Парализованная жена генерала дракона (СИ)

Глава 22 Дракон

Я вернулся слишком поздно для ужина. Мне пришлось лететь, а карета догнала меня уже потом, подъехав к дому, когда я уже был внутри.

Дома меня ждал ответ из гильдии магов, который я немедленно развернул.

— Господин генерал, вы интересуетесь, сколько времени может понадобиться на ремонт? Мы высчитали, что на ремонт оси может понадобится часа четыре. У особо неумелых мастеров или при сложной поломке может уйти полдня! Мы также выяснили, что ось была не закреплена должным образом, что могло послужить причиной несчастного случая. Поэтому смеем предположить, что ремонт был осуществлен в дороге, — прочитал я, бросаясь в свой кабинет.

Я точно знал, что карета здесь не ремонтировалась. Я бы не позволил ехать жене на сломанной карете, тем более выезжать из столицы.

Развернув карту, я поставил палец на точку, которая была подписана как Эвергрэнд. Именно там в живописном уголке располагалось поместье тетушки Люси.

— Может, вам чай? — спросил дворецкий, а я подозвал его к себе.

— Во сколько выехала моя супруга? — спросил я, тут же пояснив. — В тот день?

— Эм… Сразу после завтрака… Примерно в девять утра… Девять тридцать… — морщил лоб старик. — Не могу сказать точнее, я не обратил внимания.

— Не суть, — отмахнулся я. — Итак, девять утра. Обнаружили ее в шесть вечера. На обратном пути из поместья. До поместья четыре часа пути. Четыре часа туда, четыре обратно. Восемь часов. Девять плюс четыре часа? Час дня. И выехала она примерно в три. Это я высчитал по месту, где ее нашли.

— Я не понимаю ход ваших мыслей, — сознался дворецкий.

— Я говорю о том, что карету ремонтировали в поместье тетушки. Иначе бы она вернулась на следующий день.

— Вы могли бы спросить это у самой тетушки, — заметил дворецкий.

— Не смогу. Надеюсь, что еще несколько столетий лет, как не смогу. Ее тетушка скончалась вечером того же дня, — ответил я. — Оставив все имущество моей жене. По завещанию.

— То есть вы хотите предположить, что у тетушки были ужасные мастера? — спросил дворецкий.

— Я хочу предположить, что карету испортили нарочно. И замаскировали это все под неудачный ремонт, — заметил я. — Кто-то из родственников Люси, которым не досталось наследство тетушки. И это не лошадей понесло. Это карета начала разваливаться на ходу на скорости. А теперь я приказываю тебе молчать об этом разговоре. И да, еще один приказ. Я не часто бываю дома. Поэтому приказываю проследить за Эффи. О всех ее отлучках докладывать мне.

Дворецкий кивнул. Он никогда не задавал лишних вопросов.

Ужин под моим присмотром приготовили быстро.

Тон голоса жены сразу же меня насторожил. Она не плакала, не кричала, не проклинала меня. В ее глазах были лишь усталость и равнодушие. Но все равно я разглядел за пеленой показного безразличия отголоски боли.

«Да, девочка моя, злись! Злись! Ты не понимаешь, насколько сейчас нужна твоя злость! Ты ведь смогла пошевелить пальчиком…» — думал я. И чувствовал гордость за эту маленькую хрупкую красавицу.

Правильно говорил мистер Джейден. Человек начнет что-то делать только тогда, когда почувствует себя наедине с бедой. Чтобы он осознавал, что рассчитывать придется только на себя. На свои силы. Что нет рядом утешителей, помощников, сочувствующих. Когда все силы собраны ради того, чтобы спасти себя.

«Видимо, она поела!», — задумался я, проверяя украдкой пол и простыни с одеялом. «Эффи все-таки удалось ее накормить!».

Я не мог злится на старушку Эффи. Я безгранично любил свою старую добрую няню, ее доброе и заботливое сердце. Но сейчас она мне мешала так, что словами не передать. Появилось даже желание поделиться с ней тайной, но я остановил себя. Эффи была слишком доброй. И, глядя на слезы Люси, старушка вполне могла сказать ей лишнего. Нет, не ради того, чтобы все испортить, а чтобы утешить. Я мог бы взять с нее магическую клятву, но старушка могла проболтаться, опять-таки ведомая своей добротой. И тогда клятва убила бы ее. Так рисковать старой няней я не хотел.

— Господин генерал! К вам барон Эдвард Кроссфилд! — послышался голос дворецкого, когда я уносил тарелку. — Он желает немедленно видеть племянницу!

Я увидел, как лицо Люси прояснилось, как в ту же секунду засияли ее глаза.

Я вышел, видя, как в холле стоит гость. Он был не так молод, как хотел казаться. На вид ему было лет под сорок.

— Я приехал, как только смог, господин генерал. Прошу прощения за столь поздний визит, — произнес барон. — Могу ли я видеть свою племянницу?

— Она спит, — ответил я, глядя на гостя с подозрением.

— Я тут! — послышался пронзительный голос Люси. — Я тут! Помоги мне! Дядя!

Я обернулся на ее голос, видя, как барон направился в сторону комнаты.