Доведи демона. Вспомни демона

18. Силой Арвы

Килора. Аскоральф

Итак, расклад получается очень невеселый.

Мы с Дейраном, как ни крути, должны идти точке, которую Андра в своих дневниках обозначина как драконью гору. А еще, приложила кучу забавных примет. Мне нушна скала, на которой, по повериям шакирян и атальцев, рождались демиурги. Скала, у которой, как говорит Андра, в час вражды Шакира и Атала (о, было и такое в нашей истории) возник первый нейтральный храм.

Мне нужна была скала, котрую я должна почувствовать нутром как маг, скала, под которой погребено сердце Хатта, скала, под которой есть путь к центру мира, куда его спустили.

То, что наш Хатта, наш бог, тот, в кого мы верим, дракон, с крыльями и чешуей — Лишенный облика, это как-то до сих пор не укладывается в голове.

Как и вообще вся эта какофония смыслов.

Пять миров. Квадрат защиты. Четыре по бокам и вершина.

Не пятиугольник, нет.

Почему Андра решила, что мы с Дейраном способны провернуть такое?

А главное, я пока не понимаю, зачем.

Но вижу, что некроманты это так, семечки. Первый рубеж этой войны. Жестокой войны, в которой мы почти потеряли Лотора.

Айкерт сел рядом, вынул из недр своей объемной пилотской куртки стандартную походную шоколадку. Без слов.

— Док. У нас проблемы.

— Еще проблемы?

— Ага. Мы теряем тебя.

Я усмехнулась. Только сейчас обратив внимание на засыпанный снегом сад и дальнюю теплицу, в которой, видимо, трудились демоны. На Айкерта, из-под жестких волос которого росли пока очень миниатюрные, но прекрасные темные рожки.

На весь этот мир, который я должна каким-то образом оставить целым ценой своей жизни и жизни Дейрана. На все эти невеселые перспективы, от которых хорошенько веяло отчаянием.

Я развернула шоколадку.

— Знаешь, док, я думаю, что быть демоном не так уж плохо. Все время жарко, даже когда вокруг снег. Ну и когти плюсом.

— Ты уже пробовал вторую форму?

— Да, и это отличное оружие, знаешь. Против некромантов сполне сойдет.

— Ты спятил. Хочешь в первые ряды, голыми руками драться?

— У меня нет выхода, ваши многие не знают боя, хоть и живут столетиями.

— Ты пришел попрощаться. Айкерт, нет.

— Да, брось, док. Мне Ирта рассказала про Арву. Все знают, что ты себя готовишь стать деревом. Великим древом… От того не легче. У тебя такие цены. А у меня — другие.

Спорить с ним было немного бесполезно, это я прекрасно видела. Так что разломала шоколадку надвое. Протянула ему половину. Поговорили. Два жертвенных идиота на краю войны.

— Тей. А это… скоро наступит?

— Я не знаю. Но не раньше, чем я посажу в других мирах четыре арвы, я думаю, это долгий процесс, — я вдруг сменила тему. — Андра описывает врага, знаешь. Серокожие, с огромными витыми рогами. Они живут на планетах, где полно лавы. На горячих планетах, которые люди бы описали как ад.

— Ну то есть, ты хочешь мне сказать, что мы столкнулись с демонами? Настоящими демонами?

— Похоже на то. Мне от этого ни жарко, ни холодно, но похоже. И мы ничего не знаеи об их природе, кроме того, что они умеют проникать в разум и менять убеждения. И того, что их цивилизация создала арв. Хочешь честно? Миллионы лет в качестве деревяшки пугают меньше, чем они.

— Почему, док?

— Потому что представь, что тебе внушили, что я враг, так крепко, что ты взял пистолет и засадил мне в голову лучом. Стандартно и быстро.

Айкерт отшатнулся.

Я невесело усмехнулась.

И все эти — никогда, да как же можно, в этот момент не имели значения. Потому что мы оба знали — это возможно.

— В общем, это стоит всего, это нужно остановить.

— И ты пойдешь останавливать, да, Тей?

— И я пойду останавливать, потому что люблю тех, кто живет в моем Снежном кратере, на моей Килоре, в моей вселенной больше, чем собственную жизнь. У меня немного другие приоритеты. Я — целитель, лекарь, я не воин, Айкерт, что бы сейчас не произошло. Я люблю. По сути.

Айкерт покачал головой.

— Док, ты просто нереальная. Я думал, что знал тебя, пока мы были на Бродяге, а сейчас узнаю о тебе больше, и понимаю, что ты еще круче. Как вообще такое возможно? Ты настолько круче, что я тут уже проникся тем, чтобы защищать твой народ. Ну да… мой народ.

Айкерт заметил высокую фигуру у входа на садовую дорожку. Фигура прислонилась к арке, выжидая, когда мы договорим, и лениво играла огненным шариком в руках.

Я живо стряхнула снег с юбки и пошла к Килиару.

— Теть, тебя ма зовет. У нее план прорыва стынет. Она чувствует — нападут скоро. Счет не на минуты, конечно, но я бы поторопился.

Тален спокойно совместила планы некромантов, магию которых хорошо чувствовала, она же в Донке прожила почти десять лет, знает этих Поднимающих, как там говорят, наизусть, так вот, совместила с тем, что Дейран ей рассказал про дневники Андры, и сейчас стояла над картой.

— Ну что, друзья мои. Похоже, Донк связан непосредственно с врагом. Потому что силы стягиваются к южной оконечности нашего прекрасного барьера, а мы не можем даже помощи попросить. Это плохие новости. Хорошие — пока нас тут с тобой не было, Аки, Торвальд научил твоих демонов махать мечами и палками. Так что у нас чуть больше воинов, чем мы рассчитывали.

— Если я правильно понимаю логику, они не станут распыляться на побочные цели, им нужны Аки и Дейран, — спокойно сказал Валайяр.

— Но как? Мы их на корабль посадим, — незамедлительно вступила Фела.

— Это, конечно, безумие, но я знаю такой вид некромагии, котры может помочь им нас одолеть, — отозвался Лайхор. — И огонь тут поможет слабо, потому что это стратегия. Думаю, они призовут летающих существ. А еще, есть такая штука, что-то вроде притягивающего луча, если перевести на ваш технологический язык. Может заставить любое живое существо обессилить. А ваш корабль.

— Живой, — отозвался Дейран.

— Тааак, — Марэн склонился над картой. — Значит, так, дорогие мои. Мы летим на Тейе. Ты, док, и этот рогатый. Она красивая, но железяка. Вашего Странника упакуем внутрь, места хватит. Все меня поняли? Это не обсуждается.

— Разумно, — заключила Тален. — Мы отвечаем за прорыв барьера. Торвальд, прости, но демоны у нас — как отвлекающие силу. По сути, не очень много нас, и мы должны выпустить Акинель и Дейрана. И защитить себя. Вегейр, с тебя — щиты. Валайяр, ты мечник.

— Понятно, — усмехнулся советник. — С тобой на передовую. Разумно.

— Кто у нас еще остался?

— Я.

Фела вышла вперед, спокойная, собранная.

— Моя группа жрецов вообще-то — воины. И уж точно не испугаются сказочных злодеев вроде некромантов. Мы сами, если хотите, сказочные злодеи. Уж чего-чего, а воинственных демонов, которые нападут первыми, эти ребята точно не ожидают.

Тален повернулась наконец к Дейрану.

— Ты — ключевое звено всего этого. Но все равно…

— Дай угадаю, защищаешь Аки.

Тален улыбнулась.

— Дейр, я вас обожаю. И честно сказать, никуда бы не отпустила.

— Есть особая соль в том, чтобы стать личинкой бога при жизни. По крайней мере, тебя обожает огненная Тален, — Дейр рассмеялся тихо.

Тален ткнула ему в бок кулаком. Несильно, по-родственному.

— Привези мне ее живой. Итак, после того, как вы там все завершите, едете в Атал. Если повезет, мы будем там. Поехали.

Утром белыми хлопьями стал падать самый настоящий снег.

Мы были заняты подготовкой в предстоящему. Дейран говорил со Странником, уговаривая того влезть во внутренности Тейи. Корабль впервые на моей памяти — сопротивлялся отчаянно. Марэну не доверял, опасность чувствовал, вероятно. В общем, хотел защитить. Я тоже не доверяла Марэну, но выбора у нас не было.

Демоны не располагали ни собственным флотом, ни собственной армией.

Когда Странника все же удалось поместить в Тейю, ко мне подошел Маркит.

— Едешь, док?

Я обратилась к Арве внутри, и она, странное дело, отозвалась.

— Мне нужна будет твоя помощь. Понимаю, что-то сорвется.

Она спокойно сказала:

— Да, это мое предвидение говорит в тебе. Рассчитывай на мои силы.

Итак, у меня есть Арва. А еще, есть Дейран, протягивающий мне руку.

— Эйлар Аки, вы совершенно не похожи на будущую богиню. Пару дней назад вам хотелось поклоняться, а теперь –только смотреть, чтобы вы не упали. Как много в вас ролей. Ну, идемте же.

В глубине его темных глаз не было так привычного мне золота.

Он не возбужден, нет. Он предчувствует беду.

Как и я.

И потому даже из вида выпускать меня не хочет.

— Дейр, я буду с вами до самого конца, что бы это ни значило в моем случае.

— Знаю. Конечно, будете. Вы — моя жена, эйлар Аки.

Впервые мой демон так бескомпромиссно заявил свои права на меня. И честно говоря, я счастлива, что несмотря на все его лукавство, на все наши игры, мы честны в этом. С того разговора об Арве. С того его согласие быть для меня всем, что я только смогу в себя вместить.

Мне кажется, его огромное чувство просто поглощает меня.

— Дейран Аскоральф, вы невыносимы.

— Этот демон…, — о, и театральная пауза, как без нее, — с вами полностью согласен.

Мой демон, мой.

Мой.

А теперь представьте — снег, горы.

Чашка кратера. И на вершине, у самого барьера — они. Не там, где ожидались, у границы Донка. А между Аскоральфом и Аталом. Между союзными государствами. Я смотрю на них сквозь иллюминатор в рубке Тейи. Прорваться через беспросветную полосу мертвецов и их живых кукловодов почти невозможно.

Их много. Может, тысячи.

Только некромантов. Поднятых — сотни тысяч. Месиво.

Это страшно. Я вижу Тален. У нее, вероятно, даже мускул не дрогнул при виде вражеской армии. Наши в катастрофическом меньшинстве.

Некромант поднимает посох.

И на нас это обрушивается. Его сила. Мощь. Та, что держит барьер, та, что не пускает нас туда, за перегородку. Эта мощь безумна. Она сплетена словно из тысяч некромантов.

В воздух поднимаются они — костяные остовы летающих существ, среди которых я узнаю драконов с ужасом…

Какие-то из них атакуют Тейю. Горят. Мы горим. Боги. Все сразу.

Они решили действовать огнем, потому что это наше оружие.

Наше оружие против нас. Умно.

Тален вызывает огонь. Он проходится по кромке страшной полосой. Я вижу, как выгорает первая волна мертвецов. Практически начисто. Но за ними — еще одна. И они жертвуют силой.

Еще и еще.

Килиар.

Он помогает матери, он сжигает.

Затем Вегейр выставляет щиты, но они вынуждены, все вынуждены отступить.

Фела в ужасе, не справляется. Слишком много.

Еще секунда. Внутри Тейи что-то происходит со Странником. Что-то происходит с Маржном и даже с Дейраном. Все они буквально прижаты мощью к полу. Дейран рухнул около меня на колени.

— Акинель, беги!

Время застыло. Нас, кажется, побеждают. Какие-то там некроманты. Я даже не знаю, зачем они прибыли, кто за ними стоит. Мейнар Горзу и ее родственники? Может быть.

Император, что подумал — без поддержки Содружества Атал падет? Может быть.

Но неважно. Мы проигрываем, очевидно.

И тут во мне голос.

— Пора, дочь моя.

Пора.

Я даже не выхожу из корабля, который завис над полем битвы. Во мне — их же оружие. Черное целительство, а если проще, внушение. Бордовые нити от меня тянутся прочь из корабля. Я сейчас буду убивать. Не благородно — сталью. Не огнем, как Тален.

Я буду убивать обманом. Я буду убивать всех…

Никто не спрашивает, что я делаю. Бордовое облако застилает все. Это ненадолго, я знаю. Божественная мощь в хрупком смертном теле — всегда ненадолго. Но этого хватает. Первый из них выхватывает нож и вскрывает себе горло.

Как когда-то старший брат Дейрана. Воспоминания жгут.

Я тогда впервые увидела, что может Арва. Представьте, вы смотрите в глаза своему врагу, а он режет — от уха до уха.

Вот и они…

Второй, третий.

Падают управляемые ими мертвецы — нескладные груды костей.

Божественно жестоко.

Я вижу, как гаснет черный дым — видимое магу проявление их силы. Как те, кто еще остался, в ужасе бегут от бордового облака. Страшно, да?

Арва — это всегда страшно. Даже мне, а я ее в себе почти пять лет ношу.

Я вижу.

Как трещит по швам и ружится их барьер, созданный из магии, которую можно, как и все, победить страхом. Я вижу.

Как Тален ругается на меня на чем свет стоит. И жжет тех, кто пал. До тла, до пепла. До упокоения. Окончательного упокоения.

А потом меня накрывает милосердная тьма. И я успеваю только почувствовать руки, которые ловят. Не Дейрана руки, другие:

— Док, твою мать! Док!!!