Доведи демона. Вспомни демона

1. Живой корабль демонов

Космос. Бродяга

— Тей!!! Тееееееейяяяааааа!!! — раздалось пока еще далеко по коридору.

Я убью Рандоса, если он мне помешает. А он помешает.

Раствор в колбе медленно закипает, выпуская пузырьки. Проверяю температуру в третий раз — сто двадцать три градуса, самое то. Слишком горячо — и всё пойдет псу под хвост, слишком холодно — придется начинать заново.

Надо только посмотреть записи.

— Так, на этом этапе, в принципе, все неплохо, — прикусила кончик стилуса, не отрывая взгляда от показаний. Старый армейский дистиллятор, собранный еще в прошлом столетии, не иначе, натужно гудит. Изолента на стыке с вакуумным насосом опять отходит — надо напомнить Айкерту купить свежей в ближайшем порту.

Впрочем, когда еще Бродяга в ближайший космопорт собирается.

В растворе плавают кристаллы — пока еще не совсем чистые, но это решаемо. Главное — не упустить момент. Записала в планшет очередные показания, почесала стилусом голову — что-то не сходится в расчетах. Может, дело в чистоте исходного сырья? В прошлый раз выход был лучше.

Или это из-за температуры воздуха? В лаборатории жарко — система охлаждения барахлит который день, но чинить её сейчас, посреди синтеза?

— Шестая итерация очистки. Примеси меньше двух процентов, температура…

И вот тут Рандос до меня долетает через гребаный коридор, его тощее тело со всего размаху открывает дверь лаборатории. Грохот раздается именно в тот момент, когда я добавляю последние капли катализатора.

— Док, там Марэн тебя зовет.

— Пошли его к черту, у меня синтез, — не отрываясь.

— Слушай, ты единственный человек на борту, который может послать Марэна Киата к черту и не схлопотать, и я тебе искренне завидую, но там по твоей ча…

В этот момент сосредоточенно удерживаю колбу. Но поздно — раствор уже начал светиться неестественно — голубым с яркими синими вкраплениями, и это, о, не предвещает ничего хорошего.

БА-БАХ!

— Ой, мать же ж! — орет Рандос.

Взрывная волна — ну разумеется, кто б сомневался, отбросила меня к стене. В воздухе закружилась радужная взвесь, оседая на всём подряд, включая меня. Перед глазами — разноцветные пятна.

— Док? Ты в порядке? — жалобный голос раскаявшегося в содеянном, ага.

— Прибью!

К тому же, я увидела своё отражение в металлической поверхности шкафа для бинтов, пластырей и прочих докторских непотребств, и застыла. Мои волосы теперь переливаются всеми цветами радуги — от ярко-зеленого на макушке до глубокого индиго на кончиках.

Я, конечно, тут же кинула свой левый ботинок в Рандоса. Но тот ловко увернулся.

— Док, там корабль прямо по курсу. Сигналы посылает. Марэн его на абордаж хочет брать. Может, чем и разживемся. Но там могут быть, конечно, люди.

— Или нелюди, — зарычала я. — Ладно, хрен с вами, пошли.

Влетала в рубку Бродяги, на ходу пытаясь пригладить свои новые радужные волосы. Толку, конечно, ноль. Рубка у нас небольшая, но уютная — насколько может быть уютным место, где половина приборов держится на изоленте и молитвах. Потёртые кресла пилотов, над ними — россыпь голографических экранов. Часть из них мерцает — опять сломался проектор. Справа — панель навигации с побитым углом, слева — древний радар, который Айкерт подобрал на свалке. На потолке — любимая игрушка Марэна, полусфера из черного стекла, в которой отражается пространство вокруг корабля. И прямо по курсу, через главный иллюминатор…

— Ты его видишь? Ну как тебе? На что похож? — Марэн стоит, вернее, возвышается надо мной, скрестив руки на груди. В отблесках экранов его седые дреды отливают синим.

Вижу.

И у меня от этого зрелища мурашки по спине. Корабль парит в пустоте, чуть покачиваясь, будто на волнах. Обтекаемый корпус переливается всеми оттенками серебра. Вдоль бортов пульсируют загадочные огни, а в носовой части…

— Руны, — выдыхаю. — Фиолетовые руны. Марэн, это вообще ни на что не похоже. Может, ну его, летим отсюда.

— Да ладно, ты испугалась, док? Что может вообще испугать Тейю Аскор? Короче, это Странник, выращенный корабль демонов. Знаешь такую расу, не? А зря, в Содружестве только о ней и поют уже три года.

Я, конечно, делаю вид, что не знаю, особенно при Айкерте.

— Марэн, где мы и где Содружество, и сколько тут до их правопорядочных миров?

— Точно, — рассмеялся. — А ты прическу сменила? Хорошо, знаешь. Слушай, тут нет ничего страшного, — Марэн поворачивается ко мне, и в глазах у него тот самый блеск. — Он подбит. Дрейфует. И, судя по сканерам, внутри есть живой груз.

— Демон, — киваю. Теперь понятно, почему меня позвали. — Раненый демон на демоническом корабле. Вот чего мне не хватало, да?

— Да ладно, детка. Его можно очень, очень выгодно продать, — Марэн ухмыляется. — Особенно если это окажется девушка. За них дают втрое больше. Мы ее полечим, мы ж не звери. А потом смотаемся до Заина… и мы все починим, понимаешь. Вообще все. И твою систему охлаждения. Ну же, док.

Странник чуть накреняется, и по его борту пробегает волна света — будто живое существо вздрагивает во сне.

— Ты со мной? Тейя?

Я промолчала. Внутри ворочается какое-то странное предчувствие. А еще так и хочется руку приложить к голове, к тому, что осталось от моих рогов. Не думала, что вот таким чудным способом встречу соотечественника. И если честно, смотреть на него не хочу. И корабль. Где-то я его уже видела. Или читала о нём?

— Тей? Ты спишь?

— А? — я встряхнулась. — Да, конечно. Готовьте захват, я спущусь в медотсек, подготовлю всё для… гостьи. И да, Марэн, мне нужна нормальная система охлаждения, ясно?

Бродяга подкрадывается к Страннику как хищник к добыче. В рубке тихо — только гудят приборы да пощёлкивает что-то в недрах древней системы жизнеобеспечения.

— Захват через три… две… — Рандос на пилотском кресле весь подобрался. — Одну…

Луч притяжения бьёт точно в середину серебристого корпуса. Корабль дёргается, словно раненое животное. По его обшивке пробегает волна фиолетового света, руны вспыхивают ярче…

— Держи его! — рявкает Марэн. — Айкерт, второй луч!

Корабль извивается в силовых лучах, как живой. Багровые сполохи пробегают по серебристой поверхности. Он явно пытается вырваться — но куда там, при его плачевном состоянии, которое, впрочем, никак не отображается внешне, только по приборам.

— Тащи его в грузовой! — Марэн склонился над пультом. — Осторожно… осторожно… Он тоже ценный. Все загоним!

Странник содрогнулся. Створки грузового отсека медленно расходятся, готовясь принять добычу. Я смотрю на экраны и не могу отделаться от мысли, что корабль… напуган?

Как такое возможно?

— Есть! — Рандос победно вскидывает кулак. — Взяли голубчика!

Корабль замер в грузовом отсеке, похожий на подстреленную хищную птицу. Его серебристый корпус тускло поблёскивает, руны едва светятся.

— Ну что, док, — Марэн повернулся ко мне. — Идём смотреть, что там внутри?

Створки Странника не поддаются. Вообще. Ни лазерному резаку, ни старым добрым кувалдам — ничему.

— Я не понимаю, — Айкерт вытир пот со лба раз этак в тридцатый. — Это же просто обшивка. Должна поддаваться.

Это шкура. И ему больно.

Между прочим.

Вблизи корабль ещё более жуткий — руны пульсируют, словно в такт чьему-то дыханию. По серебристой поверхности время от времени пробегает рябь, будто по воде.

А я не боюсь его.

Он не агрессивный, вообще-то.

— А если так? — Рандос примеривается с плазменным резаком.

— Да погоди же, сами сказали, выращен. Это что, вот так с живыми существами? А тебя если — резаком?

Сама не понимаю, что сотворила. Положила ладонь на обшивку. Теплая, правда, как живая. От ладони пошли волны, градиенты, от серебристого до фиолетового и назад. И моментально вход открылся. Просто разъехались створки. За ними — темнота и пульсирующий багровый свет

— Да ты маг, Тейя Аскор.

— Твою ж… — выдохнул кто-то за спиной, наверное, Артун, этот красавчик вообще не из боевитых.

Ну, что ж, назвалась спасителем живого существа, полезай в брюхо.

И я шагнула. Внутри корабль ещё более жуткий. Стены словно живые — они дышат, перетекают, пульсируют багровым. По ним змеятся те же руны, но здесь они движутся, плавятся, перетекают друг в друга. Коридор уходит куда-то вглубь, изгибаясь как кишка. И вдруг… зажигается свет, как только я вхожу, руны бледнеют.

Словно меня тут приветствуют.

— Тейя, может не надо… — это Рандос.

Поздно, я уже внутри. Пол под ногами чуть пружинит, будто ступаешь по живой плоти. Следующий шаг. И ещё один. Коридор словно выплёвывает меня в круглое помещение. Из пола растут искривлённые колонны, похожие на ребра. В воздухе парят полупрозрачные экраны с постоянно меняющимися символами. А на полу…

— Сюда! — кричу, бросаясь к распростёртой фигуре. — Быстрее!

Демон лежит ничком, и нет, это не девушка. Добротный такой большой мужчина. Рандос его перевернул по моей просьбе. Мои пальцы — сразу к шее, отчего он чуть дергается.

Живой.

— Да ладно, док. Чуть его побило при захвате. Очухается.

Все очень странно. Очень.

Руки нашего «гостя» уже перетянуты веревкой, словно только нас и ждали тут. Волосы темные разметались по полу. Длинные. Рога тоже хороши. Обрамляют голову, аккуратные, черные. Как сама тьма.

— Носилки! — скомандовала я.

Странник на других реагирует не как на меня, стены начинают покрываться бордово-красными пятнами. Он в гневе? Вот это открытия.

В медотсеке демон кажется ещё более нездешним. Другой.

Не то, что команда, любимый, конечно, но сброд. А этот — одет просто, но видно, что дорого, точёные черты, высокие скулы, прямой нос… Красивый, зараза. Интересно, какого цвета глаза?

Даже страшно раздевать.

Но осмотреть-то надо.

— Так, все вон, — командую, натягивая перчатки. — Дайте работать.

— Может, это… связанным оставить? — Рандос мнётся у двери.

— Вон, я сказала.

Перечить он мне все же не решился. И хорошо, так что я осталась наедине с бесчувственным пациентом. Первым делом — сканирование. Древний диагност снова натужно гудит, но картинку выдаёт чёткую.

Анатомия демона похожа на человеческую, но есть отличия. Более плотные кости, как и структура мышечной ткани. Сердце крупнее. Да он горячий!

Как и я.

Самая частая фраза пациента: «Доктор, да у тебя жар!»

У него — точно не жар.

Учитывая, что я такого впервые вижу, это же прям… встреча!

Хороший ты мой.

Дорогой.

Так что будь лапочкой, выздоравливай.

А вот и повреждения — несколько ушибов, вывихнутое плечо, на затылке приличная шишка.

Плечо. Анатомически совершенное, так бы я выразилась.

Он дернулся внезапно. Открыл глаза. Невозможно темные, какие-то безумные, древние. На дне их плясали золотистые искры.

Посмотрел на меня. Улыбнулся, губу закусил, как если бы боялся всю радость выказать.

— Тейя Аскор, — произнес четко, перед тем как снова уплыть.

Ладно, пульс в порядке, дыхание ровное. Хорошо приложился, видимо.

Так, меня поприветствовал живой корабль, меня узнал демон.

Восторг.

Что я натворила, вопрос. И когда успела?

Рассмотрела я его как следует.

Одежда вся практически черная. От удобных ботинок до плотной накидки с огромным капюшоном. Рога скрывать — откуда все эти мысли? Почему-то меня интересовали его запястья. Обнаружив на каждом по браслету, изящному, но явно в пару к другому, как если бы, не знаю, то были оковы, немного удивилась. Поразил меня и амулет на шее — в виде дракона, с камнем посередине, таким, как его глаза — я таких и не видела никогда.

Большой он.

И хорош несказанно.

Как не знаю, огромная хищная кошка.

Да, не девушка, но дадут за него немало.

Мне на систему охлаждения точно хватит.

Повреждения незначительные.

Отметин почти нет. Только шрам на правом запястье — не просто вдавленный, как от наручника, например, а с проколами — следами шипов. Откуда такое? И почему только на правом?

— Ну как наш гость?

Марэн, как обычно, без стука.

— А чего не стучишь, капитан? Вдруг я тут голая и с демоном целуюсь?

— О, я бы был только счастлив. Но скорее — у тебя в одной руке колба, в другой — планшет, как обычно. И целуешься ты с неисправным дистиллятором. А то и трахаешься. Рандос мне рассказал. Прости идиота. Он дико нервничает, что обидел тебя. Говорит, что все, никто ему больше не зашьет задницу, такие дела.

Я махнула рукой.

— Ладно, волосы отрастут.

— Так что демон? Как рога?

— Да ничего. Ты же вроде практически в курсе. Обычная анатомия, сердце чуть крупнее, я бы его немного поизучала, если ты не против. Он… красавчик.

— Ох, это ж надо, мужик, жаль, что ты в отключке. Комплимент от самой Тейи Аскор.

— Я в том смысле, что выручить можно немало. На нем практически ни одного шрама. Только почему-то один на запястье. А еще — он носит одинаковые браслеты. А выглядит при этом как благородный господин из самого центра Содружества Пятнадцати Планет — вот хоть убей, все не сходится в нем, чего бы ты не взял. А еще, очень глупо бросать пленника посреди космоса. Да и беспомощным он не выглядит. Как будто нас ждал, весь такой готовый.

— Ну, дождался же, — капитан спокоен.

Или так только кажется. Марэн хочет чего-то, и немедленно.

А чего, спрашивается, я места себе не нахожу? И сердце заходится, стучится прямо в ребра.

— На нашей колымаге до Заина добрых двадцать суток. Я бы лучше озаботился, чем кормить твоего пациента, он — здоровый. И да, я его забираю.

— Куда разместишь?

— Так у нас вроде клетка после архантов осталась. В целом, довольно просторная. И высокая, что немаловажно при таком росте. Издеваться никто над ним не планирует. Кроме тебя. Так что ничего, посидит взаперти пару десятков дней.

— А потом?

— А потом — базар. Не боись, кому попало не сдам. Скорее, наверное, даме бы продал, ну знаешь, такой… Чтобы ему не утруждаться особо. Может, у него жизнь еще получше моей будет. Ну, что скажешь, док, мы клетку переставим, можно переносить пациента? Он может быть агрессивен, когда очухается.

— Скорее хитер, как лис. Он же демон.

— А ты словно с ними встречалась.

— Да нет, только сказки читала. Кстати… у него такие приятные рога наощупь. Только вот он дергается, когда прикасаешься, как под током.

Марэн подошел к пленнику, прикоснулся к рогам.

— Не дергается. А так да, приятно. У тебя лучше были. Понимаю тех, кто заводит себе демониц. Они, говорят, еще и не толстеют никогда. Строение такое.

— Да, на нем хоть анатомию изучай. Ладно, забирайте. Но только осторожно. У него здоровая шишка на затылке. Приложился, да хорошо так, возможно, поэтому никак и не может очухаться.

Дейран примерно представлял, что его перенесли.

Но все это было совершенно неважно. Потому, что нашел.

На Ислате, в душном баре, уже совершенно измотавшийся от поисков, он услышал это имя.

— Да, ты прям мастер, к Тейе Аскор подкатывать. Во-первых, тебя раскатает Марэн, где он еще такого доктора найдет, чтобы и команду латал, и лекарства синтезировал. Знаешь, какой химик, уххх. Могла бы давно обогатиться на стимуляторах, но нет. Бродяга ей милее, и его команда. Во-вторых, тебя раскатает она сама. Ей вообще мужики не нужны, только формулы. Ну и чужие ноги-руки пришивать. Она, говорят, чудеса творит. Не знаю, не видел. Но это ж Тейя Аскор.

Демон впервые не услышал, скорее почувствовал, что это — нитка. Тейя Аскор… Дейран Аскоральф. Она словно оставила маячок. Незримый, мелькающий, странный.

Он поехал на Заин — к Райтеку Сооко. Тот мог найти информацию про кого угодно и где угодно.

— Ух ты, послужной список. Контрабанда, работорговля, воровство, мошенничество… Хорошая команда, Дейр. Риану Акинель там точно нормально?

— Судя по тому, что я слышал, риану Акинель кого угодно сама за пояс заткнет. Чем дальше, тем интереснее. А она, значит, доктор.

— Ага. Известна тем, что всю команду вылечила, когда те попали на Меррее под обстрел. Они тогда практически потеряли медотсек. Между прочим. Сохранила всем конечности, хотя те были в ужасном состоянии… человек на такое не способен, Дейран. Да даже не всякий маг справится.

— Дай угадаю, кому-то чуть не ампутировали руки или ноги. Интересно, что с ее даром? Он же по идее должен отсутствовать.

— А если ты прилетал на Меррей в тоже время? Ты же искал. Она могла воспользоваться своим целительским даром даже неосознанно. Или осознанно, если все помнит. Но я бы на это не ставил.

— О, я искал, — Дейран усмехнулся.

— Команда не говорит ни о каких магических способностях, но оберегают ее там прям сверхъестественно. Капитан балует, хотя раньше за таким замечен не был. Говорят, у нее есть на корабле собственная лаборатория.

— Почему я не удивлен? А теперь вопрос, с чего это она там, а не здесь. И если права тетушка Нейль, и это действительно Арва с ней сделала, то помнит ли она хоть что-то?

— А если ничего, Дейран?

Демон нахмурился. Помотал головой из стороны в сторону.

— А если ничего, то по ситуации. Если она там счастлива, у нее есть мужчина, то пусть живет там. Но я сомневаюсь. Понимаешь, если в ней хоть что-то сохранилось от прежней личности, нет у нее ни одного шанса стать счастливой на окраине звездной карты. И да, она сама — демон. А это значит, ей плохо с ними. Даже если хорошо на первый взгляд.

— Везде значится как человек, рога отсутствуют.

— Не хочу даже думать об этом, но… Спилила? Как? Это невероятно больно. Они, как и у меня, дико чувствительны. В этом, конечно, есть резон: никто за ней не охотится, чтобы продать подороже, можно себя за человека выдавать — какое-то время. Но… как вообще можно отказаться от этой части личности. Что ж с тобой случилось, Аки Кейран?

Пребывание на корабле контрабандистов дало ему пока понимание: Аки и изменилась и не изменилась вовсе — одновременно. Короткое бодрствование, пока она отошла в другую часть своей просторной каюты, наблюдение издалека, как она что-то записывает в очередной древний планшет, ну и да, покусанный стилус.

Адская ненависть тем, кто мешает работать.

Совершенно невозмутимая констатация фактов, которые должны вгонять в краску: да, красивый пленник.

Центр ее личности остался тем же.

И это несказанно радовало. Что огорчало — она его не помнила. Спокойно обсуждала продажу на Заине. Прикасалась несмело, даже как-то испуганно.

Странник еще ей устроил представление.

Говорил, не выдавай. Но друг слишком разволновался, как же, его богиня, его Аки Кейран, единственная женщина, которую он признал своей хозяйкой.

Такая, с короткими — чуть ниже плеча, разноцветными волосами, в удобных походных штанах и не менее удобной майке, она ему, пожалуй, даже нравилась больше. Простая, незамысловатая. Вся команда, конечно, пялилась на нее. Но это скорее было привычным ритуалом — посмотреть на доктора. Красиво же? Красиво.

О, он их даже понимал.

Что ж, наблюдаем дальше.