Скандальная связь

Глава 17

Понедельник в офисе пролетает быстро. Юля Строгова занимает линию, звоня на рабочий телефон, чтобы доложить, как коллеги обо мне судачат. Я объясняю Вере, что на мой номер может не дозваниваться начальство или другие людям по делам журнала, и тогда она начинает донимать меня сообщениями на мой ватсапп. Как ни стараюсь абстрагироваться от нее, ничего не выходит. Еще и потому, что мы с рэпером Андо, обменявшись номерами телефонов, тоже переписываемся в мессенджере. Я между делом думаю, что ответить Льву-Игнату. Чувствуется мне, это какая-то подстава, но любопытство весь день нормально работать не дает. Еще и Юля со своими сплетнями… Мне так неуютно теперь, когда я не могу позвать Марину пообедать со мной, не могу поделиться с ней своими мыслями. Мы никогда не были прям лучшими друзьями, но я все равно считала ее очень близким человеком, которому можно доверять. А что об остальных тогда говорить… Только отвернусь — уже шепчутся, обсуждают и осуждают.

В обеденный перерыв нахожу Сережу Ливанова и благодарю за то, что он помог мне вернуться на работу. Тот скромничает, отнекивается, говорит, что ничего такого не сделал, но я ценю его поддержку очень сильно. Интересуюсь, как его сын, который сломал руку, и Сережа отвечает, что уже лучше гораздо, малышу даже гипс понравился. В общем, мы заговариваемся и решаем вместе пообедать. Я зову Веру с нами, но она меня игнорирует. Читает сообщения в ватсаппе и ничего не пишет. Ну и ладно, ну и Бог с ней.

Затем, когда перерыв кончается, Юля Строгова заявляется в мой кабинет.

— Ты ж не обиделась на меня? — спрашивает с виноватым лицом, пока я перебираю бумаги.

Знаю, что она обедала с девчонками, потому что Юля выложила в Инстаграм их общую фотографию. Она просто мне доносит на них постоянно, поэтому я не понимаю ее, конечно.

— С чего бы? — надев компьютерные очки, открываю новый файл на своем лэптопе.

Работы — выше крыши!

— Я, между прочим, не просто так с ними ушла обедать, — важным голосом объявляет Строгова и распрямляет плечи. — Ты знаешь, что и Марина, и другие наши девки говорят, будто ты за Сережу из семьи увести хочешь?..

Я хлопаю ладонью по папкам на столе, и Юля вздрагивает, подпрыгнув. Она слегка испуганно и непонимающе смотрит на меня:

— Эллк, ты чего?

— Юля, я работаю и тебе бы тоже пора приступить к своим обязанностям. Мне неинтересно, что и кто обо мне говорит.

Как будто я не понимаю, что и Строгова, облизываясь, с удовольствием перемывает мне косточки. Она удаляется с очень недовольным выражением лица, а я, вздохнув, снова берусь за мобильный. Понятия не имею, что писать Игнату. Рэпер Андо готов обсудить условия работы с журналом и готов завтра же подъехать к нам. Ну хоть что-то решилось!

И все-таки мне нужно по-человечески поблагодарить Тимура, он поступил очень благородно. Несмотря на то, что я зла на него за вчерашние попытки подкатить, все равно Тим договорился отдать большие деньги за меня. Если бы не он, я бы была безработной не всего двадцать часов, а, как минимум, еще несколько месяцев.

Набираю Тимуру сообщение с благодарностями, а затем стираю. Не хватало еще, чтобы его невеста заподозрила нас в том, чего между нами нет. Ладно, я скажу ему все позже, с глазу на глаз. Или позвоню. Не сейчас.

Я оттягиваю неизбежное до самого конца рабочего дня, а потом, собираясь выходить из кабинета, торможу и все же печатаю Льву:

«Хорошо. Надеюсь, ты со мной честен. Я заберу сегодня».

Специально информирую его о том, когда именно заеду, чтобы подловить Игната, если что. Мы с ним разминаемся, и когда я оказываюсь на подъездной парковке, вижу, как этот черт куда-то спешит. Торопливо прощается с коллегами и запрыгивает в свою машину, чтобы ехать. Я почти уверена, что он подготовил Скарлетт засаду. Без подвохов, как же.

За рулем я нервничаю. Размышляю, как бы проучить этого врунишку. Как раз звонит Марго, и мы с ней долго говорим о произошедшем, она делится своими подробностями, я — своими. Обе в шоке. Я даже забываю об Игнате. Однако, когда тема себя исчерпывает, предлагаю Маргарите маленькую авантюру и прошу ни о чем меня не спрашивать. К счастью, талантливый фотограф очень легкая на подъем, соглашается без раздумий!

Я заезжаю домой, переодеваюсь, хватаю там быстро парик и большие солнцезащитные очки. Затем подбираю по дороге Маргариту. Мы весь путь до точки назначения не говорим о задуманном мной. Смеемся, болтаем, покупаем кофе в Маке. А когда речь заходит о деле, я рассказываю Марго, что ей нужно делать. Паркуюсь подальше от лофт-отеля, которое сканирую взглядом. Все-таки я оказалась права: светло-серый автомобиль Аскаров вижу и без бинокля. Поджидает, гад!

Марго внимательно слушает, кивает. Выходит из машины и походкой от бедра направляется к высоким стеклянным гостиницы, которую украшает старая кирпичная кладка. уУ приятельницы длинные густые кудрявые волосы, их развивает ветер. Точеная фигурка. Ну как такую не заметить?! Да-да, Игнат думает абсолютно так же, поэтому, стоит Марго пройти мимо его машины, он выходит из нее. Я замечаю отсюда, как он напряжен. Вероятно, скопившийся адреналин требует выхода.

Высчитываю время: Марго уже должна была добраться до ресепшна и, дождавшись, приближения Игната сказать громко администратору, в какой именно номер ей нужно. Я знаю, что внизу она уже заметила светящуюся пошлую вывеску с названием сайта знакомств. Если она спросит, расскажу без подробностей, кое-где совру.

В эту секунду Игната уже понесло. Он наверняка затуманенным, заинтересованным взглядом провожает Маргариту и, как дурак, следует за ней. Вряд ли он сразу сообразит, что Скарлетт и эта девушка, которую он видит впервые, — совершенно разные люди. Марго тоже в огромнейших очках от солнца, едва ли Аскаров признает в ней однажды нашего внештатного фотографа. Пока еще он с ней даже не знаком лично.

Выходя из авто, я как всегда начинаю сомневаться в правильности принятых решений. Но уже поздно. Я ведь сначала делаю, потом думаю. Только обратно ничего не исправить. Поправляю очки, парик. Три секунды, одна, две…

«Привет», — пишу дрожащими пальцами Льву-Игнату. — «Я подъехала, паркуюсь уже. Надеюсь, подарок еще меня ждет? Я заинтригована».

Спустя минуты две Игнат должен немедленно спуститься в холл. Я, стуча каблуками, спешу к черному выходу. На первом этаже многоэтажного лофт-здания — кафешка. У запасного входа курят повара. Сдержанно здороваюсь с ними кивком головы. Они немного удивлены, но мне не приходится вступать с ними в диалог. Маргарита, подхваченная резкими эмоциями, выбегает на улицу и улыбается, как нашкодившая школьница. Она заражает меня энергией, передавая коробку в фиолетовой оберточной бумаге и с бантиком. Мы хихикаем вместе, успокаиваемся. Когда я отправляю Маргариту обратно в машину, сама захожу через запасной вход в кафе. Повара и работники кухни возмущаются уже второй раз, но я иду быстро, не останавливаясь. По нашему плану Марго должна была уже завести машину и уехать.

Резко торможу у высокой колонны в холле. Игнат оглядывается по сторонам, затем залипает в телефон. Строчит. Мне приходит одна смс за другой. Его отвлеченность дает мне фору, и я проскакиваю мимо, когда он отворачивается. Сама пишу ему торопливо, пальцы соскакивают, получается с ошибками:

«Спасибо за подарочек. Муа!»

Никогда в жизни так не рисковала. Обернувшись через плечо, могу наблюдать за временным оцепенением Игната. Он смотрит на девушку в очках и парике, к нему приходит осознание. Он начинает бежать, но я первая, я быстрее. Сажусь в заранее заказанное такси и прошу водителя буквально сорваться с места. Уже в авто позволяю себе посмотреть в заднее стекло. Игнат продолжает гнаться за нами еще всего лишь несколько секунд. Фух. Я хотела поиграть.

Я просто хотела поиграть.

Игнат

— А у Эллы роман с кем-то из твоих? — неожиданно спрашивает Юсуп за обедом.

Мы сидим за столом у окна с видом на реку, на которую я в задумчивости пялился последние минут пять, поэтому даже едой поперхнулся.

— С чего ты взял? — говорю, отпивая воды. — Я не слежу за личной жизнью твоей бывшей жены.

Тимур, перекрестив на тарелке вилку с ножом, делает знак ближайшему от нас официанту. Он перекладывает салфетку с колен на стол и, откинувшись на диванчике, тянет из чашки остатки чая.

— Просто видел, как она не так давно зажималась на крыльце вашего бизнес-центра с кем-то.

Я собираюсь оттянуть узел галстука, но вовремя останавливаю себя. Не хочу, чтобы Юсуп стал считывать эмоции с моего лица. Придаю себе максимально беззаботный вид, на который способен, хотя в голове маршируют разного рода мысли. Покоя не дают.

— Этот бизнес-центр не наш. Не только наш, — объясняю я. — Поэтому, извини, помочь не смогу. Да и у вас с ней… всё… нет разве?

Я пожимаю плечами и встряхиваю головой, продолжая обедать. Мол — не касаются их проблемы. Но, честно говоря, мне они любопытны. Точнее, отношение Тимура к моему пиарщику. Виды у него на нее, что ли?

Юсупов туманно смотрит вдаль, произносит немного заторможено:

— Сначала нужно решить вопрос с Катей.

— А что с Катей?

Тимур оживляется и переводит на меня взгляд. Но не отвечает сначала, отставляет чашку с чаем, потирает лицо руками. На него будто навалилась усталость, как только разговор зашел о фейковой невесте.

— Пытается все переиграть, блять. Катя… — проговаривает ее имя с явным недовольством. — Заявила мне, что передумала в Мексику лететь, представляешь. Чувствую, что это мама моя ее уговорила.

Друг действительно выглядит озабоченным. Я тоже переживаю за него, но… как-то все странно это… У Эллы на столе уже не первый день свежий букет появляется. Я вдруг осознаю, что скорее всего именно Тимур и отправляет ей цветы. Хочет добиться бывшую, а тут настоящая «ненастоящая» отчебучивает… Не позавидуешь. И все-таки я реально не могу себя понять. Есть у Эллы какое-то очарование, это обезоруживает. Ее хочется оберегать, наверное… не знаю… Постоянно думаю о Скарлетт. О том, что видел ее в прошлый понедельник. О том, что упустил ее и, вероятно, больше не встречу, потому что эта стерва удалила страницу с сайта знакомств. Черт бы ее!.. Но как только пересекаюсь по работе с Эллой, тоска как будто отступает. Вот как это объяснить…

Ну не ревную же я ее к бывшему, ну! Что я, совсем идиот?! В их отношения лезть не буду. Не хочу я друга терять. Нас и так вон жизнь разделила на столько лет… Запутался, блин. Что делать, ума не приложу.

Тимур за неделю почти ни слова о Скарлетт не сказал. Ему все равно, что ее профиля в «Эйфории» больше нет. Как ее искать? Где искать? Ему похрен. Может, и не нравилась она ему вообще. А почему так на нее в ту ночь смотрел? Или я совсем дурак, или он мне чего-то не договаривает.

— Нет никаких новостей от Скарлетт? — завожу первым разговор о пропащей.

Тупой вопрос, ничего не скажешь. Но что первым в голову пришло, то и ляпнул. Друг усмехается.

— А какие новости могут быть?

— Ну да.

— А ты? — и сверлит меня взглядом.

С чего бы? Тоже смотрю на него и качаю головой, не моргнув глазом.

— Да нет. Откуда?..

— Угм, — мыча, соглашается Тимур.

Как бы. Блять, да точно скрывает что-то. Цветочки, значит, шлет женушке, а за ее спиной еще одну хочет себе бабу присвоить? Может, Скарлетт, ему номер написала в личные сообщения, а потом удалилась? В самом деле, хоть телефон его проверяй! Меня кипятит изнутри, жжет, а ведь ничего еще не доказано. Так хреново, что хочется в лицо Юсупу бросить, что со мной Элла обнималась тогда. Правда, она ревности Тимура желала добиться.

Минуту назад я себе твердил, что дружбу нашу рушить нельзя, а сам сейчас бред в голове раскидываю. Надо отбросить эти мысли к чертям собачьим. Выйдя из ресторана, мы с Юсупом прощаемся и идем каждый к своей машине. Дела ждут. На пороге — день рождения журнала. Всего через неделю. Я попросил бухгалтерию прислать отчет по затратам за прошлые годы и пришел к выводу, что Вера Геннадьевна вела вовсе не экономную политику. Корпоративы едва ли не по любому поводу! И отдых раз в год со всеми коллегами на турбазе. Не жирно ли? Необходимо хотя бы тимбилдинг и юбилей журнала совместить.

Этим вопросом я занимаюсь немедленно по возвращению в офис. Нехорошо вышло: я ворвался в кабинет Эллы Евгеньевны и напугал ее резкостью. Пиар-менеджер что-то немедленно прячет в ящик стола и поднимает на меня взгляд, полный тревоги и ужаса. Она в считанные секунды берет себя в руки, но я успел заметить, как на ней просто лица не было. Я уверен, это связано с чем-то, что было у нее в ладони: письмо или какой-то предмет. Не успел, черт, рассмотреть.

На ее рабочем столе — прежняя безвкусная база, а в ней — снова новый букет. Огромный. Да блин, почему я ревную-то? Прочистив горло, тоже стараюсь с собой справиться и говорю:

— Элла Евгеньевна, я хотел посоветоваться с вами.

— Да, слушаю вас, — она кивает мне.

Я вкратце обрисовываю ситуацию, которая сложилась для нас совсем не выгодно. В конце монолога опять ловлю пиарщика на задумчивости. Ее брови сходятся к переносице, на лбу образуется складка.

— Ну? Что вы скажете на это? — требовательно спрашиваю, абсолютно убежденный, что она меня не слушала.

Выйдя из оцепенения, Элла вновь кивает. Вижу же, что она бледная до жути. Не могу я давить на нее, когда она в таком состоянии.

— Да, — говорит пиар-менеджер, — круто. Вы правы, — добавляет, потому что я продолжаю на нее пытливо смотреть. — Моя помощь нужна?

Я цепляюсь за эту идею только потому, что оставить ее, такую беспомощную, одну, — неразумно.

— Конечно, пойдемте, пожалуйста.

Она закрывает ноут, встает и следует за мной на автомате. Временами оглядываюсь на нее и становится не по себе: Элла смотрит строго перед собой, но явно ничего не видит. Как только не споткнулась еще и не упала… Господи.

Мы останавливаемся в вестибюле у стойки:

— Наташ, — обращаюсь к секретарю, — найди телефон Алексея Будилова, менеджера парк-отеля Софрино. Сообщи, что мы хотим срочно перенести наш тимбилдинг на двадцать третье число. Будем праздновать там день рождения компании. Пускай Алексей свяжется с Эллой Евгеньевной через…

Осекаясь, смотрю на своего пиарщика. Она вообще не тут, не с нами.

— Элла, когда?

Она вмиг вскидывает голову, глядя на меня в очевидном замешательстве.

— Что?

Вздыхаю и поворачиваюсь обратно к Наталье:

— Понятно… Наташ, пусть свяжется со мной, хорошо? Завтра утром я буду ждать его звонка.

— Конечно, Игнат Артурович, я все сделаю.

— Спасибо.

Веду Эллу к лифтам, мы спускаемся на подземную парковку. Не понимаю, зачем мы идем к моей машине, сам тоже действую машинально. Элле нужен свежий воздух, проветриться, побыть в тишине. Прокатимся по городу. А вдруг у нее что-то случилось?

В салоне автомобиля Элла вдруг спрашивает:

— Игнат Артурович, мы что, вместе поедем на выставку?