Скандальная связь

Глава 28

Рабочий вторник начинается с уймы звонков. Я даже не успеваю допить свой кофе, который купила по дороге в офис. А тут еще и мама названивает: оказывается, чтобы предупредить меня о вреде кофе, «который ты так любишь»! Они все сговорились, наверное. Не удивлюсь, если мама действительно на связи с Тимуром и Игнатом.

Освободившись, я отправляюсь в комнату отдыха. Девчонки за соседним столом планируют отпуск вместе, смотрят путевки.

— Значит, так, — говорит одна из них, — подняла трубку другая девушка, у Тони сегодня выходной. А Тоня, если хочет денег, скоро мне перезвонит.

Они дружно смеются и дальше обсуждают, как круто проведут время в Бодруме. Я их не знаю, может, новенькие из другого отдела. Совсем молоденькие, лет по девятнадцать-двадцать. Одну из них чаще видела у нас в опен-спейс`е. Высокая, длинноногая, русоволосая. В коротких шортах и кроп-топе. Скорее всего стажерка. Просто эта девушка самая яркая из них троих и самая энергичная, на нее невозможно не обращать внимания. Подружки зовут ее Яной. Я вспоминаю себя в двадцать лет, свой опрометчивый поступок. Я была такой юной, такой глупой. Но тоже — задорной и бойкой. Мне вообще не было страшно ничего. Интересно, каким будет мой ребенок? В кого он пойдет — в отца или в меня? Смогу ли я стоять в стороне, если мой сын или моя дочь будет совершать глупости? Смогу ли не лезть в жизнь своего ребенка, ведь моя мама, например, всегда делала это. Она не чувствовала границ. А я… какой матерью буду я?

Сегодня в офисе все более менее спокойно. Но Юля Строгова снова хочет дружить, потому что ей интересно, почему наш шеф «не при параде». Я держусь равнодушно, доедаю спокойно булку и пожимаю плечами — мол, мне ничего не известно. Как же уже достали эти фальшивые «подружки», очень не хватает чего-то настоящего и понимающего. Возможно, стоит предложить Марго где-нибудь посидеть, у нас никогда не было с ней тесных отношений, однако она меня два раза сильно выручила. И потом даже не задавала лишних вопросов.

Только собираюсь набрать ее, как объявляют совещание. Почему-то с самого утра так все лень. Я давно себя не чувствовала такой не отдохнувшей. Да, я спала не очень хорошо, но хочется не просто выспаться, а целый день лежать и не вставать. Поэтому и в зал заседаний я прихожу самая последняя. Игнат загадочно улыбается при виде меня. Ухмылка быстро стирается с его лица, и он снова превращается в серьезного босса, но я успеваю заметить.

Так и чувствую, как коллеги ждут окончания летучки, чтобы обсудить внешность начальника. Аскаров, хоть и весь в кровоподтеках, а все равно держится невозмутимо и по-деловому. Мы так же обсуждаем прошедший день рождения компании, я ловлю на себе несколько взглядов. И в эту же минуту я получаю неожиданное сообщение от Марго, она спрашивает, все ли хорошо, ведь до нее дошли слухи о том, как я потеряла сознание. Мыслями полностью ухожу в переписку и строчу Маргарите одну смс-ку за другой. Жалуюсь, что с ней праздник был бы гораздо лучше. Жаль, что она не смогла прийти. Краем уха слышу, как Игнат рассказывает о фотографиях, сделанных приглашенным фотографом, рассказываю об этом Марго. Пальцы живо бегают по клавиатуре телефона, во второй раз уже набирая сообщение: «Со мной все отлично, не волнуйся». Уверяю ее, что ничего страшного не случилось, просто переволновалась.

— Элла Евгеньевна, мы вам не мешаем?

Я стыдливо прячу телефон после вопроса шефа и временно игнорирую входящие смс. Он продолжает смотреть мне прямо в лицо, как будто что-то знает обо мне или о чем-то догадывается. Это однозначно не взгляд недовольного босса.

— Простите, — говорю я, удобнее располагаясь в своем кресле.

Весь отдел в ожидании, когда же Игнат Артурович продолжит свою речь, но он вообще не отводит от меня глаз. Конечно, мне становится крайне неуютно! Зачем Аскаров так смотрит? Зачем порождает новые сплетни?! А, может, именно этого и добивается? Я смущаюсь, багровею, однако это его не останавливает. Лишь спустя еще несколько долгих, очень долгих секунд босс наконец-то возвращается к тому, что не закончил.

После совещания в коридоре я замечаю на себе злой взгляд Марины. Не знаю, отшил ли ее на самом деле Игнат, но она почувствовала вкус надежды. Ее ненависть очень легко почувствовать. Не верится, что люди могут отдалиться друг от друга за такой короткий промежуток времени. Если бы не коллеги около нас, Марина бы, вероятно, набросилась на меня. Ее взгляд и вовсе ожесточается, когда Аскаров, выходя из зала заседаний последним, перебирает в руках бумаги и, не поднимая головы, будничным тоном зовет себя немедленно в свой кабинет. Я устало вздыхаю. Что ему опять нужно? Вчерашняя ночь была не из тех, которые хочется запоминать. Я дала слабину, но это ничего не значит. Ничего. К этому человеку у меня чувств нет.

Стоит развернуться, чтобы идти за Игнатом, как кто-то самый нетерпеливый, еще не дождавшись моего ухода, уже злословит. Я слишком сильно люблю эту работу, иначе бы все-таки уволилась.

— Можно? — постучавшись, открываю дверь его кабинета.

Он жестом показывает заходить, а сам задергивает жалюзи на окне, которое связывает его с опен-спейс`ом.

— Вы что? — возмущаюсь я. — Ты что?! Игнат, это уже не смешно.

Снова он так делает. Уже во второй, блин, раз. Аскаров усмехается, протягивает ко мне руки. Я, конечно же, отшатываюсь.

— Иди ко мне, я соскучился.

— Прекрати, пожалуйста, этот цирк.

Поворачиваюсь обратно, но он вдруг подлетает, притягивает меня к себе. Я начинаю немедленно сопротивляться.

— Игнат!..

— С кем переписывалась? — ревностно. — С ним?

— Ты сумасшедший.

— Да-а-а, — тянет он, а взгляд становится безумным, но веселым. — Это же ты свела с ума.

Смешинки в его глазах сбивают с толку. Я не понимаю стратегию: бесит его, что я общаюсь с Тимуром или заводит? Я помню слова бывшего, что наш секс втроем его возбудил. А Игната?

— Правда, не смешно, — повторяю я сердито, грубо отталкивая босса.

Но он же прилип, как пиявка!

— Ну? — требовательно. — Ему писала?

— Тебе какая разница? — задираю подбородок.

Разозлившись, я сильнее дергаюсь, и из-за этого телефон падает из заднего кармана джинсов. Игнат ловчее: шустро подбирает мой гаджет, который пиликает очередной смс-кой. Я, думая, что это Марго, бью шефа по рукам и забираю мобильный. Но каково же мое удивление, что сообщение не от нашего внештатного фотографа, а от Сусанны Георгиевны…

***

— Что она сказала? — раздается негодующий голос Тимура в трубке.

Игнат не согласился выпускать меня из своего кабинета, пока я не позвоню бывшему. Зря я удивилась вслух сообщению от Сусанны. Пришлось рассказать Аскарову, кто она такая и какие у нас отношения. В двух словах, конечно. Без красок. Но кто же знал, что Игнат так остро все воспримет? Теперь приходится общаться с ними двумя, да еще и на громкой связи. Аскаров сам вырвал у меня из рук телефон и врубил динамик.

— Написала, — поправляет Тима Игнат; сам он тоже, мягко говоря, не в настроении.

— Что написала? — глухой рык бывшего разносится по всему кабинету.

Мы с Аскаровым медлим, как языки прикусили. Я смотрю на него, а он на меня. Складываю ладони в молитвенном жесте, прошу его помолчать. И закатываю глаза, когда вижу по его лицу, что он остался непреклонным.

— Ждет в гости твоя матушка, — стучит концом ручки по столу, раздражает. — Почему ты мне не рассказывал, что твоя мать ненавидит Эллу?

Протестую, взмахивая руками.

— Я не так сказала!

Телефон воспроизводит более бархатистый, звучащий гораздо мягче голос Тимура.

— Да ладно, Элл, пожалуйста, хватит ее защищать.

— Даже не думала, — отвечаю честно.

— Элла… — говорит Тим и замолкает.

Он знает, что нас здесь не двое, а трое. Что мы не наедине. Желает что-то спросить, но обрывает себя, тормозит. Однако этот бережный и заботливый тон посылает по моему телу волну трепета. Я таращусь на свой телефон, как на что-то святое. Мне так хочется схватить его, унести, спрятаться вместе с ним и слушать, слушать, как Тимур печется обо мне, как оберегает меня. Я точно могу чувствовать, как ему хочется оказаться рядом. Если бы не работа, он бы сорвался. Не представляю, как он сегодня ведет переговоры с разукрашенным лицом?.. Да еще с иностранцами...

— Послушай, никуда не ходи, поняла? — жестко отрезает Тим. — Я позвоню и поговорю с ней.

Меня бесит, что они решают за меня, словно я маленькая девочка.

— Да что за бред, Господи…

— Вот! — подрывает Игната. — Она снова возражает! Скажи ей, пожалуйста, что нельзя быть такой глупой!

Распалившись, Аскаров принимается ходить из угла в угол.

— Послушай, придержи язык, — вступается за меня Тим.

Игнат устало вздыхает, останавливаясь в центре кабинета.

— Объясни ей, пожалуйста, — с расстановкой и явно сердито произносит босс, уперев руки в бока, — что принимать приглашение от твоей матери — плохая идея.

— Элла, Игнат прав.

— Спасибо, — хмыкает тот.

Я объясняю Тимуру и в сотый раз своему боссу, что никуда идти не собираюсь. Не понимаю, с чего было Аскарову поднимать панику, я лишь предположила при нем, что эта встреча будет не самой легкой. Но не планировала видеться с Сусанной. В динамике слышно, как хлопает дверь, и целый рой голосов врывается в пространство Тимура. Говорят, преимущественно на английском языке. Бывший спешит попрощаться.

— Хорошо, — говорит он громче, — если все именно так, как ты говоришь, я спокоен. Сегодня заберу тебя после работы. — И спустя недолгую паузу: — Я люблю тебя.

В этот миг я чувствую на себе обжигающий взгляд Игната. Затем Тим говорит ему, прежде чем повесить трубку:

— Присматривай за ней.

Я приглушенно фыркаю. Вся эта ситуация странная. Двое мужчин, которые ревнуют меня друг к другу, обсуждали сейчас мою безопасность. Я не знаю, как к этому относиться, но здесь нет ничего нормального. Свое возмущение я проглатываю и выскакиваю из кабинета. На радость публике Игнат бросается за мной.

— Не обязательно следовать четким инструкциям, — говорю ему я, когда мы проходим по длинному коридору.

Аскаров оглядывается в обе стороны, после чего преграждает мне путь.

— Тебе не нужно меня охранять, — бубню я, скрещиваю на груди руки.

— Что ты заладила? — морщится Игнат. — Я не выполняю приказ, а делаю так, как считаю нужным.

Уголки губ сами приподнимаются. Аскарову не смешно, а меня даже веселит его реакция. Я просто шучу, но он всерьез раздражается.

— Прекрати это, — огрызается босс.

— Что именно?

— Вот эту улыбочку с лица сотри.

— Хорошо-хорошо, — сдаюсь я. — Видишь? Не улыбаюсь больше.

Просто мы теперь не одни. Пристрастные коллеги, пользуясь коридором, не оставляют нас, конечно, без своего ценного внимания. Поэтому я спешу улизнуть. Игнат, будто не понимает, в чем дело. Идет за мной и идет. Не оставляет в покое.

— Чем он лучше меня?

Неожиданный вопрос буквально заставляет прирасти к месту прямо около приемной. Я, борясь с волнением, отхожу немного в сторону, чтобы не мешать остальным.

— Он говорит, что любит. Это для тебя важно? Слова?

Я оглядываюсь на него, позабыв о том, что лучше не спорить при посторонних здесь, в офисе.

— Слова? — переспрашиваю, подходя ближе; мы перемещаемся в более уединенное место. — Тимур и правда любит меня. Ты не представляешь… — я прерываю себя, чтобы не сболтнуть лишнего. — Ты и понятия не имеешь, что он делал ради меня. Если бы я знала и понимала это тогда, мы бы не развелись.

Я осознаю, что Аскарову неприятно это слышать. Вижу, как дергается его кадык, как он тяжело сглатывает. Но я не могу сделать ничего с правдой, которая ему настолько не нравится. Он вскидывает глаза выше, к окну. Словно не может смотреть на меня.

— Прости, но нужно работать. Мне и тебе.

Однако Игнат не успокаивается, вновь задерживает.

— Ты не воспринимаешь меня серьезно, так ведь?

— Потому что ты мальчишка, — говорю ему: его ноздри раздуваются от гнева. Тимур бы так не реагировал. — И ты сам не относишься ответственно к… ни к чему. Даже работе. Не обижайся, но я видела, как ведет бизнес Тим. Он бы не стал так много времени уделять интрижкам…

Внезапно Игнат хватает меня за локоть. Не больно, но надежно.

— Никакая это не интрижка, — рубит он. — Ты не интрижка.

Аскаров замолкает. Под кожей твердеют желваки скул. Сейчас он определенно не походит на парнишку. Морщины залегли у него на переносице и в уголках глаз. Он будто бы повзрослел на целый десяток лет или это я только сейчас увидела в нем взрослого человека — не знаю. Серые глаза приобрели глубокий взгляд. Почему-то именно такой Игнат кажется мне гораздо притягательнее. Он уходит, оставив меня наедине с собственными мыслями. Мы встречаемся только вечером, после трудового дня, на парковке. Оба почти синхронно открываем двери своих машин и застываем, глядя друг на друга. Я первая отвожу глаза и сажусь за руль. Уже в дороге замечаю автомобиль Аскарова, преследующий мой.

Присматривает за мной.

Ничего ужасного не случилось, а у меня щемит в груди. Тимур не приехал. Он сам сказал, что заедет за мной, я не просила. Его телефон не доступен, я даже не знаю, что думать. В лобовое стекло бьет красный свет заката. Отчего-то хочется плакать. Мне не хватает любви, стабильности, чувства безопасности. Эмоции на разрыв. Я не понимаю, как быть и хочу вина, которое сейчас позволить себе не могу. Накрываю живот рукой.

Новая жизнь — то, ради чего я должна держаться и быть сильной.

***

Все по-прежнему спустя три часа: машина Игната стоит под окном, телефон Тимура выключен. Надоедливые образы собственного одиночества в будущем лезут в голову, но каждый раз я стараюсь на что-то отвлечься. Выбираю, наконец, сериал на Нетфликсе, но сесть за просмотр не успеваю, потому что раздается звонок в дверь. Я почти уверена, что это мама. Она постоянно со мной на связи и обещала на днях зайти в гости, раз «единственная дочь сама не приезжает». Я просто не очень люблю расспросы. Наши соседи будто служат в разведке. Стоит мне появиться в отчем доме, они приходят тут же и засыпают не самыми корректными вопросами. Больше всего их интересует, как складывается моя жизнь после развода…

Что ж, я, можно сказать, угадала. На пороге — и правда, мама. Только не моя, а Тимура.