Скандальная связь

Глава 36

— А чего хотите именно вы, Элла? — спрашивает меня психолог Шувалова, которая продолжает помогать мне онлайн.

Сеансы с ней мне все-таки необходимы. Какое-то время назад я забила на это, но, возобновив наши беседы неделю назад, я поняла, что это просто мой якорь.

— Я… Я не…

Замолкаю на полуслове, услышав какие-то звуки во дворе, около моего дома. Я ощущаю некую взволнованность, когда думаю, что там Тимур, и в то же время ругаю себя за эти мысли. Он здесь уже несколько дней, но, как бы ни пытался завязать со мной разговор, я отлыниваю, прячусь. Вру, что у меня много работы, запираюсь в доме. Прошу Настасью Павловну занять меня, а она все твердит, что «друга Игната надо бы пригласить на ужин». Она и так носит ему еду каждый день, будто Тим сам не в силах себе приготовить что-нибудь. Мне так стыдно! Приходится увиливать, хитрить, переносить званый ужин на потом, потом, потом… К тому же Игнат в Москве. Пусть если и состоится наш совместный вечер, то не без Аскарова.

— Элла, — Шувалова, когда я не отвечаю, говорит со мной строже, — ну не гадать же вы на жениха собираетесь! Нужно выбирать.

Да, конечно, это не лучший выход. Кажется, кто-то постучал в дверь. Я вынуждена закончить разговор. Поблагодарив специалиста за уделенное мне время, отключаюсь. Жаль, глазка нет, на пороге я обнаруживаю бывшего мужа.

— Тимур, пожалуйста, — кладу ладонь на лоб и морщусь, — я не хочу, честное слово, мусолить одну и ту же тему снова и снова!..

Хотя мне, наверное, стоит ему сказать, что мы с Игнатом уже сделали тест на отцовство и ждем результат. Тим выглядит слегка потерянным, но быстро берет себя в руки, большим пальцем указывает себе за спину и пожимает плечами.

— Настасья Павловна попросила тебя позвать. Сегодня… я не совсем понял… э-э… традиционный праздник в деревне. Осень встречают или вроде того?..

Точно, точно! И как же я забыла? Боже, это уже сегодня? Мне предстоит познакомиться практически со всеми жителями села, потому что тут принято справлять все торжества дружно, вместе. Я немного завидую такой сплоченности, в городе подобного днем с огнем не сыщешь. Но все равно… Я не то чтобы готова к гуляниям, которые могут затянуться. Не уверена, что мне понравится. Скорее всего я заскучаю уже через час, а уйти будет неловко и неправильно.

— А-а! Да, да, извини. Скажи ей, пожалуйста, я сейчас приду, хорошо?

Тимур кивает головой, оглядывая меня с ног до головы. Отводит смущенный взгляд, когда я его на этом ловлю. Похоже, он непроизвольно глазел на меня и дольше всего — на мой живот. Который, кстати, уже чуть-чуть округлился, поэтому облегающих кофточек и платьев я больше не надеваю. Я чувствую, бывший хочет поговорить со мной, но не решается. Он приехал исправлять ошибки, я же не дура. А напортачить опять в его планы вряд ли входит.

Действительно на подготовление к празднованиям собралось море людей. И молодых девчонок тут, выяснилось, живет не так мало, как я предполагала. Женщины постарше предлагают им и мне участвовать в обрядах, которые так любили они сами в молодости. Но молодежь не особо поддерживает эту идею, даже подшучивает над ней. Мы, собравшись у двора Настасьи Павловны, огромной командой накрываем стол, начинающий отсюда и заканчивающийся едва ли не на следующей улице. Местные к такому привыкли, а у меня наша общая работа вызывает благоговение. Подобная близость соседей не может не восхищать.

Сначала я хотела просидеть весь день дома, а теперь даже и думать о таком варианте не могу. Одной скучно, а здесь — смех, громкая музыка, звучащая из чьей-то машины, шутки без конца и куча новых знакомых. А еще, конечно, безумно вкусная еда. Мне стыдно, что я не принимала участия в готовке. Мама Игната меня не беспокоила, наверное, она думала, что я помню о празднике, и если захочу, сама предложу свою помощь.

— А вот зря вы, девки, отказываетесь, — заявляет одна из пожилых жительниц деревни. — Вот мы по молодости прям ждали начало сентября, чтобы погадать на жениха! А? Помните, девочки?

Не переставая листать что-то в телефоне, красивая стройная блондинка отвечает:

— Значит, мы — девки, а вы — девочки? Несправедливо! — хохочет она, пряча телефон в карман джинсов, и все остальные подхватывают ее заливной смех.

Настасья Павловна, показывая мне, куда лучше положить тарелки с салатами, говорит своим соседкам, настаивающим, что традиционный ритуал по поиску мужа произвести необходимо всем:

— Всем да не всем, — улыбается задорно мама Аскарова, гладит меня по руке, — свою невестку я венок плести не пущу.

Ее подружки заверяют, что меня никто заставлять не будет, а вот другие незамужние девушки обычаи деревни нарушать не должны. Я случайно ловлю краем глаза высокую мощную фигуру Тимура, который помогает мужчинам с дровами. Он, в рубахе и свободных бежевых штанах, так контрастирует с тем человеком, за которого я однажды выходила замуж. Совсем не деловой и серьезный, а простой, даже помолодевший, и в глазах больше нет той отчужденности. Только легкая грусть. Но наконец-то я замечаю, что ему небезразлично. Ничего небезразлично, что связано со мной.

Сперва мне показалось, Тим приехал сюда, чтобы доказать Игнату в очередной раз, кому я на самом деле принадлежу. Но теперь стало понятно, что Тим готов ждать, совершать поступки, не связанные с деньгами, добиваться — без кулаков.

Какая-то девчонка тянет меня легонько за рукав, я поворачиваюсь к ней, и она неожиданно прилипает к моему уху:

— Мы венки решили плести. Если хочешь, — подмигивает мне, — можешь пойти с нами. Никому не скажем.

Я все еще чувствую на себе взгляд Тимура. Прикидываю, который сейчас час. Скоро должен приехать Игнат. Боже мой… Я со школьной парты не развлекала себя гаданиями на жениха.

***

Мы с девчонками собирали цветы в поле несколько часов. У Алины, одной из моих новых знакомых, нашлись ленты. Там же каждая сплела себе свой собственный венок. В моем — много ромашек, васильков и ленты голубого и белого цветов. Получилось действительно стильно. Девочки рассказали, что традиция в их селе такая: каждую осень они встречают пышным торжеством и одним и тем же гаданием. Ставят старую, давно сооруженную арку около реки. Затем каждая девушка вешает на нее свой венок, а парни ближе к вечеру, после того как искупаются в речке, должно сорвать один из них. Считается, что чей венок мужчина снимет, с той девушкой его судьба и сведет, на той он и женится.

— А если погода плохая выдается, дождь, например, или вода холодная? Все равно нужно в реку нырять? — спрашиваю я.

— Конечно, — говорят девочки хором.

Алина потирает ладони.

— Повеселимся!

Эта традиция кажется мне странной, но жутко веселой и интересной. Алина обещает повесить мой венок сама, чтобы никто не видел. Я благодарю ее, отдаю его ей и возвращаюсь обратно в дом Настасьи Павловны, чтобы продолжить помогать.

К часам четырем собираются все за столом, которому не видно конца. Только Игнат еще не приехал. Тимур сидит прямо напротив и вечно поглядывает на меня. Его взгляд я чувствую очень остро. Парни, которые значительно моложе, подбивают его пойти вместе с ними на реку. Те, кто меньше болтает языком, активно собирает со стола спиртные напитки с целью забрать их с собой, на «пляж».

Погода сегодня прекрасная. Я бы и сама нырнула. Проплыла бы от берега до берега, было бы у меня столько сил и энергии. Бегать я не люблю, а вот плавать — всегда пожалуйста. Спорт выдраивает мысли и сознание просто на отлично, а мне сейчас это нужно.

Не дождавшись Игната, я встаю из-за стола, когда девочки предлагают потихоньку перемещаться к речке. Замечаю, что Тим подрывается вместе со мной. Я смотрю на него с недоумением, изогнув бровь, а он отводит взгляд. Пытается скрыть, что тоже уходит с молодняком из-за меня? Или я себе все придумываю…

Ой, ладно. Не хочу загружать себя и накручивать. Отдыхать. Отдыхать и не переживать ни о чем. Тимур вдруг догоняет меня и начинает идти шаг в шаг.

— Ого, — вздыхает он, — у твоих новых подружек бутылок с алкоголем больше, чем их самих. Ты же помнишь, что тебе пить нельзя?

Я останавливаюсь резко, поворачиваюсь к нему.

— Ты видел, чтобы я пила за столом?

— Нет.

— Ну вот и всё.

Сначала думаю, что бывший отвязался, но тот идет следом, контролирует. Раздражает. Про купальник я даже не подумала, но это, оказалось, не проблема, потому что в воду все прыгают, раздеваясь до нижнего белья. Я не чувствую стеснения, поскольку никому нет дела до чьих-либо трусов. Вблизи от меня одежду снимает и Тимур. Я не могу не пялиться на его крепкий торс, хоть и мысленно ругаю себя, конечно. Девчонки обсуждают красивое тело Тима, и я даже захожусь в ревности. Не могу сказать же, что он мой.

— Хорошего ты жениха себе отхватила, — Алина повисает у меня на плече, — и друг у него классный, — говорит она, а девочки дружно смеются. — Свободный?

Я круто поворачиваю к ней голову, уже пьяная Алинка хихикает.

— Номерочек его знаешь?

Ревность поднимается откуда-то из глубин. Хотя мне казалось, я перестала ощущать нечто подобное к Тимуру. Но стоило ему только появиться… В воду он прыгает первый. С крутого берега. А я, струсив, залезаю в реку потихонечку. Но Тим бы, наверное, устроил скандал, поступи я по-другому. У меня пылают щеки, когда я вижу, как Алина и другие девочки буквально вьются вокруг моего бывшего. Они, будто русалочки, окружают его. Мой гнев поддерживают только остальные парни. Им, естественно, не нравится, что все внимание отдано одному мужчине.

Господи, таких, как он, здесь больше нет. Мощный, поджарый, с кубиками на прессе, сильными руками, натренированным в спортзале телом. С татуировками. Но я-то знаю, что одна тату на его запястье посвящена мне. Он уже достаточно близко. Специально крутится около меня?

— Река такая огромная, а ты от меня отлипнуть не можешь? — фыркаю я.

Не понимаю, почему я с ним груба. Может, потому что ревную, а может, не хочу, чтобы он знал о моих чувствах. Глядя правде в глаза, нужно признать, что нам всем легче живется, когда мы с Тимуром вдали друг от друга.

Когда он совсем рядом, девочки странно на меня смотрят. Оно и понятно. Я в шоке таращусь на Тима, стоит его рукам обвить мою талию. Кажется, будто я могу слышать осуждающие мысли местных.

— Ты сошел с ума?! Что люди подумают? Отпусти!

— Да мне все равно, кто что подумает, — горячо шепчет он, вдыхая запах моих мокрых волос.

Я бью его по плечам.

— Пожалей мою репутацию, Тимур!

Он игнорирует удары. Не морщится ни разу. Не отстраняется ни на миллиметр.

— Что ты забыла в этой глуши, Элла? Давай уедем отсюда. Я порвал все связи с семьей, клянусь. Ты мне веришь?

На нас прекратили «указывать пальцами». Поговорили, пошептались и выскочили на берег, потому что наступило время магии. Теперь парни должны сорвать какой-нибудь из венков. А это развлечение, пожалуй, поинтереснее, чем следить за тем, как Тим меня обжимает.

— Ти-мур… — рычу я.

На берегу настоящая тусовка. Все забыли о нас, к счастью. Включили громко музыку, устроили танцы. Парни под хохот и одобрительные выкрикивания девушек сдергивают венки. Наверняка кто-то уже заполучил и мой.

— Пожалуйста, поверь мне, умоляю. Мне безразлично, чей у тебя ребенок в животе. Как я и говорил раньше, он в любом случае мой. — Тим слегка встряхивает меня, схватив не больно за предплечья. — Мой, понимаешь?

Он принимается убирать влажные пряди с моего лица, шеи.

— Давай уедем вместе, Элла. Давай, любимая! Я всё предусмотрел. Думаешь, почему я здесь. Потому что оставил вместо себя надежного человека. Клянусь чем захочешь, я понял свои ошибки и больше их не допущу.

Слушаю его, как завороженная. Сердце в груди подпрыгивает на каждое слово бывшего мужа, а мозг приказывает с решением не торопиться. Отвлекают женские голоса, произносящие мое имя единодушно. Я оборачиваюсь к берегу, и в глаза тут же бросается атлетическая фигура Игната. Он стоит напряженный у самой воды, расставив ноги. Я вижу отсюда, как полыхают его глаза, как свирепо подрагивают губы.

Краем уха слышу нетрезвый хохот Алины:

— А мы не пропускали твоего жениха, пока он венок не выберет! Мы сказали, что ты здесь! — икает она и рукой указывает на нас с Тимом.

Я отталкиваюсь от Тимура машинально и опускаю взгляд на руку Игната. Он сжимает в ладони край моего венка. Моего.