Парализованная жена генерала дракона (СИ)

Глава 19

— Как он мог, — цедила я, не веря своим ушам. А ведь надежда только-только появилась в душе. Если бы Эффи продала украшения, то хватило бы денег на еду! А теперь я снова буду голодать! Нет, ладно шкатулку! Но обручальное кольцо!

— Не узнаю его, — прошептала Эффи, глядя на меня. — Что с ним такое!

— Я же говорю! У него другая! — вздохнула я. — Только вот никогда бы не подумала, что генерал Моравиа будет отнимать драгоценности у женщины! Тем более те, которые он сам дарил!

Это казалось мне такой низостью, такой подлой подлостью, что даже воображение не могло представить. Или, может быть, благородство — лишь маска, за которой скрывается что-то гораздо более тёмное? Может, в душе он всегда был чудовищем, просто раньше умел это скрывать?

— Ну это уже такая низость, что даже представить невозможно! — произнесла Эффи. И тут же осмотрелась. — Не плачь, милая… Гляди, что бабушка Эффи сохранила!

Она показала мне кольцо.

— Сразу схватила, а потом в рукав себе засунула. Так что будет тебе еда, моя девочка. Наешься досыта, — прошептала она. И ее слова успокаивали меня.

— Ладно, пока его нет, схожу я в город, — прошептала Эффи, собираясь.

— Иди, — прошептала я, глядя в опостылевшую стену.

Низость поступка генерала не отпускала меня. Он действительно хочет моей голодной смерти, раз не позволяет купить еды даже на мои деньги. Я снова подняла пальчик, словно для меня это стало символом сопротивления — символом надежды. Но внутри уже не было той радости, что пылала ещё час назад. А если это всё, на что я способна? Если это — мой предел?

Время шло. Я ждала. Даже подремала. Я стала любить спать, ведь во сне я чувствовала себя полноценной.

— Девонька моя, — послышался голос Эффи. — Проснись… Я тут тебе поесть принесла…

Я тут же открыла глаза, видя, как Эффи достает козий сыр, хлеб и какие-то лакомства. Задыхаясь от волнения, я тут же открыла рот и стала жевать. Первый кусок я проглотила не жуя. Я почти не чувствовала вкуса. «Еще!» — кричал мой желудок, словно хищник, почуяв еду.

— Тише, не спеши, — шептала Эффи. — Я договорилась с бакалейщиком. Он будет давать мне еду…

От счастья мне хотелось плакать. Я ела быстро и жадно, боясь, что кто-то отберет еду у меня.

— Не надо плакать, — прошептала Эффи, вытирая мои слезы. — Кто бы мог подумать! Нищим и то что-то перепадает… А бедная герцогиня вынуждена умирать от голода…

Я не могла остановиться, пережевывая кусочки хлеба, которые Эффи отламывала и совала мне в рот, давая запить водой.

— Я надеюсь, что ваш дядюшка приедет и заберет вас, — шептала Эффи.

— Я тоже на это надеюсь, — прошептала я, понимая, что таких унижений никогда в жизни не испытывала. — А ты поедешь со мной?

— Поеду, — прошептала Эффи. — Я тебя не брошу, милая. Тем более, что после поступков генерала я знать его не хочу! Мне так стыдно за него. Надо будет написать его родным. Пусть они знают, какой позор вырастила фамилия Моравиа.

Желудок наполнялся, а я чувствовала неприятную тяжесть. Словно он отвык от еды, и сейчас ему вручили целый новогодний стол, хотя на самом деле я съела всего ничего.

— Ну вот и славно, — прошептала Эффи, давая мне запить. Я чувствовала усталость. Меня начало клонить ко сну.

Теперь, когда у меня появилась надежда и силы, я почувствовала, что выберусь из этого ада. Однажды я уйду отсюда на своих двоих ногах. И ни капельки не пожалею!