Я открыла глаза. Сон, в котором я хожу, казался мне глотком счастья. Хоть там, в мире грез, я могла прикасаться к вещам, ходить, бегать. Даже сон, в котором я убегаю от чудовища, был прекрасен.
Я проснулась и почувствовала, как у меня по щекам текут слезы. Эти несколько секунд между сном и явью, когда я еще помнила, как вскакивала с кровати, казались мне самыми страшными. Только что я бежала во сне, а теперь снова лежу и смотрю в ненавистный мне потолок, задыхаясь от отчаяния и мучаясь от голода.
— Проснулась моя девочка, — ласковый голос Эффи вызывал внутри прилив теплоты. Я шмыгнула носом и зажмурилась, чтобы дать слезам возможность стечь.
— Вернулся? — спросила я охрипшим голосом и посмотрела на часы. Скоро ужин. Скоро новая пытка.
— Да, час назад, как вернулся, — вздохнула Эффи. — Счастливый такой… Глаза горят…
О, лучше бы она мне этого не говорила. Прямо как ножом по сердцу. Я вспомнила, как раньше Най сидел возле моей постели, как поднимал мою руку и целовал. Я чувствовала прикосновение его губ, а оно словно согревало меня. Зато теперь…
— Как только вернулся, он собрал всех слуг, — произнесла Эффи, присев на кровать рядом со мной. — Прямо всех, кто есть в доме. И сказал, что вся еда в доме строго учитывается. Все кладовки заперты на ключи, а ключи теперь только у генерала. И открывать их можно только с его разрешения!
— О, боже мой, — прошептала я.
— Слуги теперь едят в столовой. Под присмотром генерала, — произнесла Эффи полушепотом. — Я теперь не знаю, как тебя кормить, голубушка…
Ее рука коснулась моих волос.
— Не знаю, что происходит в этом доме! — в сердцах прошептала она. — Никогда еще я такого не видела. Чтобы генерал Моравиа так себя вел! Я, конечно, постараюсь с ним поговорить сегодня!
— Да, поговори, — прошептала я. — Он меня совсем не слышит!
— Ужин! — насторожилась я, услышав шаги за дверью. Я узнаю их из тысячи. И если раньше сердце замирало от счастья, то теперь я смотрела на дверь со страхом.
Эффи поправила одеяло. Дверь открылась, а я увидела на пороге Ная с подносом. Он поставил его на стол, приказывая Эффи выйти из комнаты. Старая нянька тут же поспешила вон, а я смотрела на роскошную еду и десерт в огромной вазе. Больше ни на что я смотреть не могла.
Столик тут же очутился на кровати, а Най выставил блюда перед самым моим носом. Ложечки и вилочки красиво легли на салфетку.
Я смотрела на еду, чувствуя, что еще немного и потеряю сознание от голода. Разве можно так?
— Ешь, — послышался холодный голос мужа, а я попыталась поднять руку, но не смогла. Слезы снова потекли по моим щекам. — Ты чего? Не хочешь? Дорогая, если ты не будешь есть, ты умрешь…
Я задыхалась, глядя на еду.
— Если что-то не так, ты так и скажи, — слышала я голос мужа. — Может, тебе не нравится, как оформили десерт? Я передам на кухню, чтобы в следующий раз они исправили ошибку.