Доведи демона. Вспомни демона

7. За нами прислали корабль

Заин. Аркада Тысячи Огней

Что мы имеем?

Семечко, взорвавшийся космолет и постоянные тайны. И еще людей, которые подвергаются опасности. И нужно искать ответы. Смогу ли я их найти без Дейрана? Одна, в совершенно чужом и невероятно враждебном мире, даже с даром, который может защитить других, но не меня. Я смотрела на витрины.

Заин.

Место совершенно непредсказуемое.

Что же делать-то, а?

Дейран догнал меня совсем возле выхода.

— Пойдемте на космолет. Теперь нет нужды оставаться в этом мире.

— Я не пойду с вами, Дейран. Я решила остаться с Марэном. Им сейчас, как никогда, нужен врач. Я думаю, раз космолет у них новый, удастся на какое-то время просто затаиться. А потом, чуть позже, я покину и их. Я найду их. Не волнуйтесь.

Демон улыбнулся.

— Ничего не выйдет.

— Почему же? Теперь вы свободны, а я могу идти в любую другую сторону. Да. Дар. Но как-то я жила без него, и вы жили, это все равно лучше, чем умереть.

— Не лучше. Это такая, знаете, не просто смерть, а мучительная и затяжная. Я вас понимаю, вы вынуждены полностью изменить свою жизнь, свои привычки, вам, должно быть, страшно.

— Я просто не пойду. Я там чужая, и… Не могу больше понять, кто я. Мне не просто страшно, Дейран. Я не могу понять, какое мое движение приведет к чьей-то смерти. Отпустите меня. Я ничего не делала, понимаете, а из-за меня людей просто не стало.

— Мы не знаем, из-за вас ли. Возможно, из-за меня.

Дейран спокоен.

— И все же, я от вас должна уйти. Я…

Я подняла голову. Демон сощурился, но взгляд не был ни капли ни лукав, ни насмешлив, как обычно. Ему невероятно больно. Отнять вас, это как вырвать из меня суть, говорит. Вот он и противостоит. И кажется, не просто хочет сопротивляться, а страшно сопротивляться.

— Вы боитесь и повторяете круг. Как и внушила Арва. Вы не боретесь, не хотите. Устали. Вам не из-за чего, действительно. Вы же не помните, по какой причине были несгибаемы и ныряли в бездну. И может и не вспомните даже. Так думаете, да? Вы не бежите от ответственности, вы просто не понимаете, зачем. Все верно?

— Да. А вы не имеете права меня держать.

— Ошибаетесь. Вы, Акинель Наджелайна, риану Атала, совершили преступление против Аскоральфа и его правителя, между прочим.

— Против Аскоральфа. Какого…

— Ага. Пособничали похитителю, не пытались помочь, даже, кажется, продажа гуманоида — с вашей легкой руки затеяна. Вы разрешили.

Ой, какой оскал.

Дейран ухватил меня за обе руки, пока мягко, но начни я вырываться, хватка, вероятно, станет железной.

— Мы вроде как на Заине.

— Да. Поэтому пока я действую по единственному праву, которое тут еще признается — по праву силы. Но да, простите, как представитель как Атала, так и Аскоральфа, и даже Содружества Пятнадцати планет, вынужден доставить вас на Килору.

И тут я начала вырываться. Но это все равно, что мышке, на которую уже лапу положили, пытаться убежать от здоровенного кота.

— Вы не можете. Хотите сказать, что самим похитителям в наказание космолет, а меня, значит, на Килору?

— Могу. Вы — риану. С вас спрос выше.

— Я не риану.

— Ага. И вообще Тейя Аскор. Попробуете убежать, первое, что я сделаю, перекрою все пути и вам, и вашему космолету, и оставшимся у вас друзьям — никаких возможностей заработать, никакой пощады, ответ за каждое преступление в прошлом — уверен, что Содружество мне поможет. Даже Заин не хочет спорить с Содружеством Пятнадцати Планет. Вот и посмотрим, кто опаснее, я или Озаренные.

Дейран нисколько не спокоен. Впервые его таким вижу.

Я почувствовала, у него дрожат слегка пальцы, сжимающие мои руки все сильнее. Он давит, причем давит умело, но ему это не нравится. Выхода другого нет. Я только что жизни его лишить пыталась, вероятно. Больно.

Он не врет.

Власти, нитей, всего, у него достаточно. Он еще мощнее, чем я могу себе представить. Еще больше. Стоит с ним поспорить там, где ему важно, принципиально, где у него нет компромиссов — и вот ты оказываешься не просто на лопатках, ты размазан по мостовой.

В остальное время эта большая хищная кошка дает себя гладить и даже с руки у тебя ест. Но стоит наступить на то, что ему дорого — все.

Я перестала вырываться, повисла на его руках тряпочкой.

— Хорошо. Везите на свою Килору.

Заин. Странник

Дейран пропустил меня вперед.

И я, разумеется, быстро сбросив ботинки, заняла угол кровати у рубки, на которой так недавно проснулась. Просто обняла колени, сжалась, и не двигалась.

Демон рассмеялся, глядя на меня, было ощущение, словно он что-то вспомнил. Странник толкнул его лапой в бок.

— Да-да, снова я ее расстроил, даже причина та же, не дал сбежать в неизвестном направлении. Старина, что делать будем?

Странник придвинул к Дейрану чайник.

— Нет, тут такое не подействует.

Он сел около постели на корточки.

— Аки, я хочу заключить с вами сделку.

— А я не хочу.

— Выслушаете условия?

Боги, этот демон снова смеется.

Это потому, что он знает, не уйду. С остальным, ему кажется, он справится. Остальное ему даже почти безразлично.

— О, как насчет правосудия, Дейран Аскоральф? Или на Килоре такого не практикуют? Отвезите меня туда. Вы мне угрожали, и…

— Когда-то очень давно я привез вас на Заин, и вы вынуждены были заключить со мной договор, такой же, как тот, что только что расторгли. Но мне очень нужно было ваше содействие. Мой народ умирал, и уж не знаю, в какой момент меня переклинило, что помочь мне можете только вы. Знаете, что вы потребовали? За один день вашей работы на меня — два моих.

— И вы согласились? — я удивилась.

— Мне некуда было деваться, я сам подписался, я сам расплачивался. Сам влип — по самые рога, как справедливо заметила одна ваша тетушка. Вы исполнили обещание — вылечили демонов, сделали больше даже, чем я предполагал.

— И что случилось с вами?

— Я честно попытался отдать вам долг. Но у меня не получилось. Так и не получилось. Все время что-то мешало — то Торус и озаренные, то Содружество, то Донк…

— Но я даже не помню.

Дайран рассмеялся.

— О, это же отличный повод для обнуления моей долговой ямы.

Он сел рядом со мной на постель.

— Так что, я считаю, нужно начать сначала. Готовы сыграть с демоном? Или даже — на демона?

Я выпрямилась.

— Вы рискуете. Сильно.

— Всегда, да. Немного неразумного риска, это прекрасно, эйлар Аки. Без него — скучно. Но смотрите, этот демон больше не ваш, верно? Сами отказались. И все же ехать вам со мной придется. И терпеть меня — тоже. Так почему бы нам не сотворить из этого путешествия чувственную игру, в которой вы можете выиграть? Что вам нужно? Убежать на край вселенной, верно, на какую-нибудь Сею или Сирин. Хотите?

— А как же ваше прекрасное правосудие?

— Ну… пока все на мое усмотрение.

— К чему вы ведете?

— Предлагаю вам игру, в которой буквально сдаюсь заранее. Сто восемьдесят шесть дней я был должен эйлар Аки. И предлагаю их вам. От начала и до конца. Аки мне спасла демонов. Всех демонов, какие остались. Я хочу отдать эти долги. Восстановить ту, первую сделку. А дальше, просите того, чего захотите сами, договорились?

— Возможности улететь?

— Чего угодно. Одно желание на другое. Но только уговор — не озвучиваете заранее.

— А если подробнее — что это за долг? Вы просто поменяли одни дни на другие? Но зачем вы ей?

— Не совсем так… Она меня изучала. Аки была помешана на демонах, и ее чрезвычайно занимала перспектива получить в полное распоряжение хотя бы один экземляр. О, эйлар Акинель была для меня буквально проводником в мой собственный мир. С ней я узнал об Аскоральфе столько, сколько не расскажут ни древние книги, ни жители Аскоральфа. Она обожала мою планету. А я — обожаю ваш мир. Который вы пока не узнали, но где я могу быть для вас и проводником, и советчиком. И немного — хранителем.

— Полгода. Целых полгода.

— Да, на целых полгода этот демон снова с вами. Я не сделаю вам ничего дурного. Я познакомлю вас с вашим миром.

Я замотала головой. Демон снова сдается. Как и в прошлый раз, с салфетками, когда я попала буквально в зависимость от него. И все абсолютно прозрачно. Вроде. Дейран Аскоральф ткнул в свою невозможную привязанность ножом и проворачивает клинок в ране. Потому что знает — я не Аки Кейран. Не совсем она. И возможно, никогда ею не стану.

Насколько ж тебе без нее худо-то?

Или это такая демоническая хитрость?

— Хорошо.

Дейран кивнул.

— Сделка совершена?

— Совершена.

Он кивнул, а я снова почувствовала, как что-то сдвинулось внутри магии. Проклятье. Что за подвох опять? Что за игры?

— Ну что ж, я полагаю, что прежде всего нам нужно понять, что делать с Озаренными, а потому, стоит поехать на Геянсу, к вашему старшему брату — Лотору Наджелайна.

Я расширила глаза.

— Что⁈ Мой брат — президент Содружества Пятнадцати Планет?

Верится с огромным трудом. Но, с другой стороны, зачем Дейрану мне врать?

— Да. И стоит приготовиться. Полагаю, это далеко не все открытия, которые вас ждут.

Геянса. Президентские башни

Лотор в своем шикарном кабинете смотрел отчеты, сверялся с датами, буквально не понимал, что случилось. Не хотелось верить. Это же мистика какая-то.

Он ходил от красивого стола к панорамному окну, к виду на технологичные башни Геянсы, на всю эту зеркальную красоту, залитую светом Ниар — местного солнца. И просто практически бился в стену головой.

Приглаживал шикарные черные с легкой проседью волосы, но они норовили встать дыбом. Когда в обитаемых мирах на окраине такое творится, ну ладно, пропала планета, ничего, естественные процессы, эволюция.

Но когда рядом — вот прямо рядом, становится не по себе.

Сегодня он — президент Содружества Четырнадцати Планет.

А еще тот, у кого на руках отчеты по Фаэтле.

А она буквально вымерла за считанные часы, превратившись в голый шарик, опутанный легкой бордовой дымкой.

Он такого никогда в жизни не видел.

Исчезли океаны, леса, города. Все, абсолютно все засыпало песком.

Сразу, вдруг, никто даже дернуться не смог в сторону эвакуации.

А то бы они спасли.

Кого-то точно спасли.

Вслед за гибелью Фаэтлы сразу заявление сделала нынешний лидер Озаренных. Ангелы, как их теперь и звали, сказали, то, что случилось с Фаэтлой — месть за предательство их, Озаренных. Что когда-то Фаэтла выбрала Содружество.

И теперь — умерла.

Содружество было в ужасе.

И пока — в непонимании, что происходит.

А главное цвет этот, бордовый.

Цвет Арвы, уж Лотор его узнавал безошибочно.

А потому, когда в кабинет буквально влетела жена, строгая воительница Тален, у которой на лице была написана неподдельная радость, Лотор задумался еще больше.

— Он нашел Аки! Нашел!

Лотор закивал.

— Да, мужик крут. Как обычно, впрочем.

— Они к нам летят. Только, кажется, она не помнит ни черта, Арва свое дело сделала. Но она жива, говорит, такая же упрямая. Готов познакомиться с сестрой заново?

— К нам, говоришь? И что-то мне подсказывает, если их перехватят Озаренные, мы никогда не разгадаем, что произошло с Фаэтлой.

— Причем тут Фаэтла? — спросила Тален. — Ты не рад? Что с тобой?

У нее сейчас была радость, огромная, всепоглощающая. Фаэтла, конечно, тоже была, и беспокойство за Содружество.

— Прости, Тален. Не могу разделить твоего бешеного восторга, у меня тут немного трещит по швам все, к чему я привык. Это не Торус, это — страшнее. Какая-то бордовая хрень захватила Фаэтлу. Бордовая. Думаю, Аки, разумеется, ничего не знает про исчезнувшую планету. Ни про эту, ни про Астейн, на который мы все не обратили внимания. Он и так мол, был практически разрушен. Не думаю, что моя сестра может уничтожать миры. И даже Арва внутри нее. Но она точно знает об этой заразе больше всех.

Тален ухнулась в посетительское кресло.

— Нужно за ними Антарру послать. Срочно.

— Вот я тоже об этом.

Космос. Странник

Сначала мне показалось, что по Страннику скользнул какой-то свет. Неярко. За несколько лет я уже обучилась на такие знаки реагировать. Сон словно сам по себе прошел. Вскочила — растрепанная, и плевать.

Дейран, сидящий перед главным пультом, да что там, единственным, в той же позе, в какой я его оставила, флегматично наблюдал космос.

Но почему? Это же было — как патруль.

Точно.

На Бродяге мы дико боялись космических патрулей.

Но мой демон не реагировал на такое.

Динамики сначала затрещали.

А потом бодрый голос сообщил:

— Эй, Дейран, сдавайся, мы вас видим. И добро пожаловать в грузовой отсек Антарры. А то вас тут просили доставить пред светлы очи. Настоятельно.

Меня этот тон заставил сжаться.

Ой, что же будет? Дейран покачал головой досадливо.

— Виран, вы разбудили мою риану. Мы, конечно, сейчас прилетим, кстати, ты бы координаты передал, но я уж не знаю, стоит ли вам и дальше так наглеть.

— Воу-воу, гляди, без году неделя при своей волшебной силе, а как заговорил, — голос рассмеялся. — Да мы тут в прямой видимости, что, твой чудо-юдо-корабль так не справится? Просто перестань пялиться на свою риану и погляди-ка вправо.

Справа совсем недалеко проплывал огромный серый военный корабль Содружества. Устрашающая мощь, десятки смертоносных орудий, огни и форма практически как у ножа. Не просто огромный, он гигантский. Я сглотнула.

Это, что, за нами? Вот это?

Какая ж там важность у Дейрана Аскоральфа?

— Ладно, ребят, у нас тут кофе есть, — примирительно сказал голос в динамиках. — Приличный, честно. Сам у президента Содружества Четырнадцати, мать его, Планет, спер.

— Погоди, — Дейран нахмурился, — как это — четырнадцати? Месяц назад их было пятнадцать.

Голос в динамиках вздохнул.

— Ну вот о том и будет речь с твоей риану. Надеюсь, это достаточно уважительная причина, чтобы вас разбудить?

Космос. Антарра

Внутри она тоже огромная. Один грузовой отсек, с высоченными потолками чего стоит. Тут бы сотня Странников разместилась.

Нас встречали.

Аж двое.

Тощий высокий доктор с умными глазами и подтянутый, но совершенно без лоска, вояка в простых штанах да черной футболке. Без опознавательных знаков.

— Ну е-мае, наконец-то чета Аскоральфов в полном составе, — тот же голос, что вещал про кофе.

— Виран, ты ее смущаешь, она тебя в первый раз видит.

— Ааа. От Лотора у нее тоже будут, значит, первые впечатления? — он хохотнул. — Удачи прям.

Я вдруг поняла, что если сейчас буду прятаться за Дейрана, ничего хорошего не добьюсь. А потому распрямилась. И сдержанно кивнула.

— Я очень рада с вами… не знаю, вряд ли это можно назвать знакомством.

Виран рассмеялся, а вслед за ним и доктор.

— Ладно, успокойся. Мы тебе тут все покажем. Кстати, док иногда зовет тебя «малыш», не обращай на него внимания, он по старой памяти, он тебя когда-то основам анатомии учил.

— О!

— Кстати, риану моя пропавшая, советница Тален там тебе несколько платьев передала. А то космос-космосом, а женские штучки — обязательно. Вам велели выделить президентскую каюту. Ну, пошли? Аки, смотри, у нас тут все просто. Особенно — с тобой, если у тебя все по новой, делаем, значит, так — интересно, подходишь, задаешь вопросы. Вот хоть до посинения. Она такая же, Дейр?

— Чуть больше смущается. Но куда ты денешь ядро личности?

— Оно не обязательно сохраняется, Дейран, — спокойно объясняет доктор, — все зависит от того, какие пострадали участки мозга. Но, видишь ли, если у Аки состояние, я даже не скажу, что это амнезия, связано с магическим воздействием, то могло быть так, что не пострадало вообще ничего.

— А отчего же я не помню? — спросила я растерянно.

— О, включилась, — радостно и хором воскликнули Виран и доктор.

— Смотри, — доктор пошел вперед, жестикулируя, — меня, кстати, зовут Айлир. Смотри, если речь действительно про Арву, то она могла как бы подавить память магически, не повреждая мозга. Об этом говорит как сохранные и узнаваемые твои привычки и жесты, так и то, что ты не можешь отлипнуть от Дейрана. Не смущайся, это нормально. Он — твоя пара, — мы перешли из грузового в просторный серый коридор, полный огней, — учитывая природу вашей связи, не думаю, что она зависит от памяти. Память, вот. Получается, Арве нужны были воспоминания об определённых событиях. То, что ты забыла, как-то вредит ей.

— Получается, ей вредит все.

— Ей вредит то, чем была Акинель Наджелайна, получается, да. Или какая-то из доминант твоей личности. Предположу, что она так упорно хотела тебя оставить в одиночестве. Понимаешь, Наджелайна, потерявший пару, способен вообще на что угодно, даже деревом прорасти.

— Дейран ей вредит?

— Да. Одна из твоих доминант — преданность семье и тому, кого ты выбрала своей семьей.

— А похоже. Она пришла, как только у меня… — я покраснела. — Как только у меня чувства начали просыпаться.

— И угрожать, дай угадаю. Но проблема в чем. Вместе с твоими воспоминаниями и сама Арва подавлена. Ты больше не помнишь ее. А, между прочим, сначала ты была к ней привязана, и именно с ее помощью исцелила демонов. И вот это ты тоже забыла.

— Айлир, вы так рассуждаете о природе магии. Вы… маг?

— Нет, малыш, я — врач. Я просто очень долго общаюсь с тобой. Вот этот, — указал на Дейрана, — мужчина не рассказывал, как ты ему ноги срастила, когда я ампутировать хотел? Не? Ну сейчас пойдем в медотсек, полюбопытствуем. Я тебе прямо наглядно покажу точку, в которой перестал отрицать магию.

Айлир скользнул пальцами по небольшой панельке, зажигая свет в медотсеке.

— Ого!

Лампы не только осветили все это великолепие, но и пришли в движение.

Ох, насколько же это все разнилось с моей небольшой лабораторией на изоленте и болтах.

Я застыла на пороге, не в силах сдержать восхищённый вздох. Передо мной раскинулся не просто медотсек — настоящий храм современной медицины.

Глаза уже жадно скользили по рядам диагностического оборудования. Беспроводные модули анализа крови. Портативный томограф…

Манипулятор-ассистент, заметив моё присутствие, приветственно качнулся в мою сторону. Я невольно отступила на шаг — настолько живым казалось его движение. Медицинские капсулы притягивали взгляд, словно магнитом. Я осторожно провела пальцем по глянцевой поверхности ближайшей. Автоматизированные аптечные шкафы тихо гудели, поддерживая оптимальную температуру хранения. Никаких больше самодельных систем охлаждения из подручных материалов. Никакой изоленты.

Никаких «временных решений», которые становились постоянными. А лабораторный сектор… Я прикусила губу, разглядывая сверкающие нанореакторы и анализаторы ДНК.

Сказать, что я попала в рай, ничего не сказать.

— У меня там дальше еще небольшая операционная, — и нет, он не хвастался, просто констатировал. — Но снимки твоего мужа — тут.

Мужа.

Впервые кто-то назвал так Дейрана, да он и сам никогда так себя не называл. Почему-то стало очень жарко в груди. Айлир меж тем вывел на один из экранов в хлам переломанные ступни — ни одной целой кости.

— Я до сих пор в легком шоке, Аки. Через час — не осталось даже царапин. Потом, когда ты меня попросила анализировать данные по демонам, а там все было исключительно магически обусловлено — дополнительные магические органы — арвины, выглядят как корни дерева и одновременно понятные мне параметры — очень обычные, дыхание, сердцебиение, так вот, тогда я еще больше был в шоке. С чем тебе порой приходится иметь дело. Когда ты их вылечила — а никто не знал природу болезни, а ты соединила в них две противоборствующих энергии, так получилось, и прекратила физическую гибель, я просто уже не мог сдержать восторга. И да, никакого оборудования, никаких современных сканеров и анализаторов. Исключительно логика, внимание к деталям — и древние книги еще.

Он замолчал.

Но я прервала паузу. Мне в голову пришла идея.

— Айлир, мы с вами можем проанализировать одну жидкость? Скорее всего, это яд. Мне кое-что очень нужно знать. Видите ли, мою команду, мой космолет, тот, на котором я три года работала, взорвали. Практически со всей командой на борту. Дейран говорит, Озаренные. А я предполагаю, проблема была в яде. Скорее всего, у него магическое и не только магическое действие.

— Сама пока не видишь?

— Я еще не очень давно пользуюсь целительской силой.

Айлир нахмурился.

— Давай попробуем. Скорее всего, я снова буду тебе только под ногами мешаться, но все равно, попробовать — стоит.

Президентская каюта тоже поражала воображение своим размахом. Тут бы приемы устраивать. Огромная кровать была, правда, одна. Но она реально очень, очень большая. Виран показал, где в шкафах — а тут их тоже было немало, лежали указанные платья. Удивительно, но женщина, которой я не знаю, выбрала мои любимые цвета — коричневый, зеленый, серый, темный и холодный красный. Черная накидка с большим капюшоном и рукавами с обрезанными перчатками мне тоже понравилась больше, чем та, что была на Страннике.

А еще, тут был настоящий душ с водой.

И это… прекрасно. Я стояла под теплыми струями не слишком долго, но по-настоящему насладилась процессом.

А вот Дейран не приходил. И где его носило, я не знаю. Мне казалось, что сегодня я услышала о нем столько хорошего — вообще только хорошее, что захочется хотя бы обнять, сломать лед. Но он просто отсутствовал.

А я провалилась в сон.

Арва смотрела на меня, а я — на нее.

— Снова угрожать? Не надоело?

— Нет, Аки. Ты в беде. И я — тоже. Послушай меня, поверь мне.

Она протянула руку, и на ней возник шарик — как мир. Только весь совершенно гладкий, песочного цвета, и окутанный не только атмосферой, но и бордовыми потоками.

— Я верну тебе то, что ты утратила. Потому, что они идут. Видишь, на моей ладони — мир. Это был красивый обитаемый мир. А теперь тут будет дерево. Только дерево.

И мир крутанулся, и вдруг я увидела, как на нем растет что-то бордовое, красное, поднимается в небо, еще немного, и я увидела крону.

— Ищи дверь. Я не нашла. Ищи. Вся сила теперь при тебе.