонии!

— Какой церемонии? — я непонимающе моргнула.

Цзыжань вдруг смущенно кашлянул. Великий и ужасный воин, который только что ограбил Пик Смерти, отвел взгляд, и на его бледных щеках проступил едва заметный румянец.

— По законам Белого Лотоса, — начал он, тщательно подбирая слова, — если два культиватора совершают Ритуал Обратной Связи и добровольно сплетают свои меридианы на уровне души они автоматически считаются связанными Узами Неба и Земли.

Я уставилась на него. Мой корпоративный мозг быстро проанализировал информацию.

— То есть юридически.

— Юридически мы теперь женаты, — выдохнул Цзыжань. — Это нельзя отменить. Никаким Императорским указом.

Повисла тишина.

А затем я расхохоталась. Я смеялась до слез, до боли в ребрах, уткнувшись ему в плечо.

— Обойти Императора, избежать фиктивного брака с принцем и выйти замуж за начальника, будучи в коме! — смеялась я. — Цзыжань, это гениально! Это лучший юридический финт, который я когда-либо видела!

Он тоже начал смеяться, обнимая меня.

Империя была спасена. Злодеи повержены. Мы были живы и, кажется, официально женаты.

Но я знала, что расслабляться рано. В конце концов, впереди нас ждала финальная битва за окончательное влияние в Империи, разборки с Советом Директоров простите, со Старейшинами, и, что самое страшное, — медовый месяц.

И я была готова ко всему этому. Потому что теперь мы играли по моим правилам. И мой ледяной бог был полностью на моей стороне.