Доведи демона. Вспомни демона

24. Отпугиватель атмо

Космос. Странник

Дейран всматривался в звезды. Перепроверял. Сколько уже? Совершенно неизвестно. На Аки нет коммуникатора. Сейчас очень нужен был какой-нибудь из артефактов Наджелайна. Следящий. Так хотелось прижать ее к себе. Но… Но…

Интересно, она хоть в себя пришла? Полная неизвестность пугала. Что ей сказал Вегейр? Она вообще жива? Жива…

Между тем, Странник, как всегда в моменты космического напряжения, заваривал чай. Дейрану в горло не лез ни кусок, ни глоток. Но спокойствие старого друга немного приземляло. Если так можно выразиться.

Это была его философия — если Вселенная летит в бездну, хотя бы напиток должен быть приличным. Старина готовил атерию.

— Две луны! Спасибо. Успокоительное — это то, что сейчас нужно. Но не подействует.

Дейран стоял у панорамного окна, вглядываясь в космос с таким выражением лица, словно пытался прожечь пустоту взглядом. Руки сжимали подлокотник кресла так, что он не был уверен, не больно ли Страннику. Старина терпел.

В бескрайней черноте мерцала белая точка. Крошечная, почти незаметная, но для Дейрана она могла бы гореть размером с солнце — настолько она притягивала его внимание.

— Странник, — произнёс он тихо, и голос его прозвучал слишком ровно для демона, чья арва находилась в руках врагов. — Рассчитай их маршрут.

Данные полились на экраны, цифры замелькали, траектория выстроилась, и когда результат появился на главном дисплее, Дейран выдохнул так, словно его ударили в живот.

— Поклятье, — выдавил он сквозь зубы. — На Аиск они летят. Аки была абсолютно права. Жа она всегда права. Черт возьми.

Он развернулся к Лайхору, который сидел в углу рубки на полу.

— И что это значит?

— Это значит, — начал он медленно, — что там много Озарённых. Очень много. Местные жители, настроенные против меня лично. Много боли, потому что Озарённые любят казни, публичные и красивые. А ещё, кажется, — он помолчал, глядя в пустоту, — какая-то тайна, связанная с арвами. И я даже примерно понимаю, какая.

— Тайна, значит. И эйлар Аки сейчас…

— Эйлар Аки сейчас — носитель силы. Может быть, самая можная сила вообще в той части вселенной, которую мы знаем. И все это спрятано в хрупком чесловеческом теле. И все это можно просто одним движением клинка убить. Но у них — другие планы. Прямо история. Нам нужно их нагнать. Потому чтото, что задумали атмо, может быть хуже смерти.

Дейран кинул взгляд на сумку Аки, которую взял с собой безотчетно. Теперь ему казалось, что в ней — спрятано что-то невероятно важное. Семечки.

— Твою мать. Этим уродам нужен контроль над первыми арвами. Как ни крути. Они собираются сделать из нее дерево? Возможно. Самое могучее дерево, какое только может быть.

Космос. Корабль Озаренных

Потолок камеры был белым. Настолько белым, что глазам больно, и если смотреть на него слишком долго, начинало казаться, что это не потолок вовсе, а дыра в какое-то стерильное измерение, где живут только прямые углы и чистота.

Я смотрела на него уже минут сорок и всё ещё не привыкла. Наверное, в этом и был смысл — сделать камеру настолько неуютной, что узник сам захочет сбежать, лишь бы не видеть этот идиотский белый цвет.

В голове у меня было шумно.

Арвы не затыкались. Вообще. Я уже начинала подозревать, что они специально устроили себе вечеринку в моём сознании, потому что у них не было другого развлечения. Картика нервничала, Саиндар планировала, остальные перешёптывались на заднем плане. Во имя Хатта, вы меня с ума свести хотите.

— Нет, сейчас напасть — не вариант, — произнесла Махаори. — Нужно обязательно дождаться приземления. Стоит понаблюдать.

Я закатила глаза, хотя это было бессмысленно — арвы всё равно не видели моих жестов, зато отлично чувствовали моё раздражение. В целом, Махаори была права.

Если эти твари планируют Аиск, то это как минимум несколько дней в этом чертовом аквариуме. А значит, меня надо кормить. Поить… И давать чутьчку свободы на физиологию.

Кстати, в этом стерильном мире физиология предусмотрена?

Господа ангелы, официально объявляю, стерильность — это пытка.

— Разумно разыграть несмирившуюся узницу. Тебе не поверят, — снова голос Мах. — А вот отчаявшуюся… Как насчет устроить истерику?

— С целью?

— Рассмотри браслеты. Они магические, но какая-то механика там должна быть, замок. Сделай вид, что пробуешь их сдернуть, истери.

— Разумно. Ни разу не сдалась, думаю, сейчас за мной уже смотрят десятки камер. Акинель Аскоральф явно что-то задумывает!

Акинель задумывала не убивать своего демона в четвертый раз. а для этого надо было выжить. То, что Дейр где-то тут, на расстоянии вытянутой руки, было слишком очевидно, чтобы игнорировать.

Я попыталась стянуть браслет, одновременно ощупывая его.

Гладкий, зараза.

— Пусти порулить, — усмехнулась Махаори.

Я согласилась. И провалилась в какую-то ватную пустоту, где отчетливо видела и чувствовала свое тело, но не могла им управлять. Махаори движением колоссально быстрым, явно не один раз так делала, провернула один и второй браслет на запастье, делая вид,что сдирает, но на самом деле ощупывая. Она что-то нашла.

Бугорок и тонкую трещину. Но отдавать управление не спешила.

— Еще минутку.

Она повертела моей головой, осмотрелась, ее внимание привлекло углубление в стене.

— Все, можно забирать. Итак, замок стандартный, как я и думала, они заблокировали твою магию, артефакт сделан на твоей родной планете. Плохо сделан, кстати. Доступа к силе нет, нам нужно что-то вроде отмычки, тонкий металлический прутик, чтобы взломать. А через дырку в стене будут приносить еду.

— И что это нам дает?

— О, многое, — заявила Махаори.

— Она почти профессионально сбегает из тюрем, — заверила Саиндар. — Скорее всего, они знают, что ты не одна в своей голове, но думают,что блокировали нас. Они блокировали. Да только нам каждой столько лет, что мы многому научились.

— Грубо, — шепнула моя Арва. — Примитивно.

Ладно, грубо так грубо. Я улеглась обратно, но все еще сдирала браслеты, изображая отчаяние.

— Почему на Аиск? — спросила я. — И вообще, рассказывайте, что в этих семечках, куда я должна их посадить. Меня до смерти уже утомляет, что я ничего не понимаю.

В голове повисла пауза. Такая многозначительная, что я почти физически почувствовала, как арвы переглядываются между собой. Если бы они были настоящими женщинами, а не древними сущностями в моём сознании, я бы услышала их вздохи и увидела бы обмен взглядами в стиле «кто ей расскажет?».

Саиндар вздохнула. Даже в моей голове этот вздох звучал усталым.

— У каждой из нас была пара, — начала она тихо, и в её голосе появилось что-то новое — печаль, которую она раньше не показывала. — Любимый. Которого атмо превратили в центр мира. В Лишённого облика. Семечку они успели посадить только одну.

— Аскоральф.

— Да, именно так. А остальные остались в лаборатории. Зачем им разумные арвы? Это выяснилось не сразу. Когда Арва проросла, контроль над ней исчез. Более того, она могла отбросить атмо.

Я моргнула, глядя в белый потолок.

В груди что-то сжалось — не моё, а их. Эхо старой боли, которую они несли веками.

— Тебе предстоит нас соединить, — продолжила Саиндар.

— И совершить армагеддон, — добавила Мах на заднем плане.

— Не совсем, можно соединить без перезапуска. Но… — тихо возразила Картика, и я почувствовала, как её трясёт. Буквально. В моём сознании она дрожала, словно её лихорадило, и мне стало не по себе. — Мы приближаемся к моему центру.

Я села. Резко, потому что лежать больше не получалось — слишком много информации сваливалось на меня одновременно, и мозг требовал хоть какого-то действия, чтобы переварить всё это.

— Что это даст? — спросила я, и голос мой прозвучал хрипло. Странно, учитывая, что я молчала всего пару часов, но видимо, внутренние диалоги с арвами тоже отнимали силы.

— Мы разумны и сильны, — ответила Мах, и в её словах была какая-то болезненная надежда. — Мы создадим квадрат силы. Ммм, травила когда-нибудь насекомых? Тараканов, к примеру?

Я нахмурилась.

— Сравнить атмо с тараканами…

— Ну вот это будет что-то вроде того, — продолжила Картика, и я почувствовала, как она пытается улыбнуться, хотя ей явно плохо. — Вселенский отпугиватель атмо. Только нужно…

— Дай угадаю, — перебила я, и в голосе моём прорезалась усталая ирония, которую я уже даже не пыталась скрыть. — Посадить четыре семечки и прорасти самой. Счастье.

Тишина.

Потом Картика тихо рассмеялась — надтреснуто, грустно, но всё же рассмеялась.

— Почти, — призналась она. — Но прорасти — не значит умереть. А самое важное, твой центр мира согласен стать центром.

Я откинулась на стену, обхватив колени руками. В голове крутилась мысль, которую я не хотела озвучивать, но она росла, набухала, требовала выхода.

— Отличный план: спастись от Рзаренных и, возможно, атмо, устроить армагеддон, посадить семечко. Ясно. Люблю четкие конструкции. А вы, мать его, понимаете, что это невыполнимо?

— Акинель, — начала Саиндар строго, но я перебила её.

— А что делать, если ваш чертов квадрат силы не подействует, а у меня уже ветки вместо рук?

Они замолчали. Ни одна из них об этом не думала.